Научная статья на тему 'Две встречи'

Две встречи Текст научной статьи по специальности «Искусствоведение»

CC BY
132
23
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
СВЕРДЛОВСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ / КАФЕДРА СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ПРАВА / ВАЛЕНТИН ПРОХОРОВ / ЮРИЙ СКУРАТОВ

Аннотация научной статьи по искусствоведению, автор научной работы — Выдрин Игорь Вячеславович

Автор делится воспоминаниями о двух профессорах кафедры советского государственного права и советского строительства Свердловского юридического института Валентине Трофимовиче Прохорове и Юрии Ильиче Скуратове, рассказывает об их личных и профессиональных качествах.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Две встречи»

ДВЕ ВСТРЕЧИ

ИГОРЬ ВЯЧЕСЛАВОВИЧ ВЫДРИН

Доктор юридических наук, профессор, директор Института муниципального управления

(Екатеринбург), e-mail: inst-vidrin@mail.ru

Автор делится воспоминаниями о двух профессорах кафедры советского государственного права и советского строительства Свердловского юридического института - Валентине Трофимовиче Прохорове и Юрии Ильиче Скуратове, рассказывает об их личных и профессиональных качествах.

The author is sharing his memories on the two scholars of the Soviet State Law and Soviet Construction chair of the Sverdlovsk Juridical Institute - Prof. Valentin Prokhorov and Prof. Yuriy Skuratov. He is relating about their personal and professional qualities.

Ключевые слова: Свердловский юридический институт, кафедра советского государственного права, Валентин Прохоров, Юрий Скуратов

Key words: Sverdlovsk Juridical Institute, Soviet state law chair, Valentin Prokhorov, Yuriy Skuratov

Автор этого очерка, связанный с кафедрой конституционного права в течение почти двадцати лет, признателен ей не только за решающую поддержку в становлении собственной научной карьеры, но и за знакомство с людьми, которое без преувеличения можно отнести к подаркам судьбы. Речь идет о встречах, переросших со временем в более тесные и теплые отношения, с профессорами В. Т. Прохоровым и Ю. И. Скуратовым - яркими представителями советской и российской конституционно-правовой науки, самобытными личностями, которые не просто запоминаются, а которым до сих пор хочется во многом подражать и следовать.

Валентин Трофимович Прохоров олицетворял собой профессора «старой», еще советской научной школы, отличительным признаком которой было чрезвычайно высокое качество подготовки. Известная по прежним временам фраза «Советское - значит, отличное», вовсе не была пустым звуком, броским газетным штампом или хлестким, с идеологическим подтекстом, слоганом. Чаще всего это было правдой, которая имела непосредственное отношение к научно-педагогическим кадрам высшей пробы.

Уже немолодой, солидный, в модных тогда очках в толстой роговой оправе с большими

линзами, Валентин Трофимович своим внешним видом излучал степенность и основательность. Всегда ухоженный, со вкусом одетый, в преимущественно светлых тонов рубашках, с аккуратно повязанным галстуком, он говаривал молодым преподавателям: «Надевайте, когда идете на кафедру или в аудиторию, все самое лучшее». Делал это ненавязчиво, без назидательности, имея в виду не только народную мудрость о том, что «встречают по одежке», но и нечто большее: преподаватель должен быть примером для своих студентов во всем, в том числе в этом немаловажном компоненте человеческого бытия.

Удивительно, но у Валентина Трофимовича было не очень много учеников, хотя с молодыми преподавателями, аспирантами и соискателями он общался довольно охотно. Делал он это чаще всего, направляясь домой, то с ул. Комсомольской, то с ул. Малышева (если вел занятия на заочном или вечернем факультете), а когда кафедра конституционного права перебралась на ул. Колмогорова, то оттуда в сторону своего сталинской постройки дома на ул. Челюскинцев. Всегда казалось, что именно в таком начальственном доме с толстыми стенами, большими окнами и широкими лестничными маршами и должен жить заслуженный профессор. Обычно неторопливый в движе-

ниях, Валентин Трофимович так же не спеша вел разговор, заинтересованно расспрашивал о планах, давал обстоятельные советы по поводу статьи или раздела диссертации, всегда был точен в оценках людей, при этом никогда не злословил по их адресу и не сплетничал.

Человек широкого кругозора, он прекрасно знал литературу, историю, разбирался в музыке,

сам очень прилично играл на аккордеоне, словом, был личностью в разных отношениях одаренной - качество, с во йс твенно е многим людям военного поколения. Создавалось впечатление, что разносторонней эрудиции профес-В. Т. Прохоров сора Прохорова

члены кафедры порой побаивались, во всяком случае, вступать с ним в открытый спор следовало, всесторонне подготовившись. Его выступления на кафедральных заседаниях зачастую носили итоговый характер, всегда обстоятельные, тщательно продуманные, сдобренные порцией юмора, они слушались с большим интересом, а часто и со смехом. Слов Валентина Трофимовича ждали и, как правило, в ожиданиях не обманывались. Это был демонстрируемый мэтром живой урок разных стилей и форм выступления: строго научных, публицистических, иной раз житейских, а случалось, что и застольных. Секрет успеха устного выступления Валентина Трофимовича крылся в ясной логике мышления, аккуратно подобранных аргументах, хорошо поставленной речи и умении к месту пошутить. Шутки его по обыкновению были ироничными, но порой довольно колкими.

Внешне он производил впечатление человека строгого и даже сурового. По всей видимости, такой отпечаток на облик Валентина Трофимовича наложила его длительная работа в органах прокуратуры, в том числе в должности начальника одного из отделов прокуратуры Свердловской области. Это же обстоятельство сказалось на сфере научных интересов профессора Прохорова, уделявшего большое внимание теоретическим и практическим вопросам обеспечения законности, в том числе в деятельности советских органов власти. Они-то и составили еще одну область научных

привязанностей Валентина Трофимовича, который на кафедре советского государственного права вел занятия по предмету, именуемому тогда «Советское строительство». Сегодня уже порядком подзабытая, эта учебная дисциплина в первой половине 1990-х гг. была заменена сначала «Основами местного самоуправления», а впоследствии «Муниципальным правом».

По проблемам законности, деятельности Советов, участия граждан в управлении профессор Прохоров в разные годы выпустил несколько монографий и учебных пособий. Этой же тематике посвящалась докторская диссертация Валентина Трофимовича «Советы народных депутатов и обеспечение социалистической законности в условиях развитого социализма», успешно защищенная в 1979 г. Позднее он активно занимался самоуправленческой проблематикой, привнеся в дисциплину «Муниципальное право» богатый арсенал знаний и, конечно, свой огромный научно-педагогический опыт.

В научной работе Валентин Трофимович проявлял редкую дотошность и добросовестность, поскольку категорически не терпел научной халтуры и поверхностности, предъявляя к себе и коллегам по кафедре строгие требования. О чем бы ни писал Валентин Трофимович, он всегда делал это скрупулезно, шлифуя отдельные фрагменты много раз. «Мысль нужно закруглить», - любил говорить он, имея в виду законченность фраз, точность выражений и четкость выводов. Его научный стиль не отличался образностью или пышностью оборотов, он был скорее суховат (но не скучен), подготовленные им тексты содержали умеренное количество цитат классиков марксизма-ленинизма, решений партийных форумов (дань времени), характеризовались хорошо продуманной структурой. В них всегда присутствовали принципы, признаки или свойства предмета исследования, при необходимости - статистические данные, по большей части - примеры из практики, в обязательном порядке - обобщения и выводы, отличавшиеся глубиной и развернутостью.

За всем этим стояли большой труд, усидчивость Валентина Трофимовича, а еще его огромный опыт публичных выступлений, приобретенный в годы работы в органах прокуратуры, а затем в Свердловском областном обществе «Знание», в котором профессор занимал высокую должность заместителя председателя. В этом качестве ему приходилось выступать в самых разных трудовых коллективах, общественных организациях, он исколесил всю Свердловскую область, бывая на промышленных предприятиях, в колхозах и совхозах.

Важный момент, касающийся этой стороны деятельности Валентина Трофимовича, заключался в том, что к просветительской работе на ниве общества «Знание» он охотно подключал многих преподавателей Свердловского юридического института, давая тем возможность не только проявить себя, но и, чего греха таить, подзаработать.

На него иной раз обижались за строгость в отношениях с подчиненными по учебно-методической группе (была такая форма кафедральной работы), объединяющей членов кафедры, преподающих советское строительство, а впоследствии и муниципальное право. Валентин Трофимович имел обыкновение посещать лекционные и семинарские занятия коллег, располагался в центре аудитории среди студентов, наблюдал за их реакцией, фиксиро-

Валентин Трофимович имел обыкновение посещать лекционные и семинарские занятия коллег, располагался в центре аудитории среди студентов, наблюдал за их реакцией, фиксировал «на карандаш», что и как говорил лектор

вал «на карандаш», что и как говорил лектор. Сразу же после занятия устраивал «разбор полетов», высказывал множество замечаний по содержанию лекции, форме ее проведения, при необходимости распекал провинившегося, но всегда в тактичной форме. Валентин Трофимович был чрезвычайно щепетилен к срокам выполнения любых заданий, в особенности тех, что касались подготовки учебных программ, практикумов и чего-то подобного, называемого методической литературой. Полагаю, с годами те, с кем он работал, поняли, что эта требовательность диктовалась необходимостью и в конечном счете была абсолютно справедливой.

Валентин Трофимович всегда живо интересовался политикой, следил за событиями в области и городе. Незадолго до окончания голосования он обычно звонил автору этого очерка, возглавлявшему Екатеринбургскую избирательную комиссию, и расспрашивал о явке избирателей, предварительных итогах голосования, напутствовал, желал спокойствия и бодрости духа. И так каждый раз, в любую избирательную кампанию. Не скрою, внимательное отношение уважаемого профессора льстило, было по-человечески приятным.

До самого последнего отпущенного ему времени Валентин Трофимович вел лекционные и практические занятия, несмотря на недуг, ко-

торый он мужественно переносил и который, как оказалось, стал для него смертельным. Семнадцать лет прошло, как его нет с нами, а память хранит светлый образ этого большого ученого, добропорядочного и благородного человека.

К В. Т. Прохорову остается привязанным другой герой этого очерка - Юрий Ильич Скуратов, знакомство с которым состоялось где-то в середине 1987 г., за несколько месяцев до защиты им докторской диссертации. Молодой и энергичный Юрий Ильич не мог не нравиться. Приветливый и неизменно доброжелательный, он располагал к себе людей в первую очередь своей улыбкой, целеустремленностью и деловитостью. Руководство Свердловского юридического института в полной мере оценило эти качества, а потому стало рано доверять ему высокие административные должности: заместителя декана, потом декана государственно-правового факультета, что располагался на ул. Малышева. Став доктором наук, он возглавил судебно-прокурорский факультет, занял пост заведующего кафедрой конституционного права. И все это за относительно короткий промежуток времени - чуть больше десяти лет с момента защиты в 1977 г. кандидатской диссертации. Хороший, во многих отношениях поучительный пример блестящей вузовской карьеры.

В чем причина такого быстрого взлета молодого ученого? Ведь Юрий Ильич не имел никаких связей, будучи иногородним студентом, жил на общих основаниях в общежитии, потом снимал частную квартиру, перевез в Свердловск из родного Улан-Удэ Елену Дмитриевну, ставшую его женой, словом, был как все. Причина в серьезном отношении к жизни, умноженном на завидное трудолюбие и редкую работоспособность, которые выделяли его еще в пору студенчества. Он был отличником, всегда много и вдумчиво читал, напряженно готовился к занятиям, не говоря уже об экзаменах. Из-за этого, кстати, рано «посадил» зрение: при тусклом освещении читал толстый учебник по криминалистике. Экзамен, как водится, сдал на «отлично», а вскоре почувствовал, что стал видеть хуже. Еще он занимался в научных студенческих кружках, в особенности по философии и государственному праву, к которому по-настоящему «прикипел». Интерес к предмету прививали ему главным образом два человека - Петр Григорьевич Ще-кочихин (руководитель кружка) и заведующий кафедрой Юрий Григорьевич Судницын - блестящий ученый и один из ведущих специалистов страны в области государствоведения. По-

коренный эрудицией Ю. Г. Судницына (тот, к примеру, неоднократно читал лекции в Германии, в Берлинском университете им. Гумбольдта, причем на отличном немецком языке), размахом его личности, Ю. И. Скуратов быстро попал под влияние этого человека.

Под руководством профессора Судницына Юрий Ильич подготовил кандидатскую диссертацию, посвященную народному суверенитету. На выбор темы повлияли пристрастия научного руководителя, который плодотворно занимался проблематикой национально-государственного суверенитета и заслуженно слыл корифеем в этой области знаний. В немалой степени сказались и склонности самого аспиранта, тяготевшего к теории государственного права. Много позднее Ю" И Скуратов Юрий Ильич рас-

сказывал о переживаниях, связанных с диссертацией. Подготовленная и представленная к защите, работа пришлась на период обсуждения проекта новой советской Конституции, а потому осторожные люди советовали подождать из расчета «как бы чего не вышло». Любой, кто защищал диссертацию, понимает, что означает это «давайте подождем», когда нервы и без того натянуты как струны, а ожидание защиты становится порой невыносимым. Но свое веское слово сказал профессор Судницын, чей непререкаемый авторитет служил гарантией качества и залогом успеха. В июне 1977 г. Ю. И. Скуратов стал кандидатом наук.

С этого момента Юрий Ильич начал вполне обычный и предсказуемый трудовой путь преподавателя вуза, включающий чтение лекций, проведение семинарских занятий, руководство студенческим кружком, ну и, конечно, прием экзаменов. Все по строго установленному учебным отделом расписанию, все в рамках вузовских канонов. Наверное, Юрий Ильич мог бы почивать на лаврах, довольствоваться и этим, но он ничуть не сбавил темп своей работы: продолжал писать и публиковаться в немногочисленных тогда юридических изданиях, главными из которых были журналы «Советское государство и право», «Правоведение», выступал на конференциях и охотно сотрудничал с практиками. К примеру, в течение десяти

лет он помогал Свердловскому горисполкому в организации и проведении учебы депутатов, подготовке решений повышенной сложности. Знаю не понаслышке, как уважительно относились к нему сотрудники горисполкома. В этом отношении Юрий Ильич во многом похож на профессора Прохорова, который, как известно, любил практику, дорожил ею и всячески поддерживал тех, кто к ней стремился. Валентин Трофимович, кстати, быстро разглядел в молодом Скуратове научную хватку, высокий потенциал, а потому ценил его. Их уважительные и ровные отношения можно назвать дружбой старшего и младшего товарищей.

В 1983 г. Юрий Ильич издал монографию «Народный суверенитет», в том же году впервые поехал читать лекции за рубеж - на Кубу, в Гаванский университет. Он выступал со сложным курсом сравнительного государственного права СССР и западных стран перед кубинскими преподавателями, что, естественно, поднимало «градус» его публичных лекций. Затем последовало приглашение в Германию, где Ю. И. Скуратов обходился без переводчика - сказалось хорошее знание немецкого. Тем не менее перед поездкой Юрий Ильич в течение нескольких месяцев упорно тренировался в языке. Ему, конечно, хотелось быть на высоте, да и пример профессора Судницына служил отличной мотивацией. Позднее состоялась еще одна командировка - в Польшу, в Познанский университет.

Поездки Ю. И. Скуратова не были этаким «научным туризмом». Он много общался (коммуникабельный и мобильный, Юрий Ильич делает это с легкостью), консультировался с университетскими профессорами, стараясь постичь что-то новое для себя и коллег по кафедре. Любопытно, что молодого советского ученого за рубежом встречали поначалу настороженно (казалось, что в силу возраста он малоопытен), но расставались с ним всегда с сожалением. Высококлассный специалист, прекрасный оратор, умелый полемист, Юрий Ильич вызывал у иностранных коллег искреннюю симпатию.

Темой докторской диссертации он избрал самоуправление народа, перед защитой издал монографию «Система социалистического самоуправления советского народа. Проблемы конституционной теории и практики». Нельзя сказать, что эта тема была на слуху, о ней только заговаривали, да и то с большой осторожностью. Работа носила новаторский характер. Написанная на новом политико-правовом материале, она сочетала мощное теоретическое начало с богатой практикой, привнесенной в со-

ветскую действительность горбачевской перестройкой. Умело примененный автором метод системно-структурного анализа позволил создать панорамное исследование по-настоящему сложной теоретико-правовой проблемы.

Нет необходимости говорить о том, сколь напряженно работал диссертант. Сошлюсь на слова детей Юрия Ильича - Дмитрия и Александру, которые рассказывали: «В то время мы видели папу больше со спины, он все время проводил за письменным столом, всегда что-то писал или читал». Усилия Юрия Ильича были сполна вознаграждены в декабре 1987 г., когда состоялась защита диссертации; члены диссертационного совета, как и прежде на защите кандидатской, были единогласны. Принято считать, что поданные при тайном голосовании «черные шары» являются признаком острой и объективной защиты, что, наверное, справед-

Однажды довелось видеть Юрия Ильича расстроенным. На вопрос, что случилось, он с неподдельной досадой ответил: «Проиграл шахматную партию»

ливо. Но каждый соискатель ученой степени, конечно, в душе жаждет для себя стопроцентного положительного результата. Ю. И. Скуратов добивался его дважды.

Несмотря на занятость, большую загруженность делами, Юрий Ильич всегда находил возможность для отдыха и занятий спортом. Традицией стали его поездки с семьей и друзьями на природу для игры в футбол и бадминтон, что продолжалось довольно долго, по сути, до того момента, как Юрий Ильич уехал в Москву. За правило Ю. И. Скуратов взял посещение интересных футбольных и баскетбольных матчей, будучи в Свердловске, регулярно ходил на игры хоккейного клуба «Автомобилист». Что любопытно, он не принадлежит к числу болельщиков-дилетантов, поскольку хорошо разбирается в правилах многих спортивных игр. А еще он очень азартен, будь то на трибуне стадиона или на игровой площадке. Однажды довелось видеть Юрия Ильича расстроенным. На вопрос, что случилось, он с неподдельной досадой ответил: «Проиграл шахматную партию». Не помню, кто был тем коллегой-счастливчиком, поскольку Ю. И. Скуратов довольно сильный шахматист. Дух соперничества, честной борьбы в натуре Юрия Ильича.

После защиты докторской диссертации он проработал в должности декана судебно-про-курорского факультета чуть менее двух лет и

в должности заведующего кафедрой советского государственного права чуть более месяца. В ноябре 1989 г. Юрия Ильича пригласили работать в Москву в составе лекторской группы идеологического отдела ЦК КПСС. Допускаю, что другой на его месте, не раздумывая ни минуты, бросился бы в столицу, а Ю. И. Скуратов сомневался, переживал, прежде чем принял трудное решение оставить родной Свердловский юридический институт. Спустя год-полтора он получил должность заместителя заведующего только что созданного в ЦК партии государственно-правового отдела. Люди постарше понимают, на какой высокий уровень вышел тогда Юрий Ильич, ведь в сущности его новая должность относилась к высшей партийной номенклатуре страны.

Для автора этого очерка, работавшего тогда над диссертацией под руководством Ю. И. Скуратова, остаться без непосредственного контакта с ним означало, конечно, не катастрофу, но дополнительные сложности. Юрий Ильич в некоторой степени избаловал своего соискателя вниманием, принимал в его судьбе большое участие, порекомендовал на работу в Свердловский горисполком, всячески ему помогал и содействовал. Но со временем все наладилось, Юрий Ильич специально приехал на защиту. Было заметно, что он нервничал, все-таки защищался его первый ученик. Потом была защита докторской диссертации, на которую Юрий Ильич, будучи членом диссертационного совета, приехал в ранге Генерального прокурора России. В элегантной синего цвета форме, с большими звездами на погонах, в сопровождении целой свиты, он моментально переключил все внимание с диссертанта на себя, за что тот ему до сих пор благодарен. А ведь мог не приезжать, сославшись на огромную занятость, государственной важности дела или еще проще, ничего не объясняя. Но не такой человек Юрий Ильич Скуратов, своих он никогда не бросает! Помню его прекрасное выступление на защите докторской диссертации Александра Николаевича Кокотова летом 1995 г. Очень точное в оценках, эмоциональное и вдохновенное (того требовала ситуация), оно в значительной степени помогло диссертанту.

Какую бы высокую должность ни занимал Юрий Ильич (а еще ведь была работа в должности директора НИИ по проблемам укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре России), он всегда оставался и до сих пор остается чутким, деликатным человеком, который поддержит словом и делом. Кстати, на директорском посту Ю. И. Скуратов тоже проявил

себя, поскольку сумел заметно оживить затухающую научную жизнь упомянутого учреждения. Под началом Юрия Ильича коллектив института сосредоточился на разработке полновесной концепции реформирования прокуратуры, узловым пунктом которой стала идея ее независимости от исполнительной власти. Вместе с коллегами Ю. И. Скуратов отстаивал сохранение за прокуратурой функции общего надзора, на изъятии которой настаивали многие представители высшей российской политической элиты. Одновременно он привнес в деятельность института близкую ему государственно-правовую тематику: открыл по данной научной специальности диссертационный совет, существенно увеличил количество защит.

В заключение хочется отметить еще одно редкое качество личности Юрия Ильича, которое можно назвать радостным ощущени-

ем жизни, этакого праздника бытия, которое с годами не только не затухает, а даже усиливается. Он все делает с удовольствием и легкостью: руководит кафедрой конституционного права в большом московском вузе, возглавляет фонд «Правовые технологии XXI века», окунулся в новую для него проблематику третейского разбирательства, готовит аспирантов и по-прежнему плодотворно занимается наукой. Из нынешних научных увлечений Юрия Ильича назову евразийство и социальное государство, которое в отличие от многих он ставит выше государства правового. В авторском портфеле Ю. И. Скуратова несколько нашумевших публицистических книг, написанных им в разные годы: «Вариант дракона», «Кто убил Влада», «Кремлевские подряды Мабе-текса». Юрий Ильич служит примером яркого и увлеченного своим делом человека.

Савицкий П. И.

Избранные труды. - Екатеринбург: Издательский дом Уральского государственного юридического университета, 2015. - 296 с. - (Библиотечка «Российского юридического журнала»).

В статьях, включенных в данный сборник, исследуются вопросы конституционно-правового положения органов государственной власти Франции и Бельгии, развития конституционного законодательства Бельгии, проблемные аспекты конституционно-правового регулирования внутригосударственных и международных отношений в странах Европейского союза и Латинской Америки. Ученым-правоведам, аспирантам и студентам

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.