Научная статья на тему 'Белоспинный дятел Dendrocopos leucotos в Карелии'

Белоспинный дятел Dendrocopos leucotos в Карелии Текст научной статьи по специальности «Биологические науки»

CC BY
48
6
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Белоспинный дятел Dendrocopos leucotos в Карелии»

ISSN 1026-5627

Русский орнитологический журнал 2020, Том 29, Экспресс-выпуск 1904: 1387-1393

Белоспинный дятел Dendrocopos leucotos в Карелии

Т.Ю.Хохлова, М.В.Яковлева, А.В. Артемьев

Татьяна Юрьевна Хохлова, Александр Владимирович Артемьев. Институт биологии — обособленное подразделение ФГБУН ФИЦ Карельский научный центр РАН, ул. Пушкинская, д. 11, Петрозаводск, 185910, Россия. E-mail: t. hokhlova@mail.ru Марина Владимировна Яковлева. ФГБУ Государственный природный заповедник «Кивач», ул. Заповедная, д. 14, пос. Кивач, Кондопожский район, Республика Карелия, 186202, Россия. E-mail: kivach-bird@rambler.ru

Поступила в редакцию 11 марта 2020

Белоспинный дятел Dendrocopos leucotos — малочисленный оседлый вид, обитающий в Карелии на северном пределе распространения. Населяет лесную зону Евразии от Скандинавии до Тихоокеанских побережий, за исключением северной тайги (Cramp 1985; Бутьев, Фридман 2005). Везде немногочислен, поскольку морфологическая специализация на питании ксилофагами ограничивает его в выборе мест обитания (Познанин 1949). Оптимальные условия находит в богатых старых лиственных и смешанных лесах с большим количеством фаутных и гниющих стволов, где он ищет личинок насекомых. Одной паре для жизни необходим участок лесных угодий площадью от 20 до 200 га. При их фрагментации границы облетаемой территории расширяются, и птицы могут уходить за кормом на расстояние до 1.3 км (Cramp 1985; Wirkkala et al.1993; Ковалев 1998).

Вырубка старых лиственных лесов и уборка фаута влечёт резкое сокращение местных популяций. В Скандинавии изменение лесохо-зяйственной практики во второй половине ХХ века привело к исчезновению белоспинного дятла из многих регионов и смещению северной границы его ареала к югу. К 1990-м годам он был включён в Красные списки Норвегии, Швеции, Финляндии и Германии как уязвимый или находящийся под угрозой исчезновения вид (Rassi, Vaisanen 1997). В Финляндии к этому времени оставалось всего 20-30 гнездящихся пар, но благодаря природоохранным работам к 2011 году удалось поднять численность белоспинного дятла до 120-180 пар. (Valkama et al. 2011; Hyvarinen et al. 2019). Возможно, восстановлению способствовал приток птиц из соседних районов России и повышение успешности размножения, которое связывают с потеплением предгнездового или гнездового периода (Lehikoinen et al. 2011).

В Карелии падение численности белоспинного дятла произошло несколько позднее - в 1990-е годы, но благодаря сохранности местообитаний депрессия была менее глубокой и длительной (рис. 1). Однако

крайне низкая численность в северных регионах, спорадическое распространение, недостаток подходящих биотопов и ситуация на соседних территориях делали вид крайне уязвимым, что послужило основанием для включения этого дятла в Красные Книги Карелии (1995, 2007) и соседней Ленинградской области (2002, 2018).

Рис. 1. Динамика летней (1) и зимней (2) численности белоспинного дятла ^ешйгоеороз ¡еиеоШ в заповеднике «Кивач».

По-видимому, как и в странах Фенноскандии, до середины ХХ века белоспинный дятел заселял в Карелии более обширные территории. Так, в 1899 году Е.И.Исполатов (1916) нашёл его довольно обычным в окрестностях посёлка Паданы на Сегозере (63°29' с.ш., 33°42' в.д.), А.Артимо (АгИшо 1944) встретил 10 июня 1942 в Медвежьегорске (62° 90' с.ш., 34°47' в.д.). Гнездо белоспинного дятла с птенцами найдено 19 июня 1966 на Онежском полуострове (64°29' с.ш., 38°72' в.д.) в соседнем районе Архангельской области (Бутьев, Никеров 2017). В августе-сентябре 1951 года залёты этих дятлов отмечали даже за 65° с.ш. у посёлка Поньгома (Благосклонов 1960).

В период депрессии северную границу гнездовой части ареала белоспинного дятла в пределах Карелии проводили между 62° и 62°40' северной широты. Однако не исключено, что отдельные пары, не выявленные из-за редкости вида, размножались и севернее, в зоне, которую вид населял ранее. В июле и августе 1997 года одиночных птиц регистрировали даже у 64°30' с.ш. на границе с Финляндией (Хохлова и др. 1998).

С начала 2000-х число встреч и находок жилых дупел и выводков за 62° с.ш. на учётных маршрутах в заповеднике «Кивач» (рис. 1) и Кижских шхерах Онежского озера (1990-2019 годы) устойчиво растёт. На территории Водлозерского национального парка гнездящиеся пары найдены у 63° с.ш. (Сазонов 2011); в Медвежьегорском районе в окрестностях озера Хижозеро (63°62' с.ш., 35°74' в.д.) встречен лётный выводок. В Архангельске (64°53' с.ш., 40°52' в.д.) в 2010 году вид впервые зарегистрирован на зимовке и гнездовании (Андреев 2014). Тем не

менее, он остаётся редким и из-за отсутствия перспективы улучшения состояния местообитаний сохраняет статус уязвимого вида (Красная... 2007).

В северных широтах белоспинные дятлы держатся в основном в старых мелколиственных и смешанных лесах с присутствием ели. Известен случай гнездования в приручьевом сфагновом ельнике (Бутьев, Никеров 2017). Сосняков, как правило, избегают.

В заповеднике «Кивач», где сохраняются старовозрастные леса и типичные для региона природные комплексы, в течение круглого года белоспинные дятлы предпочитают березняки и осинники. По данным маршрутных учётов, средний многолетний показатель плотности населения этого вида (1986-2019 годы), включая период депрессии, составил: для лиственных лесов — около 1.5 пар/км2, на приречном участке смешанного леса — 0.9 пар/км2. В последние годы в лиственных и смешанных лесах гнездовая плотность поднялась до 2.1 пар/км2, при этом на 1 км2 преимущественно лиственного леса в окрестностях усадьбы заповедника обитало до 3 пар белоспинных дятлов. В небольшом количестве встречается в старых ельниках с участием лиственных деревьев (0.2 пар/км2) и лишь дважды попал в учёты в сосняках с обильной примесью лиственных пород. Зимой распределение по местообитаниям более равномерно. Изредка белоспинного дятла наблюдали даже в сосновых борах и на поросших сосной сфагновых болотах, где он кормился на редких берёзовых пнях и на засохшем после низового пожара подросте ели. В ельниках чаще встречался на прибрежных участках с примесью лиственных пород.

Обычно белоспинные дятлы достают корм из-под коры или из древесины старых и усыхающих лиственных деревьев, реже поедают открыто живущих насекомых и крайне редко — растительные корма (Поспелов, 1956; Нейфельдт 1958а; Мальчевский, Пукинский 1983). Однако состав питания, по-видимому, во многом зависит от преобладающих в данное время кормовых объектов. Так, в желудках птиц, добытых в августе и ноябре в соседней Ленинградской области, преобладали открыто живущие насекомые (60%), тогда как на долю ксилофагов приходилось только 40% (Прокофьева 2002). В «Киваче» они чаще всего кормились на стволах берёз — от только начавших усыхать до уже поваленных трухлявых деревьев (больше половины из 86 зарегистрированных случаев). Гораздо реже использовали другие лиственные породы — осину, иву, серую ольху. В то же время неоднократно, прежде всего, в хвойных лесах, регистрировали белоспинных дятлов, сбивающих кору со стволов засохших елей (9% наблюдений). Лишь однажды летом наблюдали самку, собиравшую корм для птенцов с поверхности тоненькой рябинки, а А.В.Сухов дважды видел в посёлке самца, клевавшего ягоды калины.

В настоящее время в Карелии основные площади занимают вырубки и вторичные молодые смешанные и хвойные леса, мало пригодные для жизни белоспинных дятлов. Старые леса сохраняются, главным образом, на охраняемых природных территориях и островах крупных озёр. Особый интерес представляют Кижские шхеры — архипелаг в северо-западной части Онежского озера, где наряду с ландшафтами, типичными для северных широт, присутствуют уникальные сообщества, включающие широколиственные породы деревьев и другие южные элементы (Кузнецов, Хохлова 1994). Здесь белоспинные дятлы вполне обычны на островах и побережьях, где наряду с осиной и берёзой присутствуют вяз шершавый и липа. Так, регулярно одна, а в 2012 году даже две пары гнездились на острове Долгий длиной около 3 км и шириной, варьирующей от 50 до 200 м, с обилием липы и старых полусгнивших стволов и пней. В разные годы гнёзда и тревожащиеся пары найдены на участках со старыми вязами на островах Кижи и Большой Клименецкий (у деревни Серёдка), в материковой части шхер — в старом осиннике с чёрной ольхой у озера Копанец.

В северных лесах для устройства дупел белоспинные дятлы используют преимущественно осину (Фетисов 2017). В «Киваче» 18 из 26 жилых дупел, включая все 9, описанных В.Б.Зиминым (1969), найдены в живых, в основном поражённых трутовиками осинах, ещё 6 — в высоких толстых берёзовых пнях и по одному — в сухих берёзе и серой ольхе. Очень часто леток находился под сучком или трутовиком. Толщина стволов обычно составляла 30-40 см, и только у серой ольхи диаметр ствола на высоте дупла составлял не более 17-18 см. Высота расположения дупел варьировала от 4 до 20 м, в среднем 16 м (п = 17); самые высокие дупла были выдолблены в стволах осин.

В Водлозерском национальном парке, в границы которого входят участки Пудожского района Карелии и Онежского района Архангельской области, одно дупло найдено в сухостой осине и по два — в осиновых и берёзовых пнях на высоте от 3 до 5 м (Сазонов 2011). В Архангельской тайге белоспинные дятлы также гнездятся в основном в осине и берёзе (Севастьянов 1962). Но в одном случае гнездо найдено в дупле сухостойной ели на высоте 2 м (Бутьев, Никеров 2017).

В Кижских шхерах состав используемых белоспинными дятлами для выдалбливания дупел древесных пород более разнообразен: два дупла найдены в живых вязах (на высоте 5 и 5.5 м), два — в старых фаутных осинах (8 и 4.5 м) и по одному — под сучком в высохшей средневозрастной берёзе (4 м), в старой сухой или живой берёзе (более 12 м), в толстом пне липы (4.5 м), в сухостойной осине (14 м). Все дупла располагались на расстоянии до 70 м от берега, в 3 случаях - в вязах и берёзе, расположенных близ воды. При этом летки всегда были обращены в сторону от открытого озера на юго-запад, юг или юго-восток.

Рис. 2. Жилое дупло белоспинного дятла Dendrocopos leucotos в сухой берёзе на берегу Онежского озера. Остров Большой Клименецкий. 4 июня 2002.

Гнёзда также найдены в толстой осине на дачном участке под Петрозаводском и в старой чёрной ольхе (16 м) в восточном Приладожье.

Размножение белоспинного дятла начинает раньше других пёстрых дятлов. В «Киваче» его токовую «барабанную дробь» можно услышать уже в феврале (самая ранняя дата 15 января 2019). Активный ток продолжается до мая, самый поздний срок регистрации «дроби» -25 июня. Судя по срокам вылета птенцов, массовая откладка яиц проходит в апреле, и, по-видимому, в последние десятилетия сдвигается на более ранние сроки на фоне повышения весенних температур. Так, если в «Киваче» в конце 1950-х и в 1960-е годы большинство выводков покидало гнёзда во второй половине июня (Зимин, Ивантер 1969), то в последние десятилетия — в первой декаде июня (9 из 12), причём 3 из них — не позднее 1-2 июня и только 3 — во второй декаде месяца. Ещё одно дупло с небольшими птенцами найдено Л.С.Захаровой 28 июня 1988. Лётные выводки встречали с 6 июня по 6 июля.

На островах Кижских шхер в первой декаде июня зарегистрировано 12 выводков (ранний вылет в первых числах июня), 3 гнезда с крупными птенцами и 1 гнездо — с 3 птенцами, которым 4 июня 2002 было всего 2-3 дня.

Под Петрозаводском 26 мая 2018 в спиленной осине обнаружено дупло с 3 крупными разновозрастными птенцами. Обрубок ствола с гнездом был оставлен, и птицы с помощью людей докормили их до вылета, который растянулся с 31 мая до 2 июня (С.А.Кутенков, устн. сообщ.). В окрестностях посёлка Матросы (Пряжинский район) вылет

выводка зарегистрирован 17 июня 1955 (Нейфельдт 1958б). В восточном Приладожье у южной границы республики дупло с птенцами найдено 2 июня 1990 (Хохлова и др. 1998). В соседней Ленинградской области в Юнтоловском заказнике под Санкт-Петербургом 2 мая 2010 птицы уже кормили маленьких птенцов, но гнездо погибло, после чего пара заняла новое дупло, птенцы из которого вылетели в самом конце июня (Фёдоров 2011). На северном пределе ареала, на Хижозере, 16 июля 2017 встречен лётный выводок. На Онежском полуострове 19 июня 1966 найдено позднее гнездо белоспинного дятла с 5 птенцами в возрасте 3-4 дня (Бутьев, Никеров 2017).

Судя по приведённым данным, в Карелии вылет птенцов из гнёзд происходит между 1 июня и 10 июля. Исходя из продолжительности гнездового периода в 40-42 сут, включающего откладку 3-5 яиц, 1012 сут насиживания кладки и 24-28 сут выкармливания птенцов (Бу-тьев, Фридман 2005), период возможной откладки яиц длится около полутора месяцев, примерно с 15-20 апреля по 20 мая.

Птенцы дятлов, включая белоспинного, начинают смену оперения ещё находясь в гнезде (Ковалев 2001). В южной Карелии И.А.Ней-фельдт (1958б) регистрировала молодых птиц с интенсивной линькой 29 июля и 2 августа. В заповеднике «Кивач» заканчивающие постюве-нальную линьку сеголетки пойманы 16 и 28 августа (не перелиняли соответственно 2 и 3 дистальных маховых пера), а также 16 сентября (сохранился чехол на дистальном маховом). Молодые без признаков линьки отловлены 18, 28 сентября и 6 октября, взрослые — 11 и 16 сентября, 4 птицы неопределённого возраста — 28 сентября — 3 октября.

Работа частично поддержана в рамках госзадания Института биологии Карельского НЦ РАН по теме № 0218-2019-0080.

Литература

Андреев В.А 2014. Новые регистрации птиц на зимовке в Архангельске // Рус. орнитол.

журн. 23 ( 980): 902-905. Благосклонов К.Н. 1960. Птицы Кандалакшского заповедника и окрестностей Беломорской биологической станции Московского университета // Тр. Кандалакшского заповедника 2: 5-104.

Бутьев В.Т., Фридман В.С. 2005. Белоспинный дятел Dendrocopos leucotos (Bechstein, 1803) // Птицы России и сопредельных регионов: Совообразные, Козодоеобразные, Стрижеобразные, Ракшеобразные, Удодообразные, Дятлообразные. М.: 383-397. Зимин В.Б. 1969. Особенности размещения гнёзд дуплогнездников в лесах заповедника

«Кивач» // Вопросы экологии животных. Петрозаводск. 104-109. Зимин В.Б., Ивантер Э.В. 1969. Фаунистический обзор наземных позвоночных заповедника «Кивач» // Тр. заповедника «Кивач» 1: 22-64. Исполатов Е.И. (1916) 2002. Некоторые наблюдения над птицами Повенецкого уезда

Олонецкой губернии // Рус. орнитол. журн. 11 (198): 871-875. Ключевые орнитологические территории России. 2000. М., 1: 1-702.

Ковалев В.А. 1998. Распределение и численность белоспинного дятла Dendrocopos leucotos в Нижнесвирском заповеднике // Рус. орнитол. журн. 7 (36): 12-14.

Ковалев В.А. (2001) 2016. Итоги изучения постювенальной линьки у дятловых птиц Pi-cidae // Рус. орнитол. журн. 25 (1292): 1970-1971.

Красная книга Карелии. 1995. Петрозаводск: 1- 286.

Красная Книга Республики Карелия. 2007. Петрозаводск: 1-368.

Красная книга Ленинградской области. Животные. 2018. СПб.: 1-560.

Красная книга природы Ленинградской области. Т. 3. Животные. 2002. СПб.: 1-480.

Кузнецов О.Л., Хохлова Т.Ю. 1994. Особо ценные природные объекты Кижских шхер и Заонежского залива // Кижский вестник 3: 41-55.

Мальчевский А.С., Пукинский Ю.Б. 1983. Птицы Ленинградской области и сопредельных территорий: История, биология, охрана. Л., 1: 1-480.

Нейфельдт И.А. (1958а) 2019. Питание некоторых лесных птиц Южной Карелии // Рус. орнитол. журн. 28 (1781): 2639-2655.

Нейфельдт И. А. 1958б. Об орнитофауне Южной Карелии // Тр. Зоол. ин-та АНСССР 25: 183-254.

Познанин Л. П. 1949. Экологическая морфология птиц, приспособленных к древесному образу жизни // Тр. Ин-та морфологии животных АН СССР 3, 2: 1-112.

Поспелов С.М. (1956) 2015. К вопросу о хозяйственном значении дятлов в лесах Ленинградской области // Рус. орнитол. журн. 24 (1177): 2876-2882.

Прокофьева И.В. 2002. Заметки о питании редких видов дятлов в Ленинградской области // Рус. орнитол. журн. 11 (180): 251-257.

Сазонов С.В. 2011. Птицы тайги Беломоро-Онежского водораздела. Петрозаводск: 1-502.

Севастьянов Г.Н. 1962. О распределении гнёзд-дупел в Архангельской тайге // Зоол. журн. 38, 4: 589-595.

Фёдоров В.А. 2011. Случай повторного гнездования белоспинного дятла Dendrocopos leucotos в Юнтоловском заказнике (Санкт-Петербург) // Рус. орнитол. журн. 20 (656): 949-952.

Фетисов С.А. 2017. О гнездовых дуплах и эволюции гнездостроения у дятлов Picidae: Роль фаутного древостоя и деревьев с «мягкой» древесиной для гнездования дятлов // Рус. орнитол. журн. 26 (1499): 3867-3901.

Хохлова Т.Ю., Яковлева М.В., Артемьев А.В. 1998. О распространении белоспинного дятла Dendrocopos leucotos на Северо-Западе России // Рус. орнитол. журн. 7 (39): 8-12.

Artimo A. 1944. Havaintoja Maaselan kannaksen linnustosta vv. 1942-1943 // Ornis fenn. 3: 89-96.

Cramp S. (eds) 1985. The Birds of the Western Palearctic. Vol. 4. Terns to Woodpeckers. Oxford Univ. Press: 1-960.

Hyvarinen E., Juslen A., Kemppainen E., Uddstrom A., Liukko U.-M. (eds.) 2019. The 2019 Red List of Finnish Species. Helsinki: 1-704.

Lehikoinen A., Lehikoinen P., Linden A., Laine T. 2011. Population trend and status of the endangered White-backed Woodpecker Dendrocopos leucotos in Finland // Ornis fenn. 88, 4: 195-207.

Rassi P., Vaisanen R. (eds.) 1987. Threatened animals and plants in Finland // English summary of the report of the Committee for the Conservation of Threatened Animals and Plants in Finland. Ministry of the Environment, Committee report 1985 (30): 1-82.

Valkama J., Vepsalainen V., Lehikoinen A. 2011. The Third Finnish Breeding Bird Atlas. Finnish Museum of Natural History and Ministry of Environment // http://atlas3. lintuat-las.fi/english

Virkkala R., Alanko T., Laine T., Tiainen J. 1993. Population contraction of the white-backed woodpecker Dendrocopos leucotos in Finland as a consequence of habitat alteration // Biol. Conserv. 66: 47-53.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.