МЕЖДУНАРОДНОЕ И ЗАРУБЕЖНОЕ ПРАВО
Вестник Омского университета. Серия «Право». 2020. Т. 17, № 4. С. 25-30. УДК 341.1/8
DOI 10.24147/1990-5173.2020.17(4)25-30
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЕВРАЗИЙСКОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ КОМИССИИ КАК ОСНОВНОГО РЕГУЛИРУЮЩЕГО ОРГАНА ЕВРАЗИЙСКОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО СОЮЗА
Д. В. Галушко
Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации (Финуниверситет), г. Москва, Россия
Введение. Одним из важнейших аспектов функционирования современных региональных международных интеграционных организаций является деятельность их исполнительных и регулирующих органов, их взаимодействие с национальными компетентными органами власти. Это является особенно актуальным в процессе функционирования Евразийского экономического союза и развития правопорядка данного интеграционного объединения. Основным регулирующим органом Евразийского экономического союза является Евразийская экономическая комиссия, с деятельностью которой зачастую ассоциируется деятельность самого Союза, так как сама Комиссия, во многом отвечая признакам наднационального органа, определяет характер взаимоотношений между Евразийским экономическим союзом и органами власти государств-членов в том числе через собственную правотворческую деятельность. Цель. Цель работы заключается в исследовании и анализе наиболее важных аспектов деятельности Евразийской экономической комиссии в контексте взаимодействия с национальными регулирующими органами. Методология. В ходе исследования использовались как общенаучные методы познания - анализ, синтез, индукция, дедукция, сравнение, так и частноправовые методы (формально-юридический, технико-юридический, метод юридической аналогии). Результаты. В статье раскрывается специфика правового статуса Евразийской экономической комиссии как главного регулирующего органа Евразийского экономического союза, его специфика в контексте набора наднациональных полномочий, во многом благодаря чему развиваются интеграционные процессы в рамках Союза. Заключение. Выводы, сделанные в результате исследования, могут быть использованы в отношении совершенствования и развития правовых систем международных организаций региональной интеграции с участием Российской Федерации, в частности Евразийского экономического союза, а также процесса взаимодействия национальных органов государственной власти с Евразийской экономической комиссией.
Ключевые слова: Евразийский экономический союз; международная организация; региональная интеграция; наднациональность; государства-члены; Евразийская экономическая комиссия.
1. Введение
Статус, место и роль любого органа Евразийского экономического союза (далее -ЕАЭС, Союз) обуславливается объёмом полномочий, которыми он наделён и реально осуществляет. Важную роль в системе органов ЕАЭС играет Евразийская экономическая комиссия (далее - ЕЭК, Комиссия), которая является постоянно действующим регулирующим органом Союза, что прямо предусмотрено в Положении о ЕЭК (далее - По-ложение)1. Статья 1 данного Положения ус-
танавливает обеспечение условий функционирования и развития Союза, а также разработку предложений в сфере экономической интеграции в рамках данного интеграционного объединения в качестве основных функций Комиссии [1, с. 47].
При исследовании статуса ЕЭК буквальное толкование положений учредительного договора традиционно довольно ограниченно очерчивает круг её полномочий, не давая полного представления о настоящей роли и значении данного органа. Практика
© Галушко Д. В., 2020
путём расширительного толкования рамочных положений учредительных документов способствует формулировке неписаного принципа, который предусматривает участие ЕЭК при осуществлении многих управленческих и регуляторных функций и принятии решений в форме собственных правовых актов во взаимодействии с национальными компетентными органами власти.
2. Методология
В ходе исследования использовались как общенаучные методы познания - анализ, синтез, индукция, дедукция, сравнение, так и частноправовые методы (формально-юридический, технико-юридический, метод юридической аналогии).
3. Вопросы правового статуса Евразийской экономической комиссии
На официальном сайте ЕАЭС, указывается, что ЕЭК - постоянно действующий наднациональный регулирующий орган Союза. Однако Договор о ЕАЭС (далее - Договор) не использует данный термин в отношении ЕЭК. Понятие «наднациональности» используется в Договоре только дважды, и оба раза в тех положениях, которые не имеют прямого отношения к ЕЭК. В частности, ст. 38 Договора устанавливает отсутствие наднациональной компетенции Союза при осуществлении координации в сфере внешней торговли услугами. Кроме того, в ст. 103 предусматривается принятие решение о полномочиях и функциях наднационального органа по регулированию финансового рынка и о его создании в 2025 г.
При этом сама дефиниция понятия «наднациональность» в Договоре не раскрывается, а указанные упоминания производных данного термина носят обрывочный и казуистичный характер. Тем не менее, несмотря на закрепление прямого отрицания наднациональной компетенции в обозначенных сферах, анализ Договора и практики Суда ЕАЭС, общий наднациональный характер (как минимум частичный) ответственности ЕЭК явно подразумевается. В частности, Договор признаёт Союз международной организацией региональной экономической интеграции, обладающей международной правосубъектностью (п. 2 ст. 1), закрепляя при этом в Договоре автономную правовую и институциональную систему ЕАЭС (ст. 6, 8) [2, с. 74].
В одном из своих консультативных заключений Суд констатировал наднациональный характер деятельности органов Союза и ограничение суверенных полномочий государств-членов в соответствующих сферах.
Тем не менее имеются предпосылки говорить о балансировании между статусом ЕЭК как наднационального органа и межправительственным характером взаимодействия в рамках Союза. В частности, в Положении сформулированы основные принципы деятельности ЕЭК, среди которых:
- обеспечение взаимной выгоды, равноправия и учёта национальных интересов го -сударств-членов;
- экономическая обоснованность принятых решений;
- открытость, гласность и объективность.
Как мы видим, уже самый первый закреплённый принцип говорит о первичности учёта интересов государств-членов, а не интересов самого Союза. Тем не менее, как отмечают исследователи, по аналогии с Комиссией Европейского союза положения, регулирующие структуру ЕЭК, закрепляют её наднациональный статус. И отражением такого статуса, его гарантией является наделение членов Коллегии ЕЭК, а также должностных лиц и сотрудников её департаментов статусом международных чиновников, не имеющих императивных мандатов от своих государств [3, с. 870].
С другой стороны, в структуре Комиссии выделяются Совет и Коллегия. В Совет ЕЭК входят по одному представителю от каждого государства-члена, каждый из которых является заместителем главы правительства соответствующего государства-члена. Это означает, что они занимают эту должность в силу своего официального должностного положения в своей стране. Поэтому характер принимаемых решений и всей деятельности Совета носит политический межправительственный характер. Причём согласно ст. 18 Договора решения в большинстве случаев принимаются только на основе классического принципа принятия решений в международном праве - на основе консенсуса. Тем самым любой член Совета ЕЭК обеспечивает национальные интересы соответствующего государства-члена. Высший Евразийский
экономический совет может наделить ЕЭК правом подписывать международные договоры по вопросам, относящимся к компетенции ЕЭК, а ст. 10 Положения определяет, что ЕЭК пользуется всеми правами юридического лица. Коллегия является исполнительным органом Комиссии, а её состав формируется из представителей государств-членов по принципу равного представительства [4, с. 76].
4. Правотворчество Евразийской экономической комиссии
Одной из важнейших характеристик деятельности Коллегии является правотворческая функция ЕЭК, которая в пределах своих полномочий вправе принимать решения, распоряжения и рекомендации, занимается разработкой проектов международных договоров и решений, принимаемых Советом ЕЭК, а также других документов, необходимых для реализации полномочий Комиссии [5].
Сам термин «Право ЕАЭС» впервые был закреплён в Договоре, в который заложен «нормативистский» подход при использовании очевидной дихотомии: ст. 6 Договора оперирует двумя видами международно-правовых актов, указывая, во-первых, международные договоры и акты органов ЕАЭС (решения и распоряжения Высшего Евразийского экономического совета, Евразийского межправительственного совета и ЕЭК, принятые в рамках их полномочий, предусмотренных Договором и международными договорами в рамках Союза), во-вторых [6, с. 55].
По аналогии с правом Европейского союза, акты ЕЭК рассматриваются в качестве актов вторичного порядка, иными словами в качестве международно-правовых актов, которые принимаются органами Союза [7, с. 67]. А сама система интеграционного права ЕАЭС, обладая рядом характерных черт, начинает выступать в качестве самостоятельного правового порядка, формирующегося по собственным квалифицирующим признакам и закономерностям на основе общепризнанных принципов и норм международного права и отличной от других систем права [8, с. 42]. Более того, эффективность процессов формирования и функционирования ЕАЭС зависит не только от того, насколько адекватно конкретный инструментарий достижения целей международной интеграции, в том числе правовая система ЕАЭС, отражает его
специфику, а также особенности «внешней среды», в которой Союз формируется и функционирует, но и от степени сближения и гармонизации национальных правовых систем государств-членов этого межгосударственного интеграционного объединения [9, с. 50].
Положение о ЕЭК указывает, что данный орган в пределах своих полномочий принимает решения, имеющие нормативно-правовой характер и обязательные для государств-членов. Такие решения являются частью права Союза, при этом, в соответствии с п. 13 Положения, будучи подлежащими непосредственному применению на территории государств-членов. Всё это способствует их эффективной реализации [10, с. 83].
Договор (ст. 6) относит к числу источников права Союза как решения, так и распоряжения. Такое обстоятельство свидетельствует о коллизии внутри единого документа, носящего в праве ЕАЭС основополагающий, программный характер [11, с. 74]. Кроме того, вышеуказанные нормы Договора позволяют трактовать их в качестве придания документам ЕЭК прямого действия [12].
Нормотворческие правомочия принадлежат как Совету ЕЭК, так и её Коллегии. Принимаемые ЕЭК акты, прежде всего решения, не требуют специальных внутригосударственных имплементационных мер, являются обязательными для исполнения всеми физическими и юридическими лицами, а также прочими субъектами на территории государств-членов. Данная норма позволяет рассуждать о прямом действии норм таких актов, что также, в определённой мере, свидетельствует об интеграционном наднациональном характере как актов, так и всей деятельности ЕЭК, даже несмотря на то, что все решения принимаются на основе консенсуса. Несмотря на то, что принцип прямого действия источников права Союза в Договоре не закреплён, данный вопрос может быть разрешён Судом ЕАЭС [13]. В частности, Суд уже выразил свою позицию в отношении свойств права Союза в одном из своих консультативных заключений, придя к выводу о том, что общие правила конкуренции обладают прямым действием и должны непосредственно применяться государствами-членами как нормы, закреплённые в международном договоре. Как указывается в доктрине, «в
этом смысле заключение Суда Союза по делу о вертикальных соглашениях можно рассматривать как новый шаг на пути применения наднациональных норм в правопорядках государств-членов»2.
5. Заключение
Деятельность ЕЭК, в особенности её правотворчество, подтверждает ключевую роль данного органа в институциональном механизме ЕАЭС и в его взаимодействии с компетентными регулирующими органами государств-членов. ЕЭК реализует полномочия, необходимые для обеспечения согласованной работы механизма Союза, активно сотрудничая как со всеми органами ЕАЭС, так и с соответствующими компетентными органами власти государств-членов. Набор предоставленных ЕЭК полномочий, а также её роль основного регулирующего органа Союза свидетельствуют, что фактически данный орган является главным связующим зве-
ном, благодаря которому обеспечивается координация и эффективное функционирование как правового, так и институционального механизмов ЕАЭС, стремящихся к решению вопросов и достижению целей современной евразийской интеграционной повестки.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 Положение о Евразийской экономической комиссии. Приложение № 1 к Договору о Евразийском экономическом союзе [Электронный ресурс] : (подписан в г. Астане 29 мая 2014 г.) (ред. от 15 марта 2018 г.). - Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
2 Kalinichenko P. A Principle of Direct Effect: The Eurasian Economic Union's Court Pushes for More Integration [Electronic resourse]. - URL: https://verfassungsblog.de/ the-principle-of-direct-effect-the-eurasian-economic-unions-court-pushes-for-more-integration/ (accessed 12 January 2020).
ЛИТЕРАТУРА
1. Лапенко М. В. Организационно-правовая основа Евразийского экономического союза // Современные евразийские исследования. - 2017. - № 2. - С. 43-58.
2. Чайка К. Л. Конституционализация интеграционных правопорядков как феномен международного права? // Международное правосудие. - 2020. - № 1. - С. 67-78.
3. Лукьянова В. Ю. Правовой статус Евразийской экономической комиссии // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения // Journal of foreign legislation and comparative law. -2014. - № 5. - C. 865-875.
4. Балытников В. В., Боклан Д. С. Евразийский экономический союз: предпосылки создания, проблемы формирования, перспективы развития // Сравнительное конституционное обозрение. - 2015. - № 3. -С. 69-82.
5. Байльдинов Е. Т. Договор о Евразийском экономическом союзе: шаг вперёд, два шага назад // Евразийский юридический журнал. - 2014. - № 10. - С. 25-34.
6. Ануфриева Л. П. ЕАЭС и «право ЕАЭС» в международно-правовом измерении // Московский журнал международного права. - 2016. - № 4. - С. 48-62.
7. Капустин А. Я. Право Евразийского экономического союза: международно-правовой дискурс // Журнал российского права. - 2015. - № 11. - С. 59-69.
8. Искакова Ж. Т. Система интеграционного права Евразийского экономического союза // Евразийская интеграция: экономика, право, политика. - 2016. - № 2 (20). - С. 40-44.
9. Лукьянова В. Ю., Павлушкин А. В. Новые юридические технологии в государствах - участниках Евразийского экономического союза // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. - 2019. - № 5. - С. 49-64.
10. Лукьянова В. Ю., Плюгина И. В. Институциональные основы функционирования интеграционных объединений на евразийском пространстве // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. - 2016. - № 1 (56). - С. 78-87.
11. Бакаева О. Ю. Акты Евразийской экономической комиссии как источник права ЕАЭС // Российский журнал правовых исследований. - 2016. - № 3. - C. 73-76.
12. Боклан Д. С., Лифшиц И. М. Действие принципа верховенства права в Евразийском экономическом союзе // Международное право. - 2016. - № 2. - С. 1-13.
13. Исполинов А. С. Приоритет, прямое действие и прямой эффект норм права Евразийского экономического союза // Журнал международного права и международных отношений. - 2017. - № 1-2. - С. 11-21.
Информация об авторе
Галушко Дмитрий Вячеславович - кандидат юридических наук, доцент, доцент Департамента правового регулирования экономической деятельности
Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации (Финуниверситет)
Адрес для корреспонденции: 125993, Москва, Ленинградский проспект, 49
E-mail: galushkodv@gmail.com
SPIN-код: 1710-5918, Author ID: 703890 ORCID: 0000-0002-9301-9565
Информация о статье
Дата поступления - 13 января 2020 г. Дата принятия в печать - 12 октября 2020 г.
Для цитирования
Галушко Д. В. Деятельность Евразийской экономической комиссии как основного регулирующего органа Евразийского экономического союза // Вестник Омского университета. Серия «Право». 2020. Т. 17, № 4. С. 25-30. DOI: 10.24147/1990-5173.2020.17(4).25-30.
ACTIVITIES OF THE EURASIAN ECONOMIC COMMISSION AS THE MAIN REGULATORY BODY OF THE EURASIAN ECONOMIC UNION
D.V. Galushko
Financial University under the Government of the Russian Federation (Financial University), Moscow, Russia
Introduction. One of the most important aspects of the functioning of modern regional international integration organizations is the activity of their executive and regulatory bodies in cooperation with national competent authorities. This is especially relevant in the process of the functioning of the Eurasian Economic Union and the development of the legal order of this integration association. Purpose. The purpose of the study is to study and analyze the most important aspects of the activities of the Eurasian economic Commission in the context of interaction with national regulatory authorities. Methodology. The study used both General scientific methods of cognition - analysis, synthesis, induction, deduction, comparison, and private law methods (formal legal, technical-legal, and the method of legal analogy). Results. The article reveals the specifics of the legal status of the Eurasian Economic Commission as the main regulatory body of the Eurasian Economic Union, its specificity in the context of a set of supranational powers, largely due to which the integration processes within the Union are developing. Conclusion. The conclusions made as a result of the study can be used in relation to the improvement and development of the legal systems of international organizations of regional integration with the participation of the Russian Federation, in particular, the Eurasian Economic Union, as well as the process of interaction of national government bodies with the Eurasian Economic Commission.
Keywords: Eurasian Economic Union; international organization; regional integration; supranationality; member states; Eurasian Economic Commission.
REFERENCES
1. Lapenko M.V. Organizational and legal framework of the Eurasian Economic Union. Sovremennye evraziiskie issledovaniya = Modern Eurasian Studies, 2017, no. 2, pp. 43-58. (In Russ.).
2. Chajka K.L. Constitutionalization of Integration Law and Order as a Phenomenon of International Law? Mezhdunarodnoe pravosudie = International Justice, 2020, no. 1, pp. 67-78. (In Russ.).
3. Luk'janova V.Ju. Legal status of the Eurasian Economic Commission. Zhurnal zarubezhnogo zakonodatel'stva i sravnitel'nogo pravovedeniya = Journal of foreign legislation and comparative law,
2014, no. 5, pp. 865-875. (In Russ.).
4. Balytnikov V.V., Boklan D.S. Eurasian Economic Union: prerequisites for creation, problems of formation, development prospects. Sravnitel 'noe konstitutsionnoe obozrenie = Comparative constitutional review,
2015, no. 3, pp. 69-82. (In Russ.).
5. Bajl'dinov E.T. Treaty on the Eurasian Economic Union: one step forward, two steps back. Evraziiskii yuridicheskii zhurnal = Eurasian Law Journal, 2014, no. 10, pp. 25-34. (In Russ.).
6. Anufrieva L.P. EAEU and "EAEU law" in the international legal dimension. Moskovskii zhurnal mezhdunarodnogo prava = Moscow Journal of International Law, 2016, no. 4, pp. 48-62. (In Russ.).
7. Kapustin A.Ja. Law of the Eurasian Economic Union: international legal discourse. Zhurnal rossiiskogo prava = Journal of Russian Law, 2015, no. 11, pp. 59-69. (In Russ.).
8. Iskakova Zh.T. The system of integration law of the Eurasian Economic Union. Evraziiskaya integratsiya: ekonomika, pravo, politika = Eurasian integration: economics, law, politics, 2016, no. 2 (20), pp. 40-44. (In Russ.).
9. Luk'janova V.Ju., Pavlushkin A.V. New legal technologies in the member states of the Eurasian Economic Union. Zhurnal zarubezhnogo zakonodatel'stva i sravnitel'nogo pravovedeniya = Journal of Foreign Legislation and Comparative Law, 2019, no. 5, pp. 49-64. (In Russ.).
10. Luk'janova V.Ju., Pljugina I.V. Institutional framework for the functioning of integration associations in the Eurasian space. Zhurnal zarubezhnogo zakonodatel'stva i sravnitel'nogo pravovedeniya = Journal of Foreign Legislation and Comparative Law, 2016, no. (56), pp. 78-87. (In Russ.).
11. Bakaeva O.Ju. Acts of the Eurasian Economic Commission as a source of EAEU law. Rossiiskii zhurnal pravovykh issledovanii = Russian Journal of Legal Research, 2016, no. 3, pp. 73-76. (In Russ.).
12. Boklan D.S., Lifshic I.M. Operation of the rule of law in the Eurasian Economic Union. Mezhdunarodnoe pravo = International law, 2016, no. 2, pp. 1-13. (In Russ.).
13. Ispolinov A.S. Priority, direct action and direct effect of the rules of law of the Eurasian Economic Union. Zhurnal mezhdunarodnogo prava i mezhdunarodnykh otnoshenii = Journal of International law and International relations, 2017, no. 1-2, pp. 11-21. (In Russ.).
About the author
Galushko Dmitriy - Ph.D. in Law, Docent, Associate Professor at the Department of Legal Regulation of Economic Activities Financial University under the Government of the Russian Federation (Financial University) Postal address: 49, Leningradskii pr., Moskva, 125993, Russia
E-mail: galushkodv@gmail.com
SPIN-code: 1710-5918, Author ID: 703890 ORCID: 0000-0002-9301-9565
Article info
Received - January 13, 2020 Accepted - October 12, 2020
For citation
Galushko D.V. Activities of the Eurasian Economic Commission as the Main Regulatory Body of the Eurasian Economic Union. Vestnik Omskogo universiteta. Seriya "Pravo" = Herald of Omsk University. Series "Law", 2020, vol. 17, no. 4, pp. 25-30. DOI: 10.24147/1990-
5173.2020.17(4).25-30. (In Russ.).