Научная статья на тему 'Армяно-грузинские отношения: проблемы и перспективы'

Армяно-грузинские отношения: проблемы и перспективы Текст научной статьи по специальности «Политологические науки»

CC BY
728
187
Поделиться
Ключевые слова
АРМЯНО-ГРУЗИНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ / САМЦХЕ-ДЖАВАХЕТИ / АРМЕНИЯ / ГРУЗИЯ / ОТНОШЕНИЯ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ СФЕРЕ / ВОЕННОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО / РОССИЙСКИЙ ФАКТОР / ФАКТОР АРМЯНОНАСЕЛЕННОГО РЕГИОНА САМЦХЕ-ДЖАВАХЕТИ / ОТНОШЕНИЯ В СФЕРЕ РЕЛИГИИ

Аннотация научной статьи по политологическим наукам, автор научной работы — Минасян Сергей

Армяно-грузинские отношения имеют богатую историю, обусловленную многовековым соседским проживанием двух народов. Однако новейшая история межгосударственных отношений между Арменией и Грузией насчитывает всего лишь два десятилетия, и не все вопросы, существующие между двумя странами, в достаточной мере отрегулированы. В обеих странах имеются проблемы в политической, этнополитической, экономической, языковой и религиозной сферах; ситуация еще больше осложняется непростыми процессами национального строительства и вовлеченностью в кровавые этнополитические конфликты в регионе, что неизбежно отражается на политическом и социально-экономическом развитии обеих стран. Настоящая статья посвящена общей динамике, современному состоянию, возможным перспективам и потенциальным проблемам во взаимоотношениях Армении и Грузии, рассмотрены основные параметры отношений двух стран в экономической, коммуникационной, политической, военной, культурно-образовательной и гуманитарной сферах. Особое внимание уделено влиянию на армяно-грузинские отношения российского фактора, а также ситуации в армянонаселенном административно-территориальном регионе Грузии Самцхе-Джавахети.

Похожие темы научных работ по политологическим наукам , автор научной работы — Минасян Сергей

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Армяно-грузинские отношения: проблемы и перспективы»

АРМЯНО-ГРУЗИНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ

Сергей МИНАСЯН

кандидат исторических наук, руководитель департамента политических исследований Института Кавказа (Ереван, Армения)

Введение

Армяно-грузинские отношения имеют богатую историю, обусловленную многовековым соседским проживанием двух народов. Однако новейшая история межгосударственных отношений между Арменией и Грузией насчитывает всего лишь два десятилетия, и не все вопросы, существующие между двумя странами, в достаточной мере отрегулированы.

В обеих странах имеются проблемы в политической, этнополитической, экономической, языковой и религиозной сферах; ситуация еще больше осложняется непростыми процессами национального строительства и вовлеченностью в кровавые этнополитичес-кие конфликты в регионе, что неизбежно от-

ражается на политическом и социально-экономическом развитии обеих стран.

Настоящая статья посвящена общей динамике, современному состоянию, возможным перспективам и потенциальным проблемам во взаимоотношениях Армении и Грузии, рассмотрены основные параметры отношений двух стран в экономической, коммуникационной, политической, военной, культурно-образовательной и гуманитарной сферах. Особое внимание уделено влиянию на армяно-грузинские отношения российского фактора, а также ситуации в армянонаселенном административно-территориальном регионе Грузии Самцхе-Джавахети.

Экономическое и коммуникационное сотрудничество

Экономическое сотрудничество между двумя странами в основном включает транзит и оборот различных грузов через Грузию в Армению и обратно, а также импорт энергоресурсов через грузинскую территорию. При этом экономики обеих стран мало интегрированы, связаны с разными рынками, имеют отличную друг от друга структуру и т.д.

Товарооборот между Грузией и Арменией осуществляется посредством одной железнодорожной ветки и двух автомобильных дорог (КПП Баграташен и Бавра). Что касается КПП Гугути, расположенного на границе Таширской области Армении и грузинского административного региона Квемо-Картли, то его роль крайне незначительна. Энергетические системы Армении и Грузии объединены несколькими высоковольтными

ЛЭП. Через грузинскую территорию проходит главный магистральный газопровод «Север — Юг», по которому в Армению подается газ из России. Транзитный товарооборот из «внешнего мира» через территорию Грузии в Армению осуществляется преимущественно через морские порты Поти и Батуми, а также по автомобильным путям, идущим из Турции (КПП Вале и Сарпи, ожидается также открытие КПП Карзахи). В условиях продолжающегося нагорно-карабахского конфликта транзит предназначенных для Армении грузов из Азербайджана в настоящее время практически невозможен.

В целом структура транзита армянских грузов через территорию Грузии в разные периоды имела разную динамику и во многом зависела от политической конъюнктуры. В марте 2010 года после продолжительного простоя, вызванного проблемами политического характера в отношениях России и Грузии, на российско-грузинской границе был открыт КПП Верхний Ларс.

По данным Национальной статистической службы Армении, в 2009 году экспорт грузинских товаров в страну составил 40,890 млн долл., а импорт армянских в Грузию — 52,806 млн долл.1 По грузинским статистическим данным, в 2009 году экспорт из Грузии в Армению составил 88,442 млн долл. (7,9% от общего объема грузинского экспорта), а импорт из Армении в Грузию — 41,346 млн долл.2 Подобный разброс в цифрах объясняется, по всей видимости, не только различием методик подсчетов, но и тем, что часть транзитного товарооборота грузинская сторона засчитывает как собственный импорт. В 2009 году Грузия занимала 5 место среди стран-экспортеров в Армению (7,4% от общего объема) и лишь 19-е (1,2%) в общей структуре армянского импорта. В свою очередь, Армения занимает 4 место в грузинском экспорте (7,9%), тогда как в структуре грузинского импорта она не входит даже в первую десятку.

Структура экспорта товаров из Армении в Грузию включает строительные материалы, изделия из стекла, каучука, пластмассы, продукты животноводства, сельскохозяйственную продукцию, машины, механизмы и медицинские товары. Импорт товаров из Грузии в Армению включает готовые продукты питания, сельскохозяйственную продукцию (преимущественно сахарный песок и пшеницу, которые могут отчасти являться продуктами реэкспорта), азотные удобрения, металлические изделия, а также древесину и изделия из нее3.

За последние годы важной статьей грузинского экспорта в Армению стал реэкспорт подержанных легковых автомобилей из США и Европы. Они наряду с ферросплавами и азотными удобрениями являются наиболее значимой статьей грузинского экспорта. В 2008 году объем реэкспорта автомашин из Грузии составил 706,8 млн долл., а в 2009 году — 254,7 млн долл. В 2007—2009 годах более 70% реэкспортируемых из Грузии легковых автомобилей поставлялось в Азербайджан и Армению4. По данным за январь 2011 года, легковые автомобили даже вышли на первую строку в перечне статей грузинского экспорта: их было вывезено на сумму 26 млн долл. (18% экспорта страны)5. Большая часть этих машин также была экспортирована в Азербайджан и в Армению.

Долгое время Армения экспортировала в Грузию (а также, путем сложных посреднических схем, через грузинскую территорию в Турцию) электроэнергию. Однако в последние годы по мере развития энергетической отрасли и строительства ряда газотурбинных электростанций Грузия перестала нуждаться в импорте электроэнергии из Армении. Вместе с тем после сдачи в эксплуатацию 5-го блока Разданской ТЭС (его опытно-про-

1 См.: Статистический ежегодник Армении — 2010. Ереван, 2010.

2 См.: External Trade of Georgia, 2009. National Statistic Office of Georgia. Tbilisi, 2010.

3 См.: Статистический ежегодник Армении — 2010.

4 См.: External Trade of Georgia, 2009.

5 См.: Ibidem.

мышленная эксплуатация началась весной 2012 г.), способного производить значительные объемы электроэнергии на экспорт (мощность энергоблока составляет примерно 160 МВт), существует возможность использовать грузинскую территорию в ходе более масштабного реэкспорта армянской электроэнергии в Турцию. Как сообщалось, для решения этого вопроса российский «Газпром» изучает возможности ряда немецких посреднических фирм6.

В настоящее время в Грузии растут доходы от туризма (в основном — за счет туристов из Турции, Азербайджана и Армении), который начинает играть все более существенную роль в структуре экономики страны. Значительно увеличилось количество армянских туристов, отдыхающих летом на черноморских курортах Грузии (преимущественно в Аджарии), которые привлекают их сравнительной дешевизной и небольшой удаленностью от Армении. В 2010 году количество армянских туристов, отдыхавших на морских курортах Грузии, превысило 100 тыс. чел.7

В свою очередь, перспективы роста объемов сезонного туризма из Армении на черноморские курорты Грузии стимулируют активизацию армянского бизнеса в Аджарии и ряде других регионов страны. Так, по некоторым оценкам, объемы армянских инвестиций в туристическую и транспортную инфраструктуру черноморского побережья Грузии составляют несколько десятков миллионов долларов.

Примерно с середины 2010 года в Армении активизировались общественные дебаты о якобы массовом оттоке армянского бизнеса в Грузию. По сообщениям некоторых СМИ, в течение 2010 года примерно 100 армянских фирм и предпринимателей перерегистрировали свои предприятия в Грузии8. Сообщалось также, что ряд крупных предпринимателей собирается полностью перенести свой бизнес в Грузию, где более благоприятен деловой климат, вполне приемлемое законодательное регулирование бизнеса и низок уровень коррупции. Однако представляется, что эти дебаты достаточно политизированы: остается неясным, идет ли речь об оттоке капитала или о расширении производства и бизнеса армянских предпринимателей, добившихся успеха на родине. Пока о каких-либо серьезных экономических исследованиях по данному вопросу неизвестно.

Отношения в политической сфере и региональные процессы

Проблема стабильного и безопасного функционирования транспортных коммуникаций, ведущих из Грузии в Армению, весьма существенный вопрос, который влияет на отношения двух государств как в экономической, так и в политической сфере. Это вполне

6 См.: «Газпром» при посредничестве немцев хочет вывести армянскую электроэнергию через Грузию в Турцию [www.regnum.ru/news/1372256.html], 7 февраля 2011.

7 По данным Национального агентства Грузии по туризму, в 2010 году страну посетило почти 480 тыс. человек из Армении. Однако не все из них являлись туристами, многие посещали территорию Грузии транзитом или с деловыми целями. Более реалистичной является цифра около 100 тыс. туристов из Армении в 2010 году, так как, по данным Министерства экономики и устойчивого развития Грузии, Аджарию (основной центр морского туризма в Грузии) за прошедший год посетило примерно 95 тыс. туристов. С учетом остальных приморских курортов Грузии наиболее реалистическое количество туристов из Армении в Грузию составит порядка 100 тыс. человек.

8 См.: Мягкое поглощение: В 2010 году 103 армянские компании перерегистрировали бизнес в Грузии [http://www.regnum.ru/news/fd-abroad/armenia/1372814.html], 8 февраля 2011.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

естественно, если учесть нерешенность проблем Армении с Турцией и Азербайджаном, из-за чего страна получает прямую связь с миром и обеспечивает свой товарооборот посредством единственной функционирующей железной дороги, идущей через Грузию. По различным оценкам, через территорию Грузии проходит примерно от 60% до 80% всего товарооборота Армении.

Кроме того, после прихода к власти М. Саакашвили руководители Армении, учитывая прогрузинскую позицию западных стран (особенно США), вынуждены проводить в отношении Грузии более осторожную политику. В частности, это касается вопросов о правах армянского населения, проживающего в Грузии, и использовании ею своей транзитной значимости для Армении. Все это серьезно ограничивает возможности более активной политики и более жесткой позиции официального Еревана в вопросе о Джавахети9.

Армяно-российское стратегическое партнерство и существование в Грузии армя-нонаселенного региона Джавахети, непосредственно примыкающего к границам Армении, — важные факторы, влияющие на взаимоотношения двух стран.

Кардинально различаются позиции двух стран и по вопросу урегулирования региональных этнополитических конфликтов; Грузия безоговорочно поддерживает принцип территориальной целостности, очень актуальный для нее по причине конфликтов в Абхазии и Южной Осетии, тогда как Армения ратует за самоопределение народов, имея в виду ситуацию с Нагорным Карабахом. Следует отметить, что Армения не признает независимость Абхазии и Южной Осетии — в противном случае она может лишиться безальтернативных для нее путей сообщения через территорию Грузии.

Грузия и Армения демонстрируют разные подходы к выбору основных партнеров во внешнеполитической сфере. Особенно явно это «несоответствие» проявилось после «пятидневной войны» (август 2008 г.) Грузии с Россией — основным военно-политическим партнером Армении. Кроме того, Армения настороженно следит за углубляющимся сотрудничеством Грузии с Турцией и Азербайджаном, усматривая в некоторых ее шагах (например, строительстве железной дороги Карс — Ахалкалаки — Тбилиси — Баку) угрозу усиления своей коммуникационной и транспортной изоляции.

В целом, итоги российско-грузинской войны весьма серьезно повлияли на динамику и нынешнее состояние армяно-грузинских отношений. После войны 2008 года грузинское общество и его политическая элита стали чрезвычайно остро реагировать на любые политические процессы, способные в той или иной мере отразится на региональных позициях страны. В частности, очевидно, что урегулирование нагорно-карабахского конфликта или хотя бы появление положительной динамики в решении данного вопроса снизит региональную значимость Грузии и лишит ее ряда экономических и политических преимуществ, которыми она пользуется в настоящее время.

В Грузии опасаются, что даже изменение общей обстановки вокруг нагорно-кара-бахского конфликта (например, в случае армяно-турецкого сближения и открытия границ между Арменией и Турцией) может лишить республику той роли, которую она сегодня играет в регионе. Как указывали некоторые грузинские эксперты (например, экс-министр образования Грузии и директор Кавказского института мира, демократии и развития Г. Нодиа)10, в Грузии опасались, что при нормализации армяно-турецких отношений, открытии границ и коммуникаций страна потеряет «свою привилегированную позицию»

9 На грузинском языке данный регион, являющийся составной частью административной единицы (губернии) Самцхе-Джавахети, называется Джавахети. Местное армянское население и армяноязычные источники используют название Джавахк.

10 См.: Nodia G. Pending Normalization of Turkish-Armenian Relations: Implications for Georgia // CIPDD Policy Brief, January 2010, No. 2.

в региональных транзитных и экономических проектах. Отмечалось также, что в подобном случае Армения получит больше возможностей активно выдвигать предложения по решению насущных задач армянского населения Джавахети.

С 2009 года и до тупика, наметившегося в армяно-турецком процессе, а также до «заморозки» ратификации протоколов во внутригрузинском общественно-политическом дискурсе можно было наблюдать серьезное и нескрываемое беспокойство по поводу возможности армяно-турецкого сближения. Однако с весны 2010 года по мере замедления армяно-турецкого процесса официальный Тбилиси вновь стал делать упор на свою исключительную роль в коммуникационных нуждах Армении; это проявляется и в тарифной политике, и даже в прямой «инструментализации» Грузией своей роли как транзитной страны.

В настоящее время в отношениях двух стран помимо нерешенных долговременных вопросов концептуального политического характера (пути сообщения, Джавахети, взаимоотношения с Россией, Турцией и Азербайджаном, возможная экономическая конкуренция в регионе) существуют также достаточно насущные и актуальные проблемы. Одна из них — делимитация государственной границы, проведенной на основании прежнего административно-территориального деления СССР. Ввиду существующих противоречий по поводу административных границ советского периода, сложного рельефа местности и т.д. данный процесс затягивается. Ведутся сложные переговоры о выравнивании границ на некоторых участках, так как в противном случае ряд армянских сел будут окончательно отрезаны от дорог, связывающих их с Арменией, и окажутся на грузинской территории.

Насущным вопросом для Армении является судьба магистрального газопровода «Север — Юг», обеспечивающего республике поступление газа с российского Северного Кавказа. Этот газопровод проходит и через территорию Грузии, которая забирает себе порядка 10% от общего объема поставляемого в Армению российского газа. В 2010 году появилась информация о возможности продажи газопровода, считавшегося стратегическим объектом и находившегося в собственности грузинского государства. 6 июля 2010 года грузинский парламент принял законопроект, исключающий магистральный газопровод «Север — Юг» из списка стратегических объектов и допускающий возможность его приватизации. Ранее Грузия согласилась ввести на 5 лет запрет на продажу газопровода; срок действия запрета истек в апреле 2011 года. Беспокойство Армении по поводу планов Грузии продать часть газопровода «Север — Юг» связано с тем, что акции стратегически важного объекта могут перейти под контроль Азербайджана. Руководитель азербайджанской ГНКАР Р. Абдуллаев еще в ноябре 2010 года заявил о готовности его компании купить участок газопровода Россия — Армения, проходящий по территории Грузии.

Вероятнее всего, этот вопрос активно обсуждался в ходе государственного визита президента Грузии М. Саакашвили в Армению, состоявшегося в конце января 2011 года. По сообщениям грузинских СМИ, Грузия намерена разместить на Лондонской бирже 25% акций магистрального газопровода «Север — Юг». По словам министра энергетики Грузии А. Хетагури, полная продажа контрольного пакета акций не запланирована.

Министр энергетики и природных ресурсов Армении А. Мовсисян, выступая в начале марта 2011 года в армянском парламенте, заявил, что если участок магистрального газопровода приобретут иностранные компании, в том числе азербайджанская, то это не коснется вопросов эксплуатации газопровода. По его словам, грузинская сторона заверила правительство Армении, что возможная продажа 25% акций магистрального газопровода «Север — Юг» не повлияет «на общий менеджмент газопровода». «В правительстве Армении прошли серьезные обсуждения по данному вопросу. Мы определили для

себя ту черту, за которую мы не перейдем. Мы считаем, что продажа 25% акций газопровода не содержит угрозы для Армении», — сказал министр11.

В ходе последнего визита М. Саакашвили в Армению активно обсуждался также осложняющий двусторонние отношения вопрос о координации позиций сторон в ходе голосования в международных организациях. Как заявила в преддверии визита М. Саа-кашвили заместитель главы МИД Грузии Н. Каландадзе, это вопрос должен был быть рассмотрен на уровне президентов12.

Дело в том, что в ходе голосований в структурах ООН, ОБСЕ и других международных организаций Грузия зачастую поддерживала проазербайджанские резолюции или заявления по карабахскому вопросу. В качестве ответной меры Армения голосовала против Грузии по резолюциям и документам, связанным с Абхазией и Южной Осетией.

В свое время Армения предлагала Грузии поддерживать нейтралитет в подобного рода ситуациях, но получила отказ. В результате на заседании Генеральной Ассамблеи ООН в сентябре 2011 года Армения в очередной раз проголосовала против Грузии, предполагая, что грузинская сторона намерена проголосовать за предложенную Азербайджаном резолюцию по Нагорному Карабаху13.

Вместе с тем у сторон есть и некоторые точки соприкосновения в сфере региональной и международной политики. К ним относятся, например, вопросы развития программы ЕС «Восточное партнерство», где стороны демонстрируют определенную близость позиций: данная программа рассматривается ими обеими как благоприятная возможность получить дополнительную экономическую и финансовую помощь. По этим вопросам проводятся периодические консультации и согласования позиций Армении и Грузии.

Военное сотрудничество

Военное сотрудничество между Арменией и Грузией имеет довольно скромные объемы и в основном включает программы образования и обучения (прежде всего в рамках многосторонних программ и учений НАТО), а также вопросы военного транзита (через территорию Грузии в Армению).

Во второй половине 1990-х — первой половине 2000-х годов (в период нахождения российских военных баз на территории Грузии) на 142-м танкоремонтном заводе бывшего Закавказского военного округа осуществлялся ремонт танков и бронетехники для армянской армии. После вывода российских войск с территории Грузии какая-либо информация о ремонте армянской военной техники на упомянутом заводе отсутствует. Нет также никаких достоверных сведений о военно-техническом сотрудничестве между Арменией и Грузией. Однако известно, что в начале 2000-х годов Грузия продала Азербайджану несколько штурмовиков Су-25, собранных на Тбилисском авиационном заводе.

Армянские и грузинские военнослужащие периодически участвуют в различных учениях и тренировках, проводящихся под эгидой НАТО на территории обоих государств. В 2007—2008 годах отдельные армянские офицеры в рамках программы обмена опытом проходили курс подготовки в условиях горной местности в учебно-тренировочном центре МО Грузии в Сачхере.

11 См.: Даже имея 25% акций газопровода «Север — Юг», Азербайджан не сможет шантажировать Армению [http://www.panarmenian.net/rus/economy/news/63045/], 2 марта 2011.

12 См.: Что намерен обсудить Саакашвили в ходе визита в Ереван? [http://www.profi-forex.org/news/ entry1008063633.html], 22 января 2011.

13 Впоследствии Азербайджан по ряду причин был вынужден снять свою резолюцию с голосования.

В результате «пятидневной войны» августа 2008 года Армения и Россия столкнулись с проблемами военного транзита (в первую очередь из России) через территорию Грузии. Возможность транзитного использования грузинской территории для снабжения российских войск в Армении обсуждалась еще в 2005 году. Тогда между Москвой и Тбилиси были заключены договоренности о выводе российских военных баз с территории Грузии.

После российско-грузинской войны сухопутный военный транзит российских грузов через территорию Грузии в Армению стал практически невозможным. В апреле 2011 года Грузия денонсировала договор о военном транзите российских военных грузов в Армению через свою территорию. В конце апреля 2011 года с целью разъяснения позиции официального Тбилиси в этом вопросе в Армении побывали министры обороны и иностранных дел Грузии.

В ходе переговоров грузинская сторона гарантировала, что денонсация договора касается лишь военных грузов, предназначенных для российской военной базы на территории Армении, но никоим образом не тех, что предназначены для армянской армии. Таким образом, данный инцидент не повлиял ни на безопасность Армении, ни на перспективы армяно-грузинских отношений.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Российский фактор в армяно-грузинских отношениях

Российский фактор играет важную роль в восприятии армяно-грузинских отношений, особенно со стороны политической элиты и общественности Грузии; в постсоветский период их отношение к Армении и армянам всегда определялось взаимоотношениями между Ереваном и Москвой.

Антироссийские настроения, существующие в грузинском обществе, переплетаются с подозрениями в отношении скрытого «сепаратизма» армян Джавахети. На фоне укрепления армяно-российских союзнических отношений и членства Еревана в ОДКБ антироссийский негативизм в Грузии невольно (а иногда и осознанно) проецируется на Армению и армянскую диаспору. Именно из-за влияния российского фактора во взаимоотношениях Армении и Грузии периодически возникают осложнения (например, голосование Армении по выдвигаемым РФ или Грузией в международных организациях резолюциям, касающимся Абхазии и Южной Осетии). В силу существования подобного подтекста армяно-грузинские отношения еще довольно долго будут развиваться в негативном ключе. Однако одной из главных проблем являются настроения внутри грузинского общества.

Вполне очевидно, что после событий 2008 года в Грузии еще долго будет сохраняться негативный настрой по отношению к России. Однако некоторая динамика в грузинском общественно-политическом поле, связанная с осознанием необходимости налаживать отношения с Россией, в перспективе может привести к некоторому смягчению антироссийских настроений в Грузии; вполне возможно, что в обществе произойдет переоценка российско-грузинских отношений на прагматичной основе (впрочем, как и в самой России). Это поможет несколько «сгладить» фактор армяно-российского стратегического сотрудничества и, скорее всего, положительно скажется на восприятии грузинскими властями и общественностью отношений между Арменией и Грузией.

Таким образом, на наш взгляд, перспективы углубления армяно-грузинских отношений зависят прежде всего от позитивных изменений позиции властей Грузии и, особенно, общественности страны в этом вопросе.

Фактор

армянонаселенного региона Самцхе-Джавахети в межгосударственных отношениях

После обретения в 1991 году Грузией и Арменией независимости во взаимоотношениях этих стран всегда играла важную роль проблема региона Самцхе-Джавахети. Абсолютное преобладание этнических армян как минимум в двух прилегающих к Армении районах этого административно-территориального региона (в Ахалкалакском районе они составляют 95% населения, в Ниноцминдовском — 96%) само по себе являлось как фактором региональной политики, так и важным элементом межгосударственных армяно-грузинских отношений14.

На протяжении практически всего постсоветского периода грузинское общество и его политическая элита подозревали Армению в разжигании сепаратистских и ирредентистских тенденций среди населения региона с целью его отделения от Грузии. И хотя в реальности политика официального Еревана в этом вопросе за последних два десятилетия всегда была достаточно взвешенной и осторожной, в Грузии все еще склонны проводить параллели между ситуацией в Джавахети и нагорно-карабахским кризисом.

В свою очередь, среди определенных политических сил Армении, равно как и в самой Джавахети, существует некое убеждение, что якобы истинной целью грузинской политики в отношении данного региона является изменение этнического состава его населения путем постепенного выдавливание из него армян, и с этой целью здесь создаются невыносимые социально-экономические и политические условия.

Кроме этого, Грузия, потерявшая после августовской войны 2008 года Южную Осетию и Абхазию, в обозримом будущем вряд ли сможет использовать там потенциал своих силовых структур, развитию которых власти страны уделяли чрезвычайно большое внимание в постреволюционный период (начиная с 2004 г.). Однако она может применить их в населенных этническими армянами и азербайджанцами административно-территориальных регионах Самцхе-Джавахети и Квемо-Картли.

Таким образом, ситуация, складывающаяся в регионе Самцхе-Джавахети, на наш взгляд, закрепляется на длительное время; по крайней мере, статус-кво будет сохраняться. Грузия будет продолжать продвигаться «мелкими шагами», пытаясь усиливать нажим на армянское население региона, расширять влияние центральных властей и атрибуты государственной символики, вводить «грузинизацию» школьного образования и увеличивать количество чиновников грузинской национальности в местных органах управления и силовых структурах. В свою очередь, Армения будет стараться по возможности максимально сглаживать негативные настроения армянского населения региона. Международное сообщество и европейские структуры (например, Совет Европы), скорее всего, подвергнут умеренной, но недостаточно предметной критике действия грузинских властей, допускающих нарушение обязательств по защите прав этнических меньшинств.

В укреплении отношений между Ереваном и Тбилиси и сохранении стабильности в южнокавказском регионе заинтересованы и США; не следует также забывать о действующих здесь армянских лоббистских организациях и партии «Дашнакцутюн» (являющейся одной из традиционных армянских партий), имеющей там свои структуры. Например, в ходе визита президента Грузии М. Саакашвили в США в начале февраля 2012 года со-

14 Об этом подробнее см.: Минасян С. Этнические меньшинства Грузии: потенциал интеграции на примере армянского населения страны. Ереван, 2006.

стоялась его встреча с проармянскими конгрессменами, на которой обсуждался вопрос предоставления целевой американской помощи Джавахети15.

Довольно значительная и увеличившаяся за последние годы диаспора армян — выходцев из Самцхе-Джавахети в РФ недостаточно сплочена и не имеет серьезных организаций, способных работать в общественно-политическом поле. Некоторые видные активисты и бизнесмены из Самцхе-Джавахети отчасти уже интегрированы грузинскими властями в совместные проекты и вовлечены в экономическую деятельность. В силу этого они остерегаются разворачивать серьезную политическую деятельность или агитацию против политики властей Грузии.

Отношения в сфере религии

После распада СССР обострились отношения между Грузинской Православной Церковью (ГПЦ) и Армянской Апостольской Церковью (ААЦ), примерно с IV века действующей на территории Грузии через свою отдельную епархию. Это связано в первую очередь с тем, что в советский период государство конфисковало у ААЦ ряд церквей и культовых сооружений (важнейшими из которых являются церкви Сурб Норашен в Тбилиси и Сурб Ншан в Ахалцихе); после распада СССР свои претензии на них заявила ГПЦ. В силу той особой роли, которую играет ГПЦ в жизни постсоветской Грузии, власти страны не способны принять соответствующее политическое решение и передать ААЦ эти религиозно-архитектурные памятники.

В 2006 году ГПЦ даже объявила о создании новой Дманисской и Агарак-Таширской епархии (видимо, в качестве аргумента в споре о вышеупомянутых религиозных памятниках), которая наряду с южной частью административно-территориальной единицы Грузии Квемо-Картли должна была охватывать также ряд северных регионов Армении, в которых сохранилось несколько недействующих храмов (несмотря на то что на данной территории нет грузинского населения).

В конце 2008 года премьер-министр Армении Т. Саргсян в ходе своего визита в Тбилиси вместе с рядом официальных лиц Грузии (среди которых были два министра грузинского правительства) посетил церковь Сурб Норашен, однако и после этого никаких подвижек в вопросе ее возвращения ААЦ так и не последовало.

Другая проблема связана с тем, что епархия ААЦ не имеет статуса юридического лица публичного права; то же можно сказать и о религиозных конфессиях Грузии. Исключением является ГПЦ, с которой еще в период президентства Э. Шеварднадзе был заключен специальный конкордат, определивший ее четкий правовой статус и полномочия единственной до сих пор религиозной конфессии16. Армянская церковь и другие религиозные конфессии Грузии (Римско-католическая, Евангелическая и др. так называемые традиционные христианские церкви) отказались регистрироваться в качестве фондов или субъектов частного права.

Однако на официальном и публичном уровне ААЦ и ГПЦ стремились избежать накала ситуации и демонстрировали дружественное отношение друг к другу. Несмотря на это, несколько лет подряд откладывался официальный визит в Грузию главы ААЦ Като-

15 См.: Конгрессмены США обсудили с Саакашвили вопрос Джавахка [http://www.yerkirmedia.am/ ?act=news&lan=ru&id=5072], 3 февраля 2012.

16 Об этом подробнее см.: Хаиндрава И. Религия в Грузии: XXI век. В кн.: Религия и политика на Кавказе. Материалы международной конференции. Ереван: Кавказский Институт СМИ, 2004.

ликоса всех армян Гарегина II (планировалось, что вместе с главой грузинской церкви Илией II он посетит и армянонаселенные регионы Джавахети).

В июне 2011 года, накануне визита армянского Католикоса, появилась информация о том, что в Грузии на политическом уровне принято решение найти взаимоприемлемое решение по регистрации и предоставлению соответствующего юридического статуса ряду традиционных конфессий, в том числе местной епархии ААЦ, не умаляя при этом прерогатив фактически официальной ГПЦ.

Однако единственным конкретным положительным итогом визита Католикоса стал лишь сам факт его посещения Грузии. Более того, сразу же после завершения визита 60-летнего армянского Католикоса Грузинский Патриарх публично назвал его «молодым и неопытным». Канцелярия Св. Эчмиадзина отреагировала на это сдержанным, но достаточно двусмысленным комментарием, что Гарегин II уважает и учитывает «возраст» Илии II, а затем уже обвинила своих грузинских коллег в том, что те подходят к вопросу статуса грузинской епархии ААЦ и судьбе армянских церквей с точки зрения «рыночных отношений», выдвигая встречные требования.

Однако наличие подобных инцидентов отнюдь не означало, что существующие между церквами двух стран проблемы смогут негативно повлиять на двусторонние межгосударственные отношения. Тем более, что на уровне президента Грузии уже было принято решение о юридическом оформлении статуса некоторых действующих в стране «традиционных» церквей, в том числе и ААЦ. В начале июля 2011 года на внеочередном заседании грузинского парламента так называемым «традиционным конфессиям» был наконец-то присвоен статус юридического лица публичного права, с внесением соответствующих изменений в Гражданский кодекс страны17. Таким образом, у ААЦ появилась возможность полноценно осуществлять свою религиозную деятельность на территории Грузии в качестве юридического лица.

Однако это событие вызвало весьма неоднозначную реакцию со стороны ГПЦ, отдельные представители которой выступили с выпадами в адрес как руководства страны, так и ААЦ, которая, в отличие от представителей католической и ряда других христианских конфессий, не проповедовала своих взглядов среди этнических грузин. Между тем основная волна религиозной нетерпимости и массовых акций протеста была направлена именно против армянской церкви и армян, проживающих в Грузии.

Поэтому спустя несколько дней грузинское правительство было вынуждено несколько пересмотреть свое решение. На заседании парламента был принят новый «политический документ», который хотя и оставлял в силе возможность регистрации «традиционных конфессий» как юридических лиц публичного права, но существенно ограничивал возможность решения вопросов возвращения церковного имущества и так называемых «спорных церквей».

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Гуманитарные и научно-образовательные контакты

Гуманитарные и научно-образовательные контакты между Арменией и Грузией в постсоветский период осуществляются на недостаточном уровне. Армения (с согласия грузинской стороны) поставляет армянским школам Грузии учебники (в основном армянского язы-

17 Согласно этим изменениям, в качестве лиц юридического права регистрировались те религиозные организации, которые имели исторические связи с Грузией или имели статус религиозной организации в одной из стран Совета Европы.

ка и литературы); в Лингвистическом университете Тбилиси существует отделение армянской филологии (на нем обучаются в основном армяне, являющиеся гражданами Грузии), а в Ереванском государственном университете — небольшой центр грузиноведения.

Однако институциональное сотрудничество между вузами, академическими институтами, театрами и прочими научными, образовательными и культурными организациями довольно слабо и во многом вызвано инерцией советского времени. Относительно регулярно, но с большими интервалами проводятся гастроли театральных и танцевальных коллективов двух стран, которые почти всегда бывают приурочены либо к официальным визитам политических лидеров, либо к определенным календарным датам и событиям.

Так, в конце 2010 — начале 2011 годов была проведена первая армяно-грузинская школьная олимпиада по математике, физике и информатике, в которой приняли участие по 30 школьников из каждой страны. В армянской команде выступили школьники из различных областей республики, в составе грузинской были и проживающие в Грузии дети-армяне. Спонсорами олимпиады были Ереванский государственный университет, компания «Синопсис» и благотворительный фонд «Пюник», а идея принадлежала президентам двух стран18.

В целом можно отметить, что взаимный культурный и научный интерес двух стран нельзя назвать достаточно существенным. Впрочем, это отчасти компенсируется наличием значительной диаспоры грузинских армян, проживающих в настоящее время в Армении; они поддерживают связь со своими родственниками и выступают своеобразными проводниками культурного обмена.

Следует также отметить наличие достаточно развитого поля для сотрудничества между НПО, журналистскими организациями, экологами и другими подобными структурами, количество которых в последние годы растет. Это во многом связано с тем, что многие донорские международные организации (или фонды некоторых западных государств) в качестве одного из основных критериев финансирования НПО стран Южного Кавказа выдвигают показатель регионального охвата. В силу этого как армянские, так и грузинские НПО (в отличие от научных и культурных организаций, получающих преимущественно государственную поддержку за счет бюджетных средств) серьезно заинтересованы в налаживании профессиональных контактов и углублении сотрудничества с соседями по региону.

В силу вышеуказанных причин в настоящее время сложилась ситуация, когда лишь не слишком большая прослойка активистов НПО, экспертных центров и общественно-политических сообществ двух стран поддерживает постоянные контакты и тесное сотрудничество. Большая часть общественности, а также научной и культурной элиты Армении и Грузии сохраняют лишь достаточно фрагментальные и «инерционные» профессиональные связи и контакты друг с другом.

Серьезным фактором, негативно влияющим на перспективы гуманитарного и культурного сотрудничества двух стран, является также постепенная утрата русским языком своих позиций в Грузии (особенно в среде молодежи) — как известно, именно он традиционно был основным средством межнационального общения и профессионального обмена между армянами и грузинами.

3аключение

В настоящее время армяно-грузинские отношения находятся на довольно важном этапе развития. Инерция исторического наследия и советского прошлого, активно проявлявшаяся в течение двух прошедших десятилетий независимого существования постсо-

18 См.: Президенты Грузии и Армении вручили награды победителям первой армяно-грузинской школьной олимпиады [http://www.panarmenian.net/rus/society/news/60097], 23 января 2011.

ветских Армении и Грузии, уступает место более прагматичным, рациональным и зрелым межгосударственным отношениям. Наиболее четко это можно наблюдать в политической и экономической сферах, а также во взаимодействии двух стран в региональном контексте и на различных площадках для развития международных отношений. Кроме того, на современном этапе удается избежать и негативных последствий августовской войны 2008 года, и противоречий по поводу отношения к третьим странам; и это несмотря на то, что каждая из двух стран имеет свой геополитический вектор и приоритеты.

Однако вместе с тем в отношениях двух стран сохраняются и вопросы, требующие согласованного решения. Речь, в частности, идет об особенностях внутреннего развития независимой Грузии, насущных проблемах армянской общины страны, религиозных вопросах, а также о защите политических и языковых прав армянского этнического меньшинства в административно-территориальном регионе Самцхе-Джавахети.

Учитывая чрезвычайно эмоциональное отношение политической элиты и общественности Грузии, склонных проводить аналогии с конфликтами в Абхазии и Южной Осетии, при решении подобного рода вопросов необходим гибкий подход. Деликатность и неизбежная политизация существующих проблем требуют долговременной политики как со стороны грузинских властей, так и содействующих им Армении и организаций армянской диаспоры.

Тем не менее ряд последних событий (начало процесса юридической регистрации Грузинской епархии ААЦ, взаимодействие грузинских властей с армянскими организациями США в предоставлении целевой социально-экономической помощи Джавахети, активизация гуманитарных контактов на межгосударственном уровне) вселяют надежду на достижение в среднесрочной перспективе положительной динамики в данной сфере армяно-грузинских отношений.