ляет «совесть», «стабильность», «устойчивость», «справедливость», «душа» и т.д. В этой связи, на основе выделенных закономерностей, полученных в том числе при помощи инструментария социолингвистики, позволим себе высказать предположение о том, что одним из факторов успешности президентской предвыборной кампании действующего президента является его обращение к базовым концептам русской лингвокультуры, что в очередной раз подтверждает очевидную связь языка и политики в контексте современного политического дискурса.
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
1. Барт Р. Мифологии. - м.: изд-во им. Сабашниковых, 1996. - 312 с.
2. Вежбицкая А. Язык. Культура. Познание. М., 1997.
3. Вежбицкая А. Семантические универсалии и описание языков / пер. С англ. А.ю. Дюмелева под ред. Т.в. Булыгиной. М.: "языки русской культуры", 1999. - 780 с.
4. Вежбицкая А. Семантические универсалии и базисные концепты. — М.: языки славянских культур, 2011. — 568 с.
5. Гаспаров Б.М. Язык, память, образ: лингвистика языкового существования. - М.: новое лит. Обозрение, 1996. - 352 с.
6. Карасик В.И. Религиозный дискурс // языковая личность: проблемы лингво-культурологии и функциональной семантики. - волгоград: перемена, 1999. - с. 5-19.
7. Карасик В.И. Этнокультурные типы институционального дискурса // этнокультурная специфика речевой деятельности: сб. Образов / ран. Инион. Центр гуманит. Науч.-информ. Исслед., отд. Языкознания; редкол.: трошина н.н. (отв. Ред.) И др. - м., 2000. - 112 с.
8. Лингвистический энциклопедический словарь, url: http://lingvisticheskiy-slovar.ru/description/diskurs/168 дата обращения: 22.03.2018
9. Лихачев д.с. Концептосфера русского языка // русская словесность: от теории словесности к структуре текста: антология. - М., 1997, - с. 280-287.
10. Маслова В.А. Введение в лингвокультурологи.: учебное пособие. -м.: наследие, 1997. - 208 с.
11. Попова Е.А. Политический дискурс как предмет культурно-лингвистического изучения // языковая личность: проблемы значения и смысла. - Волгоград: перемена, 1994. -с.143-152.
12. Степанов Ю.С. Константы. Словарь русской культуры. Опыт исследования. - м.: «язык рус. Культуры», 1997, - 824 с.
13. Шейгал Е.И. Семиотика политического дискурса: дис. ... Д-ра филол. Наук : 10.02.01, 10.02.19 : волгоград, 2000 431 с. Ргб од, 71:01-10/16-8
14. Bergsdorf W. Politik und spräche. - münchen, wien: olzog, 1978. - 186 s.
15. Dieckmann W. Sprache in der politik. Einführung in die pragmatik und semantik der politischen spräche. - heidelberg: c. Winter, 1969. - 132 s.
16. Ealy S. Communication, speech and politics.- Washington, d. C.: university press of america, 1981. - 244p.
17. Url: https://www.rbc.ru/politics/29/01/2018/5a6f2acf9a7947912d1248ca (дата обращения: 15.02.2018).
18. Url: https ://meduza.io/news/2017/12/15/my-tozhe-eto-zamechaem-peskov-otvetil-na-vopros-pochemu-putin-ne-nazyvaet-familiyu-navalnogo (дата обращения: 01.03.2018).
19. Url: https://echo.msk.ru/news/1167790-echo.html (дата обращения: 01.03.2018).
20. Url: http://www.classes.ru/all-russian/russian-dictionary-ozhegov-term-21008.htm (дата обращения: 05.03.2018).
Н.М. Ким
ЭКСПЛИЦИТНАЯ ОЦЕНКА КОЛИЧЕСТВА В ВЫСКАЗЫВАНИЯХ С ИМЕНАМИ
ЧИСЛИТЕЛЬНЫМИ
Аннотация. Статья посвящена анализу языковых средств экспликации оценки в высказываниях с именами числительными. Показано, что квантитативная и аксиологическая оценка определенного количества, названного именем числительным, может быть вербализована на поверхностном уровне семантической структуры высказывания или выражена как его имплицитный оценочный смысл. Рассмотрены обусловливающие оценку прагматические факторы.
Ключевые слова: эксплицитность, имплицитность, семантика, стилистика, прагматика, коммуникация, модальность.
N.M. Kim
AN EXPLICIT ESTIMATE OF THE NUMBER OF STATEMENTS WITH NAMES
NUMERALS
Abstract. The article is devoted to the analysis of linguistic means of evaluation explication in statements with numerals. It is shown that quantitative and axiological evaluation of a certain number, named after the numeral, can be expressed on a superficial level, the semantic structure of the utterance words, different parts of speech and at a deep level how-plicity evaluation. Considered contributing to the assessment of pragmatic factors.
Keywords, explicitness, implication, semantics, stylistics, pragmatics, communication, modality.
Определенное количество, названное именем числительным, в тексте может получать как эксплицитную, так и имплицитную оценочную характеристику. В высказывании Ну велики ли
деньги пятьдесят рублей? (И.А.Гончаров) содержится скрытая оценка выраженного количества как незначительного: риторический вопрос представляет собой типичную дискурсивную метонимию, сопровождающуюся сменой модальности [2, 313]:«Невелики деньги пятьдесят рублей». Квантитативная оценка в следующем высказывании эксплицирована обозначающей незначительное количество адъективной лексемой: Говорят, как из похода-то воротился, сто рублей денег с собой принес. Невелики деньги сто рублей, а на них бы сколько-нибудь прожить можно (М.Е.Салтыков-Щедрин). Таким образом, в высказываниях с именами числительными обнаруживается оценочный смысл двух типов: эксплицитный (вербализованный, прямой) и скрытый пре-суппозиционный и / или коммуникативный [5, 15-16].
Эксплицированная на поверхностном уровне смысловой структуры текста оценка определенного количества, выраженного именем числительным, может быть количественной («много/мало») и ценностной («хорошо/плохо»):
1) - Мать пишет, что она дала тебе тысячу рублей: этого мало, - сказал Петр Ива-ныч(И.А.Гончаров);
2) - Я сначала целый год без жалованья служил, а ты вдруг поступил на старший оклад; ведь это семьсот пятьдесят рублей, а с наградой тысяча будет. Прекрасно на первый случай! (И.А.Гончаров).
В семантическую структуру высказываний со скрытым оценочным пресуппозиционным смыслом на глубинном уровне входят известные участникам коммуникации знания оценочного стереотипа, шкалы оценок и нормы.
1) Страсть и страх - сильные чувства. Как кипяток. Человек не может жить в кипятке. Человек должен существовать с температурой тридцать шесть и шесть (В.С.Токарева);
2) Тарновский, раздирательный мужчина; с чертями, китами и крокодилами на «ты»; пульс 225, температура 42,8° (А.П.Чехов).
Представления коммуникантов о нормальной температуре тела человека обнаруживаются в качестве имплицитной составляющей в смысловой структуре приведенных выше высказываний, благодаря чему температура 36,6 оценивается слушающим как соответствующая норме, а 42,8 -как превышающая ее.
Высказывания со скрытым оценочным пресуппозиционным и коммуникативным смыслом включают три «слоя» семантики: Когда прибавят зарплату почтальонам? Получаем 3600. Как жить? ( Из газ.).
На поверхностном уровне семантической структуры выделенное высказывание содержит эксплицитный коммуникативный смысл Получаем 3600 , обусловленный лексико-грамматическим наполнением синтаксической модели и включающий определенно-количественное значение имени числительного «3600».
Скрытый персуппозиционный смысл мало данного высказывания опирается на представления коммуникантов о прожиточном минимуме, о средней зарплате и т.п. Такие знания входят в семантическую структуру оценки в качестве невербализованной составляющей.
Имплицитный коммуникативный оценочный смысл мало как скрытое, предназначенное для сообщения содержание высказывания обнаруживается в результате установления импликативных отношений между эксплицитным смыслом (Получаем 3600) и имплицитным пресуппозиционным смыслом (3600 - это мало). Модальная рамка высказывания: «Получаем 3600, и говорящий считает, что это мало». Именно импликация данного смысла позволяет сохранить логику развертывания текста. Семантика вопроса Как жить?, обнаруживаемого в посттексте, сочетается с соответствующим оценочным смыслом.
Оценка может быть эксплицирована на поверхностном уровне смысловой структуры высказывания в случае использования имен числительных во вторичных неопределенных (количественных и порядковых) значениях.
Количественные числительные сто, тысяча, миллион, миллиард имеют отраженные в словарях в качестве вторичных неопределенно-количественные значения «неопределенно большое количество; много, очень много» [6, 797 ], «огромное количество, множество» [6, 850], «огромное количество, неопределенное множество кого- или чего-либо» [6, 349].
1) -.. .Я напомню вам, что здесь, на этом самом месте, вы сто раз клялись принадлежать мне (И.А.Гончаров);
2) - Я ему тысячу раз говорила - снимите пальто. А он ни в какую (В.С.Токарева);
3) - Выслушайте хоть раз в жизни внимательно, я пришел за делом, я хочу успокоиться, разрешить миллион мучительных вопросов, которые волнуют меня (И.А.Гончаров).
Другие количественные числительные выражают оценочные значения в качестве чисто речевых, развивающихся в процессе семантической аналогии, уподобляясь оценочным собственно языковым значениям названных имен числительных.
Оценка количества представляет собой результат мыслительного процесса обобщения, когда сознанием схватывается общее впечатление о каком-либо количестве. В этом случае точное количество может быть неизвестно говорящему:
1) - Так я ж его знаю. Я его читала сорок раз... (В.С.Токарева);
2) Подумала: какого черта переться на выставку в такую погоду, толкаться в метро среди мокрых пальто. Оно ей надо? Но было неудобно отменять. Семнадцать раз звонила, приставала, а теперь отменять... (В.С.Токарева).
Определенное в объективной действительности и известное говорящему количество (два «почему» в приведенном ниже примере) также может осмысляться как значительное:
Почему надо было выехать в Италию, чтобы увидеть, где она живет? Почему всем ясно, а ей нет? Сорок тысяч «почему» (В.С.Токарева).
И количественное, и порядковое число отражает объективные свойства дискретного количества, следовательно, в структуре определенно-количественного значения обнаруживается сема дискретности ( в словосочетании двадцать три года, например). Имя числительное, используемое для обозначения степени проявления чего-либо, способно утрачивать данный компонент смысловой структуры (в двадцать три раза умнее):
- Какая же она умница! Сколько ей лет? - Восемнадцать. - А тебе - двадцать три: ну, брат, она в двадцать три раза умнее тебя (И.А.Гончаров).
Порядковые имена числительные сотый, тысячный могут также выражать оценочные значения, отмечаемые словарями в качестве вторичных адъективных значений: сотый - «многократный, бесчисленный» [6, 778] и тысячный - «бесчисленный, многократный»[6, 850]. В случае использования их лексем в тексте оценка эксплицируется на поверхностном уровне смысловой структуры высказывания за счет актуализации названных значений:
- Да еще такие мечтатели, как ты: водят носом по ветру, не пахнет ли откуда-нибудь неизменной дружбой да любовью... В сотый раз скажу: напрасно приезжал! (И.А.Гончаров).
В неопределенно-порядковых значениях, принадлежащих только данной коммуникации, могут функционировать другие порядковые числительные:
Зверев ел мало и не понимал, зачем так много тарелок. Но когда сели, когда запах ударил в лицо - осознал, как восхитительна именно разнообразная еда: закуска, первое, второе, двадцать второе (В.С.Токарева).
Лексема составного числительного двадцать второе используется для выражения значения «занимающий последнее место во множестве-ряде, состоящем из значительного количества единиц». При этом идея значительного количества поддерживается элементами контекста: адвербиальной лексемой много и адъективной разнообразная, а также количественной семантикой сочинительного ряда. Не закрепленные в системе языка, такие значения тем не менее относятся к проявлениям языковой закономерности: у парадигматически объединенных на уровне основных значений слов (в частности, имен числительных) формируются сходные вторичные значения.
Оценка количества, названного именем числительным, может быть выражена на поверхностном уровне семантической структуры высказывания словами разных частей речи. Это может быть рациональная и эмоционально-экспрессивная оценка «много / мало», «хорошо / плохо».
Рациональная оценка дается количеству, названному именем числительным, стилистически нейтральными лексемами - общеоценочными и частнооценочными словами разных частей речи. Это могут быть частнооценочные наречные лексемы с семами низкий, высокий в смысловой структуре значений , характеризующие, в частности, температуру воздуха:
1) -По-моему, он забыл теплое белье. Простудится.Муж. Там же холодно. Пятьдесят градусов мороза (В.С.Токарева);
2) -Жарко! - проговорил Егор, расстегивая жилет. - Должно, градусов 70 будить (А.П.Чехов).
Эмоционально-экспрессивная оценка дается стилистически маркированными словами разных частей речи, которые характеризуются принадлежностью к разговорному стилю, имеют соответствующую стилевую окраску, а также стилево-стилистическую окрашенность.
Сравним два высказывания:
1) Выпущенный в Крюково на свободу, он должен был, чтобы отправиться к родным пенатам, нанять лошадей и пролупить двадцать верст (А.П.Чехов);
2) Он находился в полубесчувственном состоянии, весь избитый, порезанный, с посинелым и распухшим лицом. Оказалось, что за ночь он дошел до Дубровинской усадьбы, отстоявшей в двадцати верстах от Головлева (М.Е.Салтыков-Щедрин).
В первом их них оценка определенного количества (расстояния двадцать верст) эксплицирована стилистически окрашенным глаголом пролупить. Лексема имеет значение «пройти проехать и т.п. большое расстояние за один раз» и сопровождается пометой разг. [6, 476]. Во втором высказывании лексема дошел является стилистически нейтральной и не содержит семы оценки
количества. В высказывании обнаруживается скрытый пресуппозиционный оценочный смысл -семантически емкий компонент «в двадцати верстах» отсылает читателя к его представлениям о двадцати верстах как о значительном расстоянии, преодоленном пешком.
Сема значительности обозначенного количества обнаруживается в семантике субстантивной лексемы махина, характеризующейся отнесенностью к разговорному стилю речи, - «о том, что является большим, крупным или тяжелым, грузным»[6, 338]:
- Шутка сказать - четыре тысячи душ! Этакой-то махиной управлять в мои лета! (М.Е.Салтыков-Щедрин).
Следует отметить, что в речи может наблюдаться сочетание эксплицитного и имплицитного способов выражения оценки, что ведет к «усилению» оценочного смысла. Это проявляется в одновременном использовании языковых единиц разных уровней (в частности, лексического и синтаксического). Для выражения соответствующей оценки используется, например, семантика восклицательного предложения. Знание значений синтаксических единиц при этом относится к имплицитной составляющей речевого акта, являясь знаниями коммуникантов о языке, в то время как знание значений языковых единиц представляет собой знание языка.
Количественная оценка обладает аксиологическим потенциалом, что обусловливает возможность получения ценностной характеристики, например, «плохо», ситуацией, описанной в высказывании с именем числительным.
1) Появился Шубин. Он опоздал на сорок минут, что свинство (В.С.Токарева).
Словарное значение слова свинство сопровождается стилистической пометой неодобр.
Кроме того, сема отрицательной оценки обнаруживается в толковании значения («низкий поступок») [6, 725].
2) Погода у нас в полном смысле дрянь: холодно и уже 4 дня идет дождь. Денег получил меньше, чем думал получить (А.П.Чехов).
Сема аксиологической оценки распознается в толковании значения общеоценочными адъективными лексемами плохо, скверно. Дрянь - «разг., о том, что плохо, скверно» [6, 177].
3) - Ничего особенного! - сказал шафер. - Так себе... Даже урод, можно сказать. И лицо какое-то дурацкое... На шее кадык в два аршина (А.П.Чехов).
Отрицательная оценка превышения количественной нормы (кадык в два аршина) эксплицирована лексемами урод, дурацкое.
Стилистически окрашенные лексемы нередко сочетают в своих значениях оценочные семы, например, «много» и «плохо»:
- По трактирам шляется, лошадей не держит, в первый раз в дом приехал, а целый графин рому да пять рюмок водки вылакал (М.Е.Салтыков-Щедрин).
Словарное толкование значения слова вылакал сопровождается пометой грубое [6, 311], а также включает лексему большой, эксплицирующую сему значительного количества. Следует отметить, что в смысловой структуре приведенного высказывание обнаруживается как эксплицитная, так и имплицитная оценка. На поверхностном уровне смысловой структуры оценка эксплицирована, как было показано, лексемой вылакал. Будучи построенным по фразеосхеме сложносочиненным предложением с семантикой несоответствия, данное высказывание в целом обладает ярко выраженной оценочной семантикой, содержит оценочный коммуникативный смысл - осуждение. Оно связано с описанием во второй предикативной части несоответствующего нормативным представлениям говорящего о допустимом в данной ситуации поведении человека (целый графин рому да пять рюмок водки вылакал), который первый раз в дом приехал (первая предикативная часть).
Количество, названное словосочетанием с именем числительным, в речи может получить положительную оценку.
- Не теряй, душенька, платков: славный полубатист! У Михеева брала по два с четвертью. Ну, белье все (И.А.Гончаров).
Количественные и ценностные оценки часто сопровождают друг друга. Оценка славный позволяет говорить о цене по два с четвертью как о значительной: дорогие товары характеризуются , как правило, высоким качеством.
Экспрессивная оценка количества «мало и плохо», «много и хорошо» может быть эксплицирована метафорическими лексемами имен прилагательных, сохранивших во вторичных значениях оценочный знак первичной номинации:
1) Наконец, приезжают покупатели, но цены дают пока невеселые - за четверть ржи двенадцать рублей, за четверть овса - восемь рублей ассигнациями (М.Е.Салтыков-Щедрин);
2) Но увы! он так мало привык обращаться с деньгами, так нелепо понимал размеры действительной жизни, что сказочной годовой тысячи рублей достало очень ненадолго (М.Е.Салтыков-Щедрин).
Экспрессивной оказывается эксплицитная оценка определенного количества, выраженная именем прилагательным, занимающим позицию смещенного определения («максимальный термометр»):
И доктор сует к глазам Нелли максимальный термометр.
-Температура к сорока идет. Абсолютно не могу! Я... я даже сидеть не в состоянии. Простите: лягу... (А.П.Чехов).
Прямая номинация - «максимальная температура на термометре».
На поверхностном уровне смысловой структуры высказывания может быть одновременно представлена рациональная и эмоционально-экспрессивная оценка. Количество прожитых лет, названное количественно-именным словосочетанием сто лет, объективно оценивается как значительное лексемой параметрического прилагательного длинная. За счет употребления образно переосмысленного количественно-именного словосочетания полтора часа определенное количество сто лет получает экспрессивную оценку «мало»:
Даже если жизнь выпадает длинная, в сто лет - это всего полтора часа. Даже меньше, как сеанс в кино (В.С.Токарева) [4, 58].
Экспрессивность оценочного выражения может достигаться за счет противоречащего сочетания оценок «много»/«мало». Эксплицитная оценка, вступая в противоречие с количественными нормативными представлениями коммуникантов, в частности, о возрасте, используется для создания стилистического эффекта, что связано с функционированием языковых единиц в текстах художественных произведений. Такая оценка может поддерживаться семантикой синтаксических конструкций (восклицательных предложений), стилистической отнесенностью лексем («старуха», «собачья старость») и др.
1) Когда же я полюблю не насильно? Ведь мне уже под 30! Лучше Веры я никогда не встречал женщины и никогда не встречу... о, собачья старость! Старость в 30лет! (А.П.Чехов);
2) Димыч не старше Саши, но все равно старый, он и в три года был пожилым человеком (В.С.Токарева);
3) - С тобой я с тридцати пяти лет старуха (В.С.Токарева).
Оценка предметной ситуации, описанной в высказывании с именем числительного, может быть дана при помощи глаголов речи, обозначающих эмоциональное отношение:
На другой день мы вместе отправились в Морозовскую больницу. Глазное отделение находилось на пятом этаже, без лифта. Фаина шла, вздымая свои сто килограммов, и недовольно бурчала. (В.С.Токарева).
Количественно-именное словосочетание на пятом этаже, употребленное в составе высказывания в данном тексте, отсылает слушающего к представлениям о том, что подъем на пятый этаж без лифта связан с физическим напряжением. Обособление словоформы без лифта обусловлено авторским намерением сделать на этом акцент и актуализировать потенциальную сему высокий. Эксплицирует отрицательную оценку имеющий разговорную окраску глагол бурчать.
Глагольные лексемы, выражающие эмоциональную реакцию, эксплицируют оценку недифференцированно как значительную или незначительную, положительную или отрицательную:
- Ну, так ты ничего не смыслишь. Пойдем дальше. Ты говоришь, что у тебя нет друзей, а я всегда думал, что у тебя их трое. - Трое? - воскликнул Александр, - был когда-то один, да и тот... (И.А.Гончаров).
Глагол эмоционального отношения воскликнуть, в частности, дает оценку количеству три как превышающему реальное один.
Оценка, которую получает количество, названное именем числительным, может быть обусловлена прагматическими факторами: ситуацией общения, личными свойствами коммуникантов, целями общения, в связи с этим одно и то же количество обнаруживает разную оценку:
- Почем пара окуней?- Двадцать копеечек.- Всегда было пятнадцать, а теперь двадцать стало (М.Е.Салтыков-Щедрин).
Оценка стоимости двадцать копеечек как незначительной дана лексемой с уменьшительно-ласкательным суффиксом [1, 6] и обусловлена целью говорящего продать окуней по новой, более высокой цене. В высказывании Всегда было пятнадцать, а теперь двадцать заключена отрицательная оценка покупателем увеличения стоимости товара.
Прагматическим фактором обусловлена оценка количества, названного количественно-именным сочетанием тысяча пятьсот рублей, как незначительного - личностью говорящего, молодого человека, который учел фальшивый вексель на значительную сумму. Авторского ирония опирается на сочетание несоответствующих друг другу оценок - субъективной (каких-нибудь -«мало») и объективной (тысяча пятьсот рублей - «много»):
Он учел фальшивый вексель... Он никак не ожидал, чтобы его аристократическая родня подняла бурю из-за каких-нибудь тысячи пятисот рублей! (А.П.Чехов).
Такой прагматической категорией, как говорящий может быть обусловлена и оценка возраста. В высказывании Стар? в приведенном ниже диалоге между свахой и матушкой запрашиваемым является оценочный смысл[3,58]. В ответной реплике, словах свахи, содержится эксплицитный оценочный смысл: в поре, года средние. Количественно-именное словосочетание лет 45 выступает в качестве мотивировки оценки. Опираясь на представления о сорока пяти годах как возрасте значительном в данной ситуации (возраст жениха двадцатилетней дочери), слушающий (мать) дает оценку «старенек»:
- Стар?- Не то чтобы... в поре мужчина. Лет сорока пяти, должно быть. Года средние.- Старенек (М.Е.Салтыков-Щедрин).
Оценка определенного количества находит отражение на всех уровнях языкового выражения. Называемое именами числительными количество может получать как эксплицитную, так и имплицитную оценочную характеристику.
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
1. Вольф Е. М. Функциональная семантика оценки / Е.М.Вольф. - М.: Едиториал УРСС, 2002. - 280 с.
2. Ким Н.М., Набиева Я.А. Дискурсивная метонимия в текстах с именами числительными//Язык и речь в синхронии и диахронии: мат-лы пятой Международной науч. конф. посвященной памяти проф. П.В. Чеснокова. Таганрог, Изд-во Таганрог. ин - та имени А.П Чехова, 2014.- С. 310-314.
3. Ким Н.М., Нарушевич А.Г. Утверждение и отрицание в высказываниях с именами числительным//Первые Щеулинские чтения: Материалы Всероссийской научной конференции с международным участием, посвященной памяти доктора филологических наук, профессора Василия Васильевича Щеулина (Липецк, 25 марта 2016 года)//Часть 1.- С 58-64.
4. Ким Н.М. Экспрессивная оценка определенного количества в художественном тексте//Язык и культура: сборник материалов XXVIII Международной научно-практической конференции//Под общей редакцией С. С. Чернова. - Н.: ЦРНС,2017.- С.53-58.
5. Лисоченко Л.В. Высказывания с имплицитной семантикой. Ростов-на-Дону/Л.В.Лисоченко .- Изд-во Рост. ун-та, 1992.160 с.
6. Современный толковый словарь русского языка/Гл.редактор С.А.Кузнецов. - СПб.:2001. - 960с.
В.В. Кондратьева, Е.С. Кондратьева
«H...LY EVER AFTER (HONESTLY/HAPPILY)» - НУЖНОЕ ПОДЧЕРКНУТЬ: К ВОПРОСУ О ФЕНОМЕНЕ СЧАСТЛИВОГО ФИНАЛА
Аннотация. В статье рассматривается вопрос о кинофильме как произведении искусства, обладающем композиционной и сюжетной логикой, особым стилем киноповествования, соединяющем в себе разнообразные жанровые и видовые формы. Все это передает суть картины и мироощущение ее авторов. В частности, в статье ведется речь о знаменитой голливудской формуле финала «happy end» и на примере фильма Дэмьена Шазелла «Ла-Ла Лэнд» (2016) комментируется преодоление этого кинематографического шаблона. Анализируется логика такого финала, его философская подоплека.
Ключевые слова: фильм, композиция, сюжет, счастливый финал, «массовая культура», восприятие, зритель.
V.V. Kondrateva, E.S. Kondrateva
"H...LY EVER AFTER (HONESTLY/HAPPILY)" - UNDERLINE THE CHOSEN VARIANT: TO THE ISSUE OF THE PHENOMENON OF HAPPY END
Abstract. In the article we consider the question of a feature film being a piece of art which has composite and plot logic, unique way of storytelling which combines different genres and forms. All above mentioned convey the essence of a film and its authors' perception of the world. In particular, the article is about famous Hollywood formula of "happy end". As an example we took film of Damien Chazelle "La La Land" (2016) and commented on getting rid of this cinematographic formula in the film. Logic of such final, its philosophic hidden motive is analyzed.
Key words: film, composition, plot, happy end, "mass culture", perception, viewer.
Фильм как произведение современного визуального искусства уже давно перерос свою первоначальную функцию - развлечение. Современное кино подразумевает культуру понимания образа, в том числе и медийного образа [Ковалева, 2017, 18; Жилавская, 2013; Федоров, 2014]. Показательны в этом отношении наблюдения и исследования среди юных зрителей, выполненные на основе рефлексивно-позиционного подхода, которые показали, что «учащиеся, приученные к анализу литературных текстов, не осознают глубокого воздействия фильмов на их сознание и внутренний мир. Фиксируются лишь перипетии сюжета, ситуации положений, изредка отмечая наибо-