СРЕДНЕВЕКОВАЯ АРХЕОЛОГИЯ
181
УДК 902/623.11
ФОРТИФИКАЦИЯ КАК ОТРАЖЕНИЕ СИСТЕМЫ ОРГАНИЗАЦИИ ОБОРОНЫ (ПО МАТЕРИАЛАМ ЛЕСНОЙ ЗОНЫ ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ X - XV ВВ.)
© 2018 г. В. Ю. Коваль
Системы организации обороны в догосударственных обществах и в государственных образованиях имели существенные различия, точно так же различались системы организации обороны оседлого и кочевого населения. Соответственно, кардинально различались и фортификационные сооружения, создававшиеся в разные эпохи разными народами. В догосударственных обществах, а также в государственных образованиях, созданных седентаризированными кочевниками, преобладающим типом фортификаций были рвы и валы, тогда как в государствах с земледельческим населением распространяются более совершенные преграды в виде вертикальных стен. Фортификации напрямую определялись уровнем развития общества, его экономическим потенциалом, но в не меньшей степени - способом ведения войны.
Ключевые слова: фортификация, вал, ров, стена, организация обороны, способ ведения войны, средневековье
До Х в. н. э. в лесной зоне Восточной Европы использовались крайне примитивные фортификации, известные в основном по материалам исследования городищ дославянского населения. Эти фортификации базировались на использовании насыпных валов и рвов перед ними, перегораживавших оконечности высоких мысов. Часто использовались многорядные системы (2-3 ряда валов и рвов) в сочетании с рвами или эскарпами по склонам мыса. На вершинах валов размещались примитивные деревянные сооружения в виде заборов или баррикад, не исключено также использование наклонно уложенных на склонах вала и рва стволов деревьев (Еремеев, Дзюба, 2010; Коваль, 2011; 2012; Сидоров, 2017). Никаких иных, более сложных, сооружений поверх валов дославянского населения лесной зоны не зафиксировано (а основанные на домыслах гипотезы здесь не рассматриваются). Сравнительный материал для фортификаций лесной зоны могли бы дать городища степной полосы, создававшиеся начиная со скифской эпохи и вплоть до раннего средневековья, однако все они изучены фрагментарно и не обеспечены качественной полевой документацией.
На территории Древней Руси в Х-Х1 вв. городские и протяженные укрепления (о последних можно судить по
«змиевым валам» Поднепровья) возводились в виде древо-земляных стен с рвом по напольной стороне (Моргунов, 2009). Основным строительным модулем тут была отдельная городня, заполненная грунтом и не связанная с соседними, существенно реже использовалась перекладная техника возведения стен. Таким образом, стены строились с расчетом на возможность противостоять стенобитным орудиям («порокам»), знания о которых были получены в Византии. Брустверы и полые клети использовались лишь на тех линиях обороны, где применение стенобитных орудий было невозможно (на краях больших оврагов или обрывов). Размеры обнесенных стенами частей городов были невелики и редко превышали по площади 2-3 га.
В соседнем государственном образовании - Волжской Булгарии, - судя по валам Биляра, применялась совершенно иная фортификация - в виде протяженных валов, охватывавших обширные пространства (в десятки и сотни га), где жилища оседлого населения занимали лишь незначительную часть. Наряду с большими городами здесь известны и городища с площадью 2-3 га, которые практически не изучены (Губайдуллин, 2002). Имеются сведения о наличии в валах как крупных городов (например, Сувара), так и неболь-
182
АРХЕОЛОГИЯ ЕВРАЗИЙСКИХ СТЕПЕЙ №5 2018
ших городищ остатков деревянных срубов, однако эти данные не документированы и требуют проверки. О наличии фортификаций в степной полосе для этого времени данных нет.
На протяжении домонгольского и золотоордынского периодов (ХП-ХШ и ХШ-Х^ вв.) в Древней Руси в основном развивалась древо-земляная оборонительная архитектура. Уже в XII в. городни в стенах стали связывать между собой, а ширина стен возрастала за счет увеличения числа рядов городней. В то же время на Северо-Западе Руси, имевшей тесные связи с Северной Европой, уже в XII в. началось строительство каменных фортификаций (Изборск, Старая Ладога). В золо-тоордынскую эпоху эта тенденция стала на Северо-Западе главенствующей, однако на остальной территории Руси каменные стены остаются не востребованы (за исключением Москвы, претендовавшей на роль лидера, а также литовских замков).
В Золотой Орде крепостное строительство не велось до середины XIV в., когда с наступлением периода междоусобиц возводится вал вокруг Болгара, строится вал на Водянском городище, а вокруг Солхата в Крыму - сначала вал со рвом, а затем каменная стена. Однако эти случаи остаются редкими исключениями из правила.
Приведенные данные позволяют делать выводы о тех системах ведения войны (и в т.ч. организации обороны), которые были прияты:
- в догосударственных обществах и государственных образованиях;
- у оседлых народов и кочевников;
- у народов, имевших давнюю историю урбанизации, и народов, лишь недавно перешедших к государственной организации общества с ведущей ролью городов.
В догосударственную эпоху мелкие самостоятельные коллективы не имели сил для возведения мощных фортификаций, а сам способ ведения войны у них сводился к отдельным столкновениям. В этом случае система обороны сводилась к защите поселений от внезапных атак силами их немногочисленных жителей. Для этих целей годились даже небольшие валы с самыми
примитивными изгородями на вершине, которые прикрывали бы обитателей городища от стрел противника, который сам становился мишенью для обороняющихся. Высокие валы в это время довольно редки, т.к. они были излишни для той обороны, которая организовывалась здесь. Скорее, в высоких валах можно видеть нарочитую демонстрацию силы и статуса поселения.
Эпоха создания первых государств в лесной зоне Восточной Европы совпала с внешней военной активностью - дальними походами «русов» в Византию, Хаза-рию и страны Халифата, где они могли познакомиться с самой передовой камен-но-кирпичной фортификацией. Однако в самой Восточной Европе столь могучие укрепления не были востребованы, не было также средств и умения их возводить. При этом возникающие повсюду в городах пункты сбора дани (погосты) было необходимо снабжать укреплениями. Происхождение русского крепостного строительства с использованием срубных модулей (городней), заполненных грунтом, остается неясным. Внешне эти модули напоминают византийские крепостные стены, сооружавшиеся в виде двух панцы-рей, пространство между которыми заполнялось камнем, щебнем и связующим раствором. В русских стенах роль панцы-рей играли деревянные срубы, а камень с раствором заменялся обычной землей. Может быть, забитые грунтом срубы была попыткой копировать византийский строительный опыт в местном материале, которая оказалась необычайно удачной и плодотворной? Деревянные стены русских городов были, конечно, не столь прочны и огнестойки, как каменные стены Византии, но они успешно выполняли свою функцию и оказались даже гораздо более эффективны против всех видов стенобитных орудий, нежели каменные. Распространение опыта крепостного строительства по территории Руси было обусловлено, вероятно, массовым строительством «длинных стен», воздвигавшихся в конце Х - начале XI в. в Южной Руси для защиты от набегов печенегов по приказу князя Владимира (Моргунов, 2009). Деревянные стены были недолговечны и требовали постоян-
СРЕДНЕВЕКОВАЯ АРХЕОЛОГИЯ
183
ных перестроек - это их основной недостаток по сравнению с каменными. Но при дефиците камня во многих районах Руси и изобилии леса они оказались экономически эффективны.
Важно указать на то, что оборонительные системы оседлых славян и только переходивших к оседлости волжских булгар оказались принципиально разными. В то время как в русских лесах вплоть до границы со степью массово возводились вертикальные преграды, в лесостепной Волжской Булгарии развивалась иная фортификация. Там города обводились валами, причем ими охватывались огромные (в сравнении с городами Руси) площади. Различие это можно объяснить только разницей в стратегии организации обороны. Если на Руси стены городов защищали пешие воины, то оборона булгарских городов, видимо, строилась совершенно иначе. Русские летописи описывают действия защитников булгарского города как «рысканье» отрядов (очевидно, конных) вдоль вала и пускавших стрелы из «завалья». Такая тактика позволяла дать отпор в том месте, где осаждавшие предпринимали попытку штурма. Группы конных лучников вполне могли подавить штурмующих тучами стрел и уничтожить прорвавшихся за линию вала пеших воинов (Коваль, в печати). Следовательно, система обороны булгар была основана не столько на жестком удержании всей линии линии валов, сколько на использовании ее в качестве прикрытия от прицельных выстрелов врагов для беспрепятственного передвижения конных отрядов внутри крепости. Вал был непреодолимой преградой для конной лавы, а спешенные всадники не обладали той ударной мощью, которой они пользовались в седле. Таким образом, валы в булгарских городах выполняли роль препятствия для вражеской конницы, не позволявшей противнику использовать свое численное преимущество, и в то же
время - надежным прикрытием для конницы обороняющихся. В этом случае большие свободные пространства внутри вала выступали в качестве площадки для маневра, в т.ч. для нанесения кавалерийского удара по группам спешенного противника, если тому удалось бы преодолеть вал. Именно этим, как представляется, и обусловлены огромные размеры многих булгарских городов. По-другому трудно объяснить создание столь протяженных укреплений, внутри которых не было сплошной жилой застройки и преобладали незастроенные пространства.
Изучение средневековых фортификаций Восточной Европы показывает, что все они являлись продуктом, с одной стороны, постепенной эволюции, а с другой - неожиданных новаций, связанных с усвоением чуждого опыта. И эволюция, и заимствования также были причинно обусловлены. Таких причин в сущности было две:
1) уровень развития общества, позволявший (в государственных образованиях) или не позволявший (в родовых обществах) возводить мощные фортификационные сооружения;
2) наличие или отсутствие противника с более высоким уровнем военной техники, тактики и стратегии, противостояние которому требовало (или, наоборот, не требовало) совершенствования фортификации.
Если в догосударственный период сооружались в основном примитивные фортификации, состоявшие из вала, рва, частокола, эскарпа (по одному элементу или в виде их сочетания), то после возникновения государственных образований появляются мощные фортификации: стены городов, полевые укрепления в виде протяженных стен или валов. Характерно также появление более мощной фортификации после конфликтов с европейскими государствами и монголами.
ЛИТЕРАТУРА
Губайдуллин А.М. Фортификация городищ Волжской Булгарии. Казань: ИИ АН РТ, 2002. 230 с. Еремеев И.И., Дзюба О.Ф. Очерки исторической географии лесной части пути из варяг в греки. СПб.: Нестор-История, 2010. 668 с.
184
АРХЕОЛОГИЯ ЕВРАЗИЙСКИХ СТЕПЕЙ №5 2018
Коваль В.Ю. «Ростиславльский курган» (вал городища раннего железного века на Ростиславле) // Археология Подмосковья: Материалы научного семинара. Вып. 7. М.: ИА РАН, 2011. С. 35-58.
Коваль В.Ю. Фортификация Ростиславльского городища раннего железного века в контексте памятников дьяковской культуры // Археология Подмосковья: Материалы научного семинара. Вып. 8. М.: ИА РАН, 2012. С. 53-69.
Моргунов Ю.Ю. Древо-земляные укрепления Южной Руси X-XIII веков. М.: Наука, 2009. 302 с. Сидоров В.В. Реконструкция укреплений городищ раннего железного века // Археология Подмосковья. Вып. 14. М.: ИА РАН, 2017. С. 26-31.
Информация об авторе:
Коваль Владимир Юрьевич, кандидат исторических наук, заведующий отделом, Институт археологии РАН (г. Москва, Россия); kovaloka@mail.ru
FORTIFICATION AS A REFLECTION OF THE ORGANIZATION OF DEFENSE (BASED ON THE MATERIALS OF THE FOREST ZONE OF
EASTERN EUROPE 10-15TH CC.)
V. Yu. Koval
The systems of defense organization had significant differences in pre-state societies and state formations, so such differences had the systems of defense organization in sedentary and nomadic populations. Accordingly, the fortification structures, created in different epochs by different peoples, differed radically. In pre-state societies, as well as in state formations created by sedentarized nomads, ditches and ramparts were the prevailing type of fortifications, whereas in countries with agricultural population more advanced barriers in the form of vertical walls. Fortifications were directly determined by the level of development of society, its economic potential, but, to no lesser extent, as a method of warfare.
Keywords: fortification, rampart, moat, wall, defense organization, the way of warfare, the Middle
Ages.
About the Author:
Koval Vladimir Yu. Candidate of Historical Sciences. Institute ofArchaeology ofthe Russian Academy of Sciences. Dmitry Ulyanova St., 19, Moscow, 117036, Russian Federation; kovaloka@mail.ru