Научная статья на тему 'Этос науки: академик В. С. Немчинов защищает генетику (на материалах сессии ВАСХНИЛ 1948 года)'

Этос науки: академик В. С. Немчинов защищает генетику (на материалах сессии ВАСХНИЛ 1948 года) Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
185
27
Поделиться
Ключевые слова
ГЕНЕТИКА / МИЧУРИНСКАЯ БИОЛОГИЯ / СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННАЯ СТАТИСТИКА / ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ЭТИКА / ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ КОММУНИКАЦИЯ В СФЕРЕ НАУКИ

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Балакина Людмила Павловна

Рассматривается проблема партийного диктата в отношении биологии и в частности ситуация, сложившаяся в научной среде в период подготовки и работы августовской (1948 г.) сессии ВАСХНИЛ. Автор анализирует причины противостояния В. С. Немчинова и Т. Д. Лысенко, раскрывает сущность научной позиции В. С. Немчинова, исследует последствия политического вмешательства в биологическую науку.

Scientific ethos: academician V. S. Nemchinov protects genetics (based on the materials of the Lenin All-Union Academy of Agricultural Sciences of the Soviet Union session in 1948)

The article deals with the problem of the party dictatorship concerning biology and particularly the situation in the scientific environment during the preparation and work of the Lenin АН-Union Academy of Agricultural Sciences of the Soviet Union session in August of 1948. The author analyzes the reasons of confrontation between V. S. Nemchinov and T. D. Lysenko and the consequences of the political interference in Biology.

Текст научной работы на тему «Этос науки: академик В. С. Немчинов защищает генетику (на материалах сессии ВАСХНИЛ 1948 года)»

История

УДК 001.

ББК 4216(2)

ЭТОС НАУКИ: АКАДЕМИК В. С. НЕМЧИНОВ ЗАЩИЩАЕТ ГЕНЕТИКУ (НА МАТЕРИАЛАХ СЕССИИ ВАСХНИЛ 1948 ГОДА)

Л. П. Балакина

SCIENTIFIC ETHOS: ACADEMICIAN V. S. NEMCHINOV PROTECTS GENETICS (BASED ON THE MATERIALS OF THE LENIN ALL-UNION ACADEMY OF AGRICULTURAL SCIENCES OF THE SOVIET UNION SESSION IN 1948)

L. P. Balakina

Рассматривается проблема партийного диктата в отношении биологии и в

частности ситуация, сложившаяся в научной среде в период подготовки и работы августовской (1948 г.) сессии ВАСХНИЛ. Автор анализирует причины противостояния В. С. Немчинова и Т. Д. Лысенко, раскрывает сущность научной позиции В. С. Немчинова, исследует последствия политического вмешательства в биологическую науку.

Ключевые слова: генетика, мичуринская биология, сельскохозяйственная статистика, профессиональная этика, профессиональная коммуникация в сфере науки.

The article deals with the problem of the party dictatorship concerning biology and particularly the situation in the scientific environment during the preparation and work of the Lenin All-Union Academy of Agricultural Sciences of the Soviet Union session in August of 1948. The author analyzes the reasons of confrontation between V. S. Nemchinov and T. D. Lysenko and the consequences of the political interference in Biology.

Keywords: genetics, Michurin biology, agricultural statistics, professional ethics, professional communication in the sphere of science.

Актуальность статьи определяется принципиальным интересом современной историографии к ситуации в Отечественной науке. К тому же последствия такого социального явления как «лы-сенковщина» явно недооцениваются общественным мнением. Жизнь, общественная и научная деятельности одного из ведущих российских эко-номистов-статистиков В. С. Немчинова изучена недостаточно. Выбор академика Немчинова в качестве центральной фигуры данного исследования также обусловлен принадлежностью биографии ученого к региональной истории (его детство и юношеские годы прошли в Челябинске и Екатеринбурге).

Чтобы понять причины столкновения В. С. Немчинова с Т. Д. Лысенко необходимо кратко описать научные идеи Василия Сергеевича. Прежде всего, следует отметить, что В. С. Немчинов был признанным специалистом в сфере сельскохозяйственной статистики. Оригинальные теоретические построения В. С. Немчинова неизменно обогащали практику советской сельскохозяйственной статистики. Классификация Немчинова, как и предложенные им

программа и принципы динамических переписей, легли в основу двух им же организованных гнездовых динамических переписей сельского хозяйства в 1927 и 1928 гг.

В 1928 г. В. С. Немчинов стал заведующим кафедрой сельскохозяйственной статистики и учета Тимирязевской академии. Под его руководством в 1930—1931 гг. были произведены первые сплошные обследования колхозов и совхозов. Он был творцом нового метода инструментального измерения урожайности путем небольшого числа проб «меток», сменившего после начала массовой коллективизации прежние, весьма ненадежные приемы субъективной оценки урожайности и получившего широкое применение в работе Государственной инспекции по определению урожайности. Свои теоретические познания и практический опыт в 1933 г. он воплотил в учебник «Учет и статистика сельскохозяйственных предприятий». Учебник стал первым в СССР руководством по статистике совхозов и колхозов.

Следует подчеркнуть успешное решение В. С. Немчиновым главной теоретико-методоло-гической проблемы по преобразованию соб-

Л. П. Балакина

ственно экономических и технико-экономичес-ких категорий в «учетные категории», в категории сельскохозяйственной статистики. В соответствии с этим Немчинов писал о посевной площади как учетной категории ее практических разновидностях, об уравнениях в связи между ними, о возможных способах точного измерения посевных площадей (инструментальный обмер, аэрофотосъемка и др.). Он также обосновал научные приемы прогнозирования урожайности, разработал выборочные измерения урожайности при помощи «метровок» и с предельной подробностью описывал технику такого измерения. Логической частью этих рассуждений стали приемы анализа выполнения плана урожая и урожайности. Описание показателей учета он хотел совместить с достаточно глубоким разбором основ сельскохозяйственной статистики, ее принципов и методов. Автор надеялся восполнить эту в своей специальной работе «Основы сельскохозяйственной статистики». Рукопись такого углубленного курса была готова уже в 1935 г.

Однако общественно-политическая ситуация в стране резко изменилась. Важно понять смысл этих изменений именно для зарождающейся советской науки. В 1932 г. Центральное управление народнохозяйственного учета (ЦУНХУ) возглавил известный партийный работник и хозяйственник В. В. Оболенский (Осинский)1. Он выступил с теорией отмирания статистики при социализме и слияния ее с учетом. Вместо пла-на-прогноза утверждается план-закон, вместо ма-тематико-статистических методов — элементарные приемы. «Теоретики» отмирания статистики объявили, что статистика нужна только там, «где есть колеблемость, т. е. при капитализме, а где колеблемости нет, там статистика не нужна — и это считалось одним из достижений социализма»2. Отказ ЦУНХУ от использования аналитических методов, отсутствие собственной информации, подчиненность Госплану и, существовавший политический заказ привели к формированию механизма фальсификации статистических данных. Статистика начинает рапортовать о «невиданных темпах роста». Усилению оптимизма сводок способствовала деятельность созданного в 1933 г. Института изобразительной статистики при ЦИК СССР. Как покажут дальнейшие события, эта тенденция была не случайным эпизодом, а имела глубокие социально-политические причины.

К началу 1940-х гг. советская статистика представляла сложный, развивающийся, комплекс научных дисциплин (статистика сельского и лесного хозяйства, статистика промышленности, статистика рабочих бюджетов, статистика транспорта, экономическая статистика и др.). Несмотря на негативное влияние внешнего социокультурного

фактора определенное развитие и новая интерпретация статистических методов состоялась.

В 1940 г. В. С. Немчинова назначают директором старейшего сельскохозяйственного вуза страны — Московской сельскохозяйственной Академии им. К. А. Тимирязева. В. С. Немчинову удалось создать сектор статистики в институте экономики АН СССР. В марте 1940 г. по его инициативе было созвано Всесоюзное совещание по вопросам преподавания статистики в экономических вузах. В этом же году В. С. Немчинов открыл при секторе статистики института экономики АН СССР комиссию по стандартизации терминов и символов статистической науки.

Однако в целом итоги этого периода для советской статистики были малоутешительны. Многие ученые подверглись репрессиям, прекратились исследования в области демографии и статистики населения, ряд ведущих статистиков были вынуждены прервать свои разработки и посвятить себя другим областям деятельности (Е. Е. Слуцкий, М. В. Игнатьев, С. П. Бобров и др.).

Следует особо отметить, что еще в 1930-е гг. многим генетикам стало понятно, что для Т. Д. Лысенко всякий правильно поставленный учет был гибельным, поэтому он сознательно его устранял. Летом 1935 г. Т. Д. Лысенко, направил сельскохозяйственному начальству лживый и льстивый рапорт: «При Вашей поддержке наше обещание вывести в два с половиной года, путем скрещивания, сорт яровой пшеницы для района Одесщины, более ранний и более урожайный, нежели районный сорт «Лютесценс 062» — выполнено. Новых сортов получено четыре»3. Академики П. Н. Константинов и П. И. Лисицын и доктор Дончо Костов, побывавшие в июле 1936 в Одесском институте, базе Т. Д. Лысенко выяснили, что его претензия на сверхбыстрое выведение четырех сортов пшеницы — надувательство. Оказалось, что получен лишь один кандидат на сорт: «зерно пшеницы 1163» и даже он был слишком мучнист и, кроме того, сорт поражается и головней»4. Константинов, Лисицын и Костов критиковали Т. Д. Лысенко за неэффективность повсеместного применения яровизации и провал работы над морозостойкой озимой пшеницей, за отрицание им существования вирусов и занятия летними посадками картофеля вместо борьбы с вирусными заболеваниями. Их особую озабоченность вызвало снижение стандартов сортоиспытания в результате реализации Т. Д. Лысенко лозунга — «сорт в один год». То, что свои обещания Т. Д. Лысенко и в последующем не мог выполнить, объяснялось им противодействием со стороны сторонников «буржуазной» генетики.

В 1937 г. была утверждена государственная комиссия по сортоиспытанию зерновых культур

История

при Народном комиссариате земледелия СССР и, В. С. Немчинов был назначен ее председателем. Работа кафедры, а затем этой комиссии в 1937—1940 гг. опиралась на данные многолетних полевых опытов на тысячи сортоучастков, по десяткам культур и сотням сортов, при большом числе показателей агрономических, почвенных, метеорологических, урожайностей качестве зерна. Для обработки всего этого обширного материала требовались сложные статистико-матема-тические методы его обобщения и анализа. Некоторые результаты исследований и опыт государственной комиссии нашли отражение в работах В. С. Немчинова.

Группа биологов, возглавлявших ВАСХНИЛ в то время, утверждала, что так называемые законы Менделизма построены «исключительно на идее случайности», что по этому сторонники менделизма якобы не разбираясь в связях с живой природой вынуждены прибегать к теории вероятности и превращают биологическую науку «в голую статистику». Все эти заявления встретили решительное возражение Немчинова. Он в частности доказывал, что статистическая наука может стать важным орудием проверки и подтверждения многих биологических теорий.

В литературе уже указывалось на то, что события 1948 г. не были научным спором между В. С. Немчиновым и Т. Д. Лысенко5. Погрому 1948 г. в генетике предшествовали многочисленные партийно-государственные решения 1930-х гг. о переделке природы сельскохозяйственных растений в кратчайшие сроки. Намереваясь поддержать коллективизацию введением в культуру новых высокоурожайных сортов, правительство СССР издало постановление «О селекции и семеноводстве». Согласно этому решению полная замена сортов возделываемых растений, низкоурожайных на высокоурожайные по всей стране должна была быть осуществлена в течение двух лет. Постановление требовало создать такие сорта пшеницы, которые смогли бы заменить рожь и на севере, и на востоке страны. Нужно было также создать новые сорта картофеля для южных районов. Одновременно постановление требовало сокращения сроков для выведения новых сортов растений с 10—12 лет до 4—5. Ожидалось, что через 4—5 лет пшеницы СССР должны быть высокоурожайными, неполегаемыми, с высоким содержанием белка, неосыпаемыми, холодостойкими, засухоустойчивыми, устойчивыми к болезням и вредителям. Большинство советских генетиков и селекционеров считали эти задачи нереальными и прожектерскими. Т. Д. Лысенко и его тогда еще небольшая группа последователей пообещали, что они эту задачу выполнят.

В конце 1930-х гг. Т. Д. Лысенко заслужил похвалы на Пленуме ЦК ВКП(б) 1937 года... Нар-

ком земледелия СССР Я. А. Яковлев в докладе «О мерах по улучшению семян зерновых культур» заявил о том, что Т. Д. Лысенко, «применив внутрисортовое скрещивание, получил Крымку, отличающуюся достаточной зимостойкостью».. . Тов. Лысенко, например, путем внут-рисортового скрещивания придает сорту, выведенному не им, новую силу —... улучшенный им сорт начинает давать в определенных районах больший урожай»6.

И. Сталин верил в наследование благоприобретенных признаков («ламаркизм») и связь наследственности с какими-то генами считал мистикой. На ламаркистских убеждениях Сталина был основан также и знаменитый «План преобразования природы», объявленный в 1948 г. Уверенность в том, что лесные полосы, состоящие из дуба, сосны и других культур средней полосы, смогут успешно расти и в сухих заволжских степях, и в прикаспийских засоленных полупустынях, была основана не на каких-либо экспериментах, а на ожиданиях приспособления растений к новым условиям. Правда, Т. Д. Лысенко к разработке этого плана не имел прямого отношения. И. Сталин и после войны продолжал верить, что проблемы сельского хозяйства в СССР можно решить какими-то «переделками» и «чудо-сортами».

Осенью 1946-го была создана межведомственная комиссия, под руководством академиков Т. Д. Лысенко и В. С. Немчинова, по разработке долговременной государственной агрополитики. За время своей работы комиссия подготовила несколько подробных докладов и рекомендаций. Эти материалы после обсуждений в ЦК и Совмине явились основой сельскохозяйственной политики сталинского руководства.

В 1947 г. Лысенко стал рекламировать необыкновенные перспективы так называемой «ветвистой пшеницы», образцы семян которой он получил от И. Сталина. И. Сталину прислали колосья этой пшеницы из Грузии. Однако, несмотря на крупные колосья, появлявшиеся лишь при сильно разреженных посевах, эта известная еще в древнем Египте пшеница имела низкие урожаи, плохой иммунитет и давала муку с низким содержанием белка.

Историк В. Д. Есаков полагает, что с согласия Сталина было принято решение подготовить специальное постановление ЦК ВКП(б) по вопросам биологии7. Первоначальный текст проекта данного документа был подготовлен Д. Т. Шепиловым и М. Б. Митиным. Направляя его секретарю ЦК ВКП(б) А. А. Жданову, они писали 7 июля 1948 г.: «Направляем на Ваше рассмотрение проект сообщения ЦК ВКП(б) «О мичуринском направлении в биологии», исправленный согласно Ваших указаний». Ознакомившись

Л. П. Баткина

с этим проектом, А. А. Жданов изменил его название, написав «О положении в советской биологической науке», внес значительную правку и дополнил заключительную часть сообщения критикой доклада Ю. А. Жданова. 10 июля 1948 г.

А. А. Жданов и Г. М. Маленков направили проект сообщения И. В. Сталину. На копии сопроводительного письма отмечено, что одновременно проект был разослан В. М. Молотову, Л. П. Берия, А. И. Микояну, Н. А. Вознесенскому, Л. М. Кагановичу, Н. А. Булганину. В результате проведенной работы получилось не краткое постановление, а обширное заявление на 22 машинописных страницах8.

Документы, введенные в научный оборот К. О. Россияновым, свидетельствуют о том, что именно И. Сталин непосредственно руководил разгромом генетики на августовской (1948 г.) сессии ВАСХНИЛ. Он прочел текст доклада, подготовленного для Лысенко философом И. Презентом и его покровителями, и сделал несколько «гениальных и мудрых исправлений и замечаний». Редакционные правки И. Сталина, прежде всего, усиливали, идеологические акценты ряда положений доклада. Например, буржуазное мировоззрение было заменено им на ИДЕАЛИСТИЧЕСКОЕ мировоззрение, а буржуазная генетика становилась РЕАКЦИОННОЙ генетикой и т. п.9. Таким образом, Сталин не только поддержал Лысенко и позволил ему выступить с докладом на августовской (1948 г.) сессии ВАСХНИЛ. Он был в определенной мере соавтором доклада Т. Лысенко.

Т. Д. Лысенко в выступлении на августовской (1948 г.) сессии ВАСХНИЛ назвал хромосомное учение о наследственнности Моргана и Вей-смана лженаукой, реакционной теорией. Он заявил о том, что социалистическое земледелие глубокой биологической теории, которая помогла бы работникам сельского хозяйства в кратчайшие сроки выводить нужные высокопродуктивные формы растений, по своей породе отвечающие высокому плодородию, создаваемому колхозниками на своих полях. Такой теорией, по его мнению, и является «мичуринская биология».

Он также предпринял попытку поставить под сомнение теоретическую основу статистики. О теории вероятностей он заявил: «Не будучи в состоянии вскрыть закономерности живой природы, морганисты вынуждены прибегать к теории вероятности, физика и химия освободились от случайностей. Поэтому они стали точными науками, наука — враг случайностей»10. Выдающийся советский математик, проф. А. Н. Колмогоров и другие математики, которые поддерживали генетиков, также были раскритикованы в 1948 году за прежнюю поддержку менделизма. К тому же следует учитывать, что экономические

и математические основы теории оптимального планирования, которые разрабатывали Л. В. Канторович и В. В. Новожилов, представляют собой частный случай теории равновесия.

В. С. Немчинов не просто выступил на августовской сессии ВАСХНИЛ против Т. Д. Лысенко и профанации науки, но ему хватило чести, мужества и выдержки не отказаться затем от своих слов в ожидании грозных последствий. В. С. Немчинов утверждал, что он не разделяет «точку зрения, которая была высказана и нашим уважаемым председателем о том, что хромосомная теория наследственности и, в частности, некоторые законы Менделя являются какой-то идеалистической точкой зрения, какой-то реакционной теорией. Лично я такое положение считаю неправильным, и это является моей точкой зрения, хотя и мало кому интересной»11. В. С. Немчинов также резко выступил против отраслевой централизации академической науки. Он сказал, что «не согласен с академиком Т. Д. Лысенко по ряду существенных вопросов. В частности я не согласен с ним, когда он категорически утверждает, что Институт экономики сельского хозяйства не должен быть при Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук, а должен быть в недрах Министерства сельского хозяйства»12. Во время своего выступления, несмотря на выкрики с места, он твердо заявил: «Да, я могу повторить, да я считаю, что хромосомная теория наследственности вошла в золотой фонд науки человечества и продолжаю держаться такой точки зрения13. Оргвыводы в отношении В. С. Немчинова последовали незамедлительно.

Уже через день В. С. Немчинов освобождается от должности директора Сельскохозяйственной академии имени Тимирязева и на его место утверждается В. Н. Столетов. Секретариат ЦК рассмотрел также вопрос Комитета по Сталинским премиям в области науки и изобретательства, постановив вывести из состава членов комитета П. М. Жуковского и В. С. Немчинова и ввести Д. А. Долгушина и П. Н. Яковлева. Через полгода ему пришлось уйти и с кафедры статистики и учета, которую он возглавлял в Тимирязевской Академии с 192814.

Внутренняя логика развития научного знания во многом зависит от ситуации в научной среде. Последствия августовской (1948 г.) сессии ВАСХНИЛ полностью не устранены и ныне. В советской «организованной» науке те или иные идеи часто по требованию самих ученых и становились директивными указаниями. Главный урок партийно-государственных кампаний конца 1940-х годов заключается в том, что политика не должна вмешиваться в науку. Политический заказ, в данном случае, должен воплощаться в целевых программах, грантах и иных кон-

История

курсных формах финансирования исследований.

Примечания

1. Плошко Б. Г., Елисеева И. И. История статистики. М.: Финансы и статистика, 1990. С. 222.

2. Там же С. 223.

3. Бабков В. В. Как ковалась победа над генетикой // Человек. 1998. № 6. С. 82—83.

4. Константинов П. Н., Лисицын П. И., Кос-тов Д. Несколько слов о работах одесского Института селекции и генетики // Сборник дискуссионных статей по вопросам генетики и селекции. М.: ОГИЗ, 1936. С. 119.

5. Назаренко В. И. Августовская сессия ВАСХНИЛ: ее предыстория // Экономика сельскохозяйственных и перерабатывающих предприятий. 2006. № 11. С. 13.

6. Яковлева Я. А. Доклад на Пленуме ЦК ВКП(б) 28 июня 1937 г. «О мерах по улучшению семян зерновых культур» // Правда. 1937.5 июля.

7. Есаков В. Д. Новое о сессии ВАСХНИЛ 1948 года // Репрессированная наука, вып. II. СПб.: Наука, 1994. С. 57—75.

8. Известия ЦК КПСС. 1991. № 7. С. 112—113.

9. Есаков В. Д. Указ соч. С. 59; Россиянов К. В. Сталин как редактор Лысенко. К предыстории августовской (1948 г.) сессии ВАСХНИЛ // Вопросы философии. 1993. № 2. С. 56.

10. О положении в биологической науке. Стенографический отчет сессии Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук им. В. И. Ленина. 31 июля 7 августа 1948 г. М. : ОГИЗ— СЕЛЬХОЗШЗ, 1948. 520 с.

11. Там же. С. 474.

12. Там же. С. 475.

13. Там же.

14. Ставчиков А. И. 110 лет со дня рождения

В. С. Немчинова основоположника экономикоматематических исследований в России // Экономическая наука в современной России. 2004. №2. С. 145—148.

Поступила в редакцию 22 января 2010 г.

БАЛАКИНА Людмила Павловна, в 1980 г. окончила Челябинский пединститут, кандидат исторических наук (1994), доцент кафедры «История» ЮУрГУ. Научные интересы: интеллектуальная история, история Отечественной науки

BALAKINA Lyudmila Pavlovna graduated from Chelyabinsk Pedagogical Institute in 1980. She is Cand.Sc. (History) (1994), Associate Professor of the History Department of South Ural State University. Research interests: intellectual history, Russian history.