Научная статья УДК 81.27
DOI 10.52070/2542-2197_2021_12_854_128
ГЕНДЕРНОЕ ИЗМЕРЕНИЕ НАУЧНОЙ СФЕРЫ В ЭПОХУ ГЛОБАЛИЗАЦИИ
М. В. Томская
Московский государственный лингвистический университет, Москва, Россия, scog@linguanet.ru
Аннотация. В статье представлены результаты наукометрических и лингвистических исследований, которые, с одной стороны, подтверждают наличие гендерного неравенства в научной среде, с другой - показывают, что, во-первых, гендерный фактор оказывается чувствительным к научным трендам, отраслям научного знания; во-вторых, анализ моделей коммуникативного поведения демонстрирует, что в ходе научной коммуникации гендерное соотношение оказывается флюидным и выстраивается в зависимости от конструирования профессионального статуса.
Ключевые слова: глобализация, гендер, конструирование гендера, научный дискурс, гендерное (не)равенство в науке
Для цитирования: Томская М. В. Гендерное измерение научной сферы в эпоху глобализации // Вестник Московского государственного лингвистического университета. Гуманитарные науки. 2021. Вып. 12 (854). С. 128-138. DOI: 10.52070/2542-2197_2021_12_854_128
Original article
GENDER DIMENSION OF SCIENCE IN THE AGE OF GLOBALIZATION M. V. Tomskaya
Moscow State Linguistic University, Moscow, Russia, scog@linguanet.ru
Abstract. The article presents the results of analyses in research metrics and linguistics that, on the one hand, confirm the gender inequalities in academia. On the otherhand, they indicate that, first, gender culture seems to be sensitive to the trends and fields of research. Second, the analysis of the communicative patterns shows that gender relations in academic interactions turn out to be fluid and are linked to the ways speakers construe their professional status.
Key words: globalization, gender, gender construction, scientific discourse, gender (in) equality in academia
128 l@ 0
For citation: Tomskaya, M. V. (2021). Gender dimension of science in the age of globalization. Vestnik of Moscow State University. Humanities, 12 (854), 128-138. DOI: 10.52070/2542-2197_2021_12_854_128
Введение
В настоящее время глобализация влияет практически на все основные сферы жизни и организации общества. В этой связи представляется интересным тот факт, что процессы глобализации долгое время рассматривались учеными как гендерно нейтральные, однако, как показали исследования последних лет, в условиях глобализации пересмотру подвергаются права и возможности, статус и положение в обществе, уровень и условия жизни мужчин и женщин. В научных работах подчеркивается, что необходимо также учитывать гендерное измерение глобализационных процессов и анализировать динамику изменений гендерных отношений, чтобы объективно оценивать последствия глобализации и их влияние на гендерный баланс в будущем.
По мнению исследователей, глобализация предполагает «либерализацию существующих локальных гендерных порядков и их трансформацию в соответствии с глобальными гендерными стратегиями и нормами международного законодательства, направленного на утверждение гендерного равенства и обеспечение прав женщин и возможностей для их самореализации» [Ювченко, 2014, с. 191]. Таким образом, речь идет прежде всего о гендерном равенстве во всех областях жизни общества, в том числе и в научной сфере.
В настоящей статье мы остановимся на гендерном аспекте научного дискурса в преломлении на процессы глобализации; рассмотрим, каким образом они влияют на сферу науки и ее гендерное измерение.
Гендер в сфере науки
Как показывает статистика, несмотря на повсеместную борьбу за равные возможности женщин и мужчин, соблюсти гендерный паритет во всех отраслях и во всех странах не всегда представляется возможным по ряду причин, в том числе геополитических и социальных. Если обратиться к академической сфере, то прежде всего следует обратиться к обучению в школе, поскольку лишь доступное школьное образование может гарантировать в дальнейшем бесперебойное пополнение научно-педагогических кадров высшей школы
и фундаментальной науки. Как показывают данные ЮНЕСКО, две трети из 870 млн неграмотных людей - это женщины, поскольку во всем мире девочки имеют более ограниченный доступ к образованию, чем мальчики; в 60 % стран девочки реже получают начальное и среднее образование, чем мальчики (https://www.coe.int/ru/web/compass/ gender). Это привело к тому, что в настоящее время среди людей, получивших начальное и среднее образование, на глобальном уровне количественно доминируют мужчины, а, значит, имеют больше шансов на получение высшего образования и на рынке труда, а также на использование благ и ресурсов.
Даже в странах Европы, которые по праву гордятся гендерным равноправием, в академической области наблюдается определенная асимметрия - девушек чаще поощряют в изучении гуманитарных предметов или искусства, а не в изучении естественнонаучных и инженерных специальностей, поскольку это рассматривается более подходящим для них с учетом гендерных стереотипов. Вероятно поэтому девушки имеют более низкие отметки по физике и технологии, а юноши имеют более низкие результаты по языкам [Гендер, URL]. Таким образом, становится неизбежной дальнейшая гендерная сегрегация, которая ведет к тому, что далее в сфере науки наблюдается некоторый гендерный дисбаланс - в гуманитарных науках в целом преобладают женщины, тогда как в технических - мужчины.
Статистические данные демонстрируют, что в тех странах, которые придерживаются, скорее, традиционного гендерного распределения ролей, наблюдается существенное преобладание мужчин в академической сфере и сфере науки (например, в Японии), тогда как в странах с провозглашенным гендерным равноправием, в основном в странах Северной Европы (например, в Норвегии, Финляндии), количество женщин-исследователей практически сопоставимо с количеством мужчин, занятых в данных областях [Dataset: MSTI Main Science and Technology Indicators, 2020]. Однако эти цифры нередко достигаются за счет так называемого тендерного квотирования. Кроме того, руководящие позиции в академической сфере в глобальном масштабе по-прежнему прочно заняты мужской половиной, несмотря на попытки исправить данную ситуацию посредством уже упомянутого гендерного квотирования. Даже более высокий уровень образования женщин, как составная часть их научного потенциала, остается невостребованным.
Реальные изменения в сторону гендерного равноправия демонстрирует иная статистика. Так, анализ публикационной активности исследователей-мужчин и исследователей-женщин в предметных областях «Language and Linguistics» группы «Arts and Humanities» и «Linguistics and Language» группы «Social Sciences» в журналах, индексируемых в базе данных Scopus, за 1970 и 2019 годы показывает, что перемены в сфере науки все-таки происходят. В 1970 годы в этих журналах по названным предметным областям было опубликовано всего 1418 статей. Из них авторами 87 % статей выступили исследователи-мужчины и только 13 % опубликованных статей были написаны женщинами. При этом в соавторстве было написано всего 10,3 % статей1. Из статей, выпущенных в соавторстве, 71 % написаны мужчинами (соавторы только мужчины), 3 % - женщинами (соавторы только женщины), 26 % - женщинами и мужчинами (соавторы мужчины и женщины). В 2019 году по тем же предметным областям опубликовано 18912 статей, почти в 13 раз больше, чем в 1970 году, авторами которых стали в 57 % случаев женщины и в 43 % - мужчины. В соавторстве было написано 48 % статей, из которых 30 % написаны женщинами (соавторы только женщины), 18 % - мужчинами (в соавторстве только мужчины) и 52 % написаны мужчинами и женщинами (в соавторах и мужчины и женщины). Приведенные данные свидетельствуют о том, что гендерная асимметрия в такой «женской» отрасли науки, как лингвистика была преодолена почти за 50 лет, другой вопрос - не произойдет ли в ближайшие 50 лет «перекос» в сторону «дискриминации» мужчин в лингвистике. Несмотря на происходящие изменения и достаточные усилия по достижению гендерного баланса в академической сфере, гендерный паритет по-прежнему остается в глобальном значении недосягаемой величиной. Одной из возможных причин являются иерархичные «неравные» отношения, определяемые статусом участников научной коммуникации, которые влекут за собой конкурентные отношения, борьбу за «власть» в сфере науки. В свое время Пьер Бурдье рассматривал науку как особое «поле», которое он представлял в виде «места (т. е. игрового пространства) конкурентной борьбы, специфической ставкой в которой является монополия на научный авторитет, определяемый как техническая
1 Статистические данные обработаны и предоставлены начальником отдела научного менеджмента и наукометрии МГЛУ Д. В. Золотаревым. - Прим. авт.
способность и одновременно как социальная власть, или монополия на научную компетенцию» [Бурдье, 2005, с. 474]. В этом контексте «языковое конструирование» тендера как особый «инструмент» может приобретать определенную значимость. Здесь необходимо отметить, что научный дискурс относится к тем видам институционального дискурса, в которых гендер «мимикрирует» и остается латентным до тех пор, пока не начинается его целенаправленное выявление при помощи качественных лингвистических методов, в отличие, например, от рекламного дискурса, в котором «языковое конструирование» гендера происходит чаще на эксплицитном уровне [Томская, 2011].
Согласно Е. С. Гриценко, в основе языкового конструирования тендера как когнитивной деятельности импликативно-инференциаль-ного характера лежит «соотнесение языковых форм / сигналов с ген-дерными представлениями (стереотипами, ассоциациями, идеалами и т. п.), являющимися частью универсума общих смыслов представителей данной культуры» [Гриценко, 2005, с. 99]. Процедура инфе-ренции выглядит следующим образом: при восприятии гендерно-ре-левантных языковых единиц происходит активизация определенных ассоциативных цепочек, что ведет к извлечению из памяти гендерных знаний как прагматических пресуппозиций. Опосредованная связь между употреблением тех или иных языковых средств и конструированием определенного вида гендерной идентичности устанавливается при этом посредством так называемых импликатур [там же].
Именно таким образом осуществляется имплицитное конструирование гендера в академическом дискурсе, как показало исследование, посвященное анализу семиотических средств конструирования гендера в педагогическом дискурсе [Черных, 2012].
Как выяснилось, в текстах учебников для первого класса «конструирование» гендера осуществляется как вербальными, так и иными семиотическими средствами. Несмотря на предпринимаемую нейтрализацию гендерного фактора, в анализируемых учебниках наблюдаются гендерные асимметрии, которые отражают в целом андроцент-ричную картину мира.
Среди языковых средств их создания, которые обнаруживает автор, можно выделить:
- неспецифированное использование имен существительных мужского рода при обращении ко всем учащимся: Дорогой первоклассник!
- неспецифированное употребление глагола в мужском роде в прошедшем времени при обращении ко всем учащимся: Где ты встречался с математикой? Сколько решений ты нашел?
- количественное преобладание номинаций лиц мужского пола в предложениях, где действие совершается тремя и более разнополыми лицами - Незнайка, Кнопочка и Знайка находили значение суммы 5 + 4 разными способами..;
- использование в вербальной части гендерно-нейтральных единиц (люди, народы), а в невербальной - воспроизводство гендерных стереотипов посредством изображений; нахождение верного варианта ответа (или более целесообразного способа решения) мальчиком при одновременном выполнении заданий лицами обоего пола и т. п.
Иллюстрации чаще всего способствуют созданию гендерного неравенства, например при нейтральном тексте на картинках чаще изображаются лица мужского пола, которые занимаются более разнообразными видами деятельности [Черных, 2012]. Данное исследование наглядно продемонстрировало, что школьные учебники не свободны от гендерных стереотипов, и уже на начальной стадии обучения дети невольно подвергаются гендерному разделению согласно им, что может привести к дальнейшему гендерному неравенству. Что касается научной коммуникации, то формированию гендерного (не)равенства в сфере науки и высшего образования могут способствовать модели речевого поведения, которые участвуют в конструировании высокого или низкого статуса ученого. В этой связи обратимся к исследованию вербальных способов выражения согласия / несогласия в устном научном общении с гендерной перспективы [Маслова, 2007].
Анализ выявил «непродуктивность» речевого поведения женщин, в рамках которого они чаще соглашаются с критическими замечаниями, чем мужчины; чаще прибегают в дискуссии к квазивопросительным конструкциям при выражении несогласия; склонны чаще выражать несогласие под видом разъяснения; чаще применяют начальную похвалу в критических замечаниях; тактика предвосхищения критики характерна исключительно для выступлений женщин [там же, 2007]. Не исключено, что подобной модели речевого поведения в научном дискурсе могут придерживаться и мужчины, особенно на начальном этапе научной карьеры, но эмпирический материал подтвердил, что чаще всего к подобным тактикам и приемам обращаются ученые-женщины.
Остановимся кратко на тактике предвосхищения критики, которая, по данным исследовательницы, используется только женщинами и характеризуется употреблением:
- превентивных извинений: Я прошу прощения;
- перформативных высказываний с отрицанием: Я не претендую на..; Я не обобщаю..;
- предупреждений наречие времени + глагол говорения: Заранее говорю / сообщаю / информирую... Я заранее извиняюсь / что выводы неокончательны..;
- глаголов, преуменьшающих значимость действия, о котором сообщает говорящий: В докладе я попыталась обобщить (вместо: Я обобщила.., или: В докладе обобщаются...);
- квантификаторов с семантикой ограничения лишь, немного, несколько, вкратце, только и др.: Я рассматривала только два произведения.. ;
- фиктивного цитирования: Может возникнуть вопрос // почему Шекспир / и сколько можно // [Маслова, 2007].
Результаты исследования подтверждают, что гендерная специфика выражения согласия / несогласия в устной научной дискуссии обнаруживается при выборе различных коммуникативных тактик и приемов, которые, не отклоняясь от генеральной стратегии, способствуют вербальному «конструированию» статуса (не)компетентного человека. Выявлено, что за счет использования тактики снижения значимости собственных исследований и тактики предвосхищения критики, к которым прибегают, как правило, исследовательницы, имплицитно создается образ некомпетентного ученого [Маслова, 2007; Кирилина, Маслова, 2007]. Таким образом, «женское» речевое поведение в научной коммуникации может восприниматься как недостаточно профессиональное. Это косвенно подтверждается также нашим исследованием конструирования профессиональной идентичности в научном дискурсе, которое показало, что здесь особенно важна самопрезентация.
Мы предполагали, что в научном дискурсе наиболее значимым параметром, маркирующим статус ученого, должна являться профессиональная идентичность, соотносимая с понятием «статус эксперта», которое выступает одновременно одним из факторов создания положительного имиджа ученого. Анализ, однако, показал, что при конструировании профессиональной идентичности нельзя исключать зависимости от гендерной, возрастной, этнической идентичности,
и если такая взаимосвязь возникает, то неминуемо «конструируется» более низкий профессиональный статус как отклонение от норм института науки и принципов научной коммуникации [Томская, 2015].
В условиях глобализации достижение высокого статуса в научном дискурсе может осложняться в соответствии с интернационализацией науки требованием публиковаться в журналах, индексируемых в базах данных Scopus и Web of Science, как правило, на английском языке, доминирование которого в научной коммуникации, по мнению К. Элиха, «приобрело характер культурного империализма, имеющего катастрофические лингвоэкологические и культурные последствия» (цит. по: [Трошина, 2021, с. 9]). Такая тенденция также не способствует достижению равенства в науке, в том числе гендерного, поскольку приоритет в этом случае среди (не)-носителей английского языка имеют лингвисты, специализирующиеся на изучении иностранных языков, а это в подавляющем большинстве случаев - женщины.
Заключение
Для достижения гендерного паритета в научной сфере необходимо дополнить гендерную политику в этой области реальными мерами, позволяющими признать равноценность вклада мужчин и женщин в научное развитие. Для этого важно вывести гендерные исследования на новый уровень, чтобы проводить более масштабные макроисследования с учетом разнообразных контекстов (разные уровни осведомленности о гендерном равенстве в разных странах, различные локальные гендерные порядки, уровень гендерной компетентности политиков и чиновников, существующие нормативные акты, регулирующие гендерные отношения и т. д.). Кроме того, необходимы обращение как к мужчинам, так и к женщинам как к полноправным участникам научной коммуникации, а также гарантия равных возможностей мужчин и женщин в сфере науки.
В этой связи особую значимость приобретают гендерные исследования языка как надежного индикатора «конструирования» гендерной и статусной идентичности в дискурсе. Качественные лингвистические и междисциплинарные методы, предполагающие трактовку ген-дера как феномена, имеющего социокультурное измерение, помогут выявить не только очевидные, лежащие на поверхности значения, но и имплицитные, латентные смыслы.
Все эти меры позволят сделать гендерное равенство в научной
сфере достижимым фактом будущего, помогут преодолеть трудности,
стоящие на пути к равенству прав и возможностей женщин и мужчин
в глобальном контексте.
СПИСОК ИСТОЧНИКОВ
1. Ювченко А. И. Глобализация гендерных отношений: изучение перспектив формирования мирового гендерного порядка // Альманах современной науки и образования. 2014. № 2 (81). C. 190-193.
2. Гендер. URL: https://www.coe.int/ru/web/compass/gender
3. Dataset: MSTI Main Science and Technology Indicators - OECD, 2020. URL: https://stats.oecd.org/#
4. Бурдье П. Социальное пространство: поля и практики / пер. с франц.; отв. ред. перевода, сост. и послесл. Н. А. Шматко. М. : Институт экспериментальной социологии ; СПб. : Алетейя, 2005.
5. Томская М. В. Реклама в гендерном измерении // Рекламная коммуникация: Лингвокультурный аспект. М. : ИНИОН РАН, 2011. С. 49-66.
6. Гриценко Е. С. Язык как средство конструирования гендера: дис. ... д-ра филол. наук. Н. Новгород, 2005.
7. Черных О. Ю. Семиотические средства конструирования гендера в педагогическом дискурсе: дис. ... канд. филол. наук. М., 2012.
8. Маслова Л. Н. Выражение согласия / несогласия в устной научной коммуникации (гендерный аспект): дис. ... канд. филол. наук. М., 2007.
9. Кирилина А. В., Маслова Л. Н. Некоторые особенности устной научной дискуссии // Языковое сознание: Парадигмы исследования / под ред. Н. В. Уфимцевой, Т. Н. Ушаковой. М. ; Калуга : Эйдос, 2007. С. 255-276.
10. Томская М. В. Конструирование профессиональной идентичности в научном дискурсе // Вестник Московского государственного лингвистического университета. 2015. Вып. 6 (717). С. 553-560.
11. Трошина Н. Н. Немецкий язык в науке эпохи глобализации: аналитический обзор / Центр гуманит. науч.-информ. исслед. Отдел языкознания. М. : ИНИОН РАН, 2021.
REFERENCES
1. Juvchenko, A. I. (2014). Globalizacija gendernyh otnoshenij: izuchenie perspektiv formirovanija mirovogo gendernogo porjadka = Globalization of Gender Relations: Studying the Prospects of Formation of the World Gender Order). Al'manah sovremennoj nauki i obrazovanija. Gramota, 2 (81), 190193. (In Russ.).
2. Gender. https://www.coe.int/ru/web/compass/gender (In Russ.)
3. Dataset: Main Science and Technology Indicators - OECD, 2020. https://stats. oecd.org/#
4. Bourdieu, P. (2005). Social'noe prostranstvo: polja i praktiki = Social space: fields and practice, transl. and ed. by N.A. Shmatko. Moscow: Institut eksperimental'noj sociologii : St. Petersburg: Aletejja. (In Russ.)
5. Tomskaya, M. V. (2011). Reklama v gendernom izmerenii = Advertising in a Gender Dimension. Reklamnaja kommunikacija: Lingvokul'turnyj aspekt (pp. 49-68). Moscow: Institute of Scientific Information on Social Sciences of the RAS. (In Russ.)
6. Gritsenko, E. S. (2005). Jazyk kak sredstvo konstruirovanija gendera = Language as a means of constructing gender: Senior Doctorate in Philology. N. Novgorod. (In Russ.)
7. Chernykh, O. Ju. (2012). Semioticheskie sredstva konstruirovanija gendera v pedagogicheskom diskurse = Semiotic Means of Constructing Gender in Pedagogical Discourse: PhD in Philology. Moscow. (In Russ.)
8. Maslova, L. N. (2007). Vyrazhenie soglasija / nesoglasija v ustnoj nauchnoj kommunikacii (gendernyj aspekt) = Expression of agreement / disagreement in oral scientific communication (gender aspect): PhD in Philology. Moscow. (In Russ.)
9. Kirilina, A. V, Maslova, L. N. (2007). Nekotorye osobennosti ustnoj nauchnoj diskussii = Some features of oral scientific discussion. In N. V. Ufimtseva , T. N. Ushakova (Eds.). Jazykovoe soznanie: Paradigmy issledovanija (pp. 255276). Moscow ; Kaluga: Ejdos. (In Russ.)
10. Tomskaya, M. V. (2015). Constructing Professional Identity in Scientific Discourse. Vestnik of Moscow State Linguistic University, 6 (717), 553-560. (In Russ.)
11. Troshina, N. N. (2021). Nemeckij jazyk v nauke epohi globalizacii: analit. obzor = The German Language in the Science of the Era of Globalization: an Analytical Overview / Centr gumanit. nauch.-inform. issled. Otdel jazykoznanija. Moscow: Institute of Scientific Information on Social Sciences of the RAS. (In Russ.)
Информация об авторе
ТомскаяМ.В. - кандидат филологических наук, доцент; зав. лабораторией гендерных исследований Центра СКоДис; доцент кафедры лингвистики и профессиональной коммуникации в области права, Институт международного права и правосудия Московского государственного лингвистического университета
Information about the author
Tomskaya M. V. - PhD (Philology), Associate Professor; Head of the Gender Laboratory of the Center for Socio-Cognitive Discourse Studies; Associate Professor at the
Department of Linguistics and Professional Communication in Law, Moscow State Linguistic University
Статья поступила в редакцию 12.07.2021;
одобрена после рецензирования 09.08.2021; принята к публикации 11.08.2021
The article was submitted 12.07.2021; approved after reviewing 09.08.2021; accepted for publication 11.08.2021