Научная статья на тему 'Август 1991 года: загадки и уроки'

Август 1991 года: загадки и уроки Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
169
21
Поделиться
Ключевые слова
ДЕМОКРАТИЯ / ПРАВА ЧЕЛОВЕКА / ПРАВА РЕСПУБЛИК / ПУТЧ / ГКЧП / «ДВИЖЕНИЕ 30 СЕНТЯБРЯ» / КОРРУПЦИЯ / ВЫМИРАНИЕ / COUP D'éTAT / «THE 30 SEPTEMBER'S MOVEMENT» / DEMOCRACY / HUMAN RIGHTS / THE RIGHTS OF THE CONSTITUENT REPUBLICS / GKCHP / CORRUPTION / DEPOPULATION

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Мутагиров Джамал Зейнутдинович

Статья, написанная автором по горячим следам событий 19-21 августа 1991 г. и отредактированная двадцать лет спустя, прослеживает действия организаторов государственного переворота и их противников. Автор считает Горбачева инициатором и фактическим лидером попытки переворота, и переворот фактическим концом существования Советского Союза. По мнению автора, победители в августе 1991 г., выступая в критические дни с призывами защиты конституционного строя республики, вскоре сами отошли от принципов конституционализма и стали проводить политику, приведшую к упадку России и постепенному вымиранию ее населения.

Похожие темы научных работ по истории и археологии , автор научной работы — Мутагиров Джамал Зейнутдинович

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

August 1991: riddles and lessons

The article written by the author of hot pursuit event of 19-21 August 1991, and edited him twenty years later, assesses the action of the coup's organizers and their opponents. The author considers Gorbachev as initiator and de facto leader of the coup, and the coup as the actual end of the Soviet Union. According to the author of the article, the winners in August 1991, speaking during the coup in the name of protecting the constitutional system of the Republic, they soon have performed even more illegitimate changes, resulting in a decline of Russia and the extinction of its people.

Текст научной работы на тему «Август 1991 года: загадки и уроки»

Приглашение к дискуссии

Д. З. Мутагиров АВГУСТ 1991 ГОДА: ЗАГАДКИ И УРОКИ

Статья, написанная автором по горячим следам событий 19-21 августа 1991 г. и отредактированная двадцать лет спустя, прослеживает действия организаторов государственного переворота и их противников. Автор считает Горбачева инициатором и фактическим лидером попытки переворота, и переворот — фактическим концом существования Советского Союза. По мнению автора, победители в августе 1991 г., выступая в критические дни с призывами защиты конституционного строя республики, вскоре сами отошли от принципов конституционализма и стали проводить политику, приведшую к упадку России и постепенному вымиранию ее населения.

Ключевые слова: демократия, права человека, права республик, путч, ГКЧП, «движение 30 сентября», коррупция, вымирание.

Эти заметки были сделаны автором в смутные августовские дни 1991 г., потому в них чувствуется дыхание и нотки двадцатилетней давности. Представляя заметки вниманию читателя, я внес лишь незначительные поправки с учетом времени, поскольку увиденное и услышанное лично гораздо ценнее и важнее того, что скажут о событиях десять или двадцать лет спустя их участники, как правило, пытающиеся оправдать свое собственное поведение и подгоняющие события под ту или иную утвердившуюся схему. Автор этих строк не являлся сторонником ни одной из соперничавших между собой сторон, а как ученый-обществовед стремился наблюдать, фиксировать и оценивать события максимально беспристрастно.

В 2011 г. исполнилось 20 лет со дня распада СССР, одним из эпизодов которого стали трагические события августа 1991 г. Это был год юбилеев главных «героев» и виновников тех событий. Много было сказано и за, и против них. Оценки давались, как это глубоко укоренилось в традициях России, личностям, а не тому, чем их деятельность обернулась для страны, ее народов и общества. Я не говорю о государстве, поскольку это один из институтов общества, постоянно меняющийся и подвергающийся модификациям. Оптимально, когда изменения происходят по воле общества и при его активном участии. Однако государство в силу монополизации им силы и политической власти способно подчинить себе все институ-

© Д. З. Мутагиров, 2011

ты, в том числе и само гражданское общество, и функционировать как вполне самостоятельная сила, претерпевая изменения уже не по воле общества, а своих высших должностных лиц. В России много веков существовала одна из худших форм абсолютизма с совершенно бесправным народом, большинство было превращено в крепостных крестьян, судьба которых всецело зависела от их барина.

Февральская и Октябрьская революции 1917 г., как полагали их участники, должны были открыть стране путь к демократии, но многовековые традиции оказались сильнее. В какой-то степени это закономерно и неизбежно. Перейдя кровавую реку истории, невозможно до какого-то рубежа пройти, не оставляя следов крови. Провозглашенные революциями цели не соответствовали уровню социально-экономического развития российского общества, о чем вынуждены были заявлять и их лидеры; здесь утвердился не буржуазный и не социалистический, а азиатский способ производства (см.: Мутагиров, 1989; 1990), всецело зависимый от государства. Советские колхозы и совхозы были модифицированными формами общинного ведения хозяйства. То, что раньше доставалось помещикам, теперь изымалось государством. Оно же строило промышленные предприятия и распоряжалось их продукцией. Если раньше «хозяином земли всероссийской» считался царь, окруженный дворянством, то теперь ими выступают государство и его руководители, окруженные чиновничьей ратью. Вели и ведут они себя аналогичным образом: высокомерие, безответственность, привилегии налицо. Короткие эпизоды демократии наступали только после смены одного высшего должностного лица другим, пока новый лидер не добивался полной замены своего окружения преданными лично ему людьми. Это занимало 4-5 лет. Вот почему периоды демократии в России и СССР всегда совпадали со сменой первых руководителей: 1856-1861 гг., 1953-1960 гг., 1964-1970 гг. и т. д. В России частая выборность и безусловная сменяемость должностных лиц является важнейшим условием и душой демократии, а отсутствие выборов и продление сроков нахождения в должностях — смертельной угрозой ей. Неслучайно основатели США считали, что выборы должны быть ежегодными, призывали руководствоваться формулой: где кончаются ежегодные выборы, там начинается рабство.

Народ и общество в СССР стали свободными лишь относительно, только на общинном уровне и в первичных коллективах. Вопросы на всех остальных уровнях решались партийным и государственным аппаратом. Вместо расширения народовластия и «засыпания» государства, как это ожидалось в соответствии с коммунистической теорией, произошло огосударствление многих функций гражданского общества, усилилась бюрократизация, расширился

разрыв между правами и обязанностями и социальными статусами разных групп «равноправных» граждан.

Образование населения является важным фактором демократии. Народ стал требовать реализации норм конституции: «вся власть советам», равноправие граждан, больше демократии, нет бюрократизму и привилегиям, выборность и сменяемость всех должностных лиц, повышение их ответственности перед обществом.

В огромном союзном государстве существовала еще одна важная, остававшаяся долгое время нерешенной, проблема: распределение властных полномочий между образующими союз республиками и союзным Центром. Если в первой половине существования СССР интенсивно шел процесс образования национальных республик с постепенным расширением их полномочий, то во второй половине этот процесс пошел в попятном направлении. Классический принцип федерализма, сформулированный еще Джефферсоном, практически реализованный и доказавший свою эффективность в США и в ряде других стран мира, полностью игнорировался в России. Этот принцип предполагает, что значительная часть делегируемых гражданами государству полномочий должна оставаться в ведении округов, областей и республик, и лишь то, что касается других стран и народов, должно находиться в ведении федеральных властей. Такое соотношение властных полномочий необходимо как в целях смягчения бремени населения по несению расходов на содержание властей, так и в целях сохранения большей демократии. В СССР, а теперь и в РФ, все основные полномочия находились и находятся в ведении союзного и федерального центров. Даже решения о назначении на те или иные должности в республиках принимались и принимаются в Москве. Право на самоопределение, начавшее реализоваться после Октябрьской революции, во второй половине существования СССР стало превращаться в карикатуру, что не могло не вызывать недовольства у подавляющего большинства населения многонационального государства. Союзные республики выдвинули требование соблюдения принципов федерализма, московская бюрократия не желала расставаться со своими полномочиями и оказывала упорное сопротивление.

Фундаментальные проблемы демократии, прав человека, верховенства закона и закрепления истинных принципов федерализма стали главными в СССР в 1970-1980-х гг. Если раньше относительное экономическое благополучие смягчало эти проблемы, то в 1980-х годах они дополнились экономическими трудностями. Пришедшие в середине 1980-х годов к руководству страной люди не имели единого мнения относительно путей решения проблем. Страна не имела признанного лидера; многие считали себя вправе

не соглашаться с новым руководителем правящей партии и государства. В демократическом обществе различие мнений руководства всегда является благом; вопросы государственной важности обязательно должны порождать дискуссии и решаться только после длительных обсуждений, желательно, и экспериментов. Но не в традициях России было полемизировать и не соглашаться с первыми лицами государства. Критикующий его всегда воспринимался как противник и враг, неминуемо подвергался экзекуции.

Так произошло и на пленуме ЦК КПСС в октябре 1987 г. при обсуждении вопроса «О 70-летии Великой Октябрьской социалистической революции и некоторые текущие задачи». После полного апологетики и лишенного самокритики доклада Генерального секретаря ЦК КПСС М. Горбачева начались прения. Все шло традиционно гладко, выступающие хвалили доклад как очередное «творческое развитие марксизма» и выражение коллективного разума партии. Диссонансом прозвучало выступление кандидата в члены Политбюро, первого секретаря Московского горкома КПСС Б. Ельцина. Сначала он сообщил, что тоже вносил предложения в доклад, что некоторые из них учтены, что он «полностью поддерживает положения и выводы, содержащиеся в докладе», в том числе и содержащаяся в нем оценка Октябрьской революции, как и пройденного после нее пути. Поставил ряд вопросов, которые накопились у него за время работы в составе Политбюро. Высказался за перестройку партийных комитетов и партии в целом, начиная с Секретариата ЦК КПСС, в сторону расширения партийной демократии. Энтузиазм народа, связанный с перестройкой, продолжал Ельцин, стал угасать. Теперь растет неверие масс. Сказал, что отношение к постановлениям ЦК КПСС, плодящимся в огромном количестве, на местах «просто поверхностное», усиливается неверие в эти постановления. Обратил внимание членов ЦК КПСС на вновь наблюдающийся в Политбюро рост «славословия в адрес Генерального секретаря», назвал это недопустимым «именно сейчас, когда закладываются самые демократические формы, отношения принципиальности друг к другу. Высказать критику в лицо, глаза в глаза - это да, это нужно, — продолжал Ельцин, — а не увлекаться славословием, что постепенно может стать "нормой”, культом личности. Мы этого допустить просто не можем, Нельзя этого допустить» (Пленум, 1989, с. 240). Это был тот редкий случай, когда Ельцин говорил правду. Сразу после этого пленум забыл об обсуждаемом вопросе и занялся обличениями критика Генерального секретаря. Не жалели эпитетов, чтобы унизить его. Особенно усердствовали в этом Г. Арбатов, Э. Шеварднадзе, А. Яковлев, которые после превращения Ельцина в первое должностное лицо государства перебегут к нему.

Расправа, еще более изощренная, продолжалась на пленуме Московского горкома КПСС, освободившего Ельцина от должности первого секретаря горкома КПСС. Он проходил под председательством того же Горбачева, окруженного угодливыми соратниками. Больше «я тебя во власть не пущу», самодовольно заявил Горбачев своему поверженному, как он полагал, противнику1. Однако организаторы непристойного спектакля явно просчитались, они слишком переусердствовали и добились совершенно противоположных результатов. Абсолютное большинство населения, коммунисты в первую очередь, не поверили многому из того, что говорилось на пленуме Московского горкома партии. Об этом они писали в ЦК КПСС, в редакции газет и журналов, говорили на улицах, на предприятиях и в учреждениях. У Б. Ельцина были все основания возненавидеть всю эту горбачевскую рать, а у населения — симпатизировать ему. Но Б. Ельцин перенес эту ненависть на всю партию, членом и одним из руководителей которой он являлся почти 20 лет.

Горбачевское руководство страной с каждым днем создавало новые проблемы и ухудшало экономическое положение. Полки магазинов постепенно опустели, государство прибегло к долгам, возродило в стране давно забытую карточную систему. И все это под лозунгами перестройки, обновления и ускорения. Общество разделилось на несколько групп. Горбачев потерял всякое доверие, а Ельцин, став лидером части общества, требовавшей «больше социализма», «больше демократии», «борьбы с бюрократией и привилегиями» и т. д., был избран народным депутатом, председателем Верховного Совета РСФСР, а затем президентом РСФСР. Союзные республики, в том числе и РСФСР, стали провозглашать свои суверенитеты. В этих условиях в августе 1991 г. разыгрывается трагикомедия, ни причин, ни целей которой абсолютное большинство населения страны не поняло. Кто составлял ее сценарии, кому она была выгодна? Эти и многие другие вопросы, возникшие у большинства граждан страны, остались без убедительных ответов.

19 августа 1991 г. часть руководителей СССР (председатель правительства, вице-президент СССР, силовые министры) объявили о создании ГКЧП (Государственного комитета по чрезвычайному положению). По центральным каналам телевидения и радио были зачитаны «Обращение к советскому народу» и «Заявление советского руководства» с изложением своего видения ситуации в стране и путей стоящих перед ней задач. Было заявлено, что президент СССР М. Горбачев заболел, до его выздоровления обязанности

1 2 марта 2011 г. Горбачев утверждал, что тогда он спас Б. Ельцина.

220 _________________________________________________________

президента будет исполнять вице-президент Г. Янаев. Члены ГКЧП заявляли, что они выступают «за истинно демократические процессы, ведущие к обновлению нашей Родины», к ее экономическому и социальному процветанию, которое позволит ей занять достойное место в мировом сообществе наций, что развитие страны не должно строиться на падении жизненного уровня населения. Нормой должно стать постоянное повышение благосостояния всех граждан и т. д. В прежние времена при расправах с противниками И. Сталина и Н. Хрущева (в 1957 г. после объявления В. Молотова, Г. Маленкова, Л. Кагановича и «примкнувшего к ним» Д. Шепилова антипартийной группой) организовывались митинги и демонстрации в поддержку победителей и для осуждения побежденных. В августе 1991 г. ничего подобного не было. Никто не был задержан, не установлен даже контроль над СМИ (кроме ТВ и радио; по телевидению целый день демонстрировали балет «Лебединое озеро»...)2. Боялись народного гнева? Противники ГКЧП действуют активно для оказания противодействия, а «актеры оперетты», обещав «предпринять решительные действия по наведению в стране порядка», молчат. Нельзя же считать активными действиями беспрерывное повторение по радио и телевидению обращений и указов ГКЧП!

Позже будет много сказано о «народном гневе», о «народном отпоре путчистам», о новой народной революции. Но, размышляя над этими формулировками, необходимо помнить, что понятием «народ» всегда манипулировали и будут манипулировать политики

2 Автор этих строк находился в это время в деревне и узнал о введении чрезвычайного положения где-то около 10 часов утра. Бросился к радио, прослушал зарубежные радиостанции, сразу стало ясно: дело гиблое, попытка высокопоставленных должностных лиц СССР не имеет ни малейшего шанса на успех. И в самом деле, проследим за ходом событий и действиями сторон в эти августовские дни. Сразу же руководители РСФСР Б. Ельцин, И. Силаев и Р. Хасбулатов сообщают гражданам России и других республик о том, что предпринята попытка кровавого, реакционного переворота и призывают население к бессрочной забастовке. В 11 часов утра на улицах появляются танки и БТР. Но, к счастью, столкновений нет. В 12 часов 30 минут президент РСФСР Б. Ельцин своим указом объявляет все решения ГКЧП не имеющими силы на территории России. А еще через четыре часа он объявляет членов ГКЧП вне закона. Ленинград, Москва, другие города России бурлят, а «исполняющий обязанности президента СССР» Г. Янаев «отдыхает». Газета «Известия» в своем приложении «Союз» уточнит, что «пьет». Так продолжалось 20-го и в первой половине 21-го августа. Пресс-конференция, организованная членами ГКЧП и показанная по телевидению, сказала народу еще больше. Неуверенность, дрожащие руки и голоса свидетельствовали о понимании членами ГКЧП трагического для себя исхода предпринятой ими акции. Стало очевидно, во всяком случае, для автора этих строк, что сидящие за столом конференц-зала являются только лишь рядовыми членами ГКЧП, а истинный его председатель остается за кулисами.

_________________________________________________________________________ 221

разных направлений. Пройдет время, все станет яснее. Как свидетель и исследователь тех событий утверждаю, что 90% населения страны в событиях 19-21 августа не принимали участия, а только как зрители наблюдали, «чье из соперничающих групп возьмет верх». Даже в Москве, в центре бурных политических событий тех дней, в них приняло участие не более 5% населения. В своем обращении к народу ГКЧП использовал понятные народу слова. Но сколько таких слов и обещаний народ слышал за последние годы, какая дистанция существовала между декларациями и реальными делами?! Естественно, народ не поверил им. Не совсем понятны были ему и лозунги оппонентов ГКЧП: «правовое государство», «плюрализм», «право на свободную предпринимательскую деятельность» и т. д. Более понятными были призывы к защите конституции и конституционного строя государства, но при этом возникали вопросы, а какая конституция действует в стране, какая система существует в ней — социалистическая или какая-то новая, поскольку конституция вообще перестала соблюдаться горбачевским руководством, а развитие страны пошло не по предусмотренному пути.

Кто же тогда протестовал в Москве и в Ленинграде, не покидал площадей, пока члены ГКЧП не были арестованы, и определил исход событий? Ответить однозначно на эти вопросы в те дни было невозможно. В исходе событий важную роль сыграл ряд факторов. Во-первых, степень популярности или непопулярности тех, кто руководил событиями. Вице-президента СССР Геннадия Янаева в народе почти не знали. Глава правительства Павлов тоже недолго находился на своем посту. Но из-за непопулярных и даже антинародных мер (в народе они были известны как павловский обмен денег и реформа цен), осуществленных незадолго до того, он воспринимался как крайне одиозная фигура. Конечно, каждый мало-мальски вдумчивый человек не мог не знать, что и та, и другая реформа могла быть проведена только по инициативе президента страны, а Павлов являлся только исполнителем его воли. А об имидже министра обороны Д. Язова и председателя КГБ В. Крючкова и говорить нечего. Пресса писала о них как о монстрах, а события подтверждали эти оценки. Поэтому первым вопросом после «Обращения ГКЧП к советскому народу» было не «что предлагают» авторы обращения взамен существующего, а «кто предлагает?»3.

3 Соседка по деревне, врач-пенсионер, сообщившая мне о введении в стране чрезвычайного положения, сопровождала свою информацию с уже сформировавшимися у нее оценками: «Этот Павлов, отнявший у стариков их сбережения и поставивший их на грань нищеты своим бешеным повышением цен, хочет теперь изменить положение в стране в

222 __________________________________________________________________

Ельцин, критиковавший Горбачева и Павлова, в том числе и за денежную реформу и повышение цен, обещавший народу повысить его жизненный уровень и за это только что избранный президентом РСФСР, был более популярен в народе. Считали, что Ельцину мешают, не дают ему выполнять свои обещания.

Вторым важным фактором, определившим поведение народа, было его недоверие к высшему руководству СССР, его полное разочарование политикой М. Горбачева и его окружения. Разительным было несоответствие между их словами (только один Горбачев за шесть лет своего руководства произнес речей с обещаниями объемом в 10 толстых томов) и практическими делами. Многие при этом были твердо убеждены, что за ГКЧП стоит сам Горбачев, пойти за ним никто не захотел. А те, кто не видел подобной связи, радовались, что «наконец-то Горбачева скинули». Многие из осуждавших ГКЧП за отстранение Горбачева от власти делали это не из симпатий к его личности, а потому только, что сделано это было неконституционным путем.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Отвечая на вопрос о причинах неудачи попытки введения в стране чрезвычайного положения и возврата к прежним, до кооперативным порядкам, мэр Москвы Г. Попов сказал тогда, что решающую роль в исходе событий 19-21 августа сыграли новые социальные образования в СССР: кооператоры, предприниматели-одиночки, работники смешанных предприятий и лица свободных профессий. С этим следует согласиться. И в самом деле, в Москве тогда насчитывалось около полумиллиона кооператоров. Вместе с членами семей они составляли не менее полутора миллиона человек, так что организовать в Москве миллионную демонстрацию в защиту частной собственности не представляло никакого труда. Это — объединенная общими интересами и достаточно хорошо организованная для их защиты сила. Если работникам общественного производства, еле-еле сводящим концы с концами из-за постоянно обесценивавшейся нищенской заработной платы, нечего было защищать, то «новым социальным образованиям» было что защищать. Да и не только им.

Мэр Ленинграда профессор права А. Собчак говорил после провала путча, что в дни этих событий преступность в городе резко снизилась. Видимо, он не грешил против истины. Преступность снизилась потому, что став активными участниками митингов и демонстраций против ГКЧП, преступные элементы вынуждены были временно ограничить свою профессиональную деятельность. В тре-

пользу народа? Да никогда и ни за что я не поверю ему, просто не могу поверить»!

____________________________________________________________________ 223

вожные дни по телевидению демонстрировались умилительные сцены. Осужденные, выпущенные для защиты Дома Советов, говорили своему охраннику: думал ли он когда-либо, что вместе со своими поднадзорными пойдет на одно и то же дело? По свидетельству «Российской газеты», несколько тысяч московских рэкетиров также пришли к Дому Советов, чтобы защитить его. Они заявили, что могут выставить до 30 тыс. рэкетиров, но пока ограничились несколькими тысячами. Выпущенные в те дни из тюрем уголовники занялись бизнесом, стали миллионерами, а теперь многие из них находятся во властных структурах. Так что трехдневное снижение преступности после завершения этих событий обернется для России криминальной революцией, следствием которой станет взлет преступности и овладение криминалитетом многими звеньями государственной власти.

Кому был выгоден этот опереточный путч, кто за ним в действительности стоял, каковы были его истинные цели? Версий было много, в том числе и версия Горбачева. Но мало кто ему верил, ибо то, что он говорил, было «шито белыми нитками». Что давало оснований для сомнений в искренности объяснений М. Горбачева? Такого было немало. Позже выяснилось, что многие знали не только о месяце, но и дне попытки переворота. В «неведении» находился только президент СССР. Как это напоминает его реакцию на события в ряде регионов СССР: «Я не в курсе, только что узнал об этом, мною даны указания срочно собрать достоверную информацию и сообщить мне». Говорили, что маршал Д. Язов никому из членов ГКЧП не доверял, ни с кем из них не находился в дружеских отношениях. Не менее осторожен был и председатель КГБ В. Крючков. Всегда существовало ревнивое соперничество между КГБ и МВД, вряд ли нашли бы общий язык на сколько-нибудь продолжительное время между В. Крючковым и Б. Пуго. Естественно, что не принимали они всерьез и «мальчишек» Г. Янаева и В. Павлова, только что взошедших на Олимп политической жизни. Все они оказались в одной связке. Что и кто свел их воедино? Вероятно, только то, что каждый из них выполнял волю одного и того же человека, стоявшего выше их, от которого все они зависели. Кто мог им быть? Да тот, кто имел право предлагать высшему органу государственной власти страны кандидатуры на должности премьера, вице-президента, кому прямо и непосредственно подчинялись министр обороны и председатель КГБ, кто в любое время мог отправить их в отставку, «миловать или казнить».

Далее. Утверждали, что на заседании ГКЧП присутствовал и советник президента СССР маршал С. Ахромеев, не являвшийся (или не желавший стать) членом этого комитета. Спрашивается, с какой

целью и по чьему поручению он там присутствовал, связующим звеном между кем и кем являлся известный военачальник, как можно вообще истолковать этот акт? Конечно, самое легкое — объявлять маршала Ахромеева непосредственным участником заговора, что охотно и сделали некоторые из журналистов, не дожидаясь выводов следствия и решения суда. Но еще больше оснований было предполагать, что советник Ахромеев являлся глазами и ушами президента СССР, по чьему указанию он, вероятно, и участвовал в работе заседания. Это давало президенту СССР не только возможность получить необходимую информацию, но и для широкого маневра в будущем. Если бы удалось ввести чрезвычайное положение, установить полный контроль над жизнью страны, Горбачев мог заявить, что лично руководил событиями («революцией» или «решительной борьбой с контрреволюцией») через своего советника, первого заместителя по Совету обороны, председателя правительства и вице-президента, направлял их. В случае неудачи он мог предстать в роли жертвы «коварных соратников», но призвать победителей к великодушию в отношении поверженных противников.

Не думаю, что инициаторы 19 августа сомневались в успехе предпринимаемого дела. Скорее всего, Горбачев счел не совсем удобным для себя открыто возглавлять подобную акцию, особенно после многочисленных похвал на Западе, Нобелевской и других премий, дождя гонораров за откровенно компилятивную книгу, о которой сегодня уже мало кто вспоминает. Выгоду можно было извлечь из любого развития ситуации. В обстановке усилившейся социальной конфронтации в обществе или начавшейся гражданской войны Горбачев вернулся бы как «мудрый руководитель», призвал бы стороны умерить страсти и снова предстал бы перед Западом в роли последовательного демократа, гуманиста и единственного человека, способного консолидировать российское общество. Болезнь же была имитацией, чтобы уйти от многочисленных вопросов, а изоляция — запасным вариантом на самый крайний случай.

В высшей степени наивны утверждения о том, будто президент СССР, имевший 32 хорошо вооруженных людей личной охраны, был изолирован от остального мира несколькими солдатами и офицерами внешней охраны. «Все было отключено, в том числе телевизор и радио», — жаловалась жена президента СССР корреспонденту газеты «Труд». По всей вероятности, семьи руководителей СССР были настолько избалованы и изнежены постоянной опекой многочисленной обслуги, что даже включение коротковолнового радиоприемника со встроенной антенной (именно такой, судя по выступлениям помощников президента по программе «Взгляд», имелся у них) и телевизора оказалось для них неразрешимой про___________________________________________________________ 225

блемой. Им, видимо, было неведомо, что миллионы людей в мире, в том числе и в СССР, смотрели телепередачи и слушали радио, используя в качестве антенн куски проволоки. А сколько раз моряки, попавшие в бедственное положение на морях и в океанах, подавали сигналы SOS по радио? Нисколько не снимали сомнений, напротив, усиливали их и наводили на грустные размышления и организованные 20 августа видеозаписи обращения М. Горбачева, одна из копий которых была передана им корреспондентам ранее преследуемой его соратниками и приостановленной программы «Взгляд». Особой смелости для этого не требовалось, особенно после исхода 19 августа, когда силы сторон уже определились. Это было еще одной попыткой самоспасения. Не было органа печати в мире, который не посвятил бы целые страницы и даже номера августовским событиям в СССР. Почти целиком был посвящён им и номер популярного американского журнала Newsweek (2 сентября 1991 г.). Предположений, гипотез и версий было высказано в них достаточно много, были предприняты попытки поиска аналогий в истории. Как это ни странно, действительной аналогии тогда никто так и не нашел, хотя она и существовала.

События 19-21 августа 1991 г. в Москве удивительнейшим образом повторяли события в Джакарте (Индонезия) в ночь с 30 сентября на 1 октября 1965 г. Они, можно сказать, копировали сценарий 26-летней давности, правда, забыв о печальной судьбе его авторов. Вкратце суть тех событий состояла в следующем. В Индонезии, народ которой вел продолжительную борьбу за свою национальную независимость, сложился блок национальнодемократических сил, возглавляемый тогдашним президентом Индонезии Сукарно. Однако внутри блока шла глухая борьба между группировками, которая принимала порою довольно острый характер. Каждая из них стремилась привлечь популярного в народе президента на свою сторону и натравить на противников. В сентябре 1965 г. Сукарно заболел и противоречия в блоке усилились. Одной из групп окружения Сукарно удалось внушить ему, что в армии создан «Совет генералов», который якобы планирует организовать в день вооруженных сил страны 5 октября контрреволюционный путч и устранить его от власти. С молчаливого согласия (может быть, по прямому указанию) Сукарно офицеры его личной охраны решили опередить генералов и, возглавляемые командиром одного из батальонов полка личной охраны президента подполковником Унтун-гом, предприняли в ночь с 30 сентября на 1 октября попытку ареста генералов. Несколько генералов при этом были хладнокровно убиты, но министр обороны генерал Насутион и заместитель начальника штаба генерал-майор Сухарто спаслись. Насутион незамедли-

тельно назначил Сухарто главнокомандующим сухопутными силами и поручил ему подавить путч. Унтунг и его сторонники продержались в столице 17 часов, затем бежали вглубь острова Ява, где после непродолжительного сопротивления были арестованы. Компартия Индонезии, имевшая в своем составе около 3 млн членов и способная мобилизовать огромные силы, заняла выжидательную и противоречивую позицию. На следующий после событий день ее центральный орган опубликовал статью, в которой говорилось о поддержке народом «Движения 30 сентября». Однако вскоре Политбюро ЦК КПИ заявило, что происшедшие в стране события являются внутренним делом армии, а компартия не имеет к ним никакого отношения. Тут на сцену вернулся выздоровевший Сукарно, имевший огромный авторитет в армии и в народе («отец нации», «вождь Индонезийской революции»). Чтобы скрыть свою истинную роль в происшедших событиях, он резко осудил заговорщиков и официально назначил Сухарто на уже занимаемую им должность, уполномочив его на решительные действия по подавлению путча. Он попытался выступить в роли верховного арбитра между борющимися сторонами, но репутация его уже была подмочена неопределенностью его собственных позиций в дни 30 сентября - 1 октября. В Индонезии развернулась антикоммунистическая кампания. Вначале конфисковали имущество компартии, начался арест ее руководителей. Затем компартия была объявлена вне закона, началось массовое истребление ее членов. Попытки Сукарно умерить страсти не увенчались успехом; его мало кто уже слушал. Постепенно он отошел на задний план, уступив и власть, и должность президента генералу Сухарто, который оставался у власти более 30 лет (до 1998 г.), во время которого сам он превратился в диктатора, а его семья стала самой богатой в стране. Как писала тогда английская газета «Таймс», «заговор этот был чисто любительским по способам его осуществления и неопределенным по своим целям».

Точно такими же оказались и события 19-21 августа в СССР. Та же борьба группировок за абсолютную власть в стране, такие же неопределенные позиции. Но если в Индонезии они происходили как трагедия, то в России повторялись как фарс. Несмотря на культ своей личности, Сукарно быстро потерял и власть, и авторитет в народе, и был официально отречен от должности президента. Что же могло ждать президента СССР с его почти нулевым (если не сказать с отрицательным знаком) авторитетом в обществе? Он был жалок в дни после путча, заискивал перед каждым, кто хотя бы в малейшей степени мог влиять на общественное мнение, проявлял немыслимую ранее готовность не замечать оскорбительного по отношению к президенту СССР поведения, говорил, говорил и гово-

рил, часто противореча сам себе, забывая о том, о чем говорил раньше. Вспомним хотя бы заседание Верховного Совета РСФСР после этих событий, когда долго ему не давали говорить, а затем, как марионетку, заставили зачитать фальшивку, названную протокольной записью заседания правительства СССР. Не потому ли Горбачев был так податлив, что «знал кот, чью сметану съел»?

Нельзя исключать и того, что 19 августа 1991 г. в СССР была организованна всесторонне рассчитанная провокация с целью отвлечения внимания недовольной части населения от острых проблем страны и подталкивания противников режима на преждевременные и недостаточно продуманные действия, которые дискредитировали бы его в глазах масс. В этой связи вспоминается любимый афоризм турецкого султана Абдул-Гамида II: «Когда человек тонет и видит перед собой змею, он хватается и за нее в надежде спастись». Спасительницей-змеей для тонущих политиков часто служит провокация. Вспомним, например, события в Вильнюсе в начале того же года: взрыв недовольства масс руководством республики, митинги и демонстрации с требованием его отставки. И в этот критический момент какие-то силы по чьему-то приказу овладевают телебашней, происходят столкновения на переполненных улицах города с человеческими жертвами. И тут происходит перелом в общественном сознании: на фоне новых проблем вчерашние кажутся уже мелкими и отходят на второй план. Теперь этот сценарий был разыгран в масштабах всего Союза.

События 19-21 августа обнажили истинное лицо (человеческое, гражданское, политическое и профессиональное) каждого из руководителей СССР. Всем стало ясно, что ни правящая партия КПСС, ни союзное государство не имеют надежного и компетентного руководства. Стало очевидно, что КПСС, эта многомиллионная, объединяющая наиболее образованную и профессионально подготовленную часть общества партия, дифференцировалась на изолированные друг от друга слои, живет главным образом воспоминаниями о прошлом и давно начала гнить с головы. Начал давать трещины и СССР. Схожие процессы здесь были легко объяснимы: и во главе партии, и государства стоял один и тот же человек. Каким был Генеральный секретарь, таким был и президент СССР. Поведение Генерального секретаря ЦК КПСС в этих экстремальных условиях было ничуть не лучше поведения президента СССР. Он демонстрировал невиданную до сих пор от деятелей такого ранга безответственность, отсутствие чести и достоинства, а также полнейшую неспособность смотреть на вещи критически и извлекать уроки. На протяжении последних шести лет он практически единолично подбирал кадры руководителей страны и почти всех звеньев

партаппарата, составы последних двух Центральных Комитетов, определял линию их деятельности. Если кандидаты оказались бездарными, безответственными и продажными, то только потому, что еще более бездарным и безответственным являлся человек, их подбиравший. Простительно ошибиться раз, серьезных выводов требует повторение ошибки, но длительная цепь грубейших ошибок? Каждый человек, а тем более руководитель такого ранга, должен отвечать не только за свои собственные действия, но и за поступки тех, кому он доверил действовать от его имени. Горбачев должен был ответить перед страной и народом за действия подобранных им вице-президента, председателя правительства, других должностных лиц.

Горбачев до сих пытается свалить вину за положение в стране на других людей и предстать перед миром в роли поборника чести и достоинства. Что могло случиться с руководителями других стран на месте Горбачева!? Ограничимся несколькими примерами. Когда деятель международного социалистического движения, канцлер ФРГ Вилли Брандт узнал, что в среду его сотрудников пробрался агент ГДР, он немедленно подал в отставку. Аналогично поступил премьер Великобритании Г. Вильсон. Вспомним историю ухода с поста президента в США Р. Никсона. Горбачев сделал вид, что ничего не случилось, без него страна погибнет, ему нет альтернативы.

Мы критически относимся к Ельцину после Беловежской пущи, но должны признать, что 19-21 августа он проявил себя как лидер. Он не только организовал сопротивление введению чрезвычайного положения, но и находился среди сопротивляющихся у Дома Советов. Ему не хватило решительности и последовательности при решении экономических и социальных проблем страны. Если Горбачев пошел по пути Сукарно, то Ельцин — по пути Сухарто, превратившись в диктатора, активно содействуя разворовыванию национальных богатств страны, накопленных тремя поколениями людей, вместо обещанной демократии и верховенства закона установив мафиозные порядки (см.: Мутагиров, 2000).

При оценке личностей трудно избежать субъективизма. Чтобы его минимизировать, необходимо опираться на объективные данные. А они таковы. Горбачев опустил свою страну по Индексу человеческого развития на 13 ступеней (с 26 на 39 позицию). Б. Ельцин стал президентом страны, занимавшей 39 место в мире по этому индексу, а передал ее преемнику, опустив ее на 59 место. Еще на 14 ступеней опустилась Россия в годы президентства его В. В. Путина. Расцвела преступность, усилилась коррупция, снизилась продолжительность жизни людей; непрерывно сокращается численность населения страны. Россия занимает первое место среди стран со

средним и высоким уровнем развития по распространенности СПИД. По данным ВОЗ, 75% всех больных СПИД в Евро-азиатском регионе приходятся на РФ; четыре из каждых пяти больных — люди моложе 25 лет, среди них — 170 тыс. детей (Annual, 2005, p. 3).

О реальных «достижениях» РФ за годы после распада СССР можно судить, сопоставив показатели ее развития с таковыми примерно равной ей страны. Такой страной может прослужить Бразилия, которая начала переход от военной диктатуры к гражданскому правлению примерно одновременно с перестройкой в России, но имея значительно худшие исходные данные. При примерно одинаковой численности населения в 1987 г. (143 и 146 млн человек, соответственно) и одинаковые показатели роста народонаселения (примерно 1,2—1,4% в год), национальный доход Бразилии равнялся только половине российского. Что мы видим двадцать лет спустя? Как показывают ежегодные доклады Центрального разведывательного управления США (World, 2000, 2010) и департамента программы развития ООН (Human, 1990, 2000, 2010), Бразилия шла устойчиво вперед, а РФ вступила в полосу деградации с более трагическими последствиями, чем даже в годы Великой Отечественной войны. Сохранив средние показатели рождаемости и резко сократив смертность населения, Бразилия добилась роста численности населения за 20 лет на 58 млн человек, поднялась по показателю численности населения с шестого на пятое место в мире. В России благодаря социально-экономической политике ее политического руководства рождаемость резко сократилась, а смертность резко возросла, в результате численность населения сократилась почти на 10 млн человек. По этому показателю РФ опустилась с пятого на восьмое место в мире, пропустив вперед Бразилию, Пакистан и Бангладеш. Сейчас ей «в спину дышит» Нигерия с 138,3 млн населением. Общие потери России в населении составляют более 60 млн человек — в два раза больше, чем в годы Великой Отечественной войны. Бразилия догнала и опередила Россию и по объему ВВП (1314 млрд долл. в 2008 г. против 1290 млрд долларов РФ).

Что выиграла Россия от исхода событий 1991 г.? Выиграла ли вообще? При прямых потерях в 10 млн жизней граждан страны плюс 50 млн потенциальных граждан говорить о прогрессе нельзя. При свободе, демократии, верховенстве закона и справедливости общественных отношений общество не вымирает. В авторитарных государствах свобода граждан немыслима, ибо не может считаться свободным человек, поведение которого регламентируется не социальными и нравственными, а бесконечным множеством постоянно пересматриваемых политических норм. Можно говорить лишь о степенях свободы различных групп населения. В России с момента

образования государства никогда не было равенства и равноправия граждан. Господствующие и власть предержащие слои жили по одним, а трудящиеся слои — по другим законам. В современной России это проявляется сильнее, чем до августа 1991 г. Здесь чиновники, эти паразиты, живущие трудом производителей, говоря словами Джефферсона, существуют (по доходам, статусу, привилегиям) по одним законам, остальные граждане — по другим. Самое опасное — это духовное обескровливание общества: знания, мудрость, скромность в быту и бережливость девальвируются, воспеваются блеск, роскошь, расточительство, аморализм. Миллионы образованных людей, недооценённых в собственной стране, вынуждены покидать ее и посвящать свои знания и способности развитию других стран. Из-за развала национальной экономики, закрытия градообразующих предприятий пришли в запустение сотни поселков и тысячи сел. А власти имеющиеся средства тратят на содержание чиновничества, полиции, строительство церквей и монастырей, хотя государство считается светским, организации всевозможных, в том числе и спортивных, шоу. На развитие национальной промышленности, организацию соответствующего эпохе медицинского обслуживания населения и развитию науки и образования4 денег нет. Следует помнить, что общество, лишенное собственного промышленного потенциала, не имеет сколько-нибудь надежных перспектив дальнейшего прогресса и будет всегда зависеть от других стран.

Литература

Мутагиров Д. З. Что мы называем социализмом? // Ленинградская панорама. 1989. № 3.

Мутагиров Д. З. Государственный рэкет как лицо политического режима 1990-х годов // Россия в XXI веке: Конституционное устройство обновленной страны. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2000.

Пленум ЦК КПСС. Октябрь 1987 г. Стенографический отчет // Известия ЦК КПСС. 1989. № 2.

Примаков Е. Экономика России была обречена задолго до кризиса // АиФ. 2011. 9 марта.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Annual Report 2005. Transatlantic Partners against AIDS. P. 3.

Human Development Reports, 1990, 2000, 2010.

Newsweek. 1991. 2 September.

The Revolutionary Writings of John Adams / Selected by C. B. Thompson. Indianapolis, 2000.

The World Fact book. 2000, 2010.

4 Почти в 2 раза сократилось число дошкольных учреждений. На 70% выросло число государственных чиновников. С 1992 по 2008 г. на 40% сократилось число организаций, выполняющих научные исследования. Число сотрудников в них уменьшилось на 50% (см.: Примаков, 2011).

__________________________________________________________________ 231