Б01: 10.31249/аре/2023.02.03
© Князева С.Е.1, 2023
Электоральная активность новых популистов на восточном фланге Европейского союза (2010-е -начало 2020-х годов)
Аннотация. Принятие или отрицание социокультурной и политической модели европейской либеральной демократии стало сегодня демаркационной линией в европейском пространстве, что проявилось в современных избирательных кампаниях. Но влияние системного кризиса либеральной демократии на усиление позиций новых популистов в Европе (в частности, через их электоральную активность) пока не нашло достаточного отражения в экспертной литературе. Задача статьи -анализ взаимосвязи кризиса современной либеральной демократии и наступления нового популизма: снижение привлекательности аксиологической модели либеральной демократии привлекло внимание разочарованных избирателей Старой Восточной Европы 2 к ценностям, транслируемым популистскими лидерами.
Автор исследует причины электоральных успехов новых популистов с упором на страны Центральной и Юго-Восточной Европы. Значительное внимание уделено специфике дискурса и манипулятивных техник новых популистов, которые использу-
1 Князева Светлана Евгеньевна - кандидат исторических наук, доцент Факультета международных отношений, политологии и зарубежного регионо-
ведения, РГГУ. (lanaknyazeva@yahoo.it).
2 Автор использует термины «Старая Восточная Европа» и «Центральная и Юго-Восточная Европа» как синонимы. - Прим. ред.
63
ются для привлечения электората. Кроме того, ставится вопрос о том, на какие вызовы европейского общества лидеры новых популистов реагируют наиболее оперативно.
Наступление нелиберального политического цикла и транзита европейской либеральной демократии связано с утверждением глобализма и навязываемой новыми мировыми элитами постмодернистской парадигмой. На этом направлении популисты действуют успешно. Все же автор делает осторожный вывод, что поиск новых форм организации общества и электоральная активность популистов в странах Старой Восточной Европы не свидетельствуют о повсеместном распространении их влияния, а в случае прихода популистов к власти сохранение их режимов на длительный срок маловероятно даже в случае интеграции их лидеров в европейский политикум.
Ключевые слова: либеральная демократия, постмодернистская парадигма, Старая Восточная Европа, выборы в Восточной Европе, электоральная активность, новый правый популизм, вызовы глобализма, манипуляционные техники, популистский дискурс, правые радикалы, лидеры нового популизма.
Упрочение позиций и влияния нового популизма
С начала XXI столетия новый популизм сумел завоевать достаточно прочные позиции и сейчас занимает вполне определенную нишу в европейском политическом пространстве. Волны популистского шторма даже усиливаются - на выборах в Европейский парламент и на национальных выборах популисты пользуются значительным влиянием, и в ходе избирательных кампаний последних лет они еще более укрепили свои позиции. В чем причина электоральных успехов европейских популистов? Каковы отличительные черты популистского дискурса, манипулятивных техник, риторических приемов, используемых с целью привлечения электоральной массы? На какие вызовы и угрозы современного европейского общества популисты реагируют умело и оперативно?
С точки зрения электоральной ситуации Центральную и Юго-Восточную Европу сегодня едва ли возможно выделить в отдельный регион, если оценивать его специфику в общем пространстве Европейского союза, - но, конечно, на уровне региональных особенностей имеются определенные отличия, особенно -
64
Электоральная активность новых
- популистов на восточном фланге
Европейского союза (2010-е -начало 2020-х годов)
по степени травмированности социумов1. Популистским вождям в этом регионе удается привлекать внимание значительной части электората, и избиратели раз за разом становятся жертвами изощренного манипулирования.
В современном миропорядке популизм воспроизвел себя после очередного реверса [Хантингтон, 2003]2. Третья реверсивная волна последних десятилетий ХХ в. проявилась в подъеме возвратных движений, т.е. в транзите от либеральной демократии в направлении несовместимых с ней режимов, - и привела в истеблишмент популистских лидеров, поскольку реверсы европейской либеральной демократии связаны (хотя не всегда напрямую) с волнами популизма в европейском политическом пространстве.
Укрепление позиций европейских популистов можно объяснить транзитом в направлении новой миросистемы [Валлер-стайн, 2018, с. 105]. Технологическая революция и крушение традиционных идеологий ХХ в. обусловили начало наступления нового популизма в институциональном европейском пространстве и отката либеральной демократии. Европейский мир вступил в период нелиберального политического цикла, в рамках которого авторитарные режимы порой могут выглядеть единственно приемлемым способом управления.
На основе проведенного С. Хантингтоном анализа транзитов [Хантингтон, 2003, с. 26] можно заключить, что откат европейской либеральной демократии привел к крайней неустойчивости ее аксиологической модели, принятой Европейским союзом в июне 1993 г. В основу этой модели были заложены западноевропейские ценности - Acquis communautaire (так называемые Копенгагенские критерии) [Accession criteria..., 1993] - квинтэссенция европейской либеральной демократии, выработанная на базе здравого смысла, прагматизма, толерантности. Копенгагенские критерии предполагают приоритет частного блага, свободу как продолжение ответст-
1 Об опыте травмы прошлого в истории социумов (войны, смуты, революции, любые формы несвободы населения, автократические режимы) см.: [Гро-ппо, 2005].
2 С. Хантингтон применяет свою теорию реверсов (реверсивных волн) в основном для классификации волн демократии [Хантингтон, 2003].
65
венности, субъектность человека и общества, т.е. гражданскую идентичность, безопасность как недопустимость ущемления личного пространства граждан, суверенитет как проявление народного суверенитета, справедливость как соблюдение базовых прав граждан [Князева, 2021, с. 179]. Согласно Копенгагенским критериям, в основе осуществления власти находится рационально обусловленное соотношение горизонтальных и вертикальных властных полномочий и базовый принцип «конкурентное общество, конкурентная экономика участия, конкурентные прозрачные выборы» [Accession criteria..., 1993 ; Договор о Европейском союзе..., 2007].
Кризис европейской либеральной демократии не означает, что нынешняя система не подлежит оздоровлению - это возможно, пока в европейских странах происходят свободные и конкурентные выборы, пока действует маятник власти. Но именно эти важнейшие опоры либеральной демократии позволяют реверсивным движениям, в частности сегодняшним новым популистам1, завоевывать прочные позиции, оказывать серьезное влияние на институциональные структуры и провоцировать их раскол, достигать значительных результатов в работе с электоратом в период избирательных кампаний и даже добиваться победы в ходе выборов.
Реверсы нового правого популизма в контексте усиления дефицита либеральной демократии в европейском пространстве
На фоне ослабления (слабого развития) либеральной демократии в Польше и особенно в Венгрии отчетливо проявился экзистенциальный кризис, охвативший страны Старой Восточной Европы - и Европу в целом2. Кризис современной европейской либеральной демократии в основе своей обусловлен целым рядом факторов, среди
1 Подробнее см.: [Князева, 2020, с. 49-53].
2 С начала ХХ1 в. в странах Западной Европы позиции популистов значительно укрепились: «Национальное объединение» М. Ле Пен; «Альтернатива для Германии»; Австрийская партия свободы (АПС); «Партия Свободы» Г. Вил-дерса в Нидерландах; бельгийская партия «Народная демократия»; «Лига» М. Сальвини в Италии и др.
66
Электоральная активность новых
- популистов на восточном фланге
Европейского союза (2010-е -начало 2020-х годов)
которых особо следует выделить развитие глобализма и связанные с этим эксцессы нового, глобального мира, в частности - итоги цифровой революции раЫег, 2019], а также навязываемую нынешними мировыми элитами качественно новую картину мира, вписанную в постмодернистскую парадигму. Можно выделить и другие факторы, обусловленные вышеизложенным, так или иначе влияющие на электоральную ситуацию в разных странах. В оптике предпринятого исследования важнее другое - сочетание этих факторов «оказалось решающим» в современном европейском пространстве «от Бреста до Бреста» [Krakovski, 2021]: значительная часть граждан убеждена, что их запросы не могут быть удовлетворены в рамках либеральной демократии, поскольку либерализм не гарантирует защиту для общества и рядового человека. В качестве единственно возможного решения острых социально-политических и социокультурных проблем значимый сегмент новых элит предлагает (в контексте постмодернистской игры представлений) радикальные меры по укреплению государства ценой снижения роли традиционных сдержек и противовесов, обеспечиваемых верховенством права, независимостью судебной власти и медиа.
Наступление нелиберального политического цикла и процессы транзита либеральной демократии в политическом пространстве Европы особенно остро ощущаются в Центральной и Юго-Восточной Европе. Но ситуацию в регионе нельзя рассматривать изолированно от общеевропейского контекста - она является отражением кризиса, переживаемого либеральной демократией (и, соответственно, европейской интеграцией в ее нынешнем состоянии), который сопровождается кризисом традиционных партий в процессе их слияния или раскола. Но, как подчеркивалось выше, особую роль играют развитие глобальных тенденций и новая постмодернистская парадигма. При этом, принимая во внимание современные вызовы для всего Европейского союза (итоги его «безграничного расширения», Брекзит, экономическая рецессия, последствия СОУГО-19, миграционные волны), положение на востоке ЕС необходимо рассматривать с учетом конкретных проявлений кризиса в каждой из стран региона. Страны Старой Восточной Европы хранят в своей исторической памяти множественные
67
травмы; не имея опыта либеральной демократии и стабильных моделей власти, они в полной мере ощутили последствия жестких автократических режимов и испытали воздействие экстремистских движений.
Завершение коммунистической «эры» и начало практической реализации неолиберального курса в странах Центральной и Юго-Восточной Европы повлекли за собой резкое сокращение роли государства в экономике и ускоренный переход собственности из государственной в частную сферу, что ранее было нехарактерно для этих стран (или характерно в минимальной степени, лишь на уровне мелких ремесленных и кустарных производств). В результате в 1991 г. уровень жизни в Чехословакии упал на 11,6%; в Венгрии режим жесткой экономии, введенный министром финансов Л. Бокрошем (1995-1996), отбросил почти 30% населения за черту бедности; к 2004 г. 20% поляков стали безработными. Однако после вступления стран региона в ЕС и НАТО ситуация выправилась и до последнего времени развивалась поступательно. В 2019 г. (до пандемии СОУГО-19) годовой прирост ВВП в этих странах составлял от 2,3 до 4,5% при одном из самых низких уровней безработицы в Европе - от 2 до 5,7%.
И все же характерное для переходного периода углубление социального неравенства в 1990-е годы остается травмирующим воспоминанием, до сих пор провоцирующим всплески ресенти-мента у значительной части электората, как и долгий путь, который пришлось пройти странам восточного фланга Европы по пути в НАТО и ЕС (что транслируется в формуле «нас вновь оттеснили на периферию Европы»).
Следствия прихода реверсивной волны нового популизма -евроскептицизм, шовинистические и ксенофобские настроения, электоральные успехи традиционалистских партий - не являются исключительной прерогативой политикума восточного фланга ЕС. Успехи «Национального объединения» во Франции, «Альтернативы для Германии» или Австрийской партии свободы (АПС) в течение последнего десятилетия продемонстрировали, что в Западной Европе новые правые популисты могут добиться на выборах значительной поддержки. Но и ведущие политики централь-
68
Электоральная активность новых
- популистов на восточном фланге
Европейского союза (2010-е -начало 2020-х годов)
но- и восточноевропейских государств начиная примерно с 2005 г.
успешно продвигают популистские программы, направленные на
дискредитацию либеральной демократии, прежде всего с целью
укрепления своих электоральных позиций [Dakowska, 2017, p. 477].
В процессе поиска новых форм организации общества лидеры нового популизма предлагают рядовому избирателю комплекс мер экстренной помощи в решении его проблем, действуя в рамках консервативного традиционализма и даже палеоконсерватиз-ма - основных аксиологических моделей правого популизма как реакции на эксцессы осуществления неолиберальной повестки. Путь, который они предлагают, - постмодернистское направление прогресса, т.е. вектор, нацеленный на идеалы прошлого, здоровые семейные ценности в русле домостроя и осуждение нетрадиционных отношений. Популисты - приверженцы совранизма (защиты приоритета национального суверенитета над наднациональным) обращаются к идеям величия народа, поскольку, согласно логике нового популизма, именно таким образом возрастает роль государства (хотя это далеко не всегда совпадает с новыми вызовами глобального мира и по большей части приводит к умножению проявлений расизма, антисемитизма, ксенофобии, антиевропеизма, национализма и шовинизма). Призывы совранистов к укреплению национального суверенитета, которым, по их мнению, поступились европейские страны, вступившие в ЕС и в Шенгенскую зону, пользуются все большей поддержкой. В любом случае электоральной массе предлагаются упрощенные (или недостижимые) решения политических, социокультурных, этических проблем.
К слову, избиратели стран Центральной и Юго-Восточной Европы, как правило, с большим воодушевлением относились к вступлению в ЕС и в настоящее время с меньшим недоверием относятся к европейской интеграции, чем граждане Западной Европы, поскольку осознают преимущества, связанные с этим процессом, и понимают, что их страны получают значительные суммы как бенефициары европейских фондов1 [L'Europe..., 2011].
1 Во время кризиса суверенного долга Греции (2010) лидеры Словении, Словакии и стран Балтии поддержали идею о необходимости оказать ей помощь.
69
В контексте исследуемых в статье проблем стоит, на мой взгляд, отказаться от традиционного разделения новых популистов на «правый» и «левый» политические сегменты. Представляется, что различия между ними уже не выявляются на уровне простой демаркационной линии; их анализ в манихейской оптике chiaroscuro сегодня невозможен: у нынешних левых и гораздо более многочисленных правых популистов версии 2.0 [Князева, 2020] (или даже 3.0, с учетом радикального реверса 1950-1960-х годов) довольно много общего. Главное - как правый, так и левый популизм сегодня стал противовесом либеральной демократии, попавшей с начала XXI в. в период длительной турбулентности1.
«Эпидемия популизма» в Старой Восточной Европе
Таким образом, популистская эпидемия, распространителями которой становятся не только представители новых правых популистов, но и некоторые формально левые популистские лидеры, -например, Р. Фицо2, - отражает запросы граждан Старой Восточной Европы. В некоторых странах Центральной и Восточной Европы партии популистской направленности, ставящие под сомнение возможности демократических институтов, уже не первый год
1 В европейской экспертной литературе существует следующее понимание «водораздела» между левыми и правыми новыми популистами: левые чаще пользуются популярностью в регионах, где социально-экономические проблемы приобрели особую остроту и слишком активно внедряется политика жесткой экономии; правые популисты чаще добиваются успеха, продвигая идеи евроскеп-сиса и сохранения национальной идентичности, а в более успешных экономических регионах манипулируют опасениями граждан, что им придется платить за последствия кризиса в «слабых» странах [Хиллебранд, 2014, с. 39]. Впрочем, в последнее время популярность новых правых популистов намного выше, чем левых, что связано с демаргинализацией правых в рамках правоцентристских объединений: многие евроскептики, недовольные отсутствием действенной стратегии европроекта, отдают свои голоса новым правым полулистам [Галкин, 2014, с. 65].
2 Р. Фицо занимал пост премьер-министра Словакии 2006-2010 и 20122018 гг. Кабинет Фицо, поддерживая вступление Словакии в зону евро, в то же время продвигал реформы, несовместимые с либеральным курсом предыдущего кабинета (более строгие правила увольнений и использование временных трудовых контрактов).
70
Электоральная активность новых
- популистов на восточном фланге
Европейского союза (2010-е -начало 2020-х годов)
находятся у власти и пользуются поддержкой традиционного
электората.
Так, в Венгрии партия Фидес - Венгерский гражданский союз приобрела значительное влияние еще с конца 1990-х годов, хотя политика ее лидера В. Орбана, бессменно возглавляющего страну с 2010 г. и опирающегося на стабильную электоральную поддержку, привела к сбоям в системе сдержек и противовесов в стране1. В. Орбан стал своего рода образцом для новых правых популистов в Польше, в частности - для евроскептической партии «Право и справедливость» (ПиС), пришедшей к власти на президентских и парламентских выборах в 2015 г. ПиС и сегодня имеет достаточную опору в парламенте и пользуется поддержкой значимой части польского электората.
Партия Фидес - отнюдь не единственная крупная популистская правящая партия в пространстве Евросоюза. В Греции дважды (26 января - 27 августа 2015 г.; 21 сентября 2015 г. - 8 июля 2019 г.) формировались популистские правительства во главе с лидером Коалиции радикальных левых (СИРИЗА) А. Ципрасом. Общее место политики новых левых и правых популистов во всех этих странах - попытки установить контроль над судебной системой и негосударственными СМИ.
Популистские (и по своей сути - совранистские) правительства ряда стран Старой Восточной Европы, спекулируя на религиозных традициях и традиционных ценностях, «ловят рыбу в мутных омутах "хранилищ памяти"» [Dakowska, 2017, р. 478], пытаются заблокировать прием беженцев в свои страны, продвигают консервативно-традиционалистские лозунги, новый элитизм [Zalewski, 2016]. Так, в Европейском парламенте депутат от ПиС Б.М. Шидло выступает в унисон со своим соратником по партии Я. Качиньским и с венгерскими популистами. Когда в 2014 г. в качестве кандидата на пост председетеля Европейского совета был предложен тогдашний премьер-министр Польши Д. Туск, это было с воодушевлением
1 Большинство в две трети, полученное Фидес на выборах 2010 г., сделало возможным принятие новой крайне консервативной Конституции в 2011 г. Отметим также сокращение пространства для деятельности оппозиции, утрату независимости судебной системы, ослабление свобод СМИ и др.
71
воспринято именно популистским сегментом Польши, связавшим данный шаг с признанием страны как минимум равноправным игроком в Евросоюзе или даже с ее выдвижением на ведущие позиции в ЕС1. Но можно отметить, что растущая популярность Д. Туска в Евросоюзе стала своеобразным маркером «усталости металла» -усталости польских граждан от неолиберального курса предыдущих правительств, - а также ответом на популистские манипуля-тивные техники управления ПиС (бесплатные лекарства для пожилых, ежемесячное пособие в размере 500 злотых на каждого ребенка и проч.) [Бакош8ка, 2017, р. 480].
Что же касается политики в отношении меньшинств, то обычно коалиции правых популистов поддерживают ксенофобию, свойственную определенным слоям населения. В Словакии совра-нисты из Словацкой национальной партии (СНП) известны своими антицыганскими и антивенгерскими выступлениями2.
Манипулирование чувствами верующих наблюдается в разных странах Старой Восточной Европы в различной степени. Так, партия «Право и справедливость», формально опираясь на поддержку церкви, под предлогом защиты вышеупомянутых «традиционных национальных ценностей» выступила с инициативой полного запрета абортов без всяких условий3. Помимо этого, некоторые польские ассоциации защиты прав женщин, ставших жертвами насилия, были лишены субсидий - все во имя так называемой традиционалистской религиозной морали. Религиозный
1 Попытка премьер-министра Б.М. Шидло помешать переизбранию Д. Туска на этот пост в 2017 г. не получила поддержки даже со стороны В. Орбана, партия которого тогда еще входила в состав Европейской народной партии (ЕНП).
2 В Словакии проживает некоторое количество этнических венгров. С 2010 г. В. Орбан предоставил возможность получить венгерское гражданство всем венграм, въезжавшим в страну, даже если они проживают в других странах Евросоюза (что вызвало большое противодействие в Словакии).
3 Конституционный суд Польши (в соответствии с решением, принятым в октябре 2020 г., вступившим в силу с 2021 г.) занял жесткую позицию относительно прерывания беременности даже в случае ее наступления после изнасилования, инцеста, а также при опасности для здоровья матери и плода, хотя польский закон 1993 г. по этому вопросу уже является рестриктивным.
72
Электоральная активность новых
- популистов на восточном фланге
Европейского союза (2010-е -начало 2020-х годов)
фактор играет особенно важную роль в дискурсе польских популистов: в моноконфессиональной стране популисты формируют общественное мнение на крепком фундаменте, опираясь на опыт сплоченности верующих католиков Польской Народной Республики в коммунистическую «эру» и духовное наследие причис-леннного к лику святых папы Иоанна Павла II - поляка Кароля Войтылы. Но электоральные популистские лозунги, основанные на ксенофобии и шовинизме, зачастую плохо воспринимаются именно среди польских католиков [Dakowska, 2017, p. 481], особенно в контексте многочисленных призывов нынешнего папы Франциска к толерантности по отношению к мигрантам (в частности, в энциклике Fratelli tutti).
В Венгрии упоминание о Боге было включено в новую Конституцию 2011 г. Сам же В. Орбан, исповедующий христианство в соответствии с традициями реформатской протестантской церкви, постарался сблизиться и с католической церковью, хотя в нулевые годы выступал за отделение церкви от государства.
Опираясь на травматический опыт прошлого и современный ресентимент, свойственные обществам Старой Восточной Европы, новые правые популисты включают в свои избирательные программы соответствующие декларации или просто используют нужные рычаги в удобный момент в ходе предвыборных дебатов; а после прихода к власти объясняют принятие соответствующих политических решений стремлением исцелить «травмы прошлого». Так, зашита прав этнических венгров, проживающих за рубежом, объясняется необходимостью компенсировать историческую несправедливость («травму Трианона»); в отношениях Чехии и Словакии с Австрией, Венгрией и ФРГ до сих пор муссируются «Декреты Бенеша» (1945) об экспроприации собственности немцев (в основном проживавших в Судетской области) и венгров (проживавших в Словакии) и их изгнании с территории Чехословакии [Dakowska, 2017, p. 483]. К этой же категории следует отнести и выдвинутое в 2022 г. требование поляков о выплате им Германией компенсации за оккупацию Польши в 1939 г. В целом же популистские лидеры Старой Восточной Европы стремятся переписать историю с позиций героического сопротивления населения своих
73
стран внешним агрессорам, вычеркивая менее «почетные» страницы своего прошлого.
Шовинистическая, ксенофобская, даже антиевропейская риторика, манипулирование рисками терроризма, оспаривание сумм европейских фондов и системы квот - вот комплекс приемов и техник, которые регулярно используют новые популисты в период предвыборных баталий. Так, президент Чешской Республики М. Земан выступал с резкой критикой миграционной политики ЕС, особенно в отношении мусульман из стран Магриба и с Ближнего Востока, продвигая идею о невозможности их интеграции в европейское общество: он указывал, в частности, на печально известные события 2016 г. в Кёльне и на теракты во Франции. В Польше лидер партии «Право и справедливость» Я. Качиньский постоянно напоминал своему электорату о якобы переносимых беженцами болезнях [Бакош8ка, 2017, р. 483-484]. А в более общем плане, не оспаривая результаты вступления своих стран в ЕС, лидеры стран Центральной и Восточной Европы критикуют различные аспекты политики Брюсселя и функционирования европейских институтов, используя и риторические приемы, и идеологическую подоплеку популистского дискурса.
Партии левого центра (социал-демократические) также не стремятся продолжать проведение либеральных реформ. Тем не менее, возможно, именно «эффект усталости» от деклараций популистов и их активности стал одной из причин нового выбора граждан Чехии в январе 2023 г., о чем речь пойдет ниже.
Правопопулистская «перчатка», брошенная В. Орбаном бюрократии Брюсселя, его призывы к установлению «нелиберальной и суверенной демократии» [ОгЪап, 2014] оказали большое влияние на лидеров нового популизма в Старой Восточной Европе. Правительство Словакии (в период ее председательства в Совете ЕС во второй половине 2016 г. и позднее), подвергавшее критике брюссельскую бюрократию и институты Евросоюза, выступило с инициативой ограничить власть европейских институтов. Польское правительство также критикует нынешнюю модель европейской интеграции, хотя и не имеет последовательной позиции по этому вопросу; к тому же Брекзит осложнил жизнь сотням тысяч поля-
74
Электоральная активность новых
- популистов на восточном фланге
Европейского союза (2010-е -начало 2020-х годов)
ков, уехавших на работу в Великобританию после «расширения
ЕС на Восток» в 2004 г.
Брекзит наглядно продемонстрировал, что граждане ряда стран ЕС склонны вполне позитивно воспринимать продвигаемые популистскими активистами лозунги, связанные с внешними угрозами и требованиями реформировать общую политику безопасности Евросоюза. А особенно рельефно проступают «имиджевые мускулы» новых правых популистов, когда они транслируют своему электорату идеи о чрезмерной унификации ЕС, о потере суверенитета национальными государствами, о коррумпированной бюрократии Брюсселя.
Избиратели, голосующие за популистов, активно поддерживают продвигаемую их лидерами необходимость транзита Евросоюза в сторону децентрализации и реализации некой «конфедеративной модели» объединенной Европы в противовес «федерации», которой якобы является ЕС. Очевидно, что популисты спекулируют на том, что рядовые избиратели не знакомы с важнейшими правоустанавливающими документами ЕС или не понимают их суть. В тексте Лиссабонского договора (Ст. 1; Ст. 10, п. 2) четко зафиксировано, что Европейский союз представляет собой именно «союз», а не «федерацию»1 [Договор о Европейском союзе..., 2007].
Правый марш новых правых популистов на европейских выборах в 2019 г.
Новый популистский реверс стал реальностью в ходе выборов в Европарламент 23-26 мая 2019 г. Согласно предварительным опросам, тревожность граждан Евросоюза по поводу возможности «популистского прорыва во власть» достигла максимального уровня. Российские эксперты делали осторожные прогнозы относительно перспектив популистского вызова единой Европе еще во время предыдущих выборов в Европарламент (май 2014 г.).
1 Статус ЕС как международной надправительственной и межгосударственной организации - т.е. именно союза - обеспечивается тем, что в Совете ЕС представлены главы государств или правительств стран-участниц, а в Евроко-миссии - правительства этих стран, и все они подотчетны в первую очередь парламентам и гражданам своих стран.
75
Ал. А. Громыко отмечал, что итоги выборов 2014 г. не позволяют говорить о положительных сдвигах в укреплении структур Евросоюза, и указывал, что в условиях «демократического дефицита» политическому истеблишменту ЕС был брошен вызов «со стороны популистских, несистемных, радикальных движений» [Громыко, 2014, с. 11]. Эксперт подчеркивал, что весьма тревожным сигналом стала низкая явка граждан, особенно «младоевропейцев» - избирателей в странах Центральной и Юго-Восточной Европы, - что указывает на рост евроскептических настроений, которые подтачивают «здание "социального контракта" между европейскими массами и политическими элитами» [Ibid.].
Но в мае 2019 г. мрачные ожидания европейских противников популизма все же не оправдались. Идеи о росте «демократического дефицита», о растущем абсентеизме и усилении политической апатии европейских избирателей в целом не подтвердились: была отмечена самая высокая явка граждан Евросоюза за прошедшие 20 (или даже 25) лет. В выборах приняли участие более 50% граждан ЕС, имеющих право голоса, что сопоставимо с первыми прямыми выборами в Европарламент в мае 1979 г. Аналитики засвидетельствовали снижение абсентеистских настроений в 21 стране; самый высокий процент проголосовавших был зафиксирован в Венгрии, Румынии и Польше (в Польше явка выросла с 23% в 2014 г. до 45% в 2019 г.) [Elezioni europee..., 2019].
Выборы в Европейский парламент в 2019 г. прошли под знаком борьбы евроскептиков (включая популистов-совранистов), с одной стороны, и «интеграционистов» (т.е. защитников национальных интересов и сторонников уточнения стратегии европро-екта) - с другой. По прогнозам, делавшимся на основании многочисленных опросов, популисты-евроскептики могли получить не менее трети мест в Европарламенте. Но окончательные итоги выборов выглядели так: в среднем по ЕС позиции прежнего мейнст-рима слегка пошатнулись, но и совранисты не набрали ожидаемой трети мест1.
1 Подробнее о результатах выборов в Европарламент в 2019 г. см.: [2019 European election..., 2019]. 76
Электоральная активность новых
- популистов на восточном фланге
Европейского союза (2010-е -начало 2020-х годов)
Больше всего голосов на выборах завоевали представители Центра - Европейской народной партии (ЕНП): они получили 24,23% голосов (182 места в Европарламенте). На втором месте оказался Прогрессивный альянс социалистов и демократов: за партии и движения, входящие в эту группу, отдали голоса 19,57% (147 мест). Третье и четвертое места заняли сторонники умеренных реформ - Альянс либералов и демократов (14,5%, 109 мест) и коалиция «Зеленые - Европейский свободный альянс» (чуть менее 10%, 69 мест); фракция евроскептиков-конфедератов «Европейские консерваторы и реформисты» получила 59 мест [Е1е;гют еигорее..., 2019].
Но главным итогом выборов 2019 г. все же стал рост популярности европейских правых популистова. Правда, их электоральные успехи были не столь впечатляющими, как с тревогой предсказывали европейские эксперты накануне выборов: в среднем по ЕС новые правые популисты оказались примерно на пятом месте по числу поданных за них голосов: они получили 7,72%, и их фракция сумела занять 73 места в Европарламенте2.
1 С 2009 г. правые популисты в основном входили в Альянс европейских национальных движений (АЕНД) или в Европейский альянс за свободу (ЕАС). Но после выборов 2014 г. пять партий - «Национальный фронт» М. Ле Пен, «Лига Севера» М. Сальвини, чешская Консервативная гражданская партия, Австрийская партия свободы и бельгийская партия «Фламандский интерес» - сформировали новую европейскую политическую партию «Движение за Европу наций и свобод». В июне 2015 г. на ее основе в рамках Европарламента была создана фракция «Европа наций и свобод» (ЕНС).
2 Количество мест популистской фракции варьировалось с учетом того, что особенных успехов достигла итальянская «Лига», возглавляемая «отцом» новых популистов - enfant terrible М. Сальвини («чистая» победа «Лиги» составила 34,3%). В союзе с «Национальным объединением» (бывшим «Национальным фронтом») М. Ле Пен глава «Лиги» добился гораздо более убедительной победы, чем на национальных выборах (март 2018 г.), поскольку число поданных за его движение голосов увеличилось практически вдвое. М. Сальвини оценил результаты выборов как исключительную победу: в предыдущем составе его партия занимала пять мест в Европарламенте (6,15% голосов), а теперь получила 28 мест [Алексеенкова, 2019]. Значительных результатов добилась итальянская партия «Движение пяти звезд» и Партия Брекзита британца Н. Фараджа (в совокупности они получили 7,9% голосов и 54 места) [Князева, 2020, с. 53].
77
После выборов 2019 г. правопопулистская фракция Евро-парламента «Европа наций и свобод» (ЕНС) сменила название на «Идентичность и демократия» (ИД). В нее вошли популисты Словакии (партия «Мы - семья») и Консервативная народная партия Эстонии, после чего «Идентичность и демократия» смогла увеличить свое представительство в Европейском парламенте.
В Италии (где, кстати, явка была ниже, чем на востоке Европы, и ниже, чем в 2014 г. по стране), во Франции, в странах Северной Европы и в Старой Восточной Европе, - в частности, в Венгрии, Словакии, Польше, Чехии и Болгарии, - успех новых правых популистов был вполне убедительным. Так, в Венгрии ожидаемо победила правящая партия Фидес в коалиции с Христианской демократической народной партией (ХДНП), получив 58,9% голосов; в Польше партия «Право и справедливость» получила 45,38% [2019 European election..., 2019].
Конечно, популистские активисты использовали различные манипуляции для привлечения избирателей к урнам. Трудно сказать, насколько значительную роль в усилении центробежных тенденций в пространстве ЕС сыграли риторические конструкции в дискурсе новых популистов, особенно - при раскручивании ев-рофобии и крайнего национализма: они наверняка повлияли на выбор части электората. Тренд к росту европессимизма и евро-скептицизма обозначился очень рельефно.
Привлекательный дискурс, яркие риторические фигуры, оригинальные символы, запоминающиеся образы, использование причудливых неологизмов, просторечных оборотов и даже жаргонной лексики1, токсичные бренды правопопулистских движе-
1 В качестве примера можно привести риторические фигуры, которые использовал лидер «Лиги» М. Сальвини в ходе своих выступлений накануне выборов в Европарламент; для их описания итальянские журналисты даже придумали специальный неологизм salvinate (меткие изречения Сальвини): маскулинная, зачастую жаргонная или обсценная лексика - celodurismo (в смягченном варианте - «мы вам зададим!»), fancazzisti (не вполне приличный синоним слова «пофигисты»). С помощью запоминающихся и ярких (с его точки зрения) метафор популист М. Сальвини транслирует своему электорату образ «своего в доску парня», «одного из вас». Но при этом он же часто демонстрирует презрительное отношение к электоральной массе, именуя ее puzzoni («вонючки») [Sala, 2014].
78
Электоральная активность новых
- популистов на восточном фланге
Европейского союза (2010-е -начало 2020-х годов)
ний - все эти техники и приемы скрывают истинные намерения лидеров нового правого популизма, основные усилия которых направлены на разрушение единой Европы (и самой европейской идеи), на продвижение новых моделей «брекзитов», на демонтаж основ либеральной демократии как основы целостности Европы после Второй мировой войны. Особенно были заметны усилия правых популистов по депортации беженцев и блокированию последующих миграционных волн.
В ход шли всевозможные методы обработки умов: от политических программ с использованием 25 кадра до изощренного лоббирования, от откровенных провокаций и инсинуаций в адрес оппонентов до шантажа и прямого подкупа их лидеров1 [Jahier, 2019 ; Ferrari, Gjergii, 2019]. Так, в Болгарии абсентеизм значимой части электората, вызванный чередой предвыборных скандалов (особенно так называемым Apartamentgate2) [Martino, 2019a] мог обернуться для граждан страны упущенной возможностью участвовать в реформировании Евросоюза, хотя для болгарских избирателей ЕС остается опорой политической стабильности и двигателем экономического развития. Однако, вопреки многочисленным опросам, популистское движение премьер-министра Б. Борисова «Граждане за европейское развитие Болгарии» (ГЕРБ) победило на европейских выборах, получив 31,07% голосов и заняв шесть мест в Европарламенте [Martino, 2019b].
По обнародованным данным, накануне выборов Европу буквально захлестнула кампания ненависти и фейковых новостей (общественная организация «Авааз» сумела выявить истинные масштабы этого явления [We did..., 2019]). Но многие СМИ (Guardian, Le Monde, Spiegel, Tempo и др.) сразу разоблачали фейки
1 Непосредственные обвинения такого рода практически невозможно найти в европейских СМИ. Л. Жайе упоминает об этом в очень завуалированной форме.
2 Имеется в виду скандал с покупкой недвижимости при сокрытии источника финансовых возможностей, в котором были замешаны первые фигуры болгарской политической элиты включая Б. Борисова и Ц. Цветанова, разразившийся в марте 2019 г. Этот скандал, безусловно, негативно отразился на имидже ГЕРБ.
79
прямо на первых полосах, YouTube и различные социальные сети также немедленно размещали отчеты о фейках [Ecco come..., 2019 ; Sighele, Vignola, 2019]. Во многом благодаря неустанной работе высококвалифицированных «эльфов», которые противодействовали не менее квалифицированным «троллям», блокируя недостоверную или искаженную информацию, выпуская видеоролики с призывами «Проголосуйте, чтобы остановить ненависть!», новым популистам не удалось занять лидерские позиции в Евросоюзе1.
Приливы и отливы нового популизма на выборах в Старой Восточной Европе
Новые (преимущественно правые) популисты и сегодня пользуются значительной поддержкой в Старой Восточной Европе. На досрочных выборах в Болгарии (2 октября 2022 г.) победу одержала консервативная партия популистской направленности «Граждане за европейское развитие Болгарии» (ГЕРБ) во главе с Б. Борисовым (так и не снявшим с себя обвинения в коррупционных сделках с недвижимостью), которая, как отмечалось выше, успешно выступила на выборах в Европарламент в мае 2019 г. За партию ГЕРБ проголосовали 25% избирателей (при низком пороге явки), и она получила 67 мест в парламенте. Второе место заняла партия «Продолжить перемены» бывшего премьер-министра -реформатора К. Петкова, получившая чуть более 20%, третье -«Движение за свободы и права» (ДПС), получившее примерно 13% голосов, остальные голоса были отданы еще четырем партиям. К. Петков признал свое поражение, но вхождение семи партий в болгарский парламент вызвало серьезные трудности при создании правительственной коалиции [Elezioni in Bulgaria..., 2022]. «Ответственность за формирование нового правительства лежит на ГЕРБ», - обозначил свою позицию К. Петков (цит. по: [Martino, 2022]). В конце октября ГЕРБ договорилась о создании коалиции с ДПС, социалистами и партией «Болгарский восход», но и к сере-
1 Пресс-секретарь Европейского парламента Ж.Д. Гийо отметил: «"Ава-аз" стал тем мотором, благодаря которому Парламент ЕС сумел мобилизовать людей проголосовать на выборах 2019 года» [We did..., 2019]. 80
Электоральная активность новых
- популистов на восточном фланге
Европейского союза (2010-е -начало 2020-х годов)
дине января 2023 г. попытки сформировать кабинет не увенчалось
успехом1.
В январе 2023 г. в Чехии состоялись президентские выборы. Многие избиратели выражали надежду на поражение М. Земана после 10 лет его пребывания у власти. Выборы прошли в два тура: 13-14 января и 27-28 января 2023 г.
Партия ANO 2011 («Акция недовольных граждан»), формально входящая в состав либеральной группы «Обновление Европы» в Европейском парламенте, в ходе избирательной кампании поддерживала бывшего премьер-министра А. Бабиша - его популярность составляла около 27%, несмотря на то что многие избиратели не одобряли его внешнеполитический курс, и несмотря на скандалы, связанные с неуплатой налогов в прошлые годы, а также с так называемым Досье Пандоры2 - разоблачением коррупционных сделок с недвижимостью.
Коалиция SPOLU («Вместе»), объединившая влиятельные правоцентристские партии ODS («Гражданская демократическая партия»)3, TOP 09 («Традиция, Ответственность, Процветание»)4 и KDU-CSL («Христианско-демократический союз - Чехословацкая народная партия»)5, выдвинула несколько кандидатур: независимого кандидата П. Павла, отставного генерала, за которого, по предварительным оценкам, могли проголосовать около 25% избирателей, независимого кандидата Д. Нерудову, профессора эко-
1 В январе 2023 г. президент Р. Радев назначил досрочные (пятые за два истекших года) парламентские выборы на 2 апреля, а до тех пор в стране действует технический кабинет во главе с Г. Доневым.
2 «Досье Пандоры» - лишь одна из коррупционных сделок А. Бабиша по купле недвижимости на Лазурном Берегу; имеются еще незаконченные процессы по выявлению его махинаций с дотациями из фондов ЕС. Показательно, что со своего основания в 2011 г. «Акция недовольных граждан» позиционировала себя как движение по борьбе с коррупцией.
3 В Европарламенте входит во фракцию «Европейские консерваторы и реформисты».
4 В Европарламенте входит в Европейскую народную партию.
5 Партия христианской направленности, в Европарламенте входит в Европейскую народную партию.
81
номики, и П. Фишера, бывшего дипломата, сенатора, который, впрочем, согласно опросам накануне выборов, практически не имел шансов пройти во второй тур (5-6%)1.
М. Хильшер, практикующий врач-онколог, лектор Карлова университета в Праге, глава движения «Марек Хильшер в Сенат», согласно опросам, мог получить около 4%2, однако уже на этом этапе выразил намерение участвовать в следующих выборах [La Repubblica Ceca..., 2022]. Наконец, Й. Стржедула, кандидат от левоцентристской Чешской социал-демократической партии (CSSD)3 и правопопулистский кандидат от партии «Свобода и прямая демократия»4 Я. Башта, по предварительным оценкам, набирали не более 3% голосов.
Важно отметить, что накануне выборов в Чехии четко определилась расстановка политических сил [Trabucco, 2021, p. 5-13]. Однако приведенные выше данные свидетельствуют, что, вопреки ожиданиям, популистский сегмент в чешском политикуме оказался очень незначительным, а противостоял ему центристский блок, объединивший основные политические движения и партии страны (подробнее см.: [La Repubblica Ceca..., 2022]).
Президентские выборы в Чехии, прошедшие в два тура, ознаменовали окончание десятилетнего срока полномочий М. Зема-на и его коалиции в чешском политикуме. По итогам второго тура выборов П. Павел получил одобрение электората - 57,52% голосов при высокой явке к избирательным урнам (более 70%), а его основной противник А. Бабиш остановился на отметке 42,47% [Генерал Петр Павел..., 2023 ; Trabucco, 2021, p. 9].
По мнению избирателей, политика М. Земана была ориентирована на укрепление взаимодействия с РФ и КНР, при этом он проявлял недостаточно выраженную заинтересованность в разви-
1 В 2018 г. в первом туре президентских выборов П. Фишер получил 10,2% голосов.
2 В 2018 г. в первом туре президентских выборов М. Хильшер получил 8,8% голосов.
3 В Европарламенте входит в Прогрессивный альянс социалистов и демократов.
4 В Европарламенте входит во фракцию «Идентичность и демократия».
82
Электоральная активность новых
- популистов на восточном фланге
Европейского союза (2010-е -начало 2020-х годов)
тии европейского и в целом западного направления политики. Значительная часть электората Чехии уже во время предварительных опросов в ходе избирательной кампании с неодобрением высказывалась о популистском курсе М. Земана, а конкретно - об «искажениях» во внешней политике правительства, подрывающих «легитимность президентского поста в нарушение конституции» [La Repubblica Ceca..., 2022 ; Trabucco, 2021, p. 12]. Чешских избирателей, вероятно, настораживал и «прагматичный альянс» (который они оценивали именно так) М. Земана с бывшим премьер-министром А. Бабишем, а поскольку А. Бабиш также претендовал на пост президента, то, по мнению части избирателей, он мог вернуться в политику уже в качестве правого популиста. Хотя против А. Бабиша еще велось судебное разбирательство по делу о мошенничестве с субсидиями ЕС, все же, согласно опросам, он пользовался определенной популярностью.
Одержавший победу на выборах П. Павел в прошлом имел репутацию активного члена Коммунистической партии Чехословакии. Однако с тех пор многое изменилось, и он стал сторонником активной европейской политики и прозападного курса. Избиратели, участвовавшие в опросах, подчеркивали, что «его политические убеждения не имеют популистской направленности» [La Repubblica Ceca..., 2022]. И, безусловно, ни П. Павел, ни Д. Нерудова не вызывали сомнений у политических элит ЕС1.
Важно отметить, что президентские выборы в Чехии показали, что значительная часть избирателей отвергла (по крайней мере на данном этапе) рисовавшиеся вождями правого популизма перспективы независимости, суверенитета, процветания и величия: похоже, граждане Чехии осознают, что современные популистские движения - это бомба замедленного действия для ЕС и Европы в целом [Осколков, 2019, с. 7 ; Trabucco, 2021].
Итоги президентских выборов в Чехии, поражение автократического лидера Я. Янши и его Словенской демократической партии (СДП) на парламентских выборах в Словении в апреле
1 Д. Нерудова также имела высокие шансы на победу, но они уменьшились после возникновения двусмысленной ситуации, связанной с возможными нарушениями при присуждении ученых степеней в ее университете.
83
2022 г., а до этого «постпандемические» выборы [Кандель, 2020, с. 29] летом 2020 г. в Хорватии, Сербии и Северной Македонии показали, что лидеры правящих партий остались у руля власти, хотя многие эксперты ожидали усиления роли правых популистских движений. Хорватия и Северная Македония сохранили не очень стабильное парламентское большинство вокруг премьер-министров А. Пленковича и З. Заева. А в Сербии, как отметил российский аналитик П. Кандель, «пиррова победа» Сербской прогрессивной партии - с опорой на парламентское большинство и при отсутствии оппозиции - отнюдь не укрепила власть А. Вучича, который «навредил и без того сомнительной легитимности режима и ослабил свои внешнеполитические позиции»: ведь, как подчеркнул эксперт, «натужные победы ради сохранения власти лишают ее необходимой политической силы» [Кандель, 2020, с. 35].
•Jc-Jc-Jc
Вероятностный мир, порожденный сегодняшней постмодернистской парадигмой, позволяет делать лишь самые осторожные прогнозы на ближайшее будущее. Похоже, даже убедительные победы, одержанные в последнее время новыми правыми популистами по периметру европейского пространства, не означают, что на данном этапе их влияние устойчиво и повсеместно растет. Сейчас правый популизм фрагментирован, и неизвестно, смогут ли его лидеры наладить в Европе конструктивное сотрудничество правопопулистских сил. А в силу очевидного чередования взлетов и падений, которое явно прослеживается в ретроспективе (и перспективе) пути новых правых популистов во властные структуры, в ближайшем будущем едва ли возможен «квантовый скачок», который позволит им долго удерживать власть даже в случае интеграции их лидеров в европейский политикум.
Литература / References
Алексеенкова Е. (2019). Итальянские популисты в Европейском парламенте : победа, поражение или новый вызов? // РСМД. - Москва. -04.06. - URL: https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/ita lyanskie-populisty-v-evropeyskom-parlamente-pobeda-porazhenie-ili-novyy-vy
84
Электоральная активность новых
- популистов на восточном фланге
Европейского союза (2010-е -начало 2020-х годов)
zov/ (дата обращения: 20.03.2023) [Alekseenkova E. (2019). Italian populists
in the European Parliament : victory, defeat or a new challenge [Ital'yanskie
populisty v Evropeiskom parlamente : pobeda, porazhenie ili novyi vyzov?] // RIAC. -
Moscow. - 04.06. - URL: https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/
analytics/italyanskie-populisty-v-evropeyskom-parlamente-pobeda-porazhe
nie-ili-novyy-vyzov/ (date of access: 20.03.2023)] (In Russian).
Валлерстайн И. (2018). После либерализма. - Москва : Ленанд. -264 с. [Vallerstain I. (2018). After liberalism [Posle liberalizma]. - Moscow : Lenand. - 264 р.] (In Russian).
Галкин А. А. (2014). Евроскептицизм и эволюция европроекта // Выборы в Европейский парламент 2014 : итоги и перспективы / РАН, ИЕ ; отв. ред. Швейцер В.Я. - Москва. - С. 58-65 [Galkin A.A. (2014). Euroscepticism and the evolution of the European project [Evroskeptitsizm i evolyutsiya evroproekta] / / Elections to the European Parliament 2014 : results and prospects [Vybory v Evropeiskii parlament 2014 : itogi i perspektivy] / RAS, IE ; Schweitzer V.Ya. (Ed.). - Moscow. - P. 58-65] (In Russian).
Генерал Петр Павел победил на выборах президента Чехии. (2023) / / РБК. - Москва. - 28.01. - URL: https://www.rbc.ru/politics/28/01/2023/ 63d2715e9a79473716af6d16 (дата обращения: 20.03.2023) [General Petr Pavel won the presidential elections in the Czech Republic [General Petr Pavel pobedil na vyborakh prezidenta Chekhii]. (2023) // RBC. - Moscow. - 28.01. - URL: https://www.rbc.ru/rbcfreenews/63d54f899a7947ffef037764 (date of access: 20.03.2023)] (In Russian).
Громыко Ал. А. (2014). Выборы в Европарламент и европейская по-лития [Vybory v Evroparlament i evropeiskaya politiya] // Выборы в Европейский парламент 2014 : итоги и перспективы / РАН, ИЕ ; отв. ред. Швейцер В.Я. - Москва. - С. 8-11 [Gromyko Al.A. (2014). Elections to the European Parliament and European politics // Elections to the European Parliament 2014 : results and prospects [Vybory v Evropeiskii parlament 2014 : itogi i perspektivy] / RAS, IE ; Schweitzer V.Ya. (Ed.). - Moscow. - P. 8-11] (In Russian).
Гроппо Б. (2005). Как быть с «темным» историческим прошлым // ПОЛИТ. ру. - Москва. - 25.02. - URL: https://polit.ru/article/2005/02/25/ groppo/ (дата обращения: 20.03.2023) [Groppo B. (2005). How to deal with the «dark» historical past [Kak byt' s «temnym» istoricheskim proshlym] // POLIT.ru - Moscow. - 25.02. - URL: https://polit.ru/article/2005/02/25/ groppo/ (date of access: 20.03.2023)] (In Russian).
Договор о Европейском союзе (Маастрихт, 7 февраля 1992 г.) (в редакции Лиссабонского договора 2007 г.) : консолидированный текст (прекратил действие). (2007) / / Гарант. ру. - Лиссабон. - URL: https:/ /base. garant.ru/2566557/ (дата обращения: 20.03.2023) [Treaty on European Union
85
(Maastricht, 7 February 1992) (as amended by Treaty of Lisbon 2007) : consolidated text (terminated) [Dogovor o Evropeiskom soyuze (Maastricht, 7 fevralya 1992 g.) (v redaktsii Lissabonskogo dogovora 2007 g.) : konsolidirovannyi tekst (prekratil deistvie)]. (2007) / / Garant.ru. - Lisbon. - URL: https://base.garant.ru/2566557/ (date of access: 20.03.2023)] (In Russian).
Кандель П.Е. (2020). «Постпандемические» выборы в трех странах Юго-Восточной Европы // Научно-аналитический вестник / РАН, ИЕ. -Москва. - № 4. - С. 29-36 [Kandel P.E. (2020). «Post-pandemic» elections in three countries of South-Eastern Europe [«Postpandemicheskie» vybory v trekh stranakh Yugo-Vostochnoi Evropy] // Scientific and analytical bulletin / RAS, IE. -Moscow. - N 4. - P. 29-36] (In Russian).
Князева С.Е. (2020). Феноменология нового популизма в контексте усиления популистских движений в Юго-Восточной Европе XXI в.// Праворадикальные партии и организации в политическом ландшафте Восточной Европы : специализированная информация / РАН, ИНИОН. -Москва. - С. 48-56 [Knyazeva S.E. (2020). The phenomenology of new populism in the context of strengthening populist movements in Southeast Europe in the 21 st century [Fenomenologiya novogo populizma v kontekste usileniya populistskikh dvizhenii v Yugo-Vostochnoi Evrope XXI v.] // Right-wing radical parties and organizations in the political landscape of Eastern Europe : specialized information [Pravoradikal'nye partii i organizatsii v politicheskom landshafte Vostochnoi Evropy : spetsializirovannaya informatsiya] / RAS, INION. -Moscow. - Р. 48-56] (In Russian).
Князева С.Е. (2021). Проблема вступления в ЕС балканских стран и расширения ЕС в контексте ценностной модели Европейского союза // Актуальные проблемы Европы / РАН, ИНИОН. - Москва. - № 2. - С. 176193 [Knyazeva S.E. (2021). The problem of the accession to the EU of the Balkan countries and the expansion of the EU in the context of the value model of the European Union [Problema vstupleniya v ES balkanskikh stran i rasshireniya ES v kontekste tsennostnoi modeli Evropeiskogo soyuza] // Current problems of Europe / RAS, INION. - Moscow. - N 2. - P. 176-193] (In Russian). DOI: 10.31249/ ape/2021.02.08.
Осколков П. В. (2019). Правый популизм в Европейском союзе / РАН, ИЕ. - Москва. - 164 с. [Oskolkov P.V. (2019). Right-wing populism in the European Union [Pravyi populizm v Evropeiskom soyuze] / RAS, IE. - Moscow. -164 p.] (In Russian).
Хантингтон С. (2003). Третья волна : демократизация в конце XX века / пер. с англ. Л. Пантиной. - Москва : РОССПЭН. - 368 с. [Huntington S. (2003). The Third Wave : democratization at the end of the 20 th century
86
Электоральная активность новых
- популистов на восточном фланге
Европейского союза (2010-е -начало 2020-х годов)
[Tret'ya volna : demokratizatsiya v kontse XX veka] / L. Pantina (transl. from
English). - Moscow : ROSSPEHN. - 368 р.] (In Russian).
Хиллебранд Э. (2014). Выборы в Европарламент : ощутимый сигнал, но не триумф евроскептиков // Выборы в Европейский парламент 2014 : итоги и перспективы / РАН, ИЕ ; отв. ред. Швейцер В.Я. - Москва. - С. 3841 [Hillebrand E. (2014). Elections to the European Parliament : a tangible signal, but not a triumph for Eurosceptics [Vybory v Evroparlament: oshchutimyi signal, no ne triumf evroskeptikov] // Elections to the European Parliament 2014 : results and prospects [Vybory v Evropeiskii parlament 2014 : itogi i perspektivy] / RAS, IE ; Schweitzer V.Ya. (Ed.). - Moscow. - P. 38-41] (In Russian).
2019 European election results. (2019) / European Parliament. -Strasbourg. - URL: https://www.europarl.europa.eu/election-results-2019/en (date of access: 20.03.2023).
Accession criteria (Copenhagen criteria). (1993) / EUR-lex. - Copenhagen. - URL: https://eur-lex.europa.eu/summary/glossary/accession_criteria_ copenhague.html (date of access: 20.03.2023).
Dakowska D. (2017). La chiusura sovranista dell'Europa centrorientale // ggiornamenti Sociali. - Milano. - Giugno-Luglio. - Р. 477-486. - URL : https: / / clmr.infoteca.it/bw5net/ShowFileAS.ashx?Filename=vJHFoVgrL2f8v X9YgE3LlS6YeiWwBRG9IN5eD2Cn9sGmC%20UEflpe5zric2QtxUqw (date of access: 20.03.2023).
Ecco come i partiti europei cercano di influenzare l'opinione pubblica. (2019) // European Data Journalism Network. - Trento. - URL:. https://www.europeandatajournalism.eu/ita/Elezioni-europee/Ecco-come-i-partiti-europei-cercano-di-influenzare-l-opinione-pubblica (date of access: 20.03.2023).
Elezioni in Bulgaria, vince l'ex Premier Conservatore Borisov : crescono partiti filorussi. (2022) // Sky-Tg24. - Milano. - 03.10. - URL: https://tg24.sky. it/mondo/2022/10/03/elezioni-bulgaria-2022-risultati (date of access: 20.03.2023).
Elezioni europee 2019 : affluenza e risultati. (2019) / Parlamento Europeo ; Ufficio in Italia. Milano ; Roma. - URL: https://www.europarl. europa.eu/italy/it/succede-al-pe/elezioni-europee-2019-affluenza-e-risultati (date of access: 20.03.2023).
Ferrari L., Gjergii O. (2019). Quanto costa conquistare gli elettori su Facebook // Osservatorio Balcani e Caucaso Transeuropa. - Trento. - 17.06. -URL: https://www.balcanicaucaso.org/Progetti/ESVEI/Notizie-Esvei/Quan to-costa-conquistare-gli-elettori-su-Facebook-195226 (date of access: 20.03.2023).
Jahier L. (2019). La svolta nazionalista? Sarebbe una retromarcia per l'agenda sociale // Vita. - Milano. - 22.05. - URL: https://www.vita.it/it/
87
article/2019/05/22/la-svolta-nazionalista-sarebbe-una-retromarcia-per-lagen da-sociale/151637/ (date of access: 20.03.2023).
Krakovski R. (2021). La svolta «illiberale» della democrazia in Ungheria e Polonia // Aggiornamenti Sociali. - Milano. - Maggio. - URL: https://www. aggiornamentisociali.it/articoli/la-svolta-illiberale-della-democrazia-in-unghe ria-e-polonia/ (date of access: 20.03.2023).
La Repubblica Ceca verso le elezioni nel 2023. (2022) // Corriere della sera. - Milano. - 23.12. - URL: https://euractiv.it/section/futuro-delleuropa/ news/la-repubblica-ceca-verso-le-elezioni-nel-2023/ (date of access: 20.03.2023).
L'Europe des Européens : enquête comparée sur les perceptions de l'Europe. (2011) / Gaxie D., Hubé N., de Lassalle M., Rowell J. - Paris : Économica. - 296 p.
Martino F. (2019a). Europee in Bulgaria, sotto il segno della corruzione. (2019) // Osservatorio Balcani e Caucaso Transeuropa. - Trento. - 15.05. -URL: https://www.balcanicaucaso.org/aree/Bulgaria/Europee-in-Bulgaria-sotto-il-segno-della-corruzione-194466 (date of access: 20.03.2023).
Martino F. (2019b). Europee in Bulgaria : vince Borisov, astensione record. (2019) // Osservatorio Balcani e Caucaso Transeuropa. - Trento. -29.05. - URL: https://www.balcanicaucaso.org/aree/Bulgaria/Europee-in-Bulgaria-vince-Borisov-astensione-record-194844 (date of access: 20.03.2023).
Martino F. (2022). Bulgaria : Borisov vince le elezioni, ma formare un governo resta un rebus / / Bulgaria-Italia. - Sofia. - 04.10. - URL: https://www.bulgaria-italia.com/bg/news/news/05737.asp (date of access: 20.03.2023).
Orbán V. (2014). A munkaalapú állam korszaka következik (beszéd, Tusványos 2014) / / Mandiner. - Tusnádfürdo. - 26.07. - URL: https://mandiner.hu/cikk/20140728_orban_viktor_a_munkaalapu_allam_kor szaka_kovetkezik_beszed_tusvanyos_2014 (date of access: 20.03.2023).
Sala P. (2014). Le salvinate // La Repubblica. - Torino. - 08.11. - P. 10.
Sighele Ch., Vignola R. (2019). Le elezioni ai tempi dei social media, gli interventi dei relatori / / Osservatorio Balcani e Caucaso Transeuropa. -Trento. - 24.05. - URL: https://www.balcanicaucaso.org/Progetti/ESVEI/ Notizie-Esvei/Le-elezioni-ai-tempi-dei-social-media-gli-interventi-dei-relatori-194737 (date of access: 20.03.2023).
Trabucco F.R. (2021). Il sovranismo dei Paesi del gruppo di Visegrád tra passato socialista, Unione europea, religione e migranti // Astrid Rassegna. -Roma. - N 4. - P. 1-15.
88
Электоральная активность новых
- популистов на восточном фланге
Европейского союза (2010-е -начало 2020-х годов)
We did it - Europe resists! (2019) / Avaaz. - New York. - 29.03. -https://web.archive.Org/web/20190619143034/https://secure.avaaz.org/cam paign/en/eu_elections_reportback_may_2019/ (date of access 20.03.2023).
Zalewski F. (2016). Révolutions conservatrices en Europe centrale et orientale : Pologne et Hongrie // Revue d'études comparatives Est-Ouest. -Paris. - N 4. - P. 7-27.
DOI: 10.31249/ape/2023.02.03
© Knyazeva S.E.1, 2023 Electoral activity of the new populists on the eastern flank of the European Union (2010 s - early 2020 s)
Abstract. Approval or rejection of the socio-cultural and political model of European liberal democracy became nowadays a demarcation line in the European space, which manifested itself in modern election campaigns. But the influence of the systemic crisis of liberal democracy on the strengthening positions of new populism in Europe, in particular, through their electoral activity, isn't sufficiently reflected in the expert literature. The main goal of this research is to analyze the interdependence between the crisis of modern liberal democracy and the onset of a new populism: the decline in the attractiveness of the axiological model of liberal democracy draws attention of the disappointed voters of Old Eastern Europe to the values broadcasted by populist leaders.
The author examines the reasons for the electoral success of the new populists, with a focus on the countries of Central and South-Eastern Europe. Considerable attention is paid to the specifics of discourse and manipulative techniques of the new populists applied to attract the electorate. In addition, the task of the paper is to demonstrate what challenges of European society are responded most quickly by the new populists.
The advent of the illiberal political cycle and the transit of the European liberal system is driven by challenges of globalism and the postmodernist
1 Knyazeva Svetlana Evgen'evna - Ph. D. in History, Associate Professor, Faculty of International Relatons, Political Sciences and Foreign Regional Studies, RSUH. (lanaknyazeva@yahoo.it).
89
paradigm imposed by the new world elites. On this track, the populists are successful. Nevertheless, the author makes a cautious conclusion: it is probable that the search for new forms of social organization and populists's electoral activities in the countries of Old Eastern Europe do not indicate the widespread expansion of their influence, and even if populists ever come to power, the long-term preservation of their regimes is unlikely, even if their leaders are integrated into European politics.
Keywords: liberal democracy, postmodern paradigm, Old Eastern Europe, Eastern Europe elections, electoral activities, new right populism, challenges of globalism, manipulative techniques, populist discourse, right-wing radicals, new populist leaders.
Статья поступила в редакцию (Received) 07.03.2023. Доработана после рецензирования (Revised) 13.03.2023. Принята к публикации (Accepted) 16.03.2023.