Научная статья на тему 'Естественное восстановление структуры ценопопуляций ели сибирской и пихты сибирской в темнохвойных лесах Южного Урала'

Естественное восстановление структуры ценопопуляций ели сибирской и пихты сибирской в темнохвойных лесах Южного Урала Текст научной статьи по специальности «Сельское хозяйство, лесное хозяйство, рыбное хозяйство»

CC BY
272
52
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ТЕМНОХВОЙНЫЕ ЛЕСА / ЕСТЕСТВЕННОЕ ВОЗОБНОВЛЕНИЕ / ВОЗРАСТНАЯ СТРУКТУРА / ЮЖНЫЙ УРАЛ

Аннотация научной статьи по сельскому хозяйству, лесному хозяйству, рыбному хозяйству, автор научной работы — Иванова Н. С., Андреев Г. В.

Для западных низкогорий Южного Урала дана характеристика численности и возрастной структуры ценопопуляций ели сибирской и пихты сибирской в темнохвойных лесах (субкоренных, послерубочных и послепожарных). Выявлено, что, несмотря на различия в структуре древостоя и подчиненных ярусов, истории формирования сообществ, под пологом послерубочных и послепожарных темнохвойных лесов сохраняется стабильность возобновления ели сибирской и пихты сибиркой. Во всех изученных нами темнохвойных лесах наблюдается непрерывное появление новых генераций ели сибирской и пихты сибиркой, следовательно, сохраняется и способность к самовосстановлению численности и структуры ценопопуляций ели сибирской и пихты сибирской, способность к авторегуляции динамики лесной экосистемы, обеспечивается ее устойчивое развитие.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

THE NATURAL REGENERATION OF PICEA OBAVATA LEDEB. AND ABIES SIBIRICA LEDEB. CENOPOPULATIONS IN DARK- CONIFEROUS FORESTS OF THE SOUTHERN URALS

For the western low mountains of the Southen Ural the description of numbers and age structure of Picea obavata Ledeb. and Abies sibirica Ledeb. cenopopulations in dark coniferous forests ( primare forest, after felling and fire) is given. It is revealethat, in spite of the differences in the structure of stand and subordinate layers, evolution history, in dark-coniferous forests (after felling and fire) the ability for stability regrowth of Picea obavata and Abies sibirica is being saved. In all being studied buy us dark-coniferous forests the stable appearance of new generation of Picea obavata and Abies sibirica is observed, therefore the ability for self-regeneration numbers and structure of Picea obavata and Abies sibirica cenopopulations is saving, the ability for autoregulation of the forest ecosystem dynamics is saving, its stable evolution is provided.

Текст научной работы на тему «Естественное восстановление структуры ценопопуляций ели сибирской и пихты сибирской в темнохвойных лесах Южного Урала»

Экология. Механизация. Технологии регенерации - Лесное хозяйство

грев с помощью ТЭНов, установленных внутри емкости. Контроль над температурой масла осуществляется с помощью термометра. Нагретое до 100-110 °С масло выдерживается 30 мин. За это время происходит удаления остатков топливных фракций из объема масла. Охлажденное до 60 0С масло подается в электромагнитный сепаратор. Очищенное масло собирается в емкость 5, где разбавляется свежим маслом в соотношении 50:50. Свежее масло подается из емкости 6.

Выводы Регенерация моторных масел - экономически рентабельная отрасль сельского хозяйства. При правильной организации процесса стоимость восстановленных масел на 40-70% ниже стоимости свежих масел при практически одинаковом их качестве. Особенности функционирования сельскохозяйственной отрасли требуют мобильных установок и не сложной, но эффективной технологии для восстановления отработанных масел.

Рисунок 3. Схема регенерации отработанных масел 1 - резервуар для хранения отработанных масел; 2 - емкость для отстаивания; 3 - емкость для нагрева и удаления топливных фракций; 4 - электромагнитный сепаратор; 5 - емкость для обогащения очищенного масла свежим маслом; 6 - емкость для свежего масла; 7 -резервуар хранения восстановленных масел; 8 - ТЭН; 9 - насос.

и

Литература

восстановления отработанных моторных масел // Инженерно-техническое

1. Первушин Н.А. Технология очистки обеспечение АПК. - 2001. - №4. - С. 1022.

2. Юданов А. В. Концепция повышения эффективности использования нефтепродуктов // Инженерно-техническое обеспечение АПК. - 2003. - №2. - С. 367.

3. Очистка моторных масел в стационарных условиях (принципиальная схема очистки с применением электростатического и термовакуумного маслоочистителей для очистки моторных масел в стационарных условиях и вторичного их использования. (Белоруссия)) // Инженерно-техническое обеспечение АПК. - 2005. - №4. - С. 962.

ЕСТЕСТВЕННОЕ ВОССТАНОВЛЕНИЕ СТРУКТУРЫ ЦЕНОПОПУЛЯЦИЙ ЕЛИ СИБИРСКОЙ И ПИХТЫ СИБИРСКОЙ В ТЕМНОХВОЙНЫХ ЛЕСАХ ЮЖНОГО УРАЛА

Н.С. ИВАНОВА,

кандидат сельскохозяйственных наук, научный сотрудник Г.В. АНДРЕЕВ,

кандидат сельскохозяйственных наук, младший научный сотрудник, Ботанический сад РАН, лесной отдел, г. Екатеринбург

Ключевые слова: Темнохвойные леса, естественное возобновление, возрастная структура, Южный Урал.

Под воздействием широкомасштабных сплошных рубок, стихийных и антропогенных пожаров площадь лесов на всех континентах сокращается, а их стабильность и средообразующие функции снижаются. Острейшей проблемой становится лесовозобновление и устойчивое лесопользование. Процессы появления и формирования новых поколений древесных видов определяют устойчивость лесных экосистем и «программируют» восстановительновозрастные смены лесной растительности после катастрофических воздей-

ствий [23]. В связи с этим остро актуально детальное изучение на количественном уровне процессов естественного возобновления.

Литература по естественному возобновлению ели и пихты чрезвычайно обильна [21, 23]. Для Урала зональногеографическая дифференциация естественного лесовозобновления представлена в работах Р.П. Исаевой, Н.Л. Луганского [11]. Под пологом леса на Южном Урале процессы естественного возобновления ели сибирской и пихты сибирской изучались Б.Ф. Окишевым

[17], М.Э. Муратовым и А.Х. Амирхановой [15], Ю.П. Горичевым [5].

По данным разных авторов, естественное возобновление ели и пихты под пологом древостоев оценивается неоднозначно: от удовлетворительно-то до практически полного отсутствия [5, 15, 17]. Ухудшение естественного возобновления наблюдается как по мере увеличения участия широколиственных видов в составе древостоев и подлеске, так и усиления антропогенной трансформации древостоев. На сплошных вырубках подрост усыхает, особенно в условиях крайне- и относительного неустойчивого водного режима почвогрунтов: на крутых и покатых каменистых и щебнистых склонах южной экспозиций. Последующее возобновление на сплошных вырубках

Dark-coniferous forests, natural regeneration, age structure, Southern Ural.

(даже узколесосечных) практически отсутствует и растягивается на десятилетия: формируются либо длительно-, либо устойчиво-производные древостои [6, 11]. Многочисленные исследования [6, 14, 18] показали, что после сплошных рубок огромная роль в процессах лесовозобновления в темнохвойных лесах принадлежит подросту предварительных генераций. В общем виде сводка работ по лесовозобновлению отражена в руководствах и инструкциях по лесовозобновлению [10, 20].

Большая часть перечисленных исследований выполнена в связи с проблемой восстановления ели после рубок и ограничена целью оценки успешности возобновления путем учета численности семян и подроста в разных регионах и типах леса. Такое изучение послужило основой для планирования и проведения рубок главного пользования, мер содействия естественному возобновлению, но мало способствовало выявлению экотопических и ценоти-ческих особенностей [23].

Нами выдвигается гипотеза апериодического посткатастрофического «расщепления» коренного типа леса (циклической динамики лесов) на серии эколого-динамических рядов восстановите льно-возрастных (дигрес-сивно-демутационных) сукцессий, что является дальнейшим развитием идей генетической типологии [12, 22, 24, 25]. Предполагается, что основным фактором, определяющим направление развития и «программирующим» дальнейшую посткатастрофическую динамику лесных экосистем, является естественное возобновление древесных видов. С этой точки зрения изучение процессов естественного возобновления приобретает особую актуальность.

Ранее нами рассмотрены особенности естественного возобновления ели сибирской и пихты сибирской для двух альтернативных эколого-динами-ческих рядов развития сообществ: коротко-производных березняков и ус-тойчиво-призводных осинников [7]. В данном сообщении мы рассматриваем естественное возобновление ели сибирской и пихты сибирской только под пологом темнохвойных лесов западных низкогорий Южного Урала. Эти леса не однородны по своей структуре. Они объединяют в себе и субкоренные ельники, и послерубочные, и послепожарные темнохвойные леса с сукцессионной динамикой, причем, последние явно преобладают.

Цель и методика исследований

Целью наших исследований являлось выявление степени трансформации процессов естественного возобновления ели сибирской и пихты сибиркой под пологом послерубочных и послепо-жарных темнохвойных лесов.

Наши исследования проводились (1991-1996 гг.) на территории лесов Ка-

тав-Ивановского лесхоза Челябинской области, которые типичны для западных низкогорий Южного Урала: Уральская лесная область, Юрюзанско-Верхнеай-ская провинция горных южнотаежных и смешанных лесов [17].

Исследованиями охвачены преобладающие лесорастительные условия (занимают 74 % площади) [1]: пологие склоны нижнего высотного пояса. Здесь распространены серые и бурые горнолесные почвы. В этих условиях коренными являются ельники чернично-зеле-номошные (Piceetum ту^Шоэо-

Ьу!осотювит).

В темнохвойных лесах нами заложено 19 пробных площадей (0.5 га). Таксационные характеристики древесного яруса на пробных площадях (пр. пл.) получены Г.В. Андреевым по стандартным методикам [3]. Чтобы выявить детали происхождения и историю развития древостоев, особое внимание уделяли структуре древостоя. Для определения возраста деревьев и обоснования выделения поколений брали по 30-35 кернов для ели и пихты и по 35 - для березы и осины. Керны брали по возможности ниже с тем, чтобы точнее определить возраст и получить более объективную информацию о динамике и истории древостоя. Обычно высота взятия кернов у ели и пихты составляла: у мелких деревьев 5-15 см, у средних 20-30 см, а у наиболее крупных - 50 см из-за наличия комлевой гнили и корневых лап. При этом вносилась поправка в определении возраста [26] на высоту и возраст подроста.

Почвы описаны Г.Г. Новогородовой [16]. Более подробные характеристики района исследований, изученных эколо-го-динамических рядов и растительных сообществ приведены ранее [1, 2, 7-9].

На ключевых участках выполнены также общие геоботанические описания по общепринятым методикам [19]. Составлены полные списки видов с указанием их обилия по шкале Браун-Бланке. Все пробные площади заложены в одном типе лесорастительных условий (согласно классификации Е.М. Фильрозе [34]): на пологих склонах крутизной до 4 градусов с мощными почвами (более 50 см.) на высоте 400-500 м над ур. м. Мощные почвы обеспечивают устойчивый режим увлажнения.

Учет подроста проводили по категориям высоты, возраста и жизненности. Подрост высотой до 30 см учитывали на 160 площадках размерами 1х1 м; подрост от 30 до 150 см - на 160 площадках с размерами 2х2 м; более крупный - на 40 площадках размером 5х5 м. Площадки с размерами 5х5 м располагали параллельными рядами. Мелкие учетные площадки закладывали внутри крупных. Выделены следующие категории подроста по жизненному состоянию: жизнеспособные, нежизнеспособные и мертвые. Возраст определяли: для мелкого подроста - по мутовкам (у каждого эк-

Лесное хозяйство

земпляра), для среднего - по мутовкам и для уточнения правильности определения по спилам у корневой шейки для выборки растений (3-4 экз. для каждой категории жизненности и 25 см высоты), для крупного подроста по спилам у корневой шейки от 3-4 модельных экземпляров от каждой категории жизненности и 50 см высоты.

Результаты исследований

Анализ структуры лесного фонда, проведенный Г.В. Андреевым [1], показал, что в пределах изучаемых условий темнохвойные леса сохранились только на 16% площадей. Главным образом, это послерубочные и послепожарные ельники и пихтарники, находящиеся на разных стадиях восстановительно-возрастных смен. Они возникли из сохранившегося и выжившего в процессе лесозаготовок подроста предварительной генерации или после естественного распада березняков и осинников (в редких случаях - на гарях). Для них характерны разные строение и состав. Характеристики динамики густоты темнохвойных древостоев приведены на рис. 1.

В 41-60-летних темнохвойных лесах численность основного поколения ели составляет 385 экз./га, а пихты -1523 экз./га. Кроме ели и пихты в составе древостоев принимают участие береза в количестве до 1020 экз./га, а также сосна, лиственница, липа и осина. В темнохвойных лесах младше 80 лет помимо основного поколения ели и пихты имеются крупные единичные деревья старших поколений в первом ярусе. Основное поколение ели сибирской и пихты сибирской - находится во II ярусе. Младшие поколения темнохвойных видов отмечены в древосто-ях старше 60 лет. Ельники старше 120 лет имеют три яруса. В самых старых древостоях пихта сибирская в основном ярусе отсутствует из-за ее меньшей продолжительности жизни по сравнению с елью сибирской.

Береза, осина, сосна и лиственница, маркирующие время рубок и пожаров, младше основного поколения темнохвойных на 15-70 лет. Имеет место тенденция увеличения разницы в возрасте (ДА) между основным и последующим поколением ели и пихты в древостоях старшего возраста. Минимальной (20 лет) она оказалась в 61-80-летних темнохвойных лесах, а в самых старших последующее поколение ели младше основного в среднем на 55 лет. Это обусловлено как элиминацией отставших в росте поколений ели и пихты, так и их врастанием в основной ярус.

Из всего многообразия темнохвойных лесов изучаемого региона нами рассмотрены субкоренные ельники и элементы трех эколого-динамических рядов формирования темнохвойных лесов: послепожарный, после зимних рубок и под воздействием умеренного выпаса (рис. 2). Они резко различаются по преобладающим типам микробиотопов и напочвенного покрова. К суб-

Лесное хозяйство

£Ос

ОБ

НС

ш п

Ш Е

а

03 02 □ 1

поколения

б

■ Ос НБ ВС в П Ш Е

б

Рисунок 1. Возрастная структура темнохвойного древостоя в зависимости от возраста основного поколения ели сибирской и пихты сибирской: а -ель сибирская, б - пихта сибирская; 1 - младшее поколение, 2 - основное поколение, 3 - старшее поколение

Рисунок 2. Структура изученных темнохвойных лесов: а - сумма площадей сечений древостоя, б - численность жизнеспособного подроста древесных видов, в -проективное покрытие травяно-кустарничкового и мохового ярусов; Е - ель сибирская, П - пихта сибирская, С - сосна обыкновенная, Б - береза пушистая, Ос - осина. По оси абцисс - номера пробных площадей (возраст древостоя - 50, 50, 65, 80, 160, 140, 160 лет соответственно)

коренным ельникам мы относим 140160-летние темнохвойные леса, которые незначительно пострадали от рубок, пожаров и сохранили первозданную структуру древостоя (многоярусность и разновозрастность) и подчиненных ярусов (сплошной моховой покров, разреженный мелкотравный травяно-кустарничковый ярус). Пожары приводят к смене исходного типа субстрата и травяно-ку-старничкового покрова и одновременно - к гибели молодых поколений древесных видов. Во время зимних рубок хорошо сохраняется исходный тип субстрата и мелкий подрост древесных видов. Под воздействием умеренного выпаса формируются специфические микробиотопы и разреженный многовидовой травяно-кустарничковый ярус, регулярно объедается подрост лиственных древесных видов.

В целом, послерубочные и послепо-жарные темнохвойные леса характеризуются пониженной (по сравнению с субкоренными ельниками) абсолюной полнотой древостоя, большим участием в древесном ярусе березы пушистой и сосны обыкновенной (рис. 2а). Наибольшие различия отмечаются в структуре тра-вяно-кустарничкового и мохового ярусов (рис. 2в): под пологом послерубоч-

ных и послепожарных темнохвойных лесов проективное покрытие мхов резко сокращается, а травяно-кустарнич-кового яруса, напротив, увеличивается. Численность подроста ели сибирской и пихты сибиркой в послерубочных и послепожарных темнохвойных лесах может как уменьшаться, так и увеличиваться по сравнению с субкоренными ельниками (рис. 2б). Главным фактором, снижающим численность подроста ели сибирской и пихты сибирской под пологом темнохвойных лесов, являются апериодические пожары, которые приводят к гибели молодых поколений ели сибирской и пихты сибирской. Под воздействие пожаров изменяется соотношение в подросте ели и пихты. В субкоренных и послерубочных темнохвойных лесах в подросте доминирует пихта сибирская, в послепожарных темнохвойных лесах - ель сибирская.

Хорошим показателем устойчивости сообществ является возрастная структура ценопопуляций эдификато-ров [4, 27]. Главным условием их динамической устойчивости считается равномерно затухающий характер распределения числа особей по возрасту [4, 37]. Во всех изученных нами темнохвойных лесах (субкоренных, послерубочных и послепожарных) наблюда-

ется непрерывное появление новых генераций ели сибирской и пихты сибирской (рис.3-8). То есть несмотря на различия в структуре древостоя и подчиненных ярусов, истории формирования сообществ под пологом темнохвойных лесов сохраняются условия для появления и выживания подроста ели сибирской и пихты сибиркой, что может обеспечить формирование устойчивого разновозрастного древостоя. Однако в настоящее время требование убывания числа особей подроста с возрастом и следование возрастного распределения кривой выживания выполняется далеко не во всех случаях. Наиболее оптимальное возрастное распределение имеет подрост ели сибиркой под пологом субкоренного ельника (рис. 3а), ельника, подверженного выпасу (рис. 4а), и после-пожарного 65-летнего ельника (рис. 6а). У пихты сибиркой для всех изученных темнохвойных лесов отмечается сильное варьирование численности подроста по категориям возраста (рис. 3-8). Тенденция к снижению численности подроста старших возрастов прослеживается для субкоренного ельника (рис. 3в) и ельника, подверженного выпасу (рис. 4в). В остальных случаях этой тенденции не наблюда-

Лесное хозяйство

і 0,8 а

” 06

2 05

0 4

Б ■

° 02

с 0,1

П „ п

у 0 5 15 25 35 45 55 65 75 85

б

исленность, тыс. экз./га

_

0 - _

1 2 3 4 5 6 7 Высота, м

а

^ 12

« 1

£ 08

л

° п,

ф , п

£ 0 И = м =

5 15 25 35 45 Возраст, лет 55 65

и 1.5 £ 1

І 0.5

I 0

ігі=

5 15 25 35 45 55 65 75

Возраст, лет

и-п

Г Уинп-П-

1 2 3 4 5 6 7

Высота, м

п

М=-

5 15 25 35 45 55 65 75

Возраст, лет

г

1

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

£ □ 3 0 2 □ 1

Ы кь-:

= н Н Н я И н_

1 2 3 4 5 6 Высота, м

Рисунок 3. Возрастная и высотная структуры подроста ели сибирской и пихты сибирской в субкоренном ельнике 160-летнего возраста с относительной полнотой 1.0 (пр. пл. 7): а -возрастная структура подроста ели сибирской, б -высотная структура подроста ели сибирской, в -возрастная структура подроста пихты сибирской, г -высотная структура подроста пихты сибирской; 1 -жизнеспособный подрост, 2 - нежизнеспособный подрост, 3 - мертвый подрост

Рисунок 4. Возрастная и высотная структуры подроста ели сибирской и пихты сибирской в 50летнем ельнике с относительной полнотой 0.89 (давность рубки 25 лет), сформировавшемся под воздействием умеренного выпаса (пр. пл. 1): обозначения те же

і 0,25 а

£ 0,15 П

1 0,05 1 0

II

5 15 25 35 Возраст 55 65 75

б

П Н

, ,3,1,0, , , ,□

2 3 4 5

Высота, м

і 1,2 £ 1 3 0,8 £ 0,6 1 0,4 I 0,2

I 0

Г г - п Н ..

5 15 25 35 45 55 65 75

Возраст, лет

б

і 1,6 2 1,4 " 1,2 £ 1 л 0,8

5 0,6

£ 0,4 с 0,2

I 0

Высота, м

і 20 " 15

л 10

| 5

I 0

________________________п

5 15 25 35 45 55

Возраст, лет

ищ

в,ПД

□ 3

2,5

02

□ 1

Высота, м

□ п

^г(

5 15 25 35 45 55 65

Возраст, лет

г

Е 0,6 ■ « 0,5 ■ 0,4 ■ £ 0,3 ■ 2 0,2 ■ 1 0,1-

□ 3 □ 1

кГУ 1 п 0 „ П „ „

1 2 3 4 5 6 Высота, м

Рисунок 5. Возрастная и высотная структуры подроста ели сибирской и пихты сибирской в 50летнем ельнике с относительной полнотой 1.17 (давность рубки 25 лет), сформировавшемся после зимней рубки (пр. пл. 2): обозначения те же

Рисунок 6. Возрастная и высотная структуры подроста ели сибирской и пихты сибирской в послепожарном 65-летнем ельнике с относительной полнотой 1.09 (давность рубки 25 лет) (пр. пл. 3): обозначения те же

ется. Выявляется тенденция увеличения (в несколько раз) отпада подроста пихты сибиркой в послерубочных темнохвойных лесах, по сравнению с субкоренными ельниками.

Высотные распределения подроста ели сибирской и пихты сибирской во всех случаях сходны. Даже для преимущественно одновозрастного подроста на пр. пл. 2 возрастные распределения ели сибирской и пихты сибиркой сильно растянуты (рис. 4б, г).

Выводы

В западных низкогорьях Южного Урала для субкоренных ельников и разных вариантов эколого-динами-ческих рядов формирования темнохвойных лесов (под воздействием выпасов, пожаров, после зимних рубок) нами проанализирована численность и возрастная структура цено-популяций ели сибирской и пихты сибирской в темнохвойных лесах (от мелкого подроста до деревьев первого яруса). Отмечена разновозраст-

ность древостоя и стабильность во времени появления новых генераций ели сибирской и пихты сибирской. Таким образом, во всех изученных темнохвойных лесах сохраняется способность к самовосстановлению численности и структуры ценопопуляций ели сибирской и пихты сибирской, а следовательно, сохраняется и способность к авторегуляции динамики лесной экосистемы, обеспечивается ее устойчивое развитие.

Лесное хозяйство

35 45 55 65

б

£

"1

£ 2 -

■_

s 1,5

0,;

- ППП. --- _ П П

1 2 3 4 5 6 7 Высота, м

б

II t- ■

2 3 4 5 6

Высота, м

If-

В.

II

П н

2 3 4 5 6 7

Высота, м

0,7

0,6

0,5 104

0,3

102

0,1

0

□ 3

□ 2

□ 1

Высота, м

Рисунок 7. Возрастная и высотная структуры Рисунок 8. Возрастная и высотная структуры подроста

подроста ели сибирской и пихты сибирской в ели сибирской и пихты сибирской в неоднократно

неоднократно горевшем 80-летнем ельнике с горевшем 160-летнем ельнике с относительной

относительной полнотой 0.84 (пр. пл. 4): полнотой 0.67 (пр. пл. 5): обозначения те же

обозначения те же

Литература

1. Андреев Г.В. Анализ типологической структуры лесных земель южно-уральской провинции южнотаежных и смешанных лесов // Современные проблемы популяционной, исторической и прикладной экологии. - Екатеринбург: Изд-во “Екатеринбург”.1998. - С.231-232.

2. Андреев Г.В. Восстановительно-возрастная динамика темнохвойных древостоев на Южном Урале (на примере северной части западного макросклона). Автореферат дисс... канд. с.-х. наук. - Екатеринбург, 2005. - 26 с.

3. Анучин Н.П. Лесная таксация. - М.: Лесн. Пром-сть,1982. - 552 с.

4. Бузыкин А.И., Гавриков В.Л., Секретенко О.П., Хлебопрос РС. Структура древесных ценозов // Структура и функционирование лесных биогеоценозов Сибири. Чтения памяти академика В.Н. Сукачева. V. - Москва: Наука, 1987. - С.64-91.

5. Горичев Ю.П. Состояние и естественное возобновление темнохвойных лесов Южного Урала (на примере Южно-уральского государственного природного заповедника). Автореферат дисс... канд. биол. наук. - Уфа, 2005. - 22 с.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

6. Данилик В.Н. Опыт проведения постепенных и выборочных рубок в горных темнохвойных лесах Южного и Среднего Урала // Леса Урала и хозяйство в них.- 1968. - Вып. 1. - С.179-204.

7. Иванова Н.С. Особенности восстановления ценопопуляций ели и пихты в западных низкогорьях Южного Урала // Лесоведение.

- 2001. - № 1. - С. 19-24.

8. Иванова Н.С. Тенденции трансформации нижних ярусов горных темнохвойных лесов Южного Урала // Ботанический журнал. -2004. - Т. 89. - № 4. - С.583-597.

9. Иванова Н.С. Динамика продуктивности травяно-кустарничкового яруса в лесах западных низкогорий Южного Урала // Ботанический журнал. - 2007. - Т. 92. - № 9. - С.1427-1442.

10. Инструкция по сохранению подроста и молодняка хозяйственно-ценных пород при разработке лесосек и приемке от лесозаготовителей вырубок с проведенными мероприятиями по лесовосстановлению леса. - М.: Минлесхоз РСФСР, 1984. - 17с.

11. Исаева Р.П., Луганский Н.А. Естественные лесовосстановительные процессы в подзонах южной тайги и темнохвойно-широко-лиственных лесов Урала // Лесообразовательный процесс на Урале и Зауралье. -1974. - С.94-128.

12. Колесников Б.П. Кедровые леса Дальнего Востока // Тр. Дальневост. фил. АН СССР Сер. ботан. - М.; Л.: Изд-во АН СССР 1956.

- Т.2 (4). - 264 с.

13. Колесников Б.П. Леса Челябинской области // Леса СССР Т. 4. - М.: Наука. 1969. - С. 125-156.

14. Левицкий И.И. Сохранение подроста хвойных пород в горных условиях при сплошных вырубках // Сб. трудов по лесному хозяйству Башкирской ЛОС ВНИИЛМ. - Уфа: Башкирское книжное изд-во, 1962. Вып. 6. - С.27-34.

15. Муратов М.Э., Амирханова А.Х. Особенности естественного возобновления темнохвойных лесов на Южном Урале // Материалы научно-практической конференции «Леса Башкортостана. Современное состояние и перспективы». - Уфа, 1997. - С.161-162.

16. Новогородова Г.Г., Андреев Г.В. Трансформация почв в связи с антропогенной динамикой ельников западных низкогорий Южного Урала // Матер. науч.-практич. конференции «Леса Башкортостана: современное состояние и перспективы». - Уфа, 1997.

- С.125-126.

17. Окишев Б.Ф. Возобновление ели и пихты // Возобновительные процессы в горных широколиственно-хвойных лесах. - Уфа, 1981. - С.4-14.

18. Побединский А.В. Изучение лесовосстановительных процессов. - М.: Наука, 1966. - 64 с.

19. Программа и методика биогеоценотических исследований /отв. ред. Н.В. Дылис. - М.: Наука, 1974. - 402 с.

20. Руководство по проведению лесовосстановительных работ в государственном лесном фонде Урала. - М.: Лесн. промышленность, 1968. - 102 с.

21. Рысин Л.П., Савельева Л.И. Еловые леса России. - М.: Наука, 2002. - 335 с.

22. Санников С.Н. Об экологических рядах возобновления и развития насаждений в пределах типов леса // Лесообразовательные процессы на Урале. - Свердловск: УФАН СССР, 1970. - С. 175-181.

23. Санников С.Н., Санникова Н.С., Петрова И.В. Естественное лесовозобновление в Западной Сибири (эколого-географический очерк). - Екатеринбург: УрО РАН, 2004. - 198 с.

24. Смолоногов Е.П. Основные положения генетического подхода при построении лесотипологических классификаций // Экология. - 1998. - №4. - С.256-261.

25. Фильрозе Е.М. Схема генетической классификации типов леса Южного Урала // Эколого-географические и генетические принципы изучения лесов. - Свердловск: УНЦ АН СССР 1983. - С.53-60.

26. Яковлев Г.В. Рост еловых насаждений и формирование их возрастных структур в подзоне южной тайги // Возобновление и формирование лесов на вырубках / Сб. трудов ВНИИЛМ, вып.4. - М., 1975. - С.71-94.

27. Cousens J. An introduction to woodland ecology. Edinburgh, 1974. - 151 p.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.