Научная статья на тему 'Фантоматика Станислава Лема с точки зрения виртуологии'

Фантоматика Станислава Лема с точки зрения виртуологии Текст научной статьи по специальности «Философия, этика, религиоведение»

CC BY
107
19
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ВИРТУОЛОГИЯ / ВИРТУАЛЬНОСТЬ / ВИРТУАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ / ВИРТУАЛЬНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ / КОМПЬЮТЕРНЫЕ ВИРТУАЛЬНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ / ФАНТОМАТИКА / ФАНТОМАТ / ЦЕРЕБРОМАТИКА / ТЕЛЕТАКСИЯ / VIRTUOLOGY / VIRTUS / VIRTUAL REALITY / VIRTUAL TECHNOLOGIES / COMPUTER VIRTUAL TECHNOLOGIES / PHANTOMATIC / PHANTOMAT / TSEREBROMATIC / TELETAKTION / PHANTOPLIKATION / ФАНТОПЛИКАЦИЯ

Аннотация научной статьи по философии, этике, религиоведению, автор научной работы — Юхвид Алексей Владимирович

В данной статье автор проводит философско-методологический анализ фантоматического подхода С. Лема с точки зрения авторской концепции виртуологии. Виртуология имеет свою философию, структуру, теоретическое и практическое ядро, направления исследований.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Phantomatics of Stanislav Lem from the viewpoint of virtuology

In this article the author spends philosophical-methodological analysis phantomatical S. Lem's approach from the point of view of the author's concept virtuology. Virtuology has the philosophy, structure, a theoretical and practical kernel, directions of researches.

Текст научной работы на тему «Фантоматика Станислава Лема с точки зрения виртуологии»

А.В. Юхвид

ФАНТОМАТИКА СТАНИСЛАВА ЛЕМА С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ВИРТУОЛОГИИ

Аннотация. В данной статье автор проводит философско-методологический анализ фантоматического подхода С. Лема с точки зрения авторской концепции виртуологии. Виртуология имеет свою философию, структуру, теоретическое и практическое ядро, направления исследований.

Abstract. In this article the author spends philosophical-methodological analysis phantomatical S. Lem's approach from the point of view of the author's concept virtuology. Virtuology has the philosophy, structure, a theoretical and practical kernel, directions of researches.

Ключевые слова: виртуология; виртуальность; виртуальная реальность; виртуальные технологии; компьютерные виртуальные технологии; фантоматика; фантомат; цереброматика; теле-таксия, фантопликация.

Keywords: virtuology; virtus; virtual reality; virtual technologies; computer virtual technologies; phantomatic; phantomat; tserebromatic; teletaktion; phantoplikation.

Введение

В современной постнеклассической философии виртуальная проблематика комплексно изучается в виртуологии и компьютерной виртуологии [10, c. 81-85] - новых научных направлениях, разработкой которых занимается автор статьи. Институционально этими научными направлениями занимаются © Международный Центр виртуологии (© World Center Of Virtuology) и © Международный Центр компьютерной виртуологии (© World Center Of

Computer Virtuology) - два международных цифровых некоммерческих научных проекта, созданных и возглавляемых автором статьи. Данные проекты созданы автором статьи на платформах двух крупнейших международных компьютерных компаний Google и Facebook в июле 2018 г. в статусе официального разработчика данных компаний. Эти цифровые проекты доступны для изучения и интерактивного взаимодействия в трехмерном формате в компьютерных виртуальных системах нового поколения - Standalone VR: Oculus Go, Oculus Quest, Lenovo Mirage Solo, Lenovo Mirage Solo Gdof, Vive Focus, Vive Focus Plus. Также они доступны и на традиционных компьютерных устройствах - стационарных компьютерах, планшетах, ноутбуках и смартфонах в двухмерном формате.

С мая 2018 г. автор статьи активно участвует в международных конгрессах и конференциях профессиональных разработчиков VR-технологий: F8 (2018), F8 (2019), Oculus Connect 5 (2018), Oculus Connect б (2019), CES (2019) и других в дистанционном режиме, выступает на них и интегрирован в мировое сообщество VR-разработчиков с целью дальнейшего всестороннего развития своих междисциплинарных проектов по VR в России и во всем мире. Основными своими задачами автор видит участие в комплексной разработке отрасли VR в России и активной работе в ней, возврат в Россию уехавших за рубеж своих российских друзей и коллег - специалистов в области компьютерных наук высочайшего мирового класса, а также привлечение лучших российских и зарубежных специалистов по VR к работе над проектами в области VR в России.

Виртуология: краткая информация

В рамках виртуологии виртуальная проблематика рассматривается как единое проблемное поле, в котором можно выделить три проблемных уровня научных исследований: виртуальность, виртуальную реальность и виртуальные технологии.

В рамках первого уровня научных исследований в виртуоло-гии проводится историко-философское, теоретико-философское и философско-методологическое изучение проблемы виртуальности, в котором раскрываются понятия «виртуальность» и «виртуальный», а также другие понятия на их основе, которые составляют понятийную базу концептуальных подходов в рамках виртуальной проблематики. Также в рамках данного уровня научных исследо-

ваний в виртуологии проводится философско-методологический анализ ряда концептуальных подходов к виртуальной проблематике, в которых основным предметом исследования является виртуальность. К ним можно отнести: реально-виртуальный подход М. Кастельса, дифференциальный подход Ж. Делеза, актуалогиче-ский подход Д.В. Пивоварова и другие. Также в рамках данного уровня научных исследований в виртуологии анализируется применение понятий «виртуальность» и «виртуальный» в различных научных областях - физике, психологии, искусстве и др. И, наконец, в рамках первого уровня научных исследований в виртуологии формулируются собственные определения понятий «виртуальность» и «виртуальный».

В рамках второго уровня научных исследований в виртуоло-гии проводится историко-философское, теоретико-философское и философско-методологическое изучение проблемы виртуальной реальности. Также в рамках данного уровня научных исследований в виртуологии проводится философско-методологический анализ ряда концептуальных подходов к виртуальной проблематике, в которых основным предметом исследования является виртуальная реальность (компьютерная, психологическая, диалогическая и т.д.). К таким подходам можно отнести: фантоматический С. Лема, виртуально-общественный Г. Рейнгольда, коммуникативный М. Маклюена, волновой Э. Тоффлера, симулятивный Ж. Бод-рийяра, полионтичный Н.А. Носова, диалогический М.Ю. Опенкова, субъектный И.Г. Корсунцева и другие. Помимо концептуальных философских подходов, на втором уровне научных исследований в рамках виртуологии проводится философско-методологический анализ большого количества современных философских, естественно-научных и междисциплинарных исследований, в которых рассматриваются отдельные аспекты проблемы виртуальной реальности. И, наконец, на втором уровне научных исследований в рамках виртуологии дается собственное определение понятия виртуальной реальности.

В рамках третьего уровня научных исследований автором подробно раскрываются концепции виртуологии и компьютерной виртуологии [10, с. 81-85] как новых междисциплинарных научных направлений по изучению и развитию проблематик виртуальных технологий и компьютерных виртуальных технологий, имеющих свои объект, предмет и методы исследования, структуру и понятийный аппарат, теоретическую и практическую составляющие, а также концепцию институализации.

Фантоматический подход Станислава Лема с точки зрения

виртуологии: философско-методологический анализ

Данная статья посвящена фантоматическому подходу к виртуальной проблематике, который изучается в рамках второго уровня научных исследований в виртуологии. Фантоматический подход был разработан Станиславом Лемом (12.09.1921 - 27.03.2006) -выдающимся польским мыслителем и философом, ученым, футурологом, прозаиком, драматургом, критиком, литературоведом. Станислав Лем - был действительным членом Польской академии наук (с 1994 г.), почетным доктором Вроцлавского политехнического института, университета Bielefeld в Германии и многих других крупных университетов мира. С. Лем являлся крупным специалистом по философии науки в области биологии и теории эволюции, математики, астрономии, физики, кибернетики, теории информации, структурной лингвистики, общей культурологии и ряда других научных дисциплин. С. Лем также являлся автором философских концепций новых научных направлений - фанто-матики, интеллектроники, астроинженерии. С. Лем создал множество философских произведений: «Диалоги» (1957), «Сумма технологии» (1962), «Философия случая» (1968), «Прогноз развития биологии до 2040 г.» (1981), «Тайна китайской комнаты» (1996), «Мегабитовая бомба» (1999), «Мгновение» (2000) и др. Последние десятилетия творчества Станислава Лема были отмечены преобладающим интересом к философии, социологии, методологии, а не к художественной литературе в силу того, что многие его предсказания относительно путей развития науки, данные в 1960-е годы, стали сбываться.

В данной статье нас будут интересовать несколько философских работ С. Лема: «Фантомология» (1962) [4, с. 302-365], «Тридцать лет спустя» (1991) [3, с. 5-37], «Фантоматика» (1996) [1, с. 59-68], «Фантоматика II» (1996) [2, с. 78-88], в которых он изложил свою философскую концепцию фантоматики - учения, в котором предсказал возможность создания электронных искусственных реальностей и способов погружения в них.

В первой части работы «Фантомология» (1962), которая называется «Основы фантоматики», С. Лем рассматривает проблему, которая заключается в следующем: как создать действительность, которая для разумных существ, живущих в ней, ничем не отличалась бы от нормальной действительности, но подчинялась бы другим законам? Чтобы как-то подойти к решению этой проблемы,

он ставит сначала более ограниченную задачу: можно ли создать искусственную действительность, во всех отношениях подобную подлинной и совершенно от нее неотличимую? Первая проблема -это создание миров, вторая - создание иллюзий. Но иллюзий совершенных. Но, как говорит автор концепции фантоматики, он не уверен, что такие иллюзии можно считать только иллюзиями (в концепции полионтичности Н.А. Носова виртуальная реальность - это не иллюзия, а именно реальность, обладающая онтологическим статусом [5, с. 152-164]). Рассматриваемую область знания С. Лем называет фантоматикой. Она, по его мнению, является как бы преддверием к настоящей технологии созидания [4, с. 302].

С. Лем пишет о том, что «можно было бы создать специальную "приставку" к глазному яблоку, так сказать, "антиглаз" -оптически эквивалентную систему, "соединяемую" с настоящим глазом через отверстие зрачка. Когда человек смотрит (в обычных условиях) собственными глазами, но не непосредственно, а через "антиглаз", он видит все вполне нормально, только на носу у него надето нечто вроде очков (несколько усложненных), причем "очки" эти не только служат "посредником", пропускающим свет от окружающей среды к глазу, но являются также "пуантилирующим" устройством, которое разбивает видимое изображение на элементы по числу палочек и колбочек сетчатки. Элементы поля зрения антиглаза соединены (например, тонким кабелем) с записывающей аппаратурой. Если затем потребуется воспроизвести реакцию, то нужно снова надеть человеку эти "очки", на этот раз уже в темноте, а информацию, записанную в аппаратуре, направить в его мозг по каналу аппаратура - "антиглаз" - глаз - зрительный нерв» (данное описание 1962 г. полностью соответствует тому, что мы называем сегодня компьютерным виртуальным шлемом). Чтобы добиться наиболее совершенной имитации, необходимо дать глазу также и свободу аккомодации [4, с. 305] (сегодня это реализовано в технологии глазного трекера, который по отслеживанию положения хрусталика глаза соответствующим образом меняет картинку в компьютерном виртуальном шлеме).

Далее С. Лем пишет: «Таким образом, если наш испытуемый пребывает в темноте, а по всем его нервным путям в мозг поступают серии импульсов, в точности таких, какие шли по ним, когда велась запись реальной ситуации, то субъективно этот человек находится в указанной ситуации. Он будет видеть небо, розу в собственной руке, в глубине за верандой сад, газон, играющих детей и т.д. Что бы, однако, произошло, если бы испытуемый захотел,

например, встать с кресла и выйти в сад? При попытке встать возникла бы диковинная путаница: желая взяться за перила, которые он видел бы на расстоянии метра от себя, он схватился бы за воздух (это стандартная ситуация при работе с компьютерным виртуальным шлемом и компьютерной виртуальной перчаткой -вместо виртуального предмета человек обхватывает пальцами в реальности пустоту). Его переживания раздвоились бы на то, что он чувствует и воспринимает, и на то, что он делает. Эта раздвоенность явилась бы результатом расхождения между его нынешней двигательной активностью и прошлой, сенсорной, записанной нами» [4, с. 306] (это обычная проблема при работе с компьютерными виртуальными технологиями, когда человек, пребывая в компьютерной виртуальной реальности с надетым компьютерным виртуальным шлемом и компьютерной виртуальной перчаткой, совершая там определенные физические действия - ходьбу, бег и т.д., физически сидит неподвижно за столом).

Далее автор пишет о том, что возможны развлечения будущего, которые основаны на воздействии, аналогичном воздействию в нашем эксперименте. Герой такого произведения надевает себе на голову надлежащие электроды и тут же оказывается в центре Сахары или на поверхности Марса [4, с. 307] (данный вид компьютерного искусства уже реализован с помощью компьютерных виртуальных технологий Silicon Graphics в Южной Корее, а также в Standalone VR - шлемах Oculus Go).

Фантоматика, по С. Лему, предполагает создание двусторонних (интерактивных) связей между «искусственной действительностью» и воспринимающим ее человеком. Другими словами, фантоматика является искусством с обратной связью. «Фантома-тика предполагает создание такой ситуации, когда никаких "выходов" из созданного фиктивного мира в реальную действительность нет» [4, с. 308] (это сенсорная депривация от физической реальности, которая осуществляется при работе с компьютерной виртуальной системой - органы чувств человека воспринимают сигналы не от внешнего мира, а от соответствующих данным органам чувств компьютерных виртуальных устройств).

В последующих разделах своего философского труда «Фан-томология» С. Лем рассматривает несколько способов, при помощи которых такой мир можно создать. В разделе «Фантоматическая машина» автор начинает такое рассмотрение с потенциальной возможности создания фантоматической машины, с помощью которой человека можно погрузить в иную реальность, отличную от

физической (это классический пример виртуального компьютера, которые сегодня производятся различными фирмами в США, Китае, Японии и ряде других стран).

С. Лем пишет: «Что может испытывать человек, подключенный к фантоматическому генератору? Все, что угодно. Он может взбираться по отвесным альпийским скалам, бродить без скафандра и кислородной маски по Луне, покорять Северный полюс. Он может также почувствовать, что у него выросли громадные орлиные крылья, и летать; или же превратиться в рыбу и жить среди коралловых рифов. Он может быть фараоном Аменхотепом, он может быть пророком с гарантией, что все его пророчества в точности исполнятся; может умереть, может воскреснуть, и все может повторяться много, много раз» [4, c. 309] (многое из этого уже реализовано в ряде научных и развлекательных проектов с применением компьютерных виртуальных технологий).

Далее автор концепции фантоматики пишет о том, как, по его мнению, можно создать такие ощущения. Задача эта, по его мнению, отнюдь не простая. «Мозг человека необходимо подключить к машине (виртуальному компьютеру), которая будет вызывать в нем определенные комбинации обонятельных, зрительных, осязательных и других раздражений. В то же время импульсы, которые его мозг будет вырабатывать в ответ на поступающие в него раздражения, должны тут же, в долю секунды, передаваться машиной в ее подсистемы, и вот в результате корректирующей игры обратных связей и цепочек раздражений, которые формируются самоорганизующимися устройствами, соответственно спроектированными, первая красавица мира будет отвечать на его слова и поцелуи (системы для виртуального секса. - А.Ю.), стебли цветов, которые он возьмет в руку, будут упруго изгибаться (технология "Cyber Grasp". - А.Ю.), а из груди врага, которую ему захочется пронзить мечом, хлынет кровь» [4, c. 309] (технология «виртуальный жилет»). Здесь С. Лем показывает, в чем заключается действие фантоматики как «искусства с обратной связью» - искусства, которое превращает пассивного зрителя в активного участника, героя, в основное действующее лицо запрограммированных событий. Далее С. Лем пишет: «Пока ни фантоматической машины, ни программ для нее не существует» [4, c. 310] (на сегодняшний день существует множество компьютерных виртуальных технологий, а также обширное программное обеспечение для них).

Далее С. Лем говорит о том, что программа фантоматиче-ского сеанса может быть лишь весьма общей, например «Египет

периода XI династии». Человек в сеансе может повернуть голову, желая посмотреть на ту часть тронного зала фараонов, которая находится у него «за спиной». На импульсы, направляемые мозгом в этот момент к мышцам затылка и шеи, должна последовать немедленная «реакция», а именно: зрительный образ, поступающий в мозг, должен изменяться так, чтобы в поле зрения человека и в самом деле возникла «задняя часть зала» (технология, позволяющая осуществить это, называется «наголовный трекер». Его функции в смартфонах, используемых с Mobile VR-гарнитурами, Desktop VR-шлемах и Standalone VR-шлемах выполняют акселерометр и гироскоп).

Также в данном разделе С. Лем затрагивает интересный вопрос - может ли человек, подвергнутый «фантоматизации», вообще каким-либо мыслимым способом убедиться, что все им испытываемое - лишь иллюзия, отделяющая его от временно утраченной действительности [4, с. 312] (в данном примере также затронут важнейший вопрос виртуальной проблематики - отличие виртуальной реальности от физической реальности).

С. Лем говорит о том, что если фантоматика станет чем-то вроде современного кинематографа, то сам факт прихода в ее святилище, приобретение билета и другие предварительные действия, воспоминание о которых фантомизируемый сохранит и во время сеанса, а также знание того, кем он на самом деле является в обычной жизни, позволят ему относиться достаточно «недоверчиво» к своим ощущениям. Это имело бы два аспекта: с одной стороны, зная об условности ситуации, в которой он находится, человек мог бы, в точности как во сне, позволять себе гораздо больше, чем в действительности, т.е. его смелость в бою, в общении с другими людьми не отвечала бы его обычному поведению [4, с. 313] (это очень важный вопрос в современной виртуальной проблематике, что действия в виртуальной реальности над предметами и людьми можно совершать, не боясь повредить им).

Второй аспект - это очень важный гносеологический вопрос, связанный с тем, что «вхождение» в фантоматический спектакль можно превосходно замаскировать и что он может иметь несколько уровней - так как это бывает во сне, когда человеку снится, что он проснулся, а в действительности он видит следующий сон, как бы включенный в первый. Как же в этом случае понять, с какой реальностью мы имеем дело - с фантоматической или действительной?

Здесь С. Лем приводит один очень простой способ. Выше было указано, что машина служит единственным источником информации о внешнем мире. Это действительно так. Но машина не является единственным источником информации о состоянии самого организма [4, c. 315]! Биохимическая информация, создаваемая организмом, не поддается контролю, по крайней мере в фантоматах, о которых речь шла выше. Человеку достаточно сделать приседаний эдак сто, и, если он вспотеет, начнет слегка задыхаться, если его сердце начнет биться учащенно, а мышцы устанут, то ясно, что он ощущает все наяву, а не в фантомате. Однако, с точки зрения С. Лема, и эту проблему можно было бы решить, если бы, конечно, кто-нибудь был заинтересован в дальнейшем совершенствовании фантоматики (она уже решена созданием компьютерных виртуальных технологий для придания естественной динамики пользователя в киберпространстве - «виртуальной сферы» братьев Латыповых, «виртуальной платформы», VR-тренажера ICAROS и др.). Таким образом, усовершенствование машины по С. Лему делает физиологический метод распознавания фантомизации совершенно бесполезным [4, c. 316].

В этом случае, как пишет С. Лем, остается только интеллектуальная игра с машиной. Он пишет: «Допустим, что вы знакомы с каким-нибудь известным философом или психологом, приходите к нему и вступаете с ним в беседу. Конечно, и эта беседа может быть иллюзией, но машина, которая имитирует разумного собеседника, значительно более сложна, чем фантоматическая экскурсионная машина. "Экскурсионный" фантомат и фантомат, "создающий людей", - это два различных устройства. Создать второй несравненно труднее, чем первый» (это сегодня реализовано в программных VR-продуктах с элементами искусственного интеллекта Standalone VR-систем, например в Oculus Go, где можно пообщаться с Моцартом, Эйнштейном, изучать иностранные языки с преподавателем и др.).

Также С. Лем описывает еще один способ распознания подлинности ситуации: «У каждого человека есть свои секреты. Эти секреты могут быть и пустяковыми, но они сугубо личные. Поэтому ни машина, ни кто-либо другой не знают о них и этим можно воспользоваться для понимания того, с какой реальностью мы имеем дело - с подлинной или фантоматизированной. Однако и в этом случае у машины всегда остается возможность тактического маневра. И опять ничего не известно: либо вы находитесь в

реальной действительности, либо же машина совершила ловкий маневр, парируя им ваши действия [4, с. 318].

Таким образом, С. Лем констатирует следующий факт: «то, что лицо Х находится в реальном, а не в фантоматическом мире, всегда может быть лишь вероятным, но никогда оно не является вполне достоверным. Игра с машиной - это как бы игра в шахматы: современная электронная машина проигрывает умелому игроку и выигрывает у посредственного; в будущем она будет выигрывать у любого шахматиста» (если эту фразу воспринимать буквально, то случай с Г. Каспаровым и шахматным суперкомпьютером Deep Blue - яркий пример такой ситуации).

В заключение данного раздела С. Лем говорит о том, что никакая цивилизация не может «полностью фантоматизироваться». Если бы все живущие в ней люди начали с определенного момента участвовать в фантоматических спектаклях, то реальный мир этой цивилизации остановился бы в своем развитии и замер. Это была бы своего рода эвтаназия - разновидность самоубийства цивилизации. Поэтому существование ее С. Лем считает невозможным [4, с. 319] (в действительности сегодня происходит новая компьютерная революция - Standalone VR, в результате которой происходит массовое международное распространение беспроводных компьютерных виртуальных технологий высокого уровня, таких как Oculus Go, Lenovo Mirage Solo, Vive Focus, являющееся началом новой виртуальной эпохи. Уже начинается второй этап новой компьютерной революции - Standalone VR, связанный с выходом второго поколения Standalone VR-устройств: Oculus Quest, Lenovo Mirage Solo Gdof и Vive Focus Plus. Эти технологии со временем могут стать мостом между человеком, погруженным в VR, и роботами с искусственным интеллектом, действующими в физическом мире синхронно с человеком в VR. Эта тенденция может стать массовой. О философии компьютерной революции впервые написал доктор философских наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации А.И. Ракитов в 1986 г. [7, c. 75]. О новой компьютерной революции - Standalone VR впервые написал автор данной статьи в мае 2018 г. [8]).

В следующем разделе своей работы «Периферическая и центральная фантоматика» С. Лем выделяет периферическую фан-томатику и центральную фантоматику. Периферическая фанто-матика определяется им как опосредствованное воздействие на мозг - в том смысле, что фантоматические раздражители сообщают мозгу только информацию о фактах; аналогичным образом

на него воздействует окружающая среда [4, с. 322-323]. «Центральную фантоматику» он определяет как непосредственное возбуждение определенных центров мозга, вызывающее приятные ощущения или чувство наслаждения. Ведь и до сих пор люди не перестали использовать средства, вызывающие «приятные состояния», в том числе ядовитые вещества (алкоголь и др.), поэтому Лем не исключает возможность возникновения в будущем «центральной фантоматики» как «техники облегченного наслаждения».

В следующем разделе своей работы «Пределы фантома-тики» С. Лем рассматривает пределы фантоматики и опасности ее применения. По его мнению, продукция фантоматики может разделиться, как это произошло в кинематографе и в других видах искусства, на художественно ценную и дешевую рыночную продукцию [4, с. 325].

Также С. Лем отмечает, что фантоматика может иметь очень опасные последствия. «Фантоматика - это техника суррогатного удовлетворения желаний, которой можно легко злоупотреблять, нарушая общественно допустимые нормы. Нам могут возразить, что "фантоматическая распущенность" не представит опасности для общества, так как будет чем-то вроде выпускания "дурной крови". Ведь "сотворение зла ближнему" в фантоматических спектаклях никому не принесет вреда. Разве кого-нибудь привлекают к ответственности даже за самые кошмарные сны?»

Такая трактовка, как считает С. Лем, может наткнуться на возражения. Ее противник будет утверждать, что преступные действия в фантоматическом спектакле будут лишь побуждать человека к повторению их в реальной ситуации. Как известно, человек больше всего стремится к тому, что для него недоступно [4, с. 326] (этот факт сегодня проявляется в том, что в Америке, а также ряде других стран школьники и студенты совершают убийства, вдоволь наигравшись в компьютерные игры, в которых главными элементами являются стрельба и насилие).

Также С. Лем пишет, что могут возникнуть нелегальные фантоматы, однако это будет относиться к компетенции скорее полиции, чем кибернетики. Он пишет: «От кибернетиков могли бы потребовать, чтобы они встроили в аппаратуру нечто вроде "цензуры" (аналога фрейдовской "цензуры снов"), которая приостанавливала бы ход фантоматического спектакля, как только клиент проявит агрессивные, садистские и тому подобные наклонности» [4, с. 327] (с помощью не контролируемых властями США компьютерных виртуальных авиатренажеров высокого уровня терро-

ристы научились водить самолет и получили настоящие удостоверения пилотов, а затем, устроившись на работу пилотами, совершили теракты в Нью-Йорке 11 сентября 2001 г.).

С. Лем также отмечает очень важный аспект фантоматики, связанный с тем, что она может найти множество очень ценных применений, не имеющих ничего общего ни с искусством, ни с развлечением. «С помощью фантоматики можно создавать в высшей степени реалистичные учебные и тренировочные ситуации; следовательно, она может использоваться для обучения любых специалистов: врачей, летчиков, инженеров и т.д. При этом исключается опасность авиационной катастрофы, неудачной хирургической операции или аварии, вызванной неправильно рассчитанной конструкцией. Кроме того, она позволяет исследовать психологические реакции, что особенно важно при отборе кандидатов в космонавты и т.д. "Фантоматические тесты" позволят психологам лучше изучить самые разные реакции людей, исследовать природу возникновения паники и т.д. Они позволят ускорить отбор абитуриентов в различные учебные заведения и для различных профессий. Благодаря фантоматике годы полета до звезды можно заполнить нормальной деятельностью, какой члены экипажа занимались бы на Земле. Фантоматика будет истинным благословением для слепых (кроме тех, у кого слепота центрального происхождения, т.е. у кого поврежден зрительный центр коры головного мозга), им она откроет огромный мир зрительных впечатлений. Таким же благословением будет она и для инвалидов, больных, выздоравливающих и т.д., а также для стариков, желающих еще раз пережить молодость, - одним словом, для миллионов людей. Мы видим, что ее развлекательные функции могут отойти на второй план» [4, с. 332] (сегодня в сфере применения компьютерных виртуальных технологий вполне возможен такой сценарий развития).

Далее С. Лем пишет о том, что фантоматика может стать и настоящей опасностью, общественным бедствием, однако такая же возможность существует и для любых достижений технического прогресса (это очень важный аспект, который позволяет сегодня внедрять компьютерные виртуальные технологии в различные сферы деятельности, используя в качестве эффективного инструмента их безопасности правовую регламентацию их использования, а не останавливаться в развитии данного направления). Опасности, связанные с внедрением фантоматов, по мнению С. Лема, должны блокироваться общественными системами и господствующими политическими силами [4, с. 332].

В следующем разделе своей работы, который называется «Цереброматика», С. Лем выделяет цереброматику, как один из видов фантоматики, который позволяет воздействовать на процессы в мозге и на состояние сознания, минуя обычные, биологически сформированные, информационные каналы мозга, позволяя «переделывать» сам мозг, что позволяет превратиться человеку в совершенно другую личность, которая живет в данный момент или жила когда-либо. Таких способов переделки головного мозга, по Лему, существует два. Первый метод - «генетически-эмбриональный», который состоит в том, что определенные знания и навыки можно сделать врожденными, т.е. запрограммировать их уже в генотипе яйцеклетки, из которой разовьется данный индивидуум и его мозг. Второй метод - цереброматический, который заключается в преобразовании уже зрелого мозга. Такой метод, по Лему, является более сложным, чем «генетически-эмбриональный». Ведь легче заранее запрограммировать развитие, чем сколь-либо существенным образом изменить динамику уже полностью сформировавшейся системы. Здесь, по С. Лему, есть две трудности: техническая и онтологическая [4, с. 337].

Техническая проблема заключается в том, что трудно ввести в нейронную сеть информацию о том или ином умении или навыке. Для этого потребовались бы хирургические и кибернетические операции, размыкание замкнутых нейронных дуг, контуров, и включение в них биологических, электронных или каких-либо других «вставок». Онтологическая проблема заключается в том, что «переделки», превращающие мистера Смита в Наполеона или Ньютона, могут привести к появлению совершенно новой личности, столь мало связанной с первоначальной, что, по сути дела, их следует квалифицировать как убийство [4, с. 338].

В следующем разделе своей работы «Телетаксия и фантоп-ликация» С. Лем выделяет иные способы погружения человека в другую реальность и его перемещения в пространстве, альтернативные фантоматизации - телетаксию и фантопликацию.

Если фантоматизация - это «короткое замыкание», т.е. подключение человека к машине, фальсифицирующей действительность и изолирующей его от внешней среды, то телетаксия - это подключение его к такой машине, которая служит лишь промежуточным звеном между этим человеком и реальным миром. Телетаксия позволяет «подключить» человека к произвольно выбранной реальной ситуации так, чтобы он ощущал, будто действительно находится в ней [4, с. 342]. (Такие виртуальные системы

уже созданы, например роботохирургическая система Da Vinci с VR-модулем и другие. Некоторые из них позволяют делать хирургические операции пациентам, находящимся на другом континенте, с помощью робота-манипулятора, соединенного надежной цифровой связью с виртуальным блоком, куда погружено лицо и руки хирурга. При этом хирург имеет полное впечатление того, что находится на другом континенте, в другой стране, в операционной и выполняет реальную хирургическую операцию.)

Фантопликация - это подключение нервных путей одного человека к тем же самым путям другого, в результате которого происходит слияние сознаний двух или более людей в одно общее сознание. Благодаря такой операции в соответствующим образом сконструированном «фантопликате» тысяча людей может одновременно «принимать участие» в одном и том же действии в одном фантоматическом пространстве [4, с. 344] (сегодня это называется «компьютерная ковиртуальность» [9, с. 58-59], когда двое или более людей погружаются в один компьютерный виртуальный мир. Это уже технически реализовано, например, в обучающем проекте Motorolla, когда сотрудники, физически находящиеся на разных континентах, собираются в одной виртуальной комнате и повышают свою квалификацию с полным ощущением реальности - таким образом, как если бы они действительно находились в реальном помещении. Этот метод позволяет экономить большие финансовые средства и время на авиаперелетах. Также это реализовано в сервисе Oculus Venues, представленном в Standalone VR-шлеме Oculus Go, который позволяет осуществлять VR-теле-портацию тысяч людей на одну физическую площадку в рамках различных реальных мероприятий - научных, спортивных, музыкальных и других из любой исходной точки, где есть Wi-Fi, а также коммуникацию и зрительный контакт людей друг с другом. Базовый термин «ковиртуальность» был введен доктором психологических наук, профессором Н.А. Носовым в 1990-х годах в его концепции психологических виртуальных реальностей [6, с. 25]).

В следующем разделе своей работы «Личность и информация» С. Лем затрагивает этические вопросы перемещения человека как сложного информационного комплекса в пространстве [4, с. 347-364] (это реализовано сегодня в проектах, когда люди общаются друг с другом, находясь в разных странах, с надетыми компьютерными виртуальными системами так, как если бы это происходило в реальной обстановке. Это позволяет переместиться им в одно реальное пространство (например, на Международную

конференцию Oculus Connect 5 (2018), во время которой вид реального зала подается пользователям одновременно 360-градусными видеокамерами, а сами они погружены в пространство конференции в виде объемных аватаров и могут слушать докладчика и общаться друг с другом), или одно виртуальное пространство (например, собеседники летят в космическом пространстве на крыльях огромной бабочки, при этом пользователи могут использовать различные сенсорные опции - например, видеть друг друга, пожимать друг другу руки, чувствуя рукопожатие, брать в руки различные предметы, передавать их друг другу, чувствуя их вес, форму, температуру, разговаривать друг с другом и др.).

Заключение

В результате философско-методологического анализа фанто-матического подхода С. Лема можно сделать следующие выводы.

В основе данного подхода лежит предположение о возможности создания электронных искусственных реальностей и способов погружения в них (данный подход был разработан С. Лемом в 1962 г. и, как показало время, его предположение оказалось абсолютно верным).

В рамках фантоматического подхода С. Лему удалось рассмотреть ряд очень важных вопросов виртуальной проблематики, связанных с возможностями создания: искусственной электронной действительности, во всех отношениях подобной подлинной и совершенно от нее неотличимой; «антиглаза» - оптически эквивалентной системы, «соединяемой» с настоящим глазом через отверстие зрачка и позволяющей видеть искусственную электронную реальность; развлечений будущего, основанных на электронных технологиях, позволяющих перемещаться в пространстве; фанто-матической машины, с помощью которой человека можно погрузить в иную электронную реальность, отличную от физической; периферической и центральной фантоматики; цереброматики; те-летаксии; фантопликации.

Также в рамках фантоматического подхода С. Лем рассмотрел ряд проблем, связанных: с вопросом, может ли человек, подвергнутый «фантоматизации», убедиться, что все им испытываемое - лишь иллюзия, отделяющая его от временно утраченной действительности; с пределами фантоматики; с возможными опасными последствиями фантоматики и преодолением этих опасностей; с созданием с помощью фантоматов реалистичных учеб-

ных и тренировочных ситуаций; с этическими вопросами перемещения человека как сложного информационного комплекса в пространстве [4, с. 302-365].

Станиславу Лему в концепции фантоматики удалось предвидеть очень важные тенденции, связанные с созданием компьютерных виртуальных технологий, особенностями и сферами их применения, а также опасностями, связанными с их использованием, и предотвращением данных опасностей. Его концепция имела, имеет и будет иметь очень важное значение для всех исследователей, которые занимаются компьютерной виртуальной проблематикой.

Список литературы

1. Лем С. Тайна китайской комнаты. Фантоматика // Лем С. Молох. - М.: АСТ, 2005. - С. 59-68.

2. Лем С. Тайна китайской комнаты. Фантоматика II // Лем С. Молох. - М.: АСТ, 2005. - С. 78-88.

3. Лем С. Тридцать лет спустя // Лем С. Молох. - М.: АСТ, 2005. - С. 5-37.

4. Лем С. Фантомология // Лем С. Сумма технологии. - М.: АСТ, 2002. -С. 302-365.

5. Носов Н.А. Виртуальная реальность // Вопросы философии. - 1999. - № 10. -С. 152-164.

6. Носов Н.А. Словарь виртуальных терминов // Труды лаборатории виртуали-стики. - М.: Путь, 2000. - 69 с. - (Труды лаборатории виртуалистики; вып. 7).

7. Ракитов А.И., Андрианова Т.В. Философия компьютерной революции // Вопросы философии. - М., 1986. - № 11. - С. 72-81.

8. Юхвид А.В. Аннотация и комментарии к работе: Н.Г. Мехед, А.В. Юхвид «Виртуальная реальность и проблемы национальной безопасности» // Аналитический вестник Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации. Спецвыпуск. - 2001. - № 7 (138). - Режим доступа: М^//^^^ 1асеЪоок.сот/рЬо1о.рЬр?Ма=2112546748762635&8е1=а.1049279628422691& 1уре=3&Шеа1ег

9. Юхвид А.В. Философские проблемы компьютерных виртуальных технологий. - М.: Российская академия государственной службы при Президенте Российской Федерации, 2006. - 104 с.

10. Юхвид А.В. Философско-методологическая концепция виртуологии // Философия и культура. - 2010. - № 9. - С. 81-85.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.