Научная статья на тему 'Феномен ошибки в когниции, языке и речи'

Феномен ошибки в когниции, языке и речи Текст научной статьи по специальности «Языкознание»

CC BY
331
74
Поделиться
Ключевые слова
КОНЦЕПТ / КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ / КОГНИЦИЯ / ОШИБОЧНЫЕ КОГНИЦИИ / ОШИБОЧНОЕ ВОСПРИЯТИЕ / МОДУС / КОГНИТИВНАЯ СТРУКТУРА / MISPERCEPTION ВЕСТНИК ИГЛУ

Аннотация научной статьи по языкознанию, автор научной работы — Семенова Татьяна Ивановна

В статье анализируются лингво-когнитивные основания феномена ошибки. Устанавливается модусный статус языковых единиц, вербализующих концепт ошибки. Описывается когнитивная модель ошибочного действия и ее языковая онтология.

ERROR PHONOMENON IN COGNITION, AND SPEECH LANGUAGE

The article discusses cognitive aspects of the error phenomenon and highlights its linguistic dimension. The goal of the article is to reveal the cognitive status of the linguistic expressions encoding the concept of mistake. The phenomenon of error plays a crucial role in our self-understanding as unified subjects of experience.

Текст научной работы на тему «Феномен ошибки в когниции, языке и речи»

дактированной сообразно вкусам предполагаемой целевой аудитории. Когда в России появились издания неотредактированных сказок Шарля Перро, читатели, привыкшие к прежним приглаженным и «отретушированным» версиям, были потрясены их неприкрытой жестокостью и мрачным колоритом. Эти «новые» старые сказки едва ли заслужат признание широкого круга современных читателей, но современники их автора были готовы воспринять их именно такими. Примат прагматики постулируют С. Браун и М. Юл: «анализ дискурса, конечно, включает работу с семантикой и синтаксисом, но главным образом это работа с прагматикой» [цит. по: Воскобойник, 2004, с. 116].

Теория когнитивного диссонанса позволяет рассматривать оппозицию переводимости / непереводимости на фоне конкретной переводческой эпистемы, а не в рамках объективных отношений между ИЯ и ПЯ. Степень или мера переводимости есть функция переводческой эпистемы. Поэтический текст, принадлежащий Миру Ценности, использует язык для выражения переживания, а процесс перевода поэтического текста характеризуется доминирующей интенцией соответствия переживанию. Поскольку такое соответствие - переменная величина, которая бесконечно приближается к ускользающему абсолютному тожде-

ству, никогда не достигая его, критерии его лежат в области общегносеологических и собственно переводческих принципов адекватности. Соответствие переживанию как ключевая интенция феноменологического тождества -цель, на разном расстоянии от которой оказывается даже один и тот же переводчик в разные эпохи внутреннего времени ego.

Библиографический список

1. Воскобойник, Г.Д. Лингвофилософские основания общей когнитивной теории перевода [Текст] : дис. .. .д-ра филол. наук : 10.02.20 / Г.Д. Воскобойник. -Иркутск, 2004. - 290 с.

2. Гаспаров, М.Л. Записи и выписки [Текст] / М.Л. Гаспаров. - М. : НЛО, 2000. - 387 с.

3. Гончаренко, С.Ф. Поэтический перевод и перевод поэзии: константы и вариативность [Текст] / С.Ф. Гончаренко // Тетради переводчика. - М. : Изд-во МГЛУ, 1999. - Вып 24. - С. 98-108.

4. Кружков, Г. Рассказ по картинке. О лимериках Лира и точном переводе // Стороны света. - 2012. -№ 9. - Режим доступа : http://www.stosvet.net/9/ kruzhkov / (дата обращения : 14.04.2012).

5. Ушаков, Д.Н. Толковый словарь русского языка Ушакова [Электронный ресурс] / Д.Н. Ушаков. -2012. - Режим доступа : http://slovari.yandex.ru (дата обращения : 14.04.2012).

6. Эко, У. Сказать почти то же самое [Текст] / У Эко.

- СПб. : Симпозиум, 2006. - 574 с.

7. Toury, G. How Come the Translation of a Limerick Can

Have Four Lines (Or Can It)? [Electronic resource] /

G. Toury. - 2008. - URL : http://spinoza.tau.

ac.il/~toury/works (дата обращения : 14.04.2012).

УДК 81.373 ББК 81.00

Т.И. Семенова

ФЕНОМЕН ОШИБКИ В КОГНИЦИИ, ЯЗЫКЕ И РЕЧИ

В статье анализируются лингво-когнитивные основания феномена ошибки. Устанавливается модусный статус языковых единиц, вербализующих концепт ошибки. Описывается когнитивная модель ошибочного действия и ее языковая онтология.

Ключевые слова: концепт; концептуализация; когниция; ошибочные когниции; ошибочное восприятие; модус; когнитивная структура

T.I. Semenova

ERROR pHONOMENON IN COGNITION, AND SpEECH LANGuAGE

The article discusses cognitive aspects of the error phenomenon and highlights its linguistic dimension. The goal of the article is to reveal the cognitive status of the linguistic expressions encoding the concept of mistake. The phenomenon of error plays a crucial role in our self-understanding as unified subjects of experience.

Key words: concept; conceptualization; cognition; erroneous cognitions; modus; cognitive structure; misperception

В когнитивном взаимодействии с миром человек стремится к адекватному, правильному отражению действительности в сознании, но познание не может быть сведено только к положительному содержанию, познающий субъект не застрахован от невольных ошибок, заблуждений, ошибочных суждений и выводов, неумышленной лжи. В процессе распознавания, идентификации, номинации и характеризации некоторого явления и события человек одновременно его квалифицирует, интерпретирует, оценивает, выражает к нему свое отношение, оставляя «следы» своей рефлексии в виде языковых знаков, в частности, посредством слов со значением отрицательной истинностной оценки, ср.: русс. ошибка, ошибочно, ошибаться, заблуждение, англ. mistake, wrong, error, fallacy, нем. fehlen, Fehler, Fehlleistungen. Отклонения, нарушения, аномалии, к которым относятся и ошибки, играют заметную роль как в действии механизмов жизни и языка, так и в их познании [Арутюнова, 1987]. Такие «дисфункциональные когниции» являются результатом своеобразного (свойственного именно данной личности) ошибочного способа переработки информации [Демьянков, 1994].

В философских исследованиях Э. Гуссерля «бытие» ошибки осмысляется в контексте феномена ошибочного восприятия (misperception) [Гуссерль, 2001]. Психологическое описание ошибок впервые было предпринято З. Фрейдом. Ошибочные действия, по Фрейду, не являются случайностями, они представляют собой серьезные психические акты, имеющие свой смысл. Ошибочные действия понимаются как компромиссные образования, создаваемые соответствующим сознательным намерением и частичным одновременным осуществлением бессознательного желания. Загадка ошибочных действий обусловлена, как подчеркивает З. Фрейд, интерференцией двух различных намерений, из которых одно можно назвать нарушенным, а другое нарушающим [Фрейд, 2010, с. 55]. В категории ошибочных действий (Fehlleistungen) оказываются: оговорки (Versprechen) - когда, желая что-либо сказать, кто-то вместо одного слова употребляет другое; описки - когда то же самое происходит при письме, очитки (Verlesen) - когда читают не то, что напечатано или написано; ослышки (Verhören) -

когда человек слышит не то, что ему говорят. Сюда же относятся определенные ошибки-заблуждения (Irrtumer) и целый ряд подобных явлений, имеющих различные названия [Фрейд, 2010, с. 18]. В современной психологической науке ошибочное действие определяется как психопатология в обыденной жизни, краткий сбой в психической функции, когда вытесненное актуализируется в обход сознанию, или совершение другого действия вместо задуманного [БПС, 2006]. В фундаментальном исследовании Д. Ризона под ошибкой понимается в общем виде «любая ситуация, при которой некая цепочка ментальных или физических действий не достигает желанной цели, и эта неудача не может быть приписана случаю» [Reason, 1993, p. 31].

В рамках теории деятельности ошибочное действие понимается как действие, выполненное вопреки плану [Норман, 2009]. Выявление или, точнее, конституирование ошибки предполагает, по крайней мере, три различных плана: а) соотнесение с нормой или интенция на норму и нормативное описание деятельности, б) соотношение и связь цели и результата деятельности, и в) общее представление о способе преодоления «разрыва» и дальнейшем развертывании деятельности. Во всех случаях выделение «ошибки» предполагает: а) оценку действия как ошибочного, б) фиксацию категорий, в соответствии с которыми определяется ошибка, в) систему сопоставлений акта действия с образцами или проектами, в результате которой строится «схема» ошибки, г) свертку полученной схемы в форму характеристики исходной деятельности и д) рефлексивно мыслительную оценку и квалификацию самой ошибки [Щедровицкий. URL : http://www.kros.ru/_libr/ped_bibl/shedp005]. Таким образом, ошибка в научном познании понимается как результат действия, совершенного неточно или неправильно, вопреки плану, но самое главное, что полученный результат не соответствует намеченной или заданной цели.

Предметом лингвистического исследования концепт ошибки является в такой степени, в какой он может быть реконструирован на основании семантического анализа соответствующих языковых единиц, отражающих комплекс представлений носителя языка об ошибочных действиях. В современном

английском языке номинации неправильных, ошибочных ситуаций составляют существенный пласт языкового содержания, что свидетельствует о важности феномена ошибки в жизни и в сознании человека. Среди номинаций ошибочных действий выявлены существительные, глаголы, прилагательные, устойчивые глагольные сочетания, фразеологизмы, посредством которых категоризуются такие сложные ментальные структуры, как заблуждения, сенсорные девиации, ошибки, ошибочные действия, способность познающего субъекта к самокоррекции: mistake, error, aberration, bad idea, bloomer, blooper, blunder, boner, boo-boo, bungle, clangor, confusion, erroneous, erratum, fallacy, fault, faux pas, flaw, flub, fluff, howler, gaffe, illusion, inaccuracy, inadvertence, lapse, miss, muff, muddle, neglect, omission, overestimation, oversight, slight, slip, slip of tongue, slip up, solecism, underestimation, glitch, screamer, screw-up, sin, transgression, trespass, untruth, wrongdoing, wrongness. Все вышеприведенные лексические единицы семантизируют оценочную квалификацию индивидом определенного объекта, его соотнесенность с идеализированной моделью мира, в которой отражаются такие значимые для субъекта характеристики, как несоответствие объекта оценки нормативному идеалу, несовпадение намеченного и достигнутого, отклонение от нормы истинностной оценки. Известно, что избирательность человеческого восприятия отражается в стремлении говорящего закрепить в языке максимальное количество неординарных, ненормативных, аномальных явлений, разного рода девиаций, и, как следствие, «словарный состав языка едва ли не в большей степени отражает патологию, чем норму» [Арутюнова, 1999, с. 83].

В концептуализации ошибочных действий отражаются принципы, базирующиеся на человеческом восприятии мира, а именно: использование физического, конкретного опыта для осмысления абстрактных оценочных концептов. Обратимся к этимологическим свидетельствам о когнитивных предпосылках концепта ошибки. Изначально, слово mistake было связано в англоязычном сознании с идеей неправильного выбора ‘the error in the choice of’ [OED, 1933]. Слово mistake является дериватом на основе заимствованного из исландского глагола taka и приставки mis-, которая

восходит к готскому missa в значении ‘wrong’ «неправильный». Слово error этимологически связано с латинским errare и первоначально означало «поиски», «блуждания», выбор неправильного пути, что нашло отражение в словарных дефинициях, ср.: to take the wrong path, to stray from one’s path, to astray, to wander [EDEL, 1910], the action of roaming or wandering, hence a devious or winding course [OED, 1933]. Семантическая деривация от латинского errare представлена значениями «идти в неопределенном направлении» ^ «идти в неправильном направлении» ^ «ошибаться», «заблуждаться».

Значение движения является исходным пунктом семантической деривации отрицательной оценки. Как специальный подтип оценки, образованный по данной модели, выделяют слова, которые эксплицитно ссылаются на какую-то внешнюю норму, в частности, слова со значением правильно или неправильно. Еще чаще в этой связи выступает развитие отрицательной оценки в глаголах с семой действия, которое планировалось, и оценка неудачного результата, ср.: русс. промахнулся, нем. Fehler (промах, ошибка), fehlen (промахнуться, ошибиться) и verstoßen промахнуться, нарушить норму). На этой модели также базируется развитие слов ошибка, ошибаться, производных от славянского корня шиб- удар, где приставка обозначает непопадание. Та же самая мотивировка лежит в основе польского chybic не попасть в цель, не удаться и chyba - ошибка [Анштатт, 1999]. Следует отметить, что синонимы ошибки, такие, как промах, просчет этимологически также связаны с идеей стрельбы и других действий, требующих точности в вычислении, достижения цели, а само слово ошибка восходит к церковнославянскому ошибати «промахнуться, ударить мимо цели» [Черных, 2007].

Итак, по народным представлениям, запечатленным в наивных картинах мира разных языков, ошибка осмысляется как блуждание в неопределенном направлении, выбор неправильного пути, как промах, непопадание в цель, о чем свидетельствуют глаголы и существительные споткнуться на ровном месте, сбиться (с пути), зайти в тупик, свернуть с правильного пути, заблудиться в трех соснах, оплошать, перепутать, обознаться, выбиться из колеи, идти по ложному следу, насту-

пать на одни и те же грабли, stumble, slip, X is on (has taken) the wrong track /path, X is on (has gotten on) a false track, X has gone astray, X strayedfrom the true path [LLA, 2005]. Совершение ошибки метафорически уподобляется неловким движениям, в результате которых человек может поскользнуться, оступиться, споткнуться, запнуться, ср.: I was completely wrong-footed; I fell flat on my face the last time I tried; She stumbled over the speech [MEDAL, 2007]. Представление об ошибке в обыденном сознании как о своего рода препятствии оказывается, говоря словами Н.К. Рябцевой, «антро-поцентричным, субъектно-ориентированным, ценностным, аксиологически и модально связанным, императивным, креативно заряженным» [Рябцева, 2000, с. 214-224]. Важно отметить, что явления, которые концептуализируются в языке как реальные или потенциальные препятствия, описываются словами и выражениями, содержащими в своем значении внутреннее, неявное или явно выраженное отрицание, подразумевающее оценку (остановки и ошибки в работе, сбой, оплошность, огрехи, упущение). Их объединяет идея нанесения вреда, причинения ущерба, возможность отрицательных последствий, и в этом заключается деструктивный аспект ошибки. С другой стороны, понимание ошибок как своего рода преград, преодоление которых позволяет достигать цели, концептуализирует путь к знаниям, способствует продвижению к намеченной цели, ср.: Science progresses by trial and error, by conjectures and refutations [BNC. URL : http://www.natcorp.ox.ac.uk]; In the past, a new sister has learned mainly through observation of those more experienced, and then, through trial and error, has developed her own style of ward management [Ibid].

Дискурсивной реализацией ошибочной ситуации может служить пример ниже, в котором представлена денотативная ситуация (мужчина зашел в бар, чтобы обналичить чек), оценка этого действия как ошибочного (это было ошибкой), и та положительная альтернатива, которую надо было выбрать (надо было обналичить чек, не заходя в бар), ср.: He was telling himself it had been a mistake to come into the bar. He should have gone immediately to the desk and cashed his check and left [Chase, 2004]. Любая ошибочная деятельность, как отмечает В.М. Труб, может быть

проинтерпретирована универсальной формулой отрицания ‘не Р, a Q’, где элемент Р соответствует ожидаемому правильному действию, а Q - тому, которое было предпринято вместо Р [Труб, 2008]. Поскольку совершение любого действия означает выбор между какими-то альтернативными возможностями или просто действием и его отсутствием, высказывание равносильно утверждению, что выбор был сделан неправильно, при этом не-осуществившаяся положительная альтернатива указана в том же предложении или ближайшем контексте. Содержание ошибки, т. е. конкретное действие, являющееся предметом интерпретации, получает разное синтаксическое оформление, оно может быть обозначено герундием, вводимым предлогами of или in, ср.: «Have you entered her in nursery school?». She made a mistake one night of suggesting that Deborah saw too little of her parents and lacked the sense of security they should give her [Cheever, 2003]; I sat with the phone in my hand and wondered if I’d made a horrible mistake in agreeing to this break [Chase, 2001]. Конкретное содержание оцениваемого действия эксплицируется также в подчиненном инфинитивном обороте, ср.: He was telling himself it had been a mistake to come into the bar [Ibid]. Еще одним обозначением ошибочной ситуации являются имена с пропозитивным значением, вводимые предлогом in, обозначающие не само действие, а область, сферу деятельности, ср.: Also, at about this time, I made a mistake in business and lost several thousand dollars for the firm I work for [Cheever, 2003]; If you and your committee make a mistake in college affairs the results are usually not disastrous [Shaw, 2005]. Имя ситуации может быть обозначено именем ее участников, которые являются коммуникативно значимыми, предметное имя в таких случаях обозначает свернутую пропозицию, ср.: «You mean you believe me? You don’t think I’m lying?» He looked at me, his hands rubbing his knees. «told you: I don’t make mistakes about people» [Chase, 2004]. Ошибаться в людях имеет пресуппозицию ‘делать неправильные суждения о людях’, ‘ошибаться в оценке их поступков’ и др.

Важно отметить, что ситуация ошибки оказывается когнитивно сложной, она включает, как минимум, два события: одно событие имеет место в действительности, а вто-

рое представляет собой ментальную обработку этого события познающим субъектом, ср.: Hesitating, I lowered the gun. That was a mistake [Chase, 2004]. Предложения выше (Я опустил пистолет. Это было ошибкой) соотносятся, по сути, с одной и той же ситуацией, только первое описывает денотативный аспект ситуации, а второе представляет собой ее оценочную интерпретацию, процесс вторичной концептуализации, связанный с осмыслением признаков, т. е. содержит «косвенную номинацию события» [Зализняк, 2006, с. 545]. Весь ход нашего рассуждения подводит к мысли о том, что в концепте ОШИБКА / MISTAKE структурировано знание оценочного характера. Квалификация действий, положений дел как ошибочных имеет когнитивный статус модусной ситуации. Модусная, или оценочная, категоризация по своей природе связана с онтологией человеческого сознания, его интерпретирующей функцией и воспроизводит оценочную модель мира [Болдырев, 2005, с. 32-33]. По своему типу модусная ситуации интерпретации действия как ошибочного относится к ментальному (эпистемическому) модусу отрицательной истинностной оценки [Арутюнова, 1988, с.123], который, в свою очередь, входит в группу рационалистических, нормативных оценок [Арутюнова, 1999, с. 199]. Нормативная оценка (правильный / неправильный; корректный / некорректный) относится к вторичным, «квазиистинностным» оценкам в силу того, что «значение соответствия действительности, т. е. истинности, является для понятия правильности производным от значения нормативной оценки действия» [Там же. С. 575]. Наличие нормы есть условие и предпосылка оценки; при этом норма может задаваться как действительная, принятая самим действующим и в этом смысле как фактическая, либо как возможная (проектируемая) и удерживаемая только самим квалифицирующим. Однако сама норма в деятельности весьма относительна: нормальной будет всякая деятельность, приводящая к результату, соответствующему намеченным целям. Оценка действия по соответствию правилу переносится на его итог и тем самым преобразуется в истинностную оценку суждения. Слова ошибка, нарушение, заблуждение, погрешность, неправильность, входят в концептуальное поле «антинормы», так как они на-

зывают негативно оцениваемую аномалию, нарушение нормы, правила, и в целом, уклонение от концепта правильности, идеи должного. Концепт правильности, сформировавшийся на базе целенаправленных действий, ориентирован, преимущественно, на результат: правильность характеризует логические следствия, выводы, заключения, итоги, решения [Там же. С. 585].

Диапазон ситуаций, которые подводятся говорящим под категорию ошибочных, чрезвычайно вариативен, поскольку интерпретационные предикаты, среди которых и предикаты ошибки, «сами по себе не обозначают никакого конкретного действия, а служат лишь для оценочной интерпретации другого, вполне конкретного действия, представляемого как уже совершенное кем-то и образующего пресуппозицию данного глагола» [Апресян, 2004]. Важной составляющей ошибочной ситуации являются ее отрицательные последствия, которые зачастую имеют деструктивный характер не только для самого ошибающегося, но и для других людей, ср.: A referee’s mistake lost them the match against Auckland [BNC. URL : http://www.natcorp.ox.ac.uk]; The

Government wants them to find out more about the sort of error that leads to tragedies such as the Chernobyl blast in Russia [Ibid]. Когнитивная природа ошибки раскрывается лишь из системы мыслительных операций, которые к ней привели, и тех, которые приводят к ее исправлению [Kenaan, 1999]. Рефлексия над совершенным действием, его оценка как ошибочного, номинируется ментальными глаголами из сферы знания, мнения, понимания realize, understand, think, know, ср.: Graig realized that somehow he had been in error in his judgment of Brenner’s script [Shaw, 2005]; In the back of her mind was the feeling she had somehow made a mistake that threatened her whole way of living [Chase, 2004]. В обыденном сознании ретро-спективность для анализа ошибок важна для того, чтобы извлечь из них урок, осознать, что привело к ошибочному результату и не повторять таких ошибок в последующем, ср.: He was right, of course; it had been a mistake, and one which she had no intention of repeating [Ibid].

Общее свойство ошибочного поведения заключается в том, что ошибку нельзя совершить сознательно, она может быть осознана

только ретроспективно, т. е. в момент совершения ошибочного действия человек не знает, что оно ошибочно [Кустова, 2000]. Эта особенность ментального состояния человека профилируется на системном уровне через признак ‘неосознаваемость субъектом ошибочности действия в момент его совершения’, который актуализируется как you do not realize that you are making a mistake [LLA, 2005]. Именно внутреннее состояние субъекта является главным отличием ошибки от нарушения. Тот, кто нарушает правило, норму, закон ЗНАЕТ (или, по крайней мере, должен знать, об этом). Тот, кто совершает ошибку, НЕ ЗНАЕТ и не может знать (иначе бы ошибок никто никогда не делал). Ошибку, в отличие от нарушения, нельзя запланировать, ее нельзя совершить сознательно, намеренно. Нарушение имеет социальный характер, в основе которого лежит неправильное выполнение или невыполнение правил, законов, норм, требований, которые устанавливаются другими людьми [Кустова, 2004, с. 233].

Итак, в лингвистическом аспекте феномен ошибки является сложной ментальной структурой, которая имеет модусную природу. Сквозь призму модуса ошибки отражается когнитивно-оценочная деятельность человека по соотнесению событий с некоторой идеализированной моделью мира, в которой отражаются значимые для субъекта характеристики, такие, как несоответствие объекта оценки нормативному идеалу, несовпадение намеченного и достигнутого, отклонение от нормы истинностной оценки. В высказываниях с модусом ошибки выражается нормативная оценка действия, а не истинностная оценка суждения.

Библиографический список

1. Арутюнова, Н.Д. Типы языковых значений : Оценка. Событие. Факт [Текст] / Н.Д. Арутюнова. - М. : Наука, 1988. - 341 с.

2. Арутюнова, Н.Д. Язык и мир человека [Текст] /

Н.Д. Арутюнова. - 2-е изд., испр. - М. : Языки русской культуры, 1999. - 896 с.

3. БПС - Большой психологический словарь [Текст] / под ред. Б.Г. Мещерякова, В.Г. Зинченко. - СПб. : Прайм-Еврознак , 2006. - 627 с.

4. Гуссерль, Э. Картезианские медитации [Текст] /

Э. Гуссерль // Собр. соч. / пер. с нем. В.И. Молчанова. - М. : Дом интеллектуальной книги, 2001. -141 с.

5. Зализняк, А.А. Многозначность в языке и способы ее представления [Текст] / А.А. Зализняк.- М. : Языки славянских культур, 2006. - 672 с.

6. Историко-этимологический словарь современного русского языка [Текст] / П.Я. Черных. - М. : Рус. яз.

- Медиа, 2007. - Т. 2. - 559 с.

7. Кустова, Г.И. Типы производных значений и механизмы языкового расширения [Текст] / Г.И. Кустова. - М. : Языки славянской культуры, 2004. -472 с.

8. Норман, Д. Дизайн промышленных товаров [Текст] / Д. Норман. - М. : Вильямс, 2009. - 384 с.

9. НОСС - Новый объяснительный словарь синонимов русского языка [Текст] / под общ. рук. акад. Ю.Д. Апресяна. - 2-е изд., испр. и доп. - М.; Вена : Языки славянской культуры; Венский славистический альманах, 2004. - 1488 с.

10. Падучева, Е.В. Семантические исследования (Семантика времени и вида в русском языке; семантика нарратива) [Текст] / Е.В. Падучева. - М. : Языки русской культуры, 1996. - 464 с.

11. Рябцева, Н.К. Язык и естественный интеллект [Текст] / Н.К. Рябцева. - М. : Academia, 2005. - 640 с.

12. Фрейд, З. Ошибочные действия : Введение в психоанализ / З. Фрейд; пер. с нем Г.Б. Барышниковой.

- М. : АСТ МОСКВА, 2010. - 253 с.

13. Щедровицкий, П.Г. От «психологии ошибки» к «психологии развития» [Электронный ресурс] / П.Г. Щедровицкий. - Режим доступа : http://www. kros.ru/_libr/ped_bibl/shedp005/index.php. (дата обращения : 06.04.2012).

14. BNC - British National Corpus [Electronic resource].

- URL : http://www.natcorp.ox.ac.uk (дата обращения : 06.04.2012).

15. Chase, J.H. A Lotus for Miss Quon [Text] / J.H. Chase.

- M. : Менеджер, 2004. - 224 р.

16. Cheever, J. Selected Prose [Text] /J. Cheever. - M. : Менеджер, 2003. - 304 р.

17. CIDE - Cambridge International Dictionary of Current English [Text]. - Cambridge : Cambridge Univ. Press, 1995. - 897 р.

18. Dailey, J. Northen Magic [Text] / J. Dailey. - New York : Harlequin Books, 1986. - 187 р.

19. EDEL - An Etymological Dictionary of the English Language [Text] / ed. By Walter. W. Sheat. - Oxford : Clarenton Press, 1910. - 1108 р.

20. Kenaan, X. Subject to Error : Rethinking Husserl’s Phenomenology of Misperception [Text] / X. Kenaan // International Journal of Philosophical Studies.-1999. - Vol. 7 (1). - P. 55-67.

21. LLA - Longman Language Activator [Text]. -Edinburgh : Person Education Limited, 2005. - 985 р.

22. MEDAL - Macmillan English Dictionary for Advanced Learners [Text]. - Macmillan : Publishers Limited, 2007. - 1115 р.

23. OED - The Oxford English Dictionary. A New English Dictionary on Historical Principles [Text] : in 12 vol. -Oxford : Clarendon Press, 1933. - Vol. 7. - 987 р.

24. Reason J. L’erreur humaine [Text] /J. Reason. - P. : Decouverte, 1993. - 368 p.

25. Shaw, I. Nightwork [Text] / I. Shaw. - СПб. : Антология, КАРО, 2005. - 448 р.