Научная статья на тему 'Естественнонаучные исследования русских ученых-эмигрантов в северном Китае (первая половина ХХ века)'

Естественнонаучные исследования русских ученых-эмигрантов в северном Китае (первая половина ХХ века) Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
449
112
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
РУССКИЕ В МАНЬЧЖУРИИ / ЕСТЕСТВОЗНАНИЕ В КИТАЕ / МУЗЕЙ В ХАРБИНЕ / РУССКИЕ ИССЛЕДОВАТЕЛИ / ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ / НАУЧНЫЕ ОБЩЕСТВА / RUSSIANS IN MANCHURIA / NATURAL SCIENCES IN CHINA / MUSEUM IN HARBIN / RUSSIAN RESEARCHERS / GEOGRAPHI-CAL EDUCATION / SCIENTIFIC SOCIETIES

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Хисамутдинов А.А.

Рассматривается история изучения Маньчжурии русскими эмигрантами, создания первых научно-обще-ственных учреждений, дается характеристика исследователям и их трудам. Отмечается роль научно-про-светительских организаций и учебных заведений, основанных русскими в Китае, в исследовании природы севера Китая и воспитании молодого поколения ученых-естествоиспытателей.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Natural Sciences Research of Russian Scientist-Emigrants in the Northern China (the first half of the 20th century)

The article presents information about the research made in Manchuria by Russian emigrants and their first public scientific organizations. Short researchers’ biographies and facts about their scientific work are also provided. The role of scientific and educational institutions set in China by Russians is stressed in the nature research in the North of China and the education of younger generation of natural scientists.

Текст научной работы на тему «Естественнонаучные исследования русских ученых-эмигрантов в северном Китае (первая половина ХХ века)»

Вестник ДВО РАН. 2016. № 1

УДК 947:901

А.А. ХИСАМУТДИНОВ

Естественнонаучные исследования русских ученых-эмигрантов в северном Китае (первая половина XX века)

Рассматривается история изучения Маньчжурии русскими эмигрантами, создания первых научно-общественных учреждений, дается характеристика исследователям и их трудам. Отмечается роль научно-просветительских организаций и учебных заведений, основанных русскими в Китае, в исследовании природы севера Китая и воспитаниимолодого поколенияученых-естествоиспытателей.

Ключевые слова: русские в Маньчжурии, естествознание в Китае, музей в Харбине, русские исследователи, географическое образование, научные общества.

Natural Sciences Research of Russian Scientist-Emigrants in the Northern China (the first half of the 20th century). A.A. KHISAMUTDINOV (Central Research Library, FEB RAS, Vladivostok).

The articlepresents information about the research made in Manchuria byRussian emigrants and theirfirstpublic scientific organizations. Short researchers ' biographies andfacts about their scientific ■work are also provided. The role of scientific and educational institutions set in China by Russians is stressed in the nature research in the North of China and the education ofyoungergeneration ofnatural scientists.

Key words: Russians in Manchuria, natural sciences in China, museum in Harbin, Russian researchers, geographical education, scientific societies.

Сегодня Китай уделяет большое внимание науке, но мало кому известно, что у ее истоков на севере этой страны стояли российские ученые-эмигранты. Примером тому являются естественнонаучные исследования выходцев из России в Маньчжурии.

В начале прошлого столетия Харбин считался одним из ведущих центров изучения Китая. Таковым он стал задолго до того, как после революции 1917 г. и гражданской войны туда хлынула русская эмиграция. Для строительства и обслуживания Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД) из России в Харбин приезжали тысячи людей - инженеры-путейцы, переводчики, учителя, образованные люди других профессий, многие из которых стремились к самообразованию и повышению квалификации. Исследование китайской действительности российскими специалистами было начато с востоковедческой стороны, в том числе с проведения экспедиций, лекционной и музейной работы, публикации научных трудов. Одной из первых организаций, объединивших исследователей Северного Китая, стало Общество русских ориенталистов (ОРО), созданное в июне 1908 г. Среди главных его задач было изучение Китая и других стран Восточной Азии в естественнонаучном отношении. О том, насколько успешной оказалась деятельность русских в этом направлении, можно судить по работе отдельных членов ОРО.

ХИСАМУТДИНОВ Амир Александрович - доктор исторических наук, заведующий отделом научно-исследовательской работы (Центральная научная библиотека ДВО РАН, Владивосток). E-mail: khisamut@yahoo.com

В новой организации в числе первых начал активно работать натуралист Николай Аполлонович Байков (1872-1858). Выпускник Тифлисского военного училища, в 1901 г. он получил перевод в пограничные войска Заамурского военного округа и 14 лет провел в Маньчжурии: участвовал в Русско-японской войне, собирал зоологические и ботанические коллекции по заданию Императорской Российской академии наук, охотился на тигров, писал рассказы и научные работы, ликвидировал банды хунхузов. «Находясь на службе, - писал Байков в автобиографии, - занимался исследовательской и литературной деятельностью .. .по указаниям директора Зоологического института профессора Н.В. Насонова и ученого ботаника Д.И. Литвинова, производя исследование края, исходил пешком и верхом всю Гиринскую провинцию от р. Сунгари до границ Кореи, вдоль и поперек» (ГАХК. Ф. 830. Оп. 3. Д. 11198. Л. 6).

В 1907 г. Академия наук присвоила Байкову почетное звание «сотрудник-корреспондент», а в 1908 г. Министерство государственных имуществ по ходатайству Академии наук наградило его за научную деятельность земельным участком в 100 десятин в ЮжноУссурийском крае. Первую мировую войну Байков закончил командиром полка в звании полковника, а в 1918-1919 гг. находился в рядах Добровольческой армии. В 1920 г. он заболел тифом и был эвакуирован англичанами в Египет, в 1922 г. через Индию вернулся в Харбин, где продолжил изучение Маньчжурии. Результаты этих исследований нашли отражение в многочисленных публикациях в периодике, в основном связанных с охотой, и художественных произведениях, переведенных на многие языки (японский, китайский, немецкий, французский, английский, итальянский и чешский).

Деятельным членом ОРО был и ученый-агроном Василий Васильевич Солдатов (1875-1923). Он приехал в Китай в 1911 г. и через год стал одним из учредителей и председателем Маньчжурского сельскохозяйственного общества. Вступив в ОРО в конце января 1913 г., уже весной прочитал там доклад «Организация агрономической помощи населению в полосе отчуждения КВЖД». В процессе подготовки монографии «Некоторые данные о климате Северной Маньчжурии, имеющие значение для сельского хозяйства» (1915), Солдатов провел немало наблюдений и собрал большое количество естественнонаучного материала, который пригодился исследователю позднее, когда он стал преподавать в Харбине экономическую географию, статистику и политическую экономию. После смерти В.В. Солдатова о нем писали: «Своих учащихся В.В. старался привлекать и к практической работе, и многие, конечно, помнят, что первая перепись Харбина была осуществлена в 1913 г. им с помощью его учеников... Большую работу В.В. проявил и по своей специальности - агрономической, и в этой области, несомненно, он останется заметной и колоритной фигурой и в Маньчжурии, и в Приморье» [9, с. 349].

Подавляющее большинство членов ОРО свободно владели китайским языком, что позволяло им получать сведения из первых рук. Доклады, прочитанные на заседаниях общества, публиковались в журнале «Вестник Азии», первый номер которого вышел в июле 1909 г. Одно время его редактировал выпускник Томского университета харбинский врач Павел Михайлович Гладкий (1885-1971), член британского Королевского географического общества. В свободное от работы время он занимался полевыми исследованиями, посещая дальние поселки, куда не заглядывали европейцы.

Строительство КВЖД ускорило экономическое развитие Маньчжурии - огромного региона на севере Китая, который до конца XIX в. оставался крайне отсталым, и участие русских ученых в исследовании территории не было случайным. Проектом строительства железной дороги предусматривалось изучение условий работы новой магистрали. Исследовательские работы велись через Экономическое бюро и земельный отдел КВЖД, Тарифно-показательный музей и метеорологические станции.

Обращают на себя внимание труды старшего агента Экономического бюро КВЖД Виктора Ильича Сурина (1875-1967), выпускника Николаевской академии Генерального штаба, автора семи монографий и множества статей. В 1921 г. вместе с другими сотрудниками Экономического бюро КВЖД он участвовал в детальном обследовании

территории, материалы которого составили объемистый труд «Северная Маньчжурия и Китайская Восточная железная дорога» (Харбин, 1922). Перу Сурина принадлежат в нем две главы - о лесах и полезных ископаемых Северной Маньчжурии. Позднее он дополнил эти сведения новыми данными и выпустил книгу «Северная Маньчжурия: Экономический обзор» (Харбин, 1925). «Сообщения о событиях на КВЖД, - отмечала критика, - в середине 20-х годов не сходили с газетных полос. Поэтому издание книги было как никогда своевременно. Автор показал через цифры (сведения на 1924 г.), как Россия помогла поднять Китаю экономику ее северной провинции, приблизив к ней рынки Дальнего Востока. Исчерпывающе даны сведения о земледелии, животноводстве, лесопромышленности и добывающей промышленности Северной Маньчжурии. [Книга] дает богатый материал для ознакомления с хозяйственной жизнью нашего ближайшего соседа на Д[альнем] Востоке, с которым история связала нас железной дорогой, а перед лицом будущего поставила большие вопросы по урегулированию этой связи и взаимоотношений» [3, с. 206-207].

Благоприятные отклики получили и другие работы В.И. Сурина: «Лесное дело в Маньчжурии» (Харбин,1930), «Маньчжурия и ее перспективы» (Харбин, 1930), «Железные дороги в Маньчжурии и Китае: материалы к транспортной проблеме в Китае и Маньчжурии» (Харбин, 1932), в которых он проявил себя не только как экономист, но и как географ. В декабре 1931 г. после прочтения лекции «Железнодорожное строительство в Китае и Маньчжурии» Сурин был избран приват-доцентом кафедры экономической географии Юридического факультета в Харбине. Он часто публиковал свои материалы в еженедельном журнале Экономического бюро КВЖД «Вестник Маньчжурии» (с января 1923 по 1925 г. выходил под названием «Экономический вестник Маньчжурии»). Разделы «На Китайско-Восточной железной дороге», «По Маньчжурскому краю», «По Китайской республике» свидетельствуют о том, что помимо экономических тем в журнале обсуждались и проблемы естественнонаучного направления. В его издании кроме служащих Экономического бюро принимали участие исследователи самых разных направлений, благодаря чему журнал регулярно печатал статьи, посвященные быту Китая и краеведению (И.Г. Баранов, И.И. Серебренников, И.Н. Веревкин), истории и археологии (Б.Ф. Сквирский, В.Я. Толмачев), природе и географии (Г.Г. Авенариус, H.A. Байков, A.B. Иванов, Б.В. Скворцов, А.Н. Тихонов, Е.М. Чепурковский, A.B. Лукашкин), климату, агрономии, почвоведению (П.Ф. Крюков, A.A. Митаревский, П.Ф. Константинов), природным ресурсам (Э.Э. Анерт) ит.д.

Подводя итоги первых десяти лет своей издательской деятельности, редакция «Вестника Маньчжурии» отмечала: «Даже такие обзоры, как конъюнктурный обзор рынка, обзор погоды и др., в настоящее время представляют большой интерес как единственный солидный источник для сравнительно большого отрезка времени» [5, с. 2]. Большим достоинством журнала являлось наличие аннотаций на английском языке. С 1933 г. журнал издавался дважды в месяц.

Не только В.И. Сурин, но и другие сотрудники экономических подразделений КВЖД занимались вопросами, не входившими в их прямые обязанности. Так, начальник Коммерческой части КВЖД И.Н. Меньшиков в период его службы коммерческим агентом проводил обследование Хэйлунцзянской провинции и некоторых районов Внутренней Монголии, изучал природно-географические условия территории (1913 г.). Позднее он составил краткий исторический очерк Маньчжурии (опубликован в журнале ОРО «Вестник Азии» в 1917 г., вып. 2, № 42). Экономист Е.Е. Яшнов в книге «Китайское крестьянское хозяйство в Северной Маньчжурии» (1926) впервые на основе научных методов проанализировал проблемы и перспективы сельского хозяйства региона, за что получил награду Русского Географического общества. В рукописи остался набросок другой его интересной работы - «Темные проблемы экономики сельского хозяйства в Китае», в которой он вскрывал причины китайского аграрного кризиса. Вопросы сельского хозяйства поднимали также А.П. Болобан (Земледелие и хлебопромышленность Северной Манчжурии. Харбин,

Деятели Общества изучения Маньчжурского края перед входом в музей. Харбин, 1920-е годы. Фото из частного собрания

1909), А.Д. Воейков (Льняные посевы в Северной Маньчжурии и их вероятные районы. Харбин, 1924), М.Д. Глебов (Почвы Северной Маньчжурии. Харбин, 1930) и др.

Большинство энтузиастов изучения Маньчжурии состояли в Обществе изучения Маньчжурского края (ОИМК), открытом в сентябре 1922 г. и ставшем подлинным научно-краеведческим центром в Северном Китае. Среди его основателей были русские исследователи Э.Э. Анерт, П.Н. Меньшиков, A.B. Спицын, Б.В. Скворцов, П.В. Шкуркин и др. Задумав создать полновесное научно-просветительское общество с музеем и библиотекой, они взяли за основу владивостокское Общество изучения Амурского края, позаимствовав отчасти и само название. Сообщая об открытии ОИМК, его учредители писали: «Всем известно, какое огромное культурное и просветительское значение имеют выставки и музеи не только в отношении повышения общего уровня культуры, но и развития рациональных методов работы, делового практического настроения, которое является непременным залогом успеха в хозяйственной и интеллектуальной жизни. Все это побудило группу лиц взять на себя инициативу создания в Харбине Общества изучения Маньчжурского края, главной целью которого является использование и объединение всех культурных сил края» [7, с. 2].

Естественнонаучными исследованиями Китая в основном занимались члены секции естествознания ОИМК. Ученым секретарем и председателем подсекции ботаники был выбран видный биолог Борис Васильевич Скворцов (1896-1980), председатель Харбинского сельскохозяйственного общества, редактор журнала «Сельское хозяйство в Северной Маньчжурии», преподаватель естественных наук в харбинских учебных заведениях. В разное время Скворцов работал также в местном музее, ботаническом саду и на Сун-гарийской речной биологической станции. Он получил известность и как исследователь лекарственных растений. ОИМК выпустило около десяти работ этого ученого.

Русские исследователи Маньчжурии, середина 1930-х годов. В первом ряду (слева направо): зоолог A.C. Лукаш-кин, геолог Э.Э. Анерт, ботаник Б.В. Скворцов, почвовед Т.П. Гордеев. Во втором ряду (слева направо): археолог В.В. Поносов, экономист В.В. Жернаков, герпетолог A.A. Костин. Фото из собрания Музея русской культуры в Сан-Франциско (США)

Участие в организации ОИМК принимал и геолог Эдуард Эдуардович Анерт (18651946), в то время директор Дальгеолкома, совершивший несколько экспедиций по Маньчжурии. Окончательно переехав в Харбин в 1924 г., он сразу занялся организацией секции геологии, при этом не оставляя и полевых работ. Член многих научных организаций, участник международных конгрессов, Э.Э. Анерт пользовался большим авторитетом среди русских исследователей в Китае.

Деятельным членом ОИМК был ученый-агроном Тарас Петрович Гордеев (18751967). В 1923-1925 гг. он работал в учебном отделе КВЖД, а затем до 1945 г. преподавал естествознание в различных учебных заведениях Харбина. Его ученики вспоминали: «Тарас Петрович воспитал несколько тысяч русских юношей и девушек. Преподавал он свои любимые предметы в нескольких средних школах, везде создавая кружки любителей природы, с которыми дополнительно занимался во внешкольное время. Беженские школы* только начинали вставать на ноги. В них не хватало учебных пособий, и Тарас Петрович со своими юными энтузиастами на скромные средства, собранные среди учеников, работал над изготовлением наглядных пособий и моделей, чем с годами обогатил школьные музеи. Одновременно он ввел практические занятия в школьных садах» [4, с. 4]. В те годы это было новаторством. Учитель активное участие принимал и в помощи русским переселенцам, принудительно отправленным японскими властями в деревню.

Наблюдатель Сунгарийской биологической станции A.A. Болотов в 1925 г. выпустил книгу «Амур и его бассейн». «Автор монографии, - писали в рецензии, - местный старожил и краевой деятель (20 лет непрерывной работы по водному управлению) увлекательно раскрывает перед читателем скрытое могущество своего края. Детально изучив Амурский бассейн с края до края, он уводит читателя в своеобразные причудливые и такие разные

* Беженские школы - учебные заведения, открытые российскими эмигрантами-беженцами.

условия Амурской жизни. ...Автор умеет захватить читателя своим простым, правдивым и красочным повествованием о причудливом крае» [3, с. 206-207].

Деятели ОИМК отличались разносторонними интересами. Известный востоковед В.В. Гагельстром, например, помимо изучения политического устройства Китая интересовался вопросами микробиологии (О необходимых улучшениях в постановке некоторых опытов с чумными микробами. Харбин, 1922), климатологии (Изучение климата Северной Маньчжурии II Изв. ОИМК. 1922. № 1), зоологии (Животный мир Маньчжурии по коллекциям музея Общества изучения Маньчжурского края (пресмыкающиеся и земноводные). Харбин, 1926). Тесно соприкасались с другими областями знания и археологические изыскания В.Я. Толмачева, который писал об ископаемых животных (Остатки мамонтов в Маньчжурии. Харбин, 1926; К вопросу о палеолите в Северной Маньчжурии. Харбин, 1933), растительном мире (Зерновые продукты культурных полевых растений Северной Маньчжурии. Харбин,1928).

Члены ОИМК регулярно выступали с докладами о результатах исследований, которые затем обсуждались слушателями. Большинство работ публиковалось в «Известиях Общества изучения Маньчжурского края». «Три культуры, - писала редакция в первом номере, - должны встретиться в работе О-ва, а следовательно, найти отражение в "Известиях": китайская, русская и маньчжурская. И верим мы, "Известия" помогут всем культурным силам края найти общий язык и дружными усилиями пойти к единой цели, к всестороннему изучению местного края» [7, с. 2]. Всего вышло десять выпусков «Известий ОИМК» и было издано более 200 работ членов Общества. Гордостью создателей ОИМК был и музей, открытый в ноябре 1923 г. Его экспозиции рассказывали о природе, быте, экономике и культуре Маньчжурии.

В феврале 1929 г. ОИМК было закрыто китайскими властями по формальной причине его «преобразования» в Общество изучения культурного развития Особого района Восточных провинций (ОРВП), членами которого могли быть только китайцы. Музей

Групповой снимок по случаю посещения музея ОИМК в Харбине советскими учеными (21 октября 1926 г.). В первом ряду (слева направо): A.A. Рачковский, профессор Л.С. Берг, советский чиновник, сопровождавший ученых на Тихоокеанский научный конгресс в Токио, академик В.Л. Комаров, неопознанная личность, профессор П.Ю. Шмидт. Во втором ряду (слева направо): Б.П. Яковлев, Б.В. Скворцов, A.M. Баранов, П.А. Павлов, H.A. Байков и Т.П. Гордеев. Фото из собрания Музеярусской культуры в Сан-Франциско (США)

ОИМК сначала перешел в ведение Департамента народного образования ОРВП, а с января 1931 г. вошел в состав только что созданного Научно-исследовательского института Да-Лу. Несмотря на эти и последующие преобразования, в музее продолжали работать в основном русские исследователи - В.В. Поносов, Б.П. Яковлев, A.C. Лукашкин, М.А. Фирсов, H.A. Байков.

Бывшие члены ОИМК после закрытия своего объединения основали Клуб естествознания и географии при Христианском союзе молодых людей. 7 апреля 1929 г. в рамках клуба была создана молодежная «Национальная организация исследователей-пржеваль-цев», которую возглавил натуралист, археолог и этнограф Владимир Васильевич Поносов (1899-1975). Экономист по образованию, он переехал в Маньчжурию в 1922 г. и спустя десять лет увлекся естественнонаучными исследованиями. В бывшем музее ОИМК он возглавлял этнологический отдел (с 1932 г.), а затем был содиректором музея (1939— 1945 гг.). На десятилетний юбилей Общества отмечалось: «Работа велась исключительно с молодежью. Было сделано около 200 экскурсий, собирались коллекции. В юбилейные дни была устроена отчетная выставка в помещении 1-го Русского реального училища» [1, с. 19]. Центральное место на выставке занимал скелет мамонта, собранный из отдельных фрагментов, которые пржевальцы нашли, первыми в Маньчжурии, недалеко от Харбина. Там же были представлены археологические и этнографические находки. Внимание привлекали и зоологические коллекции молодых исследователей.

Постоянным участником Клуба естествознания и географии был Владимир Николаевич Жернаков (1909-1978). В течение 17 лет он был бессменным секретарем клуба и редактором его научных трудов. Будучи студентом Юридического факультета в Харбине, Жернаков уже работал в музее Бинцзянской провинции (с 1932 г.), совершая поездки и экскурсии по разным районам Маньчжурии, а после окончания учебы продолжил исследования сначала в качестве сотрудника музея Да-Лу (1937 г.), а затем (с 1938 г.) музея Континентального института при Совете министров Маньчжоу-го. Как и многие русские исследователи той поры, Жернаков отличался разносторонними интересами: работал как геоботаник, исследуя флору и фауну озер, интересовался археологией и сам участвовал в раскопках. Он щедро делился знаниями с приезжающими в Китай коллегами - французским геологом и философом Т. де Шарденом, академиком X. Брейлем, немецкими географами Б. Платшке, Е. Тилем, Г. Фохлер-Хауке и др. Иностранные ученые высоко ценили его знания. Одним из его корреспондентов был и академик В.Л. Комаров.

Во время Второй мировой войны Жернаков работал лектором в колледже Христианского союза молодых людей, позднее много лет преподавал экономическую географию Китая в Харбинском политехническом институте, где был заместителем декана транс-портно-экономического факультета. Хотя время от времени у ученого возникали политические проблемы с правящим коммунистическим режимом Китая тех лет, он продолжал самозабвенно трудиться на благо науки этой страны. В i960 г. результаты исследований В.Н. Жернакова вышли отдельным томом в «Трудах Академии наук КНР».

Большой вклад в изучение Северного Китая внес также Андрей Ипполитович Баранов (1917-1987), приобщившийся к естественным наукам под влиянием Т.П. Гордеева и Б.В. Скворцова. Окончив Юридический факультет в Харбине, он поступил на отделение ботаники Пекинского университета, затем был научным сотрудником Харбинского краеведческого музея (до 1950 г.) и Института лесного хозяйства и почвоведения при Академии наук КНР в Харбине. Н. Баранова так вспоминала о роли своего мужа в исследовании Северного Китая: «В процессе работы он участвовал во многих экспедициях, в том числе на Малый Хинган и по реке Амуру, которые были особенно полезны и интересны. Руководители института относились к нему с большим уважением и высоко ценили его работу. Для китайцев, занимающихся ботаникой, Андрей составил латинский словарь ботанических терминов, за что получил особую благодарность и премию» [2, с. 22-23].

Национальная организация исследователей-пржевальцев была закрыта в 1946 г. К этому времени им удалось издать один выпуск «Сборника научных работ пржевальцев».

Окончательно российские краеведы прекратили изучение Китая и Маньчжурии в 1955 г., когда был закрыт Клуб естествознания и географии. Последней российской краеведческой организацией в Маньчжурии было Харбинское общество естествоиспытателей и этнографов, основанное в 1946 г. и просуществовавшее девять лет. Им руководили Б.В. Скворцов и В.Н. Алин, в сферу интересов которых входили зоология, энтомология и этнография.

В последние годы жизни в Китае Б.В. Скворцов тесно сотрудничал с Лесным институтом Академии наук КНР, Сельскохозяйственной академией и Лесной академией СевероВосточного Китая в Харбине. «В этих научных учреждениях, - вспоминал его современник В.Н. Жернаков, - он работал в качестве ботаника, инструктора по ботанике у начинающих преподавателей, лектора. Во время работы в вышеупомянутых учреждениях он совершил много ботанических экскурсий в различные части Северо-Восточного Китая, в результате чего опубликовал ряд отчетов об этих экскурсиях. В 1951 г. Жернаков принял участие в ботанической экспедиции Лесной академии в верховье р. Гана (Гэньхэ), правого притока р. Аргуни. Лесная академия - учебное заведение, в котором обучалось 5 ООО студентов и насчитывалось около 500 преподавателей. В течение 1956-1958 гг. в Лесной академии он занимался подведением итогов своих альгологических работ, совершенных им за время долголетнего пребывания в Китае. В результате он составил 6 отчетов на русском, английском и латинском языках с описанием 5 ООО видов разных водорослей, из которых 50 % были еще не известными для науки» [6, с. 4]. Скворцов участвовал и в издании справочника «Древесные растения Северо-Восточного Китая», увидевшего свет в 1955 г.

Культурная революция заставила Б.В. Скворцова эмигрировать, и с 1962 г. он жил в Бразилии. Работая в Ботаническом институте в Сан-Паулу, он описал более 1 тыс. видов жгутиковых водорослей, опубликовал более 50 научных работ.

В том же 1962 г. из Китая уехал и В.Н. Жернаков с семьей. Он перебрался в Австралию, работал в Клубе натуралистов в Мельбурне, совершая поездки по стране и собирая ботанические коллекции. В 1973 г. ученый переехал в США для операции на сердце. Он умер в 1978 г. в Окленде и был похоронен на сербском кладбище в г. Колма (Калифорния). В последние годы жизни Жернаков публиковал воспоминания в сан-францисской газете «Русская жизнь». Написал он и серию работ о своих учителях и старших товарищах, работавших вместе с ним в Китае: H.A. Байкове, И.И. Гапановиче, А.П. Хионине, В.В. По-носове, Т.П. Гордееве и многих других, каждый из которых был личностью в науке и литературе [10, с. 15-17]. Его друг A.C. Лукашкин писал: «Владимир Николаевич был хорошим сыном до последнего дня жизни своих родителей, принеся свою преданность им как жертву вместо личной жизни. Женился он поздно, уже в зрелом возрасте, после смерти родителей. Знал я его и как глубоко верующего православного христианина. За свою исследовательскую деятельность Владимир Николаевич опубликовал 166 научных, научно-популярных, биографических очерков, статей и заметок в русских, английских, немецких, французских, японских и китайских научных и популярных журналах» [8, с. 3]. До сих пор неизвестно, где хранится личный архив Жернакова.

Во время китайской культурной революции в США эмигрировали также В.И. Сурин, чьи последние годы прошли в Сан-Франциско, и А.И. Баранов, работавший в университете Гарварда и других научных центрах и опубликовавший более 120 научных работ. В.В. Поносов в 1961 г. уехал в Брисбен (Австралия), где участвовал в полевых археологических исследованиях Квинслендского университета. В 1966-1970 гг. он был куратором антропологического отдела университета, написал более 30 работ.

Русские исследователи, профессионалы и любители, были первыми, кто начал изучать Маньчжурию в естественнонаучном отношении. Несмотря на политические проблемы и житейские лишения, они смогли в ходе многочисленных экспедиций и научных экскурсий собрать детальную информацию о неизвестном крае, опубликовать эти материалы в виде книг и статей, которыми пользовались ученые всего мира, в том числе в самом Китае. Они составили уникальные геологические, ботанические и зоологические коллекции, которые по сей день хранятся в китайских музеях. Наивысшим же достижением русских

эмигрантов в Китае можно считать то, что они воспитали среди китайцев целую плеяду учеников, работавших рядом с ними на протяжении многих лет в научно-просветительских обществах и учреждениях. Именно они продолжили исследования русских ученых, подняв китайскую науку на новую высоту.

ЛИТЕРАТУРА

1. Аргус. По стопам Пржевальского // Рубеж. Харбин, 1939. 27 мая (№ 22). С. 19.

2. Баранова Н. Андрей Ипполитович Баранов: некролог // Друзьям от друзей (Австралия). 1987. № 27. С. 22-23.

3. «Виф». Отзывы о новых книгах // Вольная Сибирь. 1927. № 1. С. 206-207.

4. Группа бывших учеников Тараса Петровича Гордеева: Памяти русского ученого // Рус. жизнь. Сан-Франциско, 1972. 27 апр. С. 4.

5. Десять лет // Вести. Маньчжурии. 1933. № 1 (янв.). С. 2-6.

6. Жернаков В.Н. К восьмидесятилетию Б.В. Скворцова // Рус. жизнь. 1976. 27 янв. С. 4.

7. Исполнительное бюро. Циркулярно // Изв. ОИМК. 1922. № 1 (ноябрь). С. 1-8.

8. Лукашкин A.C. Владимир Николаевич Жернаков (ко дню полугодовой кончины) // Рус. жизнь. 1977. 27 авг.С.З.

9. [Солдатов Василий Васильевич]: некролог // Вестн. Азии. Харбин, 1923. № 51. С. 347-350.

10. Zissermann N.V. Vladimir Nikolaevich Jernakov. Melbourne: Univ. of Melbourne, 1986. 19 p. (Russians in Australia, N 5).

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.