Научная статья на тему 'ДЕФИЦИТ ЖЕЛЕЗА У ЖЕНЩИН РЕПРОДУКТИВНОГО ВОЗРАСТА: СОВРЕМЕННЫЙ ВЗГЛЯД НА ПРОБЛЕМУ. ЧАСТОТА ВСТРЕЧАЕМОСТИ В МОСКОВСКОЙ ПОПУЛЯЦИИ'

ДЕФИЦИТ ЖЕЛЕЗА У ЖЕНЩИН РЕПРОДУКТИВНОГО ВОЗРАСТА: СОВРЕМЕННЫЙ ВЗГЛЯД НА ПРОБЛЕМУ. ЧАСТОТА ВСТРЕЧАЕМОСТИ В МОСКОВСКОЙ ПОПУЛЯЦИИ Текст научной статьи по специальности «Клиническая медицина»

CC BY
137
22
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ДЕФИЦИТ ЖЕЛЕЗА / ЖЕЛЕЗОДЕФИЦИТНАЯ АНЕМИЯ / ФЕРРИТИН СЫВОРОТКИ / ЖЕНЩИНЫ РЕПРОДУКТИВНОГО ВОЗРАСТА / ФЕРРОПРОФИЛАКТИКА / СУЛЬФАТ ЖЕЛЕЗА / АСКОРБИНОВАЯ КИСЛОТА

Аннотация научной статьи по клинической медицине, автор научной работы — Стуклов Н.И., Ших Е.В.

Дефицит железа (ДЖ) является одной из наиболее актуальных проблем текущего тысячелетия. У женщин репродуктивного возраста более высокая потребность в экзогенном железе, что является одной из причин высокой частоты ДЖ в указанной популяции. Дефицит железа, как латентный, так и манифестный, сопровождается рядом симптомов, не только определяющих качество жизни женщин, но и оказывающих влияние на состояние здоровья будущего поколения. Концентрация ферритина сыворотки служит наиболее чувствительным и специфичным тестом для выявления ДЖ у пациентов с анемией или без нее. В статье приводятся результаты собственного исследования, свидетельствующие о высокой распространенности ДЖ среди женщин репродуктивного возраста, проживающих в Москве, что обосновывает необходимость рутинной профилактики. Наиболее часто используемой формой является сульфат железа. Сорбифер Дурулес, изготовленный с применением технологии замедленного высвобождения, содержит оптимальную дозу железа 100 мг в комбинации с аскорбиновой кислотой, которая способствует повышению всасывания железа.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по клинической медицине , автор научной работы — Стуклов Н.И., Ших Е.В.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

IRON DEFICIENCY IN WOMEN OF REPRODUCTIVE AGE: A MODERN VIEW ON THE PROBLEM. FREQUENCY IN THE MOSCOW POPULATION

Iron deficiency (ID) is one of the most urgent problems of the current millennium. Women of reproductive age have a higher need for exogenous iron, which is one of the reasons for the high incidence of ID in this population. Iron deficiency, both latent and manifest, is accompanied by a number of symptoms that not only determine the quality of life of women, but also affect the health of the future generation. Serum ferritin concentration is the most sensitive and specific test for the detection of ID in patients with or without anemia. The article presents the results of our own study, indicating a high prevalence of ID among women of reproductive age living in Moscow, which justifies the need for routine prevention. The most commonly used form is ferrous sulfate. Sorbifer Durules, manufactured using sustained release technology, contains an optimal dose of iron of 100 mg in combination with ascorbic acid, which enhances iron absorption.

Текст научной работы на тему «ДЕФИЦИТ ЖЕЛЕЗА У ЖЕНЩИН РЕПРОДУКТИВНОГО ВОЗРАСТА: СОВРЕМЕННЫЙ ВЗГЛЯД НА ПРОБЛЕМУ. ЧАСТОТА ВСТРЕЧАЕМОСТИ В МОСКОВСКОЙ ПОПУЛЯЦИИ»

ДЕФИЦИТ ЖЕЛЕЗА У ЖЕНЩИН РЕПРОДУКТИВНОГО ВОЗРАСТА: СОВРЕМЕННЫЙ ВЗГЛЯД НА ПРОБЛЕМУ. ЧАСТОТА ВСТРЕЧАЕМОСТИ В МОСКОВСКОЙ ПОПУЛЯЦИИ

Н.И. Стуклов1, 2, Е.В. Ших3 1 Российский университет дружбы народов

2 Московский научно-исследовательский онкологический институт

им. П.А. Герцена

3 Первый Московский государственный медицинский университет

им. И.М. Сеченова

Адрес для переписки:

Ших Евгения Валерьевна, chih@mail.ru

Ключевые слова:

дефицит железа, железодефицитная анемия, ферритин сыворотки, женщины репродуктивного возраста, ферропрофилактика, сульфат железа, аскорбиновая кислота

Для цитирования:

Стуклов Н.И., Ших Е.В. Дефицит железа у женщин репродуктивного возраста: современный взгляд на проблему. Частота встречаемости в московской популяции. Фармакология & Фармакотерапия. 2022; (4): 16-20.

БО! 10.46393/27132129_2022_4_16

Аннотация

Дефицит железа (ДЖ) является одной из наиболее актуальных проблем текущего тысячелетия. У женщин репродуктивного возраста более высокая потребность в экзогенном железе, что является одной из причин высокой частоты ДЖ в указанной популяции. Дефицит железа, как латентный, так и манифестный, сопровождается рядом симптомов, не только определяющих качество жизни женщин, но и оказывающих влияние на состояние здоровья будущего поколения. Концентрация ферритина сыворотки служит наиболее чувствительным и специфичным тестом для выявления ДЖ у пациентов с анемией или без нее. В статье приводятся результаты собственного исследования, свидетельствующие о высокой распространенности ДЖ среди женщин репродуктивного возраста, проживающих в Москве, что обосновывает необходимость рутинной профилактики. Наиболее часто используемой формой является сульфат железа. Сорбифер Дурулес, изготовленный с применением технологии замедленного высвобождения, содержит оптимальную дозу железа 100 мг в комбинации с аскорбиновой кислотой, которая способствует повышению всасывания железа.

IRON DEFICIENCY IN WOMEN OF REPRODUCTIVE AGE: A MODERN VIEW ON THE PROBLEM. FREQUENCY IN THE MOSCOW POPULATION

N.I. Stuklov1' 2, E.V. Shih3 1 RUDN University

2 P.A. Hertsen Moscow Oncology Research Institute

3 I.M. Sechenov First Moscow State Medical University

f

For correspondence:

Evgenia V. Shikh, chih@mail.ru

Key words:

iron deficiency, iron deficiency anemia, ferritin serum, women of reproductive age, ferroprophylaxis, ferrous sulfate, ascorbic acid

For citation:

Stuklov N.I., Shih E.V. Iron deficiency in women of reproductive age: a modern view on the problem. Frequency in the Moscow population. Pharmacology & Pharmacotherapy. 2022; (4): 16-20.

DOI 10.46393/27132129_2022_4_16

Summary

Iron deficiency (ID) is one of the most urgent problems of the current millennium. Women of reproductive age have a higher need for exogenous iron, which is one of the reasons for the high incidence of ID in this population. Iron deficiency, both latent and manifest, is accompanied by a number of symptoms that not only determine the quality of life of women, but also affect the health of the future generation. Serum ferritin concentration is the most sensitive and specific test for the detection of ID in patients with or without anemia. The article presents the results of our own study, indicating a high prevalence of ID among women of reproductive age living in Moscow, which justifies the need for routine prevention. The most commonly used form is ferrous sulfate. Sorbifer Durules, manufactured using sustained release technology, contains an optimal dose of iron of 100 mg in combination with ascorbic acid, which enhances iron absorption.

Дефицит железа (ДЖ) является распространенной проблемой у женщин репродуктивного возраста. По данным ряда европейских и североамериканских исследований, частота ДЖ составляет 9-22% среди менструирующих женщин и всего 1-2% среди взрослых мужчин. После менопаузы распространенность ДЖ среди женщин приближается к распространенности среди мужчин и составляет 1,4-4% [1, 2]. Подсчитано, что в развитых странах в среднем 25-40% женщин страдают железодефицитной анемией (ЖДА) на каком-либо этапе своей жизни, причем ДЖ без анемии встречается гораздо чаще, чем ЖДА [3]. В развивающихся странах ситуация гораздо серьезнее, там речь идет о распространенности анемии, равной 50-60% среди женщин репродуктивного возраста и беременных женщин, и практически тотальном ДЖ в этой популяции [4]. В России до настоящего времени статистические исследования охватывали только беременных женщин, при этом учитывалось только количество больных анемией. По данным Росстата, частота анемии в этой когорте в 2019 г. достигла 36%. Причем надо помнить, что, по данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), при наличии анемии у 30-40% популяции ДЖ может достигать 70-100% [5], а это значит, что в этих условиях может потребоваться тотальная профилактика ДЖ в популяции женщин репродуктивного возраста в России [6, 7]. В рейтинге ВОЗ по распространенности анемии Российская Федерация отнесена к странам, где имеются значительные проблемы общественного здравоохранения (частота анемии 20-39,9% населения). По официальным данным, в РФ заболеваемость наиболее уязвимых слоев населения выглядит следующим образом: 26,5% среди детей дошкольного возраста, 20,8% среди беременных женщин и 19,8% среди женщин детородного возраста, что ставит нашу страну в рамки обязательного выполнения рекомендаций ВОЗ с целью снижения глобальных рисков заболеваемости и смертности [8].

Основной причиной ДЖ является отрицательный баланс железа в течение длительного периода (потери железа превышают его потребление) [9]. Сначала запасы железа постепенно и прогрессивно истощаются, и только на последнем этапе развивается анемия, при этом большинство женщин могут оставаться в предлатентной или латентной стадии ДЖ без прогрессирования ее до анемии [3, 10].

В организме содержится около 3-4 г железа, большая часть которого находится в депо и связана с гемоглобином, мышечной тканью и ферментными белками метаболизма. Мужчины теряют в среднем 1 мг, а женщины - 2 мг и более железа в день, эти потери компенсируются увеличением всасывания железа из тонкой кишки. Из суточной дозы 10-14 мг железа всасывается 5-15% (или около 0,5-2,0 мг). Это происходит независимо от ежедневного высвобождения и повторного использования организмом 20-25 мг железа. Женщины репродуктивного возраста в среднем даже при нормальной менструальной функции без гинекологической патологии нуждаются в 2,5 раза большем количестве экзогенного железа, чем взрослые мужчины, так как находятся на грани своих абсорбционных возможностей [4].

Обычная западная диета не всегда обеспечивает достаточное количество железа. Этот факт имеет место особенно во время беременности, на фоне кровотечений (например, обильных или продолжительных менструальных кровотечений) или интенсивных физических нагрузок [3, 11].

Из наиболее распространенных симптомов ДЖ можно выделить эпителиальные симптомы (сухость кожи, ломкость ногтей, выпадение волос), длительную (1-35 лет) утомляемость, спутанность сознания, боли в мышцах и суставах, увеличение массы тела, головную боль, одышку, сердцебиение, аритмию, нарушение сна, выраженную мышечную слабость, трудности при глотании, недержание мочи и синдром беспокойных ног. Доказано, что ДЖ значимо ухудшает работоспособность и качество жизни пациентов, описаны случаи приобретения постоянной стойкой утраты трудоспособности и/или инвалидности [11, 12]. Однако в отечественных исследованиях, несмотря на высокую частоту ДЖ в популяции женщин репродуктивного возраста, не выявлено его влияния на качество жизни пациенток [13]. Часто пациентам с ДЖ ошибочно назначают препараты гормонов щитовидной железы, несмотря на ее нормальную функцию. Это связано с тем, что симптомы гипотиреоза и ДЖ очень похожи, а активность тиреотропина (ТТГ) в сыворотке имеет тенденцию к увеличению при ДЖ. В этих условиях повышенные значения ТТГ связаны с нарушением функции железосодержащего белка фермента тире-оидной пероксидазы, который способствует выработке гормонов щитовидной железы [11, 12]. В то же время дефицит железа снижает синтез тиреоидных гормонов путем снижения активности гем-зависимой тиреопероксидазы. При дефиците железа наблюдается снижение общего уровня Т3 на 43%, общего уровня Т4 на 67%. Дефицит железа снижает эффективность монопрепаратов йода в терапии и профилактике йододефицитных заболеваний [14, 15].

Исследования показали, что по сравнению с женщинами без ДЖ относительный риск гипотиреоза (низкий уровень Т4) был в 8 раз выше у женщин с истощенным депо железа (отношение шансов 7,8, 95% доверительный интервал 4-15) [16].

Не вызывает сомнения негативное влияние ДЖ на течение и исходы беременности, причем как для матери, так и для плода. ДЖ сопряжен с повышением риска развития хронической плацентарной недостаточности; риска материнской заболеваемости и смертности вследствие послеродового кровотечения; снижения продукции грудного молока и укорочения периода вскармливания; низкой массы тела новорожденного относительно сроков гестации; преждевременных родов [17].

Для установления правильного диагноза требуется как оценка концентрации ферритина сыворотки (ФС) крови, так и тщательный сбор анамнеза с акцентом на возможность наличия той или иной кровопотери и заболеваний желудочно-кишечного тракта (ЖКТ), связанных с нарушением всасывания (например, гельминтозы, воспалительные заболевания кишечника, глютеновая болезнь и т.д.).

Концентрация ФС < 30 мкг/л является наиболее чувствительным и специфичным тестом для выявления ДЖ

у пациентов с анемией или без нее [1, 18]. Согласно последним рекомендациям ВОЗ и мнению многих отечественных экспертов, уровень ФС более 15 мкг/л является оптимальным и говорит об отсутствии анемии, а ниже этого значения свидетельствует о ДЖ [19, 20]. Однако в ряде случаев можно устанавливать ДЖ даже при более высоких концентрациях ФС (до 100 мкг/л), например, при развитии ДЖ на фоне существующего хронического воспаления. Такое наблюдается примерно у 10% пациентов, в этой ситуации дополнительная информация должна быть получена путем определения концентрации растворимого рецептора трансферрина, железа, трансферрина, насыщения трансферрина железом и даже иногда концентрации гепсидина в сыворотке. Не следует направлять пациентов на определение ФС при наличии инфекции, лихорадки или другого активного воспаления, связанного с высокими значениями СОЭ или С-реактивно-го белка [3, 11].

Основой терапии ДЖ является пероральный прием препаратов железа в достаточных дозах в течение длительного времени, по некоторым данным, длительность курса может достигать 6 и даже 9 месяцев [2, 21]. В последнее время проведено множество метаанализов, посвященных коррекции ДЖ без анемии с использованием различных препаратов железа [22, 23]. В одной из статей приводятся факторы, объясняющие не слишком успешные результаты данных исследований. Авторы выделяют несколько причин: низкая суточная доза (менее 100 мг), короткая продолжительность лечения и последующего наблюдения, слишком низкий целевой уровень ФС. Помимо добавления в рацион железа, для успешной коррекции ДЖ необходимо активно устранять причину его развития, при обильных менструальных кровотечениях применять транексамовую кислоту для уменьшения кровопотери или использовать другие варианты лечения для уменьшения менструальной кровопо-тери. Доказано, что обильные менструальные кровотечения могут уменьшаться при успешном устранении ДЖ. Чем дольше у женщин репродуктивного возраста длится ДЖ, тем сложнее его компенсировать. При лечении ДЖ основной контрольной точкой должно быть определение уровня ФС. Некоторым пациентам, которые не отвечают на такой тип терапии, может потребоваться внутривенное введение препаратов железа [11, 24].

Даже если у пациента определен ДЖ без анемии, после начала лечения часто отмечается повышение концентрации гемоглобина более чем на 10-20 г/л. Это также может использоваться в качестве подтверждения диагноза (диагноз ех руапНЬш). Общепринятой суточной дозой железа является 100-200 мг перорально [1, 12], но все чаще встречаются рекомендации с гораздо меньшими значениями суточной дозы железа [2, 25]. По мнению ряда авторов, прием низких доз редко бывает достаточен как для адекватной компенсации метаболических нужд, так и для создания необходимых запасов железа в организме. При этом для сохранения эффективной дневной дозы и в то же время нормальной переносимости пациентам часто рекомендуют принимать по одной полноценной таблетке железа три раза в неделю (интермиттирующий режим дозирования) [25, 26].

Такая возможность предусматривается и российскими клиническими рекомендациями 2021 г. [27]. Максимальная пероральная доза железа для взрослых составляет 5 мг/кг, или не более 400 мг в сутки, разделенных на три приема. Однако менее 5% пациентов переносят такую высокую дозу, в связи с чем в последнее время большинство специалистов сходятся на том, что суточная доза элементарного железа не должна превышать 100 мг [28]. В недавнем исследовании сравнивались режимы перорального дозирования железа у женщин с легкой анемией с ежедневным приемом и приемом через день. Результаты продемонстрировали превосходство при дозировании через день, при этом абсорбция железа была на 33% выше [5]. Последние достижения в области лечения ДЖ показали, что однократная суточная доза (40-60 мг) или немного более высокая доза через день (80-100 мг) является предпочтительным режимом дозирования, что позволяет значимо уменьшить побочные эффекты и оптимизировать долю абсорбируемого элементарного железа при коррекции нетяжелого ДЖ [5, 25]. Практически не возникает споров о том, что наиболее эффективными в настоящее время являются двухвалентные препараты железа (сульфат, фумарат, глюконат), что нашло свое отражение во множестве международных рекомендаций по профилактике и лечению ДЖ [29, 30]. Появление на рынке форм двухвалентного железа замедленного (пролонгированного) высвобождения позволило существенно улучшить переносимость препаратов этой группы. За счет того, что ионы двухвалентного железа высвобождаются не в одном месте ЖКТ, а постепенно по мере продвижения препарата по пищеварительному тракту, удалось существенно снизить количество нежелательных реакций, что привело к улучшению комплаентности пациентов и соответственно повышению эффективности фармакотерапии дефицита железа.

В российских клинических рекомендациях сульфат железа назван самой используемой формой железа, при этом фармакоэкономический анализ показал, что данная форма железа является одной из самых экономически эффективных [27]. Одним из представителей препаратов сульфата железа является Сорбифер Дурулес. Его отличительная особенность - содержание 100 мг элементарного железа в комбинации с 60 мг аскорбиновой кислоты, которая добавлена для улучшения биодоступности железа в кишечнике. Уникальная технология замедленного высвобождения железа Дурулес создана для улучшения переносимости препарата железа. Сочетание эффективной дозировки и хорошей переносимости делает Сорбифер Дурулес одним из самых назначаемых железосодержащих препаратов в России (Ipsos Healthcare, Prindex Q1-Q4 2021 г.; Q1-Q2 2022 г.).

Собственные данные, опубликованные в 2020 г., показывают, что даже ежедневное использование сульфата железа в дозе 100-200 мг (при пересчете на элементарное железо) у женщин репродуктивного возраста без патологии ЖКТ сопровождается побочными эффектами только в 3% случаев, что показывает высокую безопасность данной формы препарата при условии правильно установленного диагноза и исключения заболеваний ЖКТ [31].

Наоборот, плохая переносимость или отсутствие эффекта от лечения требуют обязательного поиска данной патологии, в том числе определения инфекции Helicobacter pylori [11, 31].

Всасывание железа снижается при употреблении молока, продуктов с кальцием и магнием, а также ингибиторов протонной помпы. Чай, кофе и злаковые продукты также негативно влияют на усвоение железа. При использовании более высоких доз железа эти диетические ограничения имеют меньшее значение. Известно позитивное влияние витамина С как усилителя абсорбции железа [11, 24]. Роль диеты как метода лечения ДЖ минимальна, но после его коррекции поддержание правильного питания (ежедневного употребления мясной пищи) является важнейшим аспектом достижения длительной ремиссии заболевания.

Таким образом, проблема ДЖ актуальна как для человечества в целом, так и для женщин репродуктивного возраста в частности. Это обусловлено большей потребностью в экзогенном железе, высокой частотой ДЖ в указанной популяции, большим количеством осложнений сидеропении, определяющих состояние здоровья и качество жизни женщин и имеющих последствия для матери и всего будущего поколения. Несмотря на большое количество препаратов, схем и алгоритмов их назначения, до сих пор ведутся споры о дозировках, кратности и длительности приема. Осознанию тяжести бремени ДЖ в российской популяции мешает практически полное отсутствие эпидемиологических исследований, направленных на изучение ДЖ. В связи с этим нами предпринята попытка на небольшой группе женщин определить частоту и выраженность ДЖ среди женщин репродуктивного возраста в РФ.

Цель исследования - изучить частоту ДЖ и показатели ФС в популяции женщин репродуктивного возраста в г. Москве.

Материал и методы

Исследование проводилось с октября по декабрь 2021 г., в него включали женщин в возрасте от 20 до 45 лет, проживающих в Москве. Определение ФС проводили при первичном обращении к врачу в поликлинику на базе сети медицинских клиник «МЕДСИ». Референсные значения ФС для лаборатории указанной клиники определили как 10-150 мкг/л. Количество пациенток составило 285 человек, средний возраст - 34,2 ± 7,6 года. ДЖ определяли по двум критериям - ФС менее 15 мкг/л как критерий латентного ДЖ и менее 30 мкг/л как критерий ЖДА (показатели гемоглобина в расчет не брали).

Результаты и обсуждение

Средний показатель ФС в исследованной популяции женщин репродуктивного возраста равнялся 38,8 ± 43,3 мкг/л, что соответствует минимально нормальным значениям. Количество пациенток с ФС менее 15 мкг/л составило 74 (26%), с ФС менее 30 мкг/л - 180 (63%).

Средний возраст при ФС менее 15 мкг/л составил 33,5 ± 6,7 года, при ФС менее 30 мкг/л - 33,2 ± 7,1 года.

Количество участниц исследования с ФС более 100 мкг/л (случаи, которые точно не нуждаются в назна-

чении железа) составило 18 (6,3%), при этом ФС выше референсных значений определили только у 4 (1,4%) обратившихся, что свидетельствует о практически полном отсутствии риска неправильного назначения и передозировки препаратов железа при проведении рутинной профилактики ДЖ в женской популяции РФ.

Средний возраст в первом случае составил 36,9 ± 5,9 года, во втором - 33,3 ± 5,0 года. Не выявлено связи показателей ФС и возраста (коэффициент корреляции 0,15, р > 0,05).

Полученные результаты, во-первых, точно описывают проблему ДЖ в столичном регионе РФ, во-вторых, свидетельствуют, что ДЖ в московской популяции женщин репродуктивного возраста имеет высокую, но не «тотальную» распространенность, как ожидалось ранее с учетом статистики по количеству беременных женщин с анемией. Соотношение пациенток с уровнями ФС 15 и 30 мкг/л и нормальными его показателями показывает, что 26-63% женщин, проживающих в условиях столичного региона, следует получать заместительную лекарственную терапию препаратами железа, чего, к сожалению, в настоящее время не происходит. Более того, в нашем исследовании мы не учитывали, что многие пациентки даже с нормальными значениями ФС относятся к группе риска (имеют обильные менструации и дефекты питания), что, согласно отечественным рекомендациям, также является показанием для проведения ферропрофилактики [27].

Такие «незначительные» показатели ДЖ в Московском регионе ни в коей мере не снижают значимость проблемы ДЖ для РФ, так как в регионах эта проблема точно стоит острее, а значит, речь идет о более чем половине женщин, требующих незамедлительной коррекции ДЖ.

Полученные данные позволяют конкретизировать проблему ДЖ в РФ: с одной стороны, показать значимость и высокую потребность в программах раннего выявления и профилактики ДЖ среди женщин репродуктивного возраста, с другой - определить, что отсутствует высокий риск перенасыщения железом при возможном решении вопроса о необходимости первичной профилактики, которая пока не проводится в нашей стране.

Заключение

Таким образом, ДЖ представляет серьезную проблему для российского здравоохранения. Высокая частота встречаемости ЖДА, тяжесть и распространенность си-деропенических жалоб и клинических проявлений, снижение качества жизни и рост пагубных последствий для беременности являются важнейшими проблемами популяции женщин репродуктивного возраста. Все это требует разработки государственных программ по борьбе с ДЖ. Однако отсутствие популяционных исследований в указанной группе населения, направленных на точное определение частоты ДЖ, не позволяет должным образом разработать соответствующие программы профилактики.

В приведенном исследовании была представлена ре-ференсная группа женщин репродуктивного возраста, которые обращались в поликлинику с теми или иными медицин-

скими вопросами. Исследование уровня ФС при первичном 13.

визите к врачу позволило на достаточно большой группе пациенток (285 человек) определить частоту ДЖ. Получены следующие показатели частоты встречаемости ДЖ: при ФС менее 15 мкг/л - 26%, при ФС менее 30 мкг/л - 63%, что го- 14.

ворит о высоком уровне данного дефицита среди женщин репродуктивного возраста в РФ. Более того, практически не встречается выраженного избытка железа (1,4%) и толь- 15.

ко 6,3% женщин точно не нуждаются в увеличенном поступлении экзогенного железа. Результаты исследования показали, что проблема ДЖ не связана с возрастом и актуальна 16. для всех возрастных категорий указанной популяции.

Таким образом, полученные данные показывают необходимость принятия скорейших мер, направленных 17. на введение тотального скрининга по выявлению ДЖ в РФ, а также разработки программ целенаправленной его профилактики среди женского населения. По нашему мнению, это 18. единственный перспективный (рациональный) подход для снижения частоты анемии и ее последствий для беременных 19. женщин нашей страны.

Литература 20.

1. Lopez A., Cacoub P., Macdougall I.C., Peyrin-Biroulet L. Iron deficiency anaemia. Lancet. 2016; 387 (10021): 907-916.

2. Clenin G.E. The treatment of iron deficiency without anaemia 21. (in otherwise healthy persons). Swiss Med. Wkly. 2017; 147: w14434. 22.

3. Goodnough L.T., Nemet E. Iron deficiency and related disorders. In: Wintrobe's Clinical Hematology. 14th edn. Ed. by J.P. Greer, D.A. Arber, B.E. Glader et al. Wolters Kluwer Health,

2018: 615-943. 23.

4. Yip R. Iron nutritional status defined. In: Dietary iron: birth to two years. Ed. by I.J. Filer. N.Y.: Raven Press, 1989: 19-36.

5. Stoffel N.U., Zeder C., Brittenham G.M. et al. Iron absorption

from supplements is greater with alternate day than with con- 24.

secutive day dosing in iron-deficient anemic women. Haemato-

logica. 2020; 105 (5): 1232-1239. 25.

6. Pizarro F., Yip R., Dallman P.R. et al. Iron status with different infant regimens: relevance to screening and prevention of iron deficiency. J. Pediatr. 1991; 118 (5): 687-692.

7. Дикке Г.Б., Стуклов Н.И. Латентный дефицит железа и же- 26. лезодефицитная анемия у беременных. Алгоритмы диагностики и лечения. Фарматека. 2021; 28 (6): 19-24.

8. Worldwide prevalence of anaemia 1993-2005: WHO global 27. database on anaemia. Geneva: World Health Organization,

2008. 28.

9. Peyrin-Biroulet L., Williet N., Cacoub P. Guidelines on the diagnosis and treatment of iron deficiency across indications: a systematic review. Am. J. Clin. Nutr. 2015; 102 (6): 1585-1594.

10. Al-Jafar H.A. HWA: Hypoferritinemia without anemia a hidden 29. hematology disorder. J. Family Med. Prim. Care. 2017; 6 (1):

69-72. 30.

11. Стуклов Н.И., Кислый Н.Д. Учебник по гематологии. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Практическая медицина, 2022. 352 с. 31.

12. Soppi E. Iron deficiency is the main cause of symptom persistence in patients treated for hypothyroidism. Thyroid. 2015; 25: A-74.

Ковалев А.В., Поляков А.С. Качество жизни при железоде-фицитных состояниях у женщин молодого возраста. Известия Российской Военно-медицинской академии. 2022; 41 (2): 169-174.

Riggiani V, Tafaro E., Giagulli VA. et al. Role of iodine, selenium and other micronutrients in thyroid function and disorders. En-docr. Metab. Immune. Disord. Drug Targets. 2009; 9 (3): 277-294. Zimmermann M.B., Kohrle J. The impact of iron and selenium deficiencies on iodine and thyroid metabolism: biochemistry and relevance to public health. Thyroid. 2002; 12 (10): 867-878. Kazi T.G., Kandhro G.A., Afridi H.I. Interaction of copper with iron, iodine, and thyroid hormone status in goitrous patients. Biol. Trace Elem. Res. 2020; 134 (3): 265-279. Reveiz L., Gyte G.M., Cuervo L.G., Casasbuenas A. Treatments for iron-deficiency anaemia in pregnancy. Cochrane Database Syst. Rev. 2011; 10: CD003094.

Camaschella C. Iron-deficiency anemia. N. Engl. J. Med. 2015; 372 (19): 1832-1843.

Резолюция совета экспертов по железодефицитной анемии у женщин. Акушерство и гинекология: новости, мнения, обучение. 2020; 8 (4): 28-36.

World Health Organization. WHO guideline on use of ferritin concentrations to assess iron status in individuals and populations. Geneva: World Health Organization, 2020. 82 р. Soppi E. Iron deficiency without anaemia - a clinical challenge. Clin. Case Rep. 2018; 6 (6): 1082-1086.

Houston B.L., Hurrie D., Graham J. et al. Efficacy of iron supplementation on fatigue and physical capacity in non-anaemic iron deficient adults: a systematic review of randomized controlled trials. BMJ Open. 2018; 8 (4): e019240.

Pasricha S.R., Low M., Thompson J. et al. Iron supplementation benefits physical performance in women of reproductive age: a systematic review and meta-analysis. J. Nutr. 2014; 144 (6): 906-914.

Soppi E. Iron deficiency without anemia - common, important, neglected. Clin. Case Rep. Rev. 2019; 5: 1-7. Moretti D., Goede J.S., Zeder C. et al. Oral iron supplements increase hepcidin and decrease iron absorption from daily or twice-daily doses in iron-depleted young women. Blood. 2015; 126 (17): 1981-1989.

Snook J., Bhala N., Beales I.L.P. et al. British Society of Gastro-enterology guidelines for the management of iron deficiency anaemia in adults. Gut. 2021; 70 (11): 2030-2051. Железодефицитная анемия. Клинические рекомендации. 2021. 24 с.

Dignass A.U., Gasche C., Bettenworth D. et al. European consensus on the diagnosis and management of iron deficiency and anaemia in inflammatory bowel diseases. J. Crohns Colitis. 2015; 9 (3): 211-222.

Guideline: Daily iron supplementation in adult women and adolescent girls. Geneva: World Health Organization, 2016. Guideline: Intermittent iron and folic acid supplementation in menstruating women. Geneva: World Health Organization, 2016. Стуклов Н.И., Леваков С.А., Сушинская Т.В. и др. Профилактика и лечение анемии у женщин репродуктивного возраста при гинекологических заболеваниях. Акушерство и гинекология. 2020; 3: 218-226.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.