Научная статья на тему 'Эпидемиологический надзор за холерой: обоснования к оценке его эффективности // Проблемы особо опасных инфекций.'

Эпидемиологический надзор за холерой: обоснования к оценке его эффективности // Проблемы особо опасных инфекций. Текст научной статьи по специальности «Науки о здоровье»

CC BY
188
23
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Аннотация научной статьи по наукам о здоровье, автор научной работы — Онищенко Г. Г., Ломов Ю. М., Москвитина Э. А., Жилина Н. Я., Подосинникова Л. С.

Дан анализ интенсивности эпидемических проявлений мировой заболеваемости в начале ХХI века. В связи с локализацией эпидемического процесса на Африканском континенте, а также в древнем эндемичном очаге в Индии и Бангладеш высказана точка зрения о начале нового периода в развитии пандемии. Реализация задач по рационализации эпидемиологического надзора в России должна быть сконцентрирована на мониторинге информативных, эпидемиологически значимых показателей и данных, а также введении новых, не предусмотренных СП при районировании субъектов по типам эпидемических проявлений холеры, с целью пересмотра отнесения субъектов к тому или иному типу и соответственно изменению тактики эпидемиологического надзора.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по наукам о здоровье , автор научной работы — Онищенко Г. Г., Ломов Ю. М., Москвитина Э. А., Жилина Н. Я., Подосинникова Л. С.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Epidemiologic Surveillance of Cholera: The Basic Principles to Assess its Efficacy

Intensity of epidemic manifestations of world's morbidity early in the XXI-th century is analyzed in the work. An idea on the commencement of a new period in the evolution of the pandemics has been expressed in connection with localization of the epidemic process in the African Continent and also in the ancient endemic focus in India and Bangladesh. Rational organization of the epidemiologic surveillance in Russia can be achieved by concentrating the efforts on monitoring the factual, epidemiologically significant indicators and events, as well as on introducing new criteria, non-provided for in the Sanitary Regulations, for the process of zoning of territorial subjects according to the types of cholera epidemic manifestations, with the purpose of reconsidering the attribution of the subjects to this or that type and, accordingly, to altering the tactics of epidemiologic surveillance.

Текст научной работы на тему «Эпидемиологический надзор за холерой: обоснования к оценке его эффективности // Проблемы особо опасных инфекций.»

УДК 6)6.932:616-036.2

Г.Г.Онищенко1, Ю.МЛомов2, Э.А.Москвитина2, Н.Я.Жилина1, Л.С.Подосинникова2

ЭПИДЕМИОЛОГИЧЕСКИЙ НАДЗОР ЗА ХОЛЕРОЙ: ОБОСНОВАНИЯ К ОЦЕНКЕ ЕГО ЭФФЕКТИВНОСТИ

'Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, Москва;2Ростовский-на-Дону научно-исследовательский противочумный институт

Дан анализ интенсивности эпидемических проявлений мировой заболеваемости в начале XXI века. В связи с локализацией эпидемического процесса на Африканском континенте, а также в древнем эндемичном очаге - в Индии и Бангладеш высказана точка зрения о начале нового периода в развитии пандемии. Реализация задач по рационализации эпидемиологического надзора в России должна быть сконцентрирована на мониторинге информативных, эпидемиологически значимых показателей и данных, а также введении новых, не предусмотренных СП при районировании субъектов по типам эпидемических проявлений холеры, с целью пересмотра отнесения субъектов к тому или иному типу и соответственно изменению тактики эпидемиологического надзора.

В течение последних десятилетий теоретической и научно-практической основой профилактики и борьбы с инфекционными болезнями является эпидемиологический надзор. В современный период он трактуется как система постоянного динамического и многоаспектного слежения за эпидемическим процессом конкретной инфекционной (паразитарной) болезни или за эпидемиологической ситуацией в целом, реализуемая на определенной территории в конкретный период времени в целях рационализации и повышения эффективности профилактических и противоэпидемических мероприятий [15].

Сложность и многофакторность эпидемического процесса при инфекционных болезнях стали необходимым основанием для выделения в составе эпидемиологического надзора взаимосвязанных компонентов или подсистем: информационной,

аналитической (диагностической), являющимися фундаментом эпидемиологического надзора, а также управленческой. ,

По мнению В.И.Покровского [9], Б.Л.Черкас-ского [14], И.Л.Шаханиной [16], система эпидемиологического надзора, профилактические и противоэпидемические мероприятия являются компонентами общей системы управления эпидемическим процессом.

В основу принципов существующей системы эпидемиологического надзора за инфекционными болезнями, в том числе холерой, положены теория и практика отечественных и зарубежных исследователей, заложивших основы и методологический фундамент этой системы [1, 2, 8, 10, 13, 14, 18, 20].

Эпидемиологический надзор как один из компонентов общей системы целенаправленного управления эпидемическим процессом составляет основу противохолерных мероприятий. Объектом эпиднадзора при холере, как и при других инфекционных болезнях, является «эпидемический процесс, представляющий собой единство, биологических, природных и социально-экологических факторов».

Г.Г.Онищенко [7], Ю.М.Федоров [12] и другие рассматривают систему ’эпидемиологического надзора за карантинными (чума, холера, желтая лихо-

радка) и другими инфекционными болезнями как составную часть санитарной охраны территории страны, завозы их - как чрезвычайную ситуацию с обеспечением соответствующих мероприятий по биологической безопасности.

Научные разработки по проблеме «Холера» Ростовского НИПЧИ и других противочумных учреждений страны неоднократно являлись обоснованием для усовершенствования регламентированной в стране системы эпидемиологического надзора.

Исходя из того, что одной из основных задач надзора за холерой является информационное обеспечение, а мониторинг этой карантинной инфекционной болезни призван решать задачи анализа, оценки масштабов, характера распространения и прогноза, в том числе с использованием современных информационных технологий, в Ростовском НИПЧИ. продолжается формирование информационного фонда - проблемно-ориентированных баз данных «Холера. Эль-Тор. Мир» (1961-2005), «Холера Эль-Тор. СНГ. Россия» (1970-2004) и «Холерные вибрионы. Россия» (1990-2004).

Заболеваемость холерой, с одной стороны, можно рассматривать как объективное явление, отражающее воздействие биологического фактора на популяцию населения под влиянием неблагоприятных внешних факторов - природных и социальных. С другой стороны, заболеваемость является статистической величиной, определяемой совокупностью как объективных (причинных), так и субъективных (качество выявления, диагностики) факторов. Это подтверждает мнение экспертов ВОЗ [17] о том, что официальные уведомления из стран не отражают общих масштабов распространения холеры.

С использованием сведений базы данных «Холера Эль-Тор. Мир» установлено, что по интенсивности эпидемических проявлений уровень мировой заболеваемости в начале XXI в. по-прежнему • превышает таковой в 1970-е и 1980-е годы (рисунок). В 2001-2004 гг. зарегистрировано 518007 больных холерой в 52 странах мира с максимальными показателями заболеваемости до 1,8540/оооо - 3,6420/0ооо- В структуре мировой заболеваемости 95,4 % больных

холерой приходится на Африку. В 2001-2004 гг. о холере информировали ВОЗ 29 (52,7 %) стран этого континента, в ряде которых сформировались стойкие эндемичные очаги. В Азии выявлен рост заболеваемости холерой в 2004 г. (темп прироста -+37,68 % относительно 2003 г.). Холерные эпидемии и вспышки, имевшие место в последнее десятилетие XX в. в Иране, Ираке, Афганистане и Китае, откуда инфекция проникала с юга и востока в Россию, страны Закавказья и Центральной Азии в период седьмой и ранее шести пандемий холеры, продолжающееся неблагополучие в 2001-2004 гг. в указанных и других странах обусловлены социальными и военными конфликтами, создающими непредсказуемые по возможным масштабам очаги-инфекции. Продолжается ежегодное выявление больных холерой в Индии, Бангладеш, на Филиппинах и в других странах. На ограниченных территориях стран Юго-Восточной Азии имели место вспышки, обусловленные V. фо1егае 0139 серо-группы. По данным ВОЗ [17], холера Бенгал составляет до 15 % от общей заболеваемости холерой в странах Азии.

Б. Бал^ие а1. [19] отмечает, что генетическая перестройка в штаммах 0139, по-видимому, является стратегией выживания в условиях конкуренции со штаммами серогруппы 01. Генетические изменения и естественный отбор с участием факторов внешней среды и хозяина (человека) могут оказать глубокое влияние на генетику, эпидемиологию и эволюцию токсигенных штаммов V. ско1егае не только в дельте реки Ганг на территории Индии и Бангладеш, но и на других территориях эндемичной и эпидемической холеры.

Из стран Южной и Центральной Америки по-

ступают сведения в ВОЗ о единичных и спорадических случаях холеры, а из Европы, США,-Канады, Австралии с Океанией - о завозных.

Таким образом, в 2001-2004 гг. холерные эпидемии и вспышки продолжали иметь место в основном в странах Африки и Азии, где сформировались эндемичные очаги, предпосылками для формирования которых являются природно-климатические и социальные условия.

Проведенное районирование 128 стран мира [4] с использованием комплекса показателей, характеризующих степень опасности эпидемических проявлений холеры, соответствует реализации стратегии и решению одной из задач эпидемиологического надзора на международном и национальном уровнях - определению территорий риска, где имеются предпосылки для возникновения эпидемий, вспышек и формирования эндемичных территорий. Учитывая краткую информацию об эпидемиологической обстановке по холере в мире, необходимо констатировать, что эта аналитическая подсистема, как и другие, требует постоянного мониторинга и оценки.

Ретроспективный анализ холеры с начала седьмой пандемии с учетом территориального распространения инфекции позволяет высказать точку зрения о начале нового периода в развитии пандемии - с 2003 (2004) года с локализацией эпидемического процесса на Африканском континенте, а также в древнем эндемичном очаге - в Индии' и Бангладеш - с выносами в другие страны Азии, Европы, Австралии с Океанией и Северной Америки. Из стран СНГ в 2002-2004 гт. официальных сведений в ВОЗ о холере не поступало.

С 1970 по 2004 год в России зарегистрировано

11-184 больных холерой и рибриононосителей в 48 субъектах. С использованием определенных.показателей и характеристик' эпидемического процесса, данных о контаминации холерными вибрионами водных и других объектов окружающей среды, других сведений осуществлено районирование 89 субъектов России по типам эпидемических проявлений, холеры [5, 6]. Это явилось научным обоснованием совершенствования эпидемиологического надзора в стране с регламентацией. комплекса соответствующих мероприятий.

Изменившаяся в последние десятилетия социально-экономическая, экологическая и эпидемиологическая ситуация в России, внедрение системы социально-гигиенического мониторинга, произошедшая- реформа в санитарно-эпидемиологической службе свидетельствуют о необходимости дальнейшего совершенствования эпидемиологического надзора, в том числе с учетом организационной и функциональной структур системы.-

. На наш взгляд, районирование субъектов России по типам эпидемических проявлений холеры следует рассматривать в основе своей как динамический, изменяющийся во времени и пространстве процесс. В связи с этим реализация задач.по, рационализации надзора в этом направлении должна быть сконцентрирована на мониторинге информативных, эпидемиологически значимых показателей и данных, а также введении новых, не предусмотренных [11]. Конечная цель - пересмотр отнесения субъектов к тому или иному типу по эпидемическим проявлениям холеры и, соответственно, - тактики надзора. Это можно рассматривать как одну из задач по совершенствованию методологической платформы эпидемиологического надзора за холерой в системе социально-гигиенического мониторинга.

Следует отметить, что в период с 1990 по 2004 год значение основного показателя, характеризующего эпидемические проявления - удельный вес больных и вибриононосителей на территориях I и II типов (входящих.в основном в Южный федераль-. ный округ), составил 85,7 % (от зарегистрированных в России). Вместе с тем на большинстве территорий I типа (кроме Республики Дагестан, 199.8 г.) холеру, обусловленную эпидемически значимыми штаммами, не регистрируют с 1995-1996 гг. Это относится и к территориям II типа (Краснодарский край и Республика Калмыкия). Вспышка завозного, происхождения с распространением возбудителя инфекции в Приморском крае (1999) в совокупности с социально-экологическими условиями явились обоснованием для перевода субъекта в группу территорий II типа.

Завозы холеры на территории IIIА типа (Москва, 1994, 1995; 1997,1998; Московская, Вологодская, Владимирская, Кировская, Челябинская, Омская, Новосибирская области, 1994; Красноярский край, Республики Чувашская и Алтай, Иркутская область, 1997), как правило, не приводили к распростране: нию инфекции, за исключением вспышки в республике Татарстан (2001).

Основной пусковой механизм эпидемических проявлений холеры в России - завозной и определяется различными по характеру миграционными

процессами. При анализе международной миграции населения с 1994 по 2004 год установлены завозы в 19 различных по типам эпидемических, проявлений холеры субъектов России. При. изучении динамики миграции населения с использованием коэффициента интенсивности чистой миграции в 89 субъектах, различных по типам эпидемических проявлений (1992-1998), установлено, что удельный вес административных территорий с положительными коэффициентами чистой миграции на территориях I и II типов составил 85,7%,' III А типа - 87,2 %, III В типа - 36,0%. Наметилась тенденция снижения значений показателей при сохраняющемся положительном сальдо миграции на территориях I типа: в Ростовской области - .от 1250/ооо (1994) до 180/ооо (1998), Ставропольском крае - от 159о/ооо ДО 580/ооо,' Астраханской области от — 120о/ооо до бодхю соответственно.. Эта же тенденция отмечена в Краснодарском крае (П тип) -т снижение показателя со 180о/ооо До 430/ооо. При этом выявлена высокая степень корреляционной связи между завозами холеры и показателем интенсивности чистой миграции -г = 0,89±0,08 (Р<0,0001).

Среди комплекса показателей и данных, используемых при районировании, в СП 3.1.1086-02 [11]. предусмотрен учет наличия международных портов - воздушных, морских и других. Эпидемиологический надзор за холерой, таким образом, начинается в пунктах пропуска через государственную границу. Для эпидемиологической оценки миграции населения в возможности завоза холеры, основанной на анализе международных пассажирских перевозок с зарубежными странами, включая страны СНГ, введен и апробирован впервые в Ростовской области показатель - коэффициент интенсивности миграционного оборота. Этот показатель включен в предусмотренную для совершенствования эпидемиологического надзора методику определения эпидемического потенциала муниципалу ных административных территорий, входящих в субъект [3]. При оценке миграции выявлена потенциальная возможность завозов холеры на воздушном и водном транспорте через пункты пропуска на государственной границе (Ростовская область, Рос-тов-на-Дону, Азов, Таганрог).

Приведенные данные свидетельствуют, что показатели интенсивности чистой миграции населения по субъектам Российской Федерации в динамике и коэффициент интенсивности миграционного оборота могут быть использованы в комплексе с другими при оценке и корректировке типов территорий (субъектов) по.эпидемическим проявлениям холеры.

Необходимо отметить, что районирование административных территорий России [5, 11] по типам эпидемических проявлений холеры явилось научным обоснованием для дифференциации ряда мероприятий, осуществляемых при эпидемиологическом надзоре,- и тем новым в тактике его проведения, что отличает, ее от предшествующей. В частности, регламентированы контингенты, кратность их обследования, объекты* сроки и объемы бактериологических исследований на. холеру. Это направлено на снижение экономических затрат при проведении обследований на холеру. Совершенствование

эпидемиологического надзора в этой части должно быть направлено на дальнейшую разработку научно обоснованного регламента мероприятий, осуществляемых при эпидемиологическом надзоре, й оценку их эффективности.

Учитывая завозной характер эпидемических проявлений холеры на территории России (1970— 2004), оправданна при эпидемиологическом надзоре тактика обследования на холеру заболевших острыми кишечными инфекциями российских и иностранных граждан после прибытия их из неблагополучных по холере стран для предотвращения вспышек на самых ранних этапах и выяснения генеза в случае их возникновения. Следствием нарушения в тактике эпиднадзора за российскими гражданами, прибывшими из стран, неблагополучных по холере, явилось несвоевременное выявление больного этой инфекцией с неблагоприятным исходом в Тверской области (1997) и гражданина нашей страны в Японии (1997), возникновение эпидемии и вспышек в Дагестане (1993, 1994, 1998), Приморском крае и Сахалинской области (1999).

Что касается оправданности или необходимости изменения тактики эпидемиологического надзора подлежащих обследованию на холеру других контингентов в соответствии с СП 3.1.1086-02 [11], то необходимы накопление и анализ данных с оценкой эффективности соответствующих мероприятий, осуществляемых на территориях, различных по типам эпидемических проявлений холеры. Перспективной, на наш взгляд, является тактика обследования некоторых из них как обязательной профилактической меры при осуществлении противоэпидемических мероприятий, то есть при возникновении очага.

На основании анализа сведений, заложенных в базу данных «ХОЛЕРНЫЕ ВИБРИОНЫ. РОССИЯ», установлено, что с 1990 по 2004 год на 49 административных территориях России из более чем 180 объектов окружающей среды (воды поверхностных водоемов, сточных вод, ила, гидро-бионтов) выделено 1279 атоксигенных эпидемически незначимых штаммов V. ско1егае 01 и 45 V. сНо1егае 0139. На территориях I типа за указанный период изолировано 247 (19,4 %) холерных вибрионов эльтор. Среди выделенных в России в этот период 88 с1хАВ+ штаммов холерных вибрионов 71,6 % были изолированы на территориях этого типа в период эпидемиологических осложнений (Ставрополь, 1990; Республика Дагестан, 1994, 1996, 1998).

На территориях II типа (Республика Калмыкия, Краснодарский и Приморский края) изолировано 507 (39,6 %) штаммов холерных вибрионов эльтор и 9 (10,2 %) - токсигенных в Приморском крае (1999) во время острой водной вспышки. На 27 территориях III А типа изолировано 419 штаммов холерных вибрионов эльтор (32,7%) и 16 (18,2 %) - токсигенных (Сахалинская область, 1999; Республика Татарстан, 2001). На территориях III Б типа, где за период седьмой пандемии имело место только выделение холерных вибрионов из объектов окружающей среды, изолировано 106 (8,3 %) атоксигенных холерных вибрионов эльтор.

Мониторинг выделения холерных вибрионов из

объектов окружающей среды при осуществлении эпидемиологического надзора свидетельствует о необходимости выяснения условий контаминации холерными вибрионами 01 и 0139 серогрупп поверхностных водоемов, являющихся источниками водоснабжения' и используемых для рекреационных целей. Оценку эффективности мониторинга необходимо предусмотреть с учетом интенсивности выделения холерных вибрионов, в том числе с;учетом стационарных и по показаниям точек забора проб, эпидемической значимости и других фенотипиче-. ски и генетически значимых характеристик циркулирующих штаммов холерных вибрионов, которые могут быть использованы в системе эпиднадзора.

Определение эпидемического потенциала административных территорий на примере Ростовской области, относящейся к I типу по эпидемическим проявлениям холеры, с эпидемиологической оценкой комплекса показателей - эпидемических проявлений холеры во взаимосвязи с оценкой поверхностных водоемов по условиям контаминации их холерными вибрионами 01 и 0139 серологических групп, транспортных связей в возможности завоза холеры, природно-климатических условий административных территорий, качества воды централизованного, нецентрализованного водоснабжения и рекреационного водопользования, направлено, помимо определения территорий риска внутри субъекта, на выявление причинно-следственных связей между состоянием здоровья населения и среды обитания человека. Примененные при этом оценочные показатели являются информационными (биологическими, социальными, природно-климатическими) и могут быть использованы для наблюдения за состоянием здоровья населения и факторами среды обитания человека в системе социально-гигиенического мониторинга.

Эффективность эпидемиологического > надзора может быть оценена по наличию выраженного экономического эффекта в результате выполнения целенаправленных регламентированных мероприятий по сравнению с размером экономического ущерба в случае возникновения очага инфекции. При этом оценка эффективности эпидемиологического надзора, получаемая на его основе актуальная, своевременная, полная и достоверная информация должна быть направлена на совершенствование, рационализацию планирования и реализацию профилактических и противоэпидемических мероприятий:

Прогноз по холере в России остается неблагоприятным. Это диктует необходимость осуществления комплекса регламентированных в стране противохолерных мероприятий. ]

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Беляков В.Д.//ЖМЭИ. - 1985.-№5.-С’53-58. -2. Мединский Г.М., Наркевич М.И., Сергиев В.П., Адамов А.К. Эпидемиологический надзор за холерой в СССР. - М.: Медицина, 1989. - 93 с. - 3. Методические рекомендации по определению эпидемического потенциала административной территории при холере / Москвитина Э.А., Прометной В.И., Ломов Ю.М. и др. - Ростов н/Д, 2003. - 26 с. -4. Москвитина Э.А., Беспалов И.А., Ломов Ю.М., Горобец А.В.// Холера и патогенные для человека вибрионы. - Ростов н/Д, 2001- Вып.14. - С. 10—12. - 5. Наркевич М.И., Онищенко Г.Г., Ломов Ю.М. и др. // ЖМЭЙ. -

1991. - № 8. - С. 33—36. 6. Онищенко Г.Г., Ломов

Ю.М., Москвитина Э.А. и др. // Холера и патогенные для человека вибрионы. - Ростов н/Д, 2000.'- Вып. 13. - С. 17-18. -7. Онищенко Г.Г., Федоров Ю.М., Кутырев В.В., Топорков В.П. // Пробл. особо опасных инф. - Саратов, 2001. - Вып. 2 (82). - С. 3-14. - 8. Покровский В.И., Ковалева Е.П. Семина Н.А. // Акт. вопр. эпидемиол., диагн., патогенеза и иммунол. инф. бол.: Сб. науч. тр. - М., 1985. - С. 5-7. - 9. Покровский В.Й., Филатов Н.Н., Шаханина И.Л., Брико Н.И. // Эпидемиол. и инф. бол. - 2001.-№ 2 . -

C. 4-7. - 10. Покровский В.И., Онищенко Г.Г., Чер-

касский Б.Л. Эволюция инфекционных болезней в России в XX веке. - М.: Медицина, 2003. - С. 103-136. -

11. СП 3.1.1086-02. Профилактика холеры. Общие требования к эпидемиологическому надзору за холерой. - М., 2002. -

12. Федоров Ю.М. Санитарная охрана территории Российской Федерации: научные основы, современные принципы и нормативно-методическое обеспечение. Автореф. дис. ... д-ра мед. наук. - М., 2004. - 49 с. - 13.Черкасский Б.Л. Эпидемиологический диагноз. - Л., 1990. - 208 с. - 14. Черкасский Б.Л. Руководство по общей эпидемиологии. - М.: Медицина, 2001. - С. 101-135. - 15. Черкасский Б.Л., Беляев Е.Н.// Эпидемиол. и инф.бол. - 2003. - № 4 . - С. 8-11. - 16. Шаханина И.Л. // Эпидемиол. и инф.бол. - 2002. - № 2. - С. 4-6. -17. Cholera, 2003 // Wkly Epidem. Rec. - 2004. - Vol. 79, N31,- P. 281-288. - 18. Dowdle W.R. // Publ. Hlth Rep. -1983. - Vol. 98, N 3. - P. 210-217. - 19. Faruque Sh.M., Sack

D.A., Sack R.B. et al. // PNAS. - 2003. - Vol. 100, N3,-

P. 1304-1309 - 20. Schildwachter K. // Arzneimittel-Forsch. -1976. - Bd. 26, N 3. - S. 466-468!

G.G.Onishchenko, Yu.M.Lomov, E.A.Moskvitina, -N.Ya.Zhilina, L.S.Podosinnikova

Epidemiologic Surveillance of Cholera:

The Basic Principles to Assess its Efficacy

Federal Services for Supervision in the Sphere of Protection ■ of Consumer's Rights and Human Welfare, Moscow Rostov-on-Don Anti-Plague Research Institute

Intensity of epidemic manifestations of world's morbidity early in the XXl-th century is analyzed, in the work. An idea on the commencement of a new period in the evolution of the pandemics has been expressed in connection with localization of the epidemic process in the African Continent and also in the ancient endemic focus in India and Bangladesh. Rational organization of the epidemiologic surveillance in Russia can be achieved by concentrating the efforts on monitoring the factual, epidemiologically significant indicators and'events, as well as on introducing new criteria, non-provided for in the Sanitary Regulations, for the process of zoning of territorial subjects according to the types of cholera epidemic manifestations, with the purpose of reconsidering the attribution of the subjects to this or that type and, accordingly, to altering the tactics of epidemiologic surveillance.

Поступила 09.06.05

УДК 616.981,452(7/8)+(6)+(5)

Н.В.Попов, Е.ВЛЕСуклев, А.А.Слудский, М.А.Тарасов, А.Н.Матросов,

Т.В.Князева, Т.Б.Караваева, В.В.Кутырев

ЛАНДШАФТНАЯ ПРИУРОЧЕННОСТЬ И БИОЦЕНОТИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА ПРИРОДНЫХ ОЧАГОВ ЧУМЫ ДАЛЬНЕГО ЗАРУБЕЖЬЯ. СЕВЕРНАЯ И ЮЖНАЯ АМЕРИКА, АФРИКА, АЗИЯ

Российский научно-исследовательский противочумный институт «Микроб», Саратов,

Обобщены современные материалы о биоценотической структуре и ландшафтной приуроченности природных очагов чумы стран дальнего зарубежья. Рассмотрены особенности видового спектра носителей и переносчиков чумной инфекции в конкретных регионах земного шара. Представлены характеристики основных типов ландшафтов на территории природных очагов чумы Северной и Южной Америки, Африки, Азии. Отмечена по-лигостальность и поливекторность большинства природных очагов чумы.

В северном полушарии Земли «zona pestica» простирается от экватора до 51°с.ш., а наиболее стойкие очаги размещены до 48° с.ш. В южном полушарии энзоотичные по чуме территории достигают почти крайних пределов материков, т.е. 40°ю.ш. в Южной Америке и 35° ю.ш. в Африке [26, 27]. В Австралии и Новой Зеландии природных очагов чумы нет [30]. За границами зоны природной очаговости чумы, несмотря на наличие поселений широкого спектра восприимчивых к этой инфекции грызунов (сурки, суслики, полевки и др.), формирование новых ее очагов не происходит. В настоящее время природные очаги чумы существуют в Северной и Южной Америке, Африке, Азии и на Юго-Востоке Европы [24, 25, 35, 39].

В Северной Америке (США, Канада, Мексика) природные очаги чумы связаны с пустынно-полупустынными, степными и. отчасти сухими гор-но-степными ландшафтами. западной половины континента [14]. В США природные очаги чумы обнаружены в 15 штатах и приурочены к тихооке-

анскому побережью юга страны, горным цепям Сьерра-Невады и Берегового хребта Кордильер, пустыне Мохаве, пустыням и полупустыням Меж-горного плато (пл. Колорадо, Большой Бассейн, район Большого Соленого Озера, хр. Биттер-Рут, Каскадные и Голубые горы), Колумбийскому плато и ряду районов восточнее Скалистых гор. Природные очаги в США отчетливо полигостальны. При этом в разных природных условиях в качестве основных носителей выступают различные виды грызунов [34]. В побережной (тихоокеанской), зоне, в полупустынях и пустынях Среднего Запада основные носители чумы - суслики родов Citellus (Sper-mophilus). й Otospermophilus, среди которых наибольшее эпизоотологическое значение имеют С. richardsoni, С. columbianus, С. armatus, С. beldin-gi, О. beecheyi, О. lateralis и О. variegatus. В сухих степях Среднего Запада, полупустынях и пустынях центральных и юго-восточных частей Межгорного плато эту роль выполняют луговые собачки рода Cynomys (С. ludovicianus, С. gunnisoni, С. parvidens,

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.