Научная статья на тему 'Детектив: логика и игра (окончание)'

Детектив: логика и игра (окончание) Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
1821
399
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
Жанр / классический детектив / логика / Игра / творчество / сыщик / преступник / норма / Гротеск / genre / classic detective / Logic / play / criminal / Norm / Grotesque / novella / Turning point

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Кириленко Наталья Натановна

В статье обосновывается положение, что помимо логического, рационального начала классическому детективу как жанру присущ игровой, творческий аспект. Соответственно сыщик побеждает преступника не только благодаря анализу, дедукции, но и переигрывая его. Данная часть посвящена вкладу Агаты Кристи в жанр классического детектива и развитию традиции всех типов сыщиков классического детектива, особенно двух основных типов Дюпена-Холмса и мадемуазель де Скюдери-Брауна.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

The article conveys the supposition that besides the logical and rational source there is a playful and creative aspect to the classical detective story as a genre. Thus, a detective overcomes a criminal not only due to analysis and deduction, but also «overplaying» him. This part of my paper is on Agatha Christie"s contribution to the genre of a classical detective story and to the continuing tradition of all types of detectives in a classical detective story, especially two basic types: Dupin Holmes and mademoiselle de Scudéri Brown.

Текст научной работы на тему «Детектив: логика и игра (окончание)»

Н.Н. Кириленко

ДЕТЕКТИВ: ЛОГИКА И ИГРА1 6. Агата Кристи: все типы сыщиков и преступников

В статье обосновывается положение, что помимо логического, рационального начала классическому детективу как жанру присущ игровой, творческий аспект. Соответственно сыщик побеждает преступника не только благодаря анализу, дедукции, но и переигрывая его. Данная часть посвящена вкладу Агаты Кристи в жанр классического детектива и развитию традиции всех типов сыщиков классического детектива, особенно двух основных типов - Дюпена-Холмса и мадемуазель де Скюдери-Брауна.

Ключевые слова: жанр; классический детектив; логика; игра; творчество; сыщик; преступник; норма, гротеск.

Рассмотрев продолжение и развитие Агатой Кристи традиции Дюпена-Холмса, обратимся к фигуре мисс Марпл, совершенно очевидно представляющей другой тип детективного сыщика. Но прежде чем остановиться на его особенностях, проведем предварительную классификацию произведений с ее участием.

Она фигурирует в гораздо меньшем количестве произведений, чем Пуаро, 12-ти романах и 2-х сборниках текстов малых жанров2, а также в коротком произведении «Причуда Гриншо»3. Цикл «Тринадцать загадочных случаев» (The thirteen problems) в целом относится к криминальной литературе, но большая его часть продолжает традицию честертоновских «Парадоксов Понда»4. Исключения представляют «Отпечатки пальцев святого Петра», «Трагедия под Рождество» и «Смерть мисс Роуз Эммот», которые мы относим к типу «следователь-жертва»5. В них мисс Марпл -инициатор следствия. Из разнородного цикла «Последние дела мисс Марпл» детективами в нем, на наш взгляд, являются «Убийство сантимет-

ром» и «Дело безупречной служанки». С оговорками также можно назвать детективом «Причуду Гриншо».

Что касается романов, то три из них с участием мисс Марпл, на наш взгляд, не являются детективами. Это романы «Каникулы в Лимстоке» («Указующий перст», «Движущийся палец»), «Спящее убийство» («Забытое убийство») и «Отель Бертрам». Первые два из них относятся к типу «следователь-жертва». Очень большое внимание уделено расследованиям, проводимым соответственно Джерри Бартоном и Г вендой Рид,6 которые в качестве сыщиков (термин «следователь-жертва» в данных романах мы относим именно к ним, а не к мисс Марпл) хотя и не очень успешны, но, в отличие от викария в романе «Убийство в доме викария», не гротескны. В «Каникулах в Лимстоке» мисс Марпл появляется только в самом конце повествования и выглядит менее гротескно, чем в других произведениях.

«Отель Бертрам» представляет собой более сложный случай. В этом романе совершаются не связанные между собой преступления двух принципиально различных типов:

1. ограбления и имеющие к ним отношение таинственные исчезновение и возвращение каноника Пеннифазера;

2. убийство швейцара отеля.

Атмосфера гротеска, игры, переодеваний, подмены людей, масштабных декораций, из которых основная - сам отель в псевдовикторианском духе, связана только с ограблениями. Прикидывающийся тупым полицейский (не похожий на типичного полицейского в классическом детективе) и его команда появляются в отеле, имея подозрения еще до знакомства с мисс Марпл. Вспомним, что наличие разветвленной сети преступников, охватывающей неопределенно большое пространство (в данном случае она перекидывается через океан в Америку), к тому же задействующей огромное количество людей (работники отеля; актеры, подменяющие известных уважаемых людей; гонщик; врач; сама миссис Седжвик и т.д.), - все это

противопоказано детективу как жанру. Для сравнения: в детективном романе с Пуаро «Хикори-дикори» тоже упоминается сеть преступников. Но непосредственно Пуаро имеет дело только с тремя преступниками (причем они находятся в родственной или любовной связи), и пространство ограничено пансионом.

Убийство же в «Отеле Бертрам» не только совершено персонажем, не имеющим отношения к ограблениям, но связано с семейной тайной. Нет игровых отношений между мисс Марпл и девушкой-убийцей. Здесь оба - и полицейский и мисс Марпл - не очень успешны. Марпл разгадывает тайну убийства, но будет ли наказана девушка в будущем - неизвестно. Такой открытый финал совершенно не характерен для детектива, всегда расставляющего точки над I Таким образом, «Отель Бертрам» трудно отнести к одному определенному жанру, скорее, речь идет о контаминации ряда сюжетов, соотносящихся с героями и хронотопами разных типов.

Все остальные романы с участием мисс Марпл мы относим к жанру детектива. Для всех них характерны ранее выделенные признаки:

- замкнутое пространство. В романе «Немезида» писательнице удается даже экскурсию по паркам Англии выделить в пространство такого рода;

- странное преступление; гротескные, творческие и игровые преступник и сыщик; распространенность персонажей, связанных с театром и кино, как представителей другой реальности в нормальном мире («...И в трещинах зеркальный круг», открывающийся, так же как и трагедия в трех актах с Пуаро, списком действующих лиц, «Труп в библиотеке», «Фокус с зеркалами»); подмены (в частности, подмена трупов в «Трупе в библиотеке»); подслушивание-подглядывание;

- наличие гротескной избыточности. Так, в романе «В 4.50 из Паддингтона» почти все персонажи мужского пола делают предложение Люси

Айлсберроу. Есть также очень характерная для детектива избыточность следствия в «Убийстве в доме викария».

Теперь рассмотрим сходство и различие между мисс Марпл как детективным сыщиком и традицией Дюпена-Холмса-Пуаро. Нужно отметить, что не только корпус Марпл меньше корпуса Пуаро, но и критиками о ней также написано гораздо меньше. В первую очередь отмечаются изучение ею человеческой натуры и специфика ее методов расследования, включающих своеобразный способ сбора данных и ее знаменитые «параллели»: «Независимый статус, прекрасное зрение и нюх на сплетни хорошо оснащают ее для роли непрофессионального сыщика. Но ее особый талант, проницательное понимание человеческой природы - ее наиболее выдающаяся черта. Правильно анализируя характеры и, при помощи аналогий, безошибочно относя их к тому или иному типу, мисс Марпл способна сфокусироваться на виновных и защитить невинных. Руководимая женской интуицией и вооруженная сильным моральным чувством, она изобретает свои собственные методы устраивания ловушек подозреваемым» .

И если интерес к изучению человеческой натуры присущ всем классическим сыщикам (хотя у мисс Марпл он выражен в наибольшей степени, об этом говорится практически во всех произведениях корпуса), то на специфике методов ее расследования имеет смысл остановиться подробнее. Над сбором улик на месте происшествия, характерным для Дюпена-Холмса-Пуаро, преобладает постоянная слежка за жизнью соседей под предлогами работы в саду и наблюдения за жизнью птиц (с помощью бинокля!). Таким образом, свойственные детективу подслушивание и подглядывание имеют свои особенности. Восприятие мисс Марпл большей частью теми, кто ее впервые видит, в том числе и преступниками, как воплощения «божьего одуванчика» способствует именно такому способу сбора информации.

Вот почему, нам кажется, нуждается в уточнении следующее мнение: «Подобно Эркюлю Пуаро у Марпл методы и манеры, которые способствуют тому, что люди теряют бдительность и, таким образом, недооценивают ее. Пребывание на заднем плане и болтливость дают ей возможность изучать людей. Забавно, что люди могут полагать, что ее шерсть и вязание - часть игры, когда в действительности это то, чем она является: старомодная старуха» . Между тем, у этих сыщиков разные способы «предъявлять себя» другим персонажам. Пуаро вызывает несерьезное отношение из-за своей ультракомичности, а Марпл - из-за мнимой обыкновенности9. С другой стороны, само экстравагантное присутствие Холмса и Пуаро предполагает их профессиональную деятельность и может насторожить преступников. Поэтому, занимаясь расследованием, сыщик иногда или мнимо отсутствует («Собака Баскервилей»; как вариант скрытого участия «Око Озириса» Остина Фримена), или, наоборот, использует прогнозируемую реакцию на свой приезд в собственных целях («Смерть миссис Мак-Джинти»).

Другая особенность относится уже не к сбору улик, а к анализу информации. Дедукцию, краеугольный камень Дюпена-Холмса-Пуаро, здесь заменяют параллели, проводимые мисс Марпл между расследуемыми ею преступлениями и известными ей случаями из жизни знакомых людей, в основном жителей Сент-Мери-Мид.

Приведем большой (ввиду его важности) фрагмент из романа «Немезида», где мисс Марпл сама формулирует свои методы и их достоинства: «Мисс Марпл смиренно перебрала свои достоинства. “Я любопытна, умею задавать вопросы. Благодаря моему возрасту это никого не удивляет. Возможно, в этом-то все и дело. Да, не так уж трудно нанять частного детектива и поручить ему заняться расследованием, гораздо разумнее, чтобы за это взялась старая леди, привыкшая во все совать свой нос, всем интересо-

ваться, словоохотливая, горящая желанием узнать что-нибудь новенькое. Всем это кажется вполне естественным”.

- Старая сплетница, - пробормотала мисс Марпл. - Да, я вполне сойду за старую сплетницу. Повсюду их полным-полно, и все они одинаковые. Конечно, во мне нет ничего особенного, привлекающего внимание. Обычная, несколько сумасбродная старая леди. Какой великолепный камуфляж! Боже мой, неужели именно это соблазнило мистера Рэфьела, мои мысли идут в правильном направлении? Что ж, я неплохо разбираюсь в людях, то есть угадываю их суть, поскольку они частенько напоминают мне тех, кого я хорошо знаю. Я вижу их пороки и добродетели и хорошо

о 10

понимаю, чего они стоят. Вот и все» .

В приведенном отрывке поражает степень рефлексии, нехарактерная для классического сыщика. И хотя мысли мисс Марпл приводятся чаще, чем Пуаро, но столь подробно - редко.

«Незаметность» и «обыкновенность» как способ маскировки и сбор сведений методом, так сказать, «внедрения», нахождения среди участников событий, не может не вызывать в памяти другого сыщика, а именно отца Брауна. Да и параллели мисс Марпл между уникальным преступлением и типичным («жизнь везде одинакова»), скорее, являются ироническим ответом притчам героя Честертона, цитаты из которого у Кристи встречаются часто11. Таким образом, мы считаем их относящимися к одному и тому же типу классического детективного сыщика, который, чтобы подчеркнуть его отличие от Дюпена-Холмса-Пуаро, мы назовем «мнимообыкновенный сыщик».

Интересное отличие от Пуаро - большая жесткость Марпл в отношении наказания преступников. Во многих произведениях она высказывается за смертную казнь, в поздних вещах сожалеет об ее отмене. Это составляет противовес Пуаро, для которого, несмотря на часто встречающуюся фразу «Я не одобряю убийство», как было показано выше, важнее разоблачение.

Причем это, конечно, отличает Марпл и от близкого ей в остальном отца Брауна.

В то же время мисс Марпл обладает целым рядом общих с Дюпеном-Холмсом-Пуаро черт, типичных для детективного «великого сыщика»: она никогда не ошибается и не знает поражений в расследовании; при этом ее вывод становится для остальных персонажей и читателя совершенно неожиданным; она занимается странными преступлениями; подслушивает-подглядывает; поскольку, как сказано выше, ее обыкновенность является маской, она, в сущности, постоянно играет, притворяется, устраивает преступникам ловушки. Характерен в этом смысле финал романа «Объявляется убийство», в котором мисс Марпл прячется в шкафу и зовет оттуда убийцу голосом убитой: «О, Лотти, Лотти»!

Особенно важно, что Марпл, как каждый детективный сыщик, обладает таким свойством, как комичность. Ее путанная, ненормальная манера излагать свои выводы производит на слушателей впечатление, что «старушка не в себе». Тем сильнее обязательный для жанра детектива эффект неожиданности, когда слушатели и читатель, наконец, прозревают.

Помимо сопоставления с Дюпеном-Холмсом-Пуаро необходимо провести и другое, очень важное. Часто пишут о сходстве мисс Марпл с мисс Силвер - серийной сыщицей Патрисии Вентворт, также старой девой, занимающейся расследованием преступлений и вязанием. Как известно, мисс Марпл появляется в конце романа Вентворт «Дело закрыто» в качестве подруги мисс Силвер, добавляя еще одну разгадку к расследованию последней, хотя мисс Силвер никогда не фигурировала в произведениях Агаты Кристи. Важнее спора о том, кто из этих двух сыщиц появился на свет первой12, нам кажется выявление сходства и различия между ними, имеющее, как будет показано ниже, прямое отношение к вопросу о жанре. Сопоставление этих двух сыщиц дает возможность прояснить несколько существенных моментов. Сходство между героинями исчерпывается тем,

что обе они старые девы, имеют множество племянников и крестников, расследуют преступления и вяжут.

Отличий же намного больше. Во-первых, мисс Силвер профессионал. У нее офис с приемной, где ждут посетители («Серая маска», «Дело закрыто», «Мисс Силвер вмешивается», «Элингтонское наследство», «Девушка в подвале»). На «клиентов» (а именно так называются жертвы преступлений или подозрения, обращающиеся к ней за помощью, что, конечно, непредставимо в произведениях с мисс Марпл) заводятся дела в папках. В этом смысле совершенно неподходящее для произведений с Марпл заглавие «Дело закрыто» логично для романа с Мод Силвер. А вот вязание сыщицы в офисе может, с нашей точки зрения, казаться читателю неуместным, и его функция, в любом случае, не может быть аналогичной у мисс Марпл.

В некоторых произведениях говорится о том, что прежде чем стать профессиональным сыщиком, мисс Силвер была гувернанткой («Мисс Силвер вмешивается», и «Мисс Силвер приехала погостить»). Как говорила Агата Кристи: «Когда мисс Марпл родилась, ей было уже под семьде-

13

сят» . И, добавим, родилась она абсолютным, можно сказать, принципиальным любителем. Прошлое мисс Марпл упоминается чрезвычайно редко: «Детство, образование, родители и все другие определяющие факторы личной жизни опускаются, предоставляя детективу необычайную свободу от земных семейных обязанностей и работы по найму и дающую ему мобильность подозревать большинство людей»14. Самое подробное упоминание - в романе «Фокус с зеркалами»; однако все, что в нем говорится о ее пребывании в заведении для девочек, только дает возможность ввести конкретных персонажей и место действия. Но это никак не влияет на восприятие читателя, ничего не меняет ни в характере Марпл, ни в методах расследования.

Во-вторых, мисс Силвер вовсе не главная героиня произведений с ее участием, даже тех, где ее имя фигурирует в заглавии, - «Мисс Силвер вмешивается» и «Мисс Силвер приехала погостить». Во всех вышеназванных романах она находится на периферии повествования, а в центре располагаются «страдающие» персонажи. Что касается мисс Марпл, то только в недетективных «Каникулах в Лимстоке» она появляется в самом конце произведения. В остальных романах, в том числе и в «Убийстве в доме викария», в котором рассказ ведется от лица викария, и в «Кармане, полном ржи», где она появляется почти в середине, Марпл значительно выделяется.

Еще два важнейших отличия - чрезвычайная назидательность, «моральный пафос»15 произведений с участием Мод Силвер и слабость в них криминальной интриги. Причем эти качества оказываются соотнесены.

Верным нам кажется следующее остроумное высказывание (хотя и относящееся к роману не из числа названных выше, но приложимое к корпусу Силвер в целом): «Вроде бы типичная мисс Марпл - однако, если приглядеться, можно заметить ряд весьма важных отличий от этой канонической старушки. Мод Силвер не нужны ни детективная сметка, ни острый глаз - ей вполне хватает умения интуитивно отличать зло от добра. Персонажи “Убийства в поместье Леттеров”, похоже, довольно тупы -весь роман они пребывают в состоянии страшной паники, пока не натыкаются на единственно возможную версию произошедшего. Делают это они с помощью мисс Силвер, тоже не блещущей сообразительностью, зато с первого взгляда отличающей хорошего человека от дурного»16.

С этим связана невозможность настоящего детективного пуанта в романах с участием мисс Силвер. Невиновность главных героев определяется именно ее моральными представлениями; поиски настоящего виновника ведутся достаточно вяло. Разговоры с неизменными цитатами из Тен-нисона явно преобладают над криминальной интригой. Также интересно

подчеркиваемое в романе «Мисс Силвер приехала погостить» нежелание мисс Силвер выслушивать местные сплетни, что отличает ее от мисс Марпл принципиально. В нем еще раз дается понять, что над сбором информации и аналитическими заключениями (характерными для детективного сыщика) должны главенствовать некие моральные устои, благодаря которым сразу исключаются те, кто не мог совершить преступление. Силвер лучше других персонажей не потому, что она умнее и наблюдательнее - и видит то, чего другие заурядные персонажи заведомо не могут понять сами (обязательная черта «великого сыщика»), а потому что сразу вместе с ее «клиентами», а иногда и больше их, верит в невиновность невинного, к чему все остальные персонажи и должны присоединиться. Вспомним, что мисс Марпл, объясняя неожиданные для остальных выводы, постоянно повторяет, что подозревает всех.

Именно с профессионализмом Силвер, ее назидательностью и отсутствием детективной интриги связано самое существенное различие с мисс Марпл - совершенное отсутствие игрового момента в отношении сыщицы в романах с Мод Силвер. Она не переодевается, не выдает себя за другое лицо, не говорит чужим голосом, то есть не делает того, что обязательно должен делать детективный сыщик. Даже зная об опасности, грозящей главным героям, Мод Силвер оговаривает проникновение в дом, где они могут погибнуть, наиболее законопослушным образом («Серая маска»). В романе «Мисс Силвер вмешивается» редкий для корпуса финал, где мисс Силвер, как в детективе, собирает всех героев вместе, излагает свои выводы и указывает на преступницу, и даже помогает ее задержать. Тем не менее, театральность происходящего подавляется нравоучительностью.

В то же время, злодеи в названных выше произведениях с мисс Силвер переодеваются. Таким образом, нет общей для преступника и сыщика стихии игры. Игра в романах Патрисии Вентворт носит оценочно-низкий

характер, что противопоказано детективу.

Все перечисленные выше существенные отличия и обусловливают основную разницу между жанрами с этими героинями: мисс Силвер, в отличие от мисс Марпл, совершенно не обладает качествами, необходимыми для героя классического детектива. Все вышеназванные произведения с ее участием относятся к типу «следователь-жертва» (где таковым следователем являются главные герои романа, а не мисс Силвер).

Здесь нам необходимо вернуться к самому началу нашей работы, в котором высказывалось мнение о новелле Г офмана «Мадемуазель де Скю-дери» как об источнике детективного жанра и, в частности, о главной героине новеллы как родоначальнице традиции Скюдери-Браун-Марпл.

В процессе работы, после проведения ряда классификаций, стало ясно: то, что зачастую считается детективом, представляет собой ряд разных криминальных жанров, различающихся по целому ряду признаков. Основным из них, с нашей точки зрения, является тип сыщика. И мисс Марпл как сыщик принципиально отличается от не игровой (и не серийной!) мадемуазель де Скюдери. Добавим, что хронотоп новеллы Г офмана также не детективен. Она действительно является важнейшим жанровым источником, но только не классического детектива, а сюжета «следователь-жертва», безусловно, не менее значимого для криминальной литературы, чем классический детектив.

Таким образом, Агата Кристи внесла вклад в развитие обоих типов «великих сыщиков»: как более распространенного - Дюпена-Холмса, представленного у нее огромным корпусом Пуаро, так и более редкого -«мнимо-обыкновенный сыщик», где достойным преемником отца Брауна стала ее мисс Марпл.

Заканчивая классификацию типов сыщиков и, отчасти, преступников, представленных в творчестве Агаты Кристи, невозможно проигнори-

ровать ее шедевр - роман «Десять негритят», традиционно считающийся одним из лучших детективов в литературе.

На первый взгляд, в этом романе действительно есть детективные черты: замкнутое пространство и ограниченное число подозреваемых, соотнесенные друг с другом. Время романа чрезвычайно насыщено событиями, но, как и должно быть в детективе, убийства происходят по одно-

17

му .

В то же время, обязательная для классического детектива фигура «великого сыщика» здесь отсутствует. Расследование ведется всеми персонажами, из которых, конечно, главный - судья Уоргрейв. Это следователь-преступник, модель, которая, как говорилось выше, разрабатывалась Кристи и в других произведениях.

Также во многих других произведениях мы сталкивались с несколькими следователями. Параллельное расследование часто встречается в сюжетах «следователя-жертвы» и «авантюрного сыщика» и обязательно для классического детектива. При этом в детективе и сюжете «авантюрного сыщика» параллельное расследование способствует гротескной избыточности следствия и усилению игрового момента. В данном случае, тем не менее, не только нет избыточности следствия, но, в сущности, нельзя вообще говорить о параллельном следствии, поскольку все следователи почти с самого начала романа объявлены жертвами. И, следовательно, находятся в одном статусе (кроме судьи Уоргрейва). (Полиция появляется уже за рамками, так сказать, действия).

Обратившись к типу «следователь-жертва» мы видим целый ряд совпадений с данным романом: вынужденный характер расследования; трудность (в данном случае невозможность) покинуть опасное пространство; преступник - именно тот из всех, кого меньше всех подозревают (здесь это гениально усилено мнимой смертью); игра (подчеркнутая заглавием романа, что часто бывает и в детективах) связана только с преступником;

намечается любовная линия (Вера Клейторн и Филипп Ломбард); беспомощность героев.

Тем не менее, есть ряд существенных отличий: для сюжета «следова-теля-жертвы» характерно медленное время, а в «Десяти негритятах» быстрое; на протяжении основной части повествования, когда находящиеся на острове подвергаются опасности, полностью отсутствуют персонажи «вне игры», будь то полицейские или другие; преступник не только «притворяется» жертвой, но и на самом деле включает себя в их число. Ввиду последних особенностей, мы считаем, что для такого типа сюжета больше всего подходит название «коллективный следователь».

Мы не можем утверждать, что Кристи впервые использовала этот вид сюжета, но ее принципиальный вклад в его развитие несомненен. Именно благодаря «Десяти негритятам» (1939) он получил такое распространение в литературе и кинематографе. Назовем, в частности, роман «Чисто английское убийство» Сирила Хейра (1951) и фильм «Мари-Октябрь» Жюльена Дювивье (1959).

В заключение данного раздела можно сказать, что вклад Агаты Кристи в развитие и обновление целого ряда криминальных жанров беспрецедентен. И состоит он не столько в количестве произведений, сколько в тех новациях, которые она привнесла. В частности, как было показано, никто не доработал и не разработал такого числа разнообразнейших типов сыщиков. Значение персонажей, связанных с театром и т.д.; разного рода игр (в карты и т.д.), считалок, комических стишков и т.д. у нее усилено по сравнению с предшественниками.

18

Подведем итоги данной работы в целом . По результатам хронологически последовательного анализа образцов жанра, принадлежащих его признанным классикам, которые относятся к разным национальным тра-

дициям и этапам развития криминальной литературы, мы считаем вполне доказанным, что игровой аспект для жанра классического детектива не менее значим, чем рациональность, логика и анализ.

В результате проведенного исследования было осуществлено:

1. 1. Определение характерных черт преступления, преступника и сыщика классического детектива, которым свойственны странность и гротескность. Гротескным преступлению и преступнику противостоит гротескный же сыщик, атрибуты которого - трубка, усы, очки, зонтик - важнее лица, что указывает на связь образа сыщика с маской. Очень важной оказывается соотнесенность в детективе странного и смешного, с одной стороны, и странного и страшного, с другой.

2. Выделение важнейших мотивов игры, инсценировки, театра, актерства, подслушивания и подглядывания, а также особой роли переодеваний и всякого рода подмен. Соответственно сыщик побеждает преступника не только благодаря анализу, дедукции, но и переигрывая его. Внутри данного комплекса существенным является особый подвид мотивов, соотнесенных с охотой: слежка, подслушивание, подглядывание и, особенно, ловушки. Таким образом, игровой характер следственных действий, проводимых классическим сыщиком, в отличие от официального расследования очевиден. Особая роль в создании игрового пространства принадлежит как игровым по определению персонажам (актерам, режиссерам и т.д.), так и разного рода играм (карты, шахматы и т.д.), комическим стихам, считалкам и т.д.

3. Установление в процессе исследования особой роли для классического детектива понятия нормы. Полицейские не могут достичь успеха не только из-за низкого уровня интеллекта, но и потому, что слишком связаны своими представлениями о нормальном и возможном. Если преступники - это всегда нарушители порядка, только притворяющиеся его частью, а представители закона всегда нормальны (и именно в силу своей нормаль-

ности не могут противостоять преступнику), то сыщик классического детектива является постоянным воплощением ненормального в упорядоченном мире. Он фигура, выступающая на стороне закона, но родственная плуту. Преступление выступает как временное нарушение нормы, а главный герой, находящийся на границе миров, и разрушает норму, и восстанавливает ее.

Рассказчик-друг сыщика, в отличие от полиции, выступает как подвижная фигура. В начале расследования он - носитель обычной, нормальной и ложной точки зрения, которая часто фиксируется версией, изложенной в газетах. По мере развития сюжета он движется к прозрению, проходя этот путь вместе с читателем.

4. Разграничение особенностей сыщика классического детектива и сыщиков других криминальных жанров позволяет сделать три важных вывода:

4а. Сыщик классического детектива может быть и профессиональным полицейским, но при этом обладать всеми вышеперечисленными необходимыми признаками классического сыщика: склонностью к актерству, гротескности, плутовству, всяческим нарушениям нормы. При этом он обязательно противопоставляется остальным своим нормальным коллегам. Типичным представителем в этом отношении является лейтенант Коломбо, профанирующий все официальное, вплоть до церемонии похорон, у которого даже собака - воплощение неправильности;

4б. С другой стороны, частный сыщик или ведущий расследование непрофессионал не могут считаться классическими сыщиками, если они не обладают вышеперечисленными качествами. Так, Эмили Трефусис («Загадка Ситтафорда» Агаты Кристи), Марлоу Чэндлера и Спейд Хэммета ими не являются;

4в. В то же время, как показано в данной работе, те произведения с признанными классическими сыщиками, в основе которых не лежит сю-

жет-расследование («Конец Огастеса Милвертона», «Последнее дело Холмса» Конан Дойля; «Бог гонгов», «Разбойничий рай» Честертона; «Арсен Люпен в тюрьме», «Дьявольская ловушка» Леблана и др.), не являются детективами.

5. К особенностям детективного хронотопа относятся быстрое, насыщенное событиями время и легко преодолеваемое героями пространство.

Таким образом, классический детектив является рациональноигровым жанром. Рассмотрение его в таком качестве дает возможность перспективного сопоставления и разграничения с другими криминальными жанрами, а также проведения более детального исследования его жанровых истоков.

1 Окончание. См.: Новый филологический вестник. 2009. № 2 (9). С. 27-47; № 3 (10). С. 105-115; № 4 (11). С. 74-84; 2010. № 1 (12). С. 16-39; № 4 (15). С. 23-40.

Вопрос о том, являются ли все они новеллами, как и в случае с Пуаро, должен рассматриваться отдельно ввиду его сложности.

3 Большая часть коротких произведений включалась в различные сборники. Так, «Причуда Г риншо» публиковалась как по отдельности, так и в сборнике с Пуаро «Приключения рождественского пудинга» - см.: Marple’s Novels // Hercule Poirot Central. URL: http://www.poirot.us/mnovels.php (дата обращения 20.12.2010).

4 Как говорилось выше (Кириленко Н.Н. Детектив: логика и игра // Новый филологический вестник. 2009. № 3 (10). С. 105-115), новеллы, входящие в цикл «Парадоксы Понда», построенные по принципу криминальный ребус - разгадка, где расследование практически заменено сведениями, предъявленными как исходные условия задачи, детективами, с нашей точки зрения, не являются. То же можно сказать и о цикле новелл Борхеса / Бьой Касареса «Шесть загадок для дона Исидора Пароди». Давно назрела проблема разграничения такого типа сюжета и собственно классического детектива. С нашей точки зрения, исходя из его особенностей, данному типу сюжета подходит название «детективный ребус».

5 Тип сыщика, подробно разработанный О.В. Федуниной. См. сноску 5 в предыдущей части нашей работы.

6 См. : Федунина О.В. К вопросу о функциях заглавия в детективе («Неподходящее занятие для женщины» Ф.Д. Джеймс в контексте традиции) // Вестник РГГУ. (Филологические науки. Литературоведение и фольклористика). В печати.

7 Maida P.D., Spornick N.B. Murder she wrote: a study of Agatha Christie’s detective fiction. Bowling Green, Ohio, 1982. P. 106. Здесь и далее перевод с английского наш. - Н.К.

8 Marple’s Profile // Hercule Poirot Central. URL: http://www.poirot.us/mprofile.php (дата обращения 10.11.2010).

9 Все подчеркивания принадлежат нам. - Н.К.

10 Кристи А. Немезида. М., 2008. С. 60-61.

11 По поводу цитат из «Сломанной шпаги» см. часть о Пуаро. Смерть замыслившего убийство из-за перепутанной чашки кофе в романе «Занавес» отсылает к другой новелле Честертона «Колодец судьбы».

12 См.: Патриция Вентворт // Википедия. URL:

сhttp://ru.wikipedia. org/wiki/%D0%9F%D0%B0%D 1%82%D 1%80%D0%B8%D 1%86%D0 %B8%D1%8F_%D0%92%D0%B5%D0%BD%D1%82%D0%B2%D0%BE%D1%80%D1% 82 (дата обращения 5.12.2010); Патриция Вентворт / Patricia Wentworth - Мод Силвер / Mod Silver (1928-1961). URL: http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=2361274 (дата обращения 5.12.2010).

13 См.: Кристи А. Автобиография. М., 2009. С. 520.

14 Bargainnier E.F. The gentle art of murder: the detective fiction of Agatha Cristie. Bowling Green, Ohio, 1980. P. 43.

15 Общество и культура / Убийство по Вудхаусу. URL: http://copypaste.com.ua/page.php?id=155 (дата обращения 10.12.2010).

16 Там же.

17 См.: Кириленко Н.Н., Федунина О.В. Классический детектив и полицейский роман: к проблеме разграничения жанров // Новый филологический вестник. 2010. № 3 (14). С. 17-32. В печати.

18 Во введении к данной работе было заявлено семь разделов о семи авторах (Гофман, По, Конан Дойль, Честертон, Леблан, Кристи и Стаут), но поскольку части, посвященные Честертону и Кристи, оказались очень объемными, автору пришлось отказаться от раздела о Ниро Вулфе и Арчи Гудвине.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.