Научная статья на тему 'Антропология Танкеевского могильника: краниологический анализ новых и старых материалов'

Антропология Танкеевского могильника: краниологический анализ новых и старых материалов Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
594
109
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
КРАНИОЛОГИЯ / АНТРОПОЛОГИЧЕСКИЙ СОСТАВ / ЕВРОПЕОИДНЫЙ ТИП / МЕТОД ГЛАВНЫХ КОМПОНЕНТ / КАНОНИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ / ТАНКЕЕВСКИЙ МОГИЛЬНИК / ВОЛЖСКАЯ БУЛГАРИЯ / ARCHAEOLOGY / CRANIOLOGY / ANTHROPOLOGICAL COMPOSITION / CAUCASIAN TYPE / PRINCIPAL COMPONENT ANALYSIS / CANONICAL ANALYSIS / TANKEEVKA BURIAL GROUND / VOLGA BOLGARIA

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Газимзянов Ильгизар Равильевич

В статье анализируются антропологические материалы Танкеевского могильника (IX-X вв. н. э.), полученные за все годы его исследования. По краниологической программе изучено 61 мужских и 56 женских черепов. Суммарно мужские и женские черепа краниометрически характеризуются, в целом, мезо-брахикранной формой головы, мезоморфным типом лица с умеренной его профилировкой на всех уровнях, а также средним углом выступания носа. В антропологическом отношении серия европеоидная, но с включением небольшой доли монголоидного компонента. Внутригрупповой анализ серии выявил в ее составе несколько краниокомплексов, различающихся, в основном, по форме черепной коробки и степени выраженности европеоидных признаков. Сравнительный межгрупповой анализ мужских серий эпохи рубежа эр и раннего средневековья показал, что в формировании антропологических особенностей танкеевского населения могли участвовать как «местные» группы поволжско-приуральского генезиса, так и «пришлые» группы южных и юго-западных истоков.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по истории и археологии , автор научной работы — Газимзянов Ильгизар Равильевич

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

ANTHROPOLOGY OF TANKEEVKA BURIAL GROUND: CRANIOLOGICAL ANALYSIS OF NEW AND PREVIOUS MATERIALS

The paper analyzes the anthropological materials of Tankeevka burial ground (9th-10th centuries A.D.) obtained throughout the entire study period. A total of 61 male and 56 female skulls were studied on the basis of the craniological program. In terms of craniometry, the male and female skulls are generally characterized by the meso-brachicranal shape of the head, the mesomorphic type of the face with moderate profiling at all levels, and by the average nose protrusion angle. In terms of anthropology, the series is Caucasian, but features an inclusion of a minor fraction of the Mongoloid component. An intragroup analysis of the series revealed several craniocomplexes in its composition mainly varying by the shape of the cranium and the manifestation degree of Caucasian features. A comparative intergroup analysis of the male series dating back to the turn of epochs and the early Middle Ages demonstrated that the formation of anthropological features of the Tankeevka population could have been established with the involvement of the “local” groups of the Volga-Ural genesis, as well as the “alien” groups of the Southern and South-Western origin.

Текст научной работы на тему «Антропология Танкеевского могильника: краниологический анализ новых и старых материалов»

УДК 904. 572.08 https://doi.Org/10.24852/pa2018.1.23.294.320

АНТРОПОЛОГИЯ ТАНКЕЕВСКОГО МОГИЛЬНИКА: КРАНИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ НОВЫХ И СТАРЫХ МАТЕРИАЛОВ1

© 2018 г. И.Р. Газимзянов

В статье анализируются антропологические материалы Танкеевского могильника (1Х-Х вв. н. э.), полученные за все годы его исследования. По краниологической программе изучено 61 мужских и 56 женских черепов. Суммарно мужские и женские черепа краниометрически характеризуются, в целом, мезо-брахикранной формой головы, мезоморфным типом лица с умеренной его профилировкой на всех уровнях, а также средним углом выступания носа. В антропологическом отношении серия европеоидная, но с включением небольшой доли монголоидного компонента. Внутригрупповой анализ серии выявил в ее составе несколько краниокомплексов, различающихся, в основном, по форме черепной коробки и степени выраженности европеоидных признаков. Сравнительный межгрупповой анализ мужских серий эпохи рубежа эр и раннего средневековья показал, что в формировании антропологических особенностей танкеевского населения могли участвовать как «местные» группы поволжско-приуральского генезиса, так и «пришлые» группы южных и юго-западных истоков.

Ключевые слова: краниология, антропологический состав, европеоидный тип, метод главных компонент, канонический анализ, Танкеевский могильник, Волжская Булгария.

Танкеевский могильник является крупнейшим (содержит предположительно около 5 тысяч захоронений) и наиболее исследованным языческим некрополем периода формирования Волжской Болгарии. Он располагается у деревни Танкеевка Спасского (бывшего Куйбышевского) района Республики Татарстан в 20 км к югу от Болгарского городища (Арх. карта..., 1986, № 53). Был случайно открыт в 1904 году при земляных работах в одном из дворов деревни. Регулярные археологические раскопки на этом памятнике начались с 60-х годов и продолжались с перерывами вплоть до конца 80-х годов прошлого столетия. В разные годы археологические исследования на Танкеевском могильни-

ки проводились под научным руководством А.Х. Халикова, Е.А. Халиковой и Е.П. Казакова (Халиков, 1969; Халикова, 1971; Казаков, 1971). На сегодняшний день изучено более 1200 погребений, большая часть из которых были ограблены еще в древности. Памятник по вещевому инвентарю датируется второй половиной 1Х-Х в. включительно. Погребальный обряд Танкеевского могильника в основном языческий и только небольшое число погребений, выявленных на поздней части некрополя, совершенны в мусульманских традициях. По мнению исследователей, раннесредневековый могильник у д. Танкеевка был оставлен населением различных этнокультурных истоков. Судя по обряду захо-

1 Работа выполнена при финансовой поддержке РФФИ: проект № 16-06-00284а.

ронения и погребальному инвентарю, истоками танкеевского населения являются область распространения поломско-ломоватовских памятников (Камско-Вятский регион), территория современного Башкортостана (кушнаренковско-караякуповские памятники) и болгаро-салтовские памятники типа Большетарханского мо-гильника(Халикова, 1972;Казаков,2007, с. 103). Археологические материалы как Танкеевского могильника, так и ряда других синхронных ему памятников (Большетарханский, Тетюш-ский и др.) наглядно иллюстрируют процесс активного смешения различных по происхождению групп населения, который проходил в рамках складывания раннего государственного образования на Средней Волге - Волжской Булгарии. В итоге это привело к формированию новой этнокультурной группы - волжские булгары. В связи с этим особую значимость приобретает изучение антропологических материалов Танкеевского могильника, которые могут не только охарактеризовать физический облик танкеевского населения, но и указать на этногенетические истоки племен, принявших участие в его сложении, а также определить характер этногене-тических связей.

Палеоантропологические материалы Танкеевского могильника в разные годы изучались: М.С. Акимовой (материалы раскопок 1960-х годов), Р.М. Фаттаховым (раскопки 1970-х годов) и автором данной статьи (материалы раскопок 1980-х годов). Несмотря на большое количество исследованных захоронений, количество скелетов, пригодных для полноценного изучения, не так много. Это связано как с плохой сохранностью антропологи-

ческого материала, так и с сильной посмертной деформацией черепов, а также часто встречающейся разгра-бленностью могил еще в древности.

Наиболее полная антропологическая характеристика краниологических материалов Танкеевского могильника дана М.С. Акимовой в двух статьях, опубликованных уже посмертно (Акимова, 1973; АЫтоуа, 1977). На основе краниометрического исследования 43 мужских и 33 женских черепов она пришла к следующим выводам, которые уместно привести здесь полностью:

1. Черепа из Танкеевского могильника по комплексу признаков относятся к европеоидному типу с нерезко выраженными особенностями. Не исключена небольшая монголоидная примесь.

2. Танкеевская серия по своим особенностям представляет вариант антропологического типа, который был характерным для населения Среднего Поволжья и Волго-Камья, был носителем поломской, ломоватовской, азелинской и мазунинской культур. К этому типу близка и серия черепов средневековой мордвы из Муранского и близких к нему могильников.

3. Связь черепов разных культур I тысячелетия с предшествующими пьяноборскими дает основание считать, что население Среднего Поволжья и Волго-Камья было в основе местным финноязычным.

4. Имеющийся палеоантрополо-гический материал не дает данных для выявления в танкеевской серии угорского или тюркского компонента (Акимова, 1973, с. 28).

Таким образом, наблюдается противоречие между археологическими данными и данными антропологии

в определении роли отдельных этнических групп в сложении волжских булгар в целом и танкеевского населения в частности. Увеличение материалов по антропологии Танкеевского могильника и накопившиеся за последние десятилетия серийные краниологические данные по поволж-ско-приуральскому населению эпохи железа и раннего средневековья в совокупности с новыми методами внутригруппового и межгруппового анализа позволяют вновь обратиться к вопросу о выделении «местных» и «пришлых» компонентов в антропологическом составе раннесредневеко-вой танкеевской группы и об их роли в формировании ее этнокультурного и расового облика.

Новый краниологический материал из раскопок 70-80-х годов XX в. Танкеевского могильника состоял из 23 мужских и 26 женских черепов различной степени сохранности2.

Суммарно по краниометрическим данным мужские черепа характеризуются средним продольным, средним поперечным и малым высотным диаметрами черепной коробки. Черепной указатель на границе мезо-брахикран-ных значений. По высотным пропорциям черепа относятся к категории ортокранных и метриокранных. Лобная кость средней ширины, со средним наклоном и умеренно развитым мышечным рельефом.

Лицевой скелет среднеширокий и низкий, по указателю - мезенный. Орбиты невысокие, мезоконхные. Средними параметрами также описывается носовая область, при этом

2 Автор выражает признательность Р.М. Фаттахову за возможность использовать в работе его неопубликованные краниометрические данные.

переносье высокое и хорошо профилировано. В вертикальной проекции лицо в общем мезогнатно, но в альвеолярной его части прослеживается некоторый прогнатизм. По углам горизонтальной профилировки: лицо умеренно уплощенно на уровне орбит и слабо - на уровне скул. Угол высту-пание носовых костей небольшой. В строении нижнего края носового отверстия преобладают заостренные формы.

Таким образом, мужские черепа в целом можно отнести к мезоморфному европеоидному типу, но с включением монголоидных черт (альвеолярный прогнатизм, ослабленное выступание носовых костей, низкий свод и т.д.).

Женские черепа в отличие от мужских выглядят более длинноголовыми, более широколицыми и с более высоким лицом. По остальным параметрам, с учетом полового диморфизма, они довольно близки мужским и их также можно отнести к европеоидным типам с нерезко выраженными признаками.

Сравнительный анализ новых краниометрических данных с данными, полученными М.С. Акимовой, показал, что они сопоставимы по многим признакам как для мужчин, так и женщин (см. табл. 1, 2). Особенно по тем признакам, морфологическая характеристика которых подкреплялась более многочисленным числом наблюдений. И, наоборот, существенные различия выступают в тех случаях, когда количество данных по новой выборке относительно невелико. Например: высота свода, альвеолярный угол и угол выступания носа у мужчин и продольный диаметр и скуловая ширина у женщин.

Таблица 1

Сравнительный анализ мужских черепов из Танкеевского могильника.

Признаки Акимова, 1973 Фаттахов, Газимзянов

N X N X

1. Продольный диаметр 30 178.4 13 179.0

8. Поперечный диаметр 31 140.6 12 141.4

17. высотный диаметр 20 136.6 6 128.5

9. Наим. ширина лба 38 95.2 18 95.6

45. Скуловой диаметр 21 133.2 8 131.5

48. Верхняя высота лица 27 70.3 9 67.8

55. Высота носа 28 52.4 11 49.9

54. Ширина носа 28 24.7 12 24.8

51. Ширина орбиты 30 42.1 14 41.4

52. Высота орбиты 30 32.8 15 31.8

20. Ушная высота 20 113.8 9 109.7

77. Назомалярный угол 29 141.1 12 140.1

Zm. Зигомакси-ный угол 21 129.6 4 125.7

SS. Симотическая высота 28 3.6 14 4.6

DS. Дакриальная высота 24 12.1 9 11.8

Глубина клыковой ямки 24 5.1 10 4.1

32. Угол профиля лба 25 82.9 6 84.0

72. Общелицевой угол 20 85.1 3 82.7

74. Альвеолярный угол 16 77.8 3 69.3

75 (1). Угол носа 21 27.6 5 21.4

8 : 1. Черепной указатель 29 78.8 12 79.5

17 : 1. Продольный ук-ль 19 75.8 6 72.7

17 : 8. Поперечный ук-ль 19 95.0 6 92.1

9 : 8. Лобный указатель 31 67.9 12 68.0

48 45. Верхне-лицевой ук. 19 52.7 5 50.6

54 : 55. Носовой указатель 28 47.4 10 49.7

52 : 51. Орбитный ук-ль 30 78.3 13 77.3

SS : SC. Симотический ук. 28 45.9 14 51.1

DS : DC. Дакриальный ук. 24 57.9 9 53.1

Форма нижнего края носа (АПг. % ). 29 21 (72.4 %) 16 13 (81.3 %)

Исходя из этого, можно предположить, что обе выборки в основном отражают реальный общий краниологический тип танкеевской группы населения Волжской Булгарии на этапе ее государственного становления. В этой связи интересны результаты вну-тригруппового анализа объединенной танкеевской серии, которая представлена 61 мужскими и 56 женскими черепами.

Мужские черепа в среднем характеризуются как мезо-брахикранные, низкоголовые и узколицые со средней

высотой лица (см. табл. 3). Умеренная горизонтальная профилировка лицевого отдела сочетается с некоторой его прогнатностью в вертикальной проекции. Переносье относительно высокое и хорошо профилировано. Угол выступания носа в пределах среднемировых значений.

Женские черепа объединенной серии мало чем отличались от мужских по комплексу признаков. С учетом коэффициента полового диморфизма они имели несколько более крупную, удлиненную и высокую (от порионов)

Таблица 2

Сравнительный анализ женских черепов из Танкеевского могильника.

Признаки Акимова, 1973 Фаттахов, Газимзянов,

N X N X

1. Продольный диаметр 24 171.6 10 180.3

8. Поперечный диаметр 23 138.3 6 140.3

17. высотный диаметр 16 129.0 4 132.8

9. Наим. ширина лба 33 93.5 18 92.4

45. Скуловой диаметр 16 124.1 4 128.3

48. Верхняя высота лица 23 65.7 11 69.0

55. Высота носа 23 49.0 12 49.8

54. Ширина носа 23 23.7 17 25.1

51. Ширина орбиты 24 40.0 12 41.5

52. Высота орбиты 23 32.7 13 32.9

20. Ушная высота 18 111.9 4 113.0

77. Назомалярный угол 25 141.6 12 140.9

Zm. Зигомакси-ный угол 17 131.1 6 128.4

SS. Симотическая высота 20 3.6 16 4.2

DS. Дакриальная высота 17 10.9 5 11.7

Глубина клыковой ямки 20 4.1 13 4.5

32. Угол профиля лба 18 86.7 5 84.6

72. Общелицевой угол 18 85.3 4 83.3

74. Альвеолярный угол 15 76.8 4 71.8

75 (1). Угол носа 16 24.8 7 23.0

8 : 1. Черепной указатель 23 80.8 5 76.6

17 : 1. Продольный ук-ль 14 74.8 3 73.0

17 : 8. Поперечный ук-ль 14 91.6 3 96.3

9 : 8. Лобный указатель 23 67.8 5 67.1

48 :45. Верхне-лицевой ук. 13 52.5 4 52.7

54 : 55. Носовой указатель 22 48.5 11 51.2

52 : 51. Орбитный ук-ль 24 82.0 12 79.5

SS : SC. Симотический ук. 19 44.9 16 50.8

DS : DC. Дакриальный ук. 17 52.2 5 57.3

черепную коробку, более широкий и высокий лицевой скелет с некоторой уплощенностью на уровне орбит и скул (см. табл. 4, 5). Вместе с тем женские черепа в среднем, как и мужские, в целом относятся к мезоморфному европеоидному типу с нерезко выраженными признаками.

Таким образом, увеличение количество черепов в танкеевской серии не привело к кардинальному изменению ее общей антропологической характеристики. Подтвердился также тезис, высказанный М.С. Акимовой, о ее европеоидной основе с включением небольшой монголоидной при-

Таблица 3

Краниометрические параметры некоторых признаков объединенной серии мужских черепов из Танкеевского могильника.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Признаки N X S

1. Продольный диаметр 41 178.1 8.25**

8. Поперечный диаметр 41 141.0 5.08

17. Высотный диаметр 26 132.4 4.92

9. Наименьшая ширина лба 54 95.4 4.93*

45. Скуловой диаметр 28 132.8 4.61

48. Верхняя высота лица 38 69.9 4.16

55. Высота носа 39 51.6 2.87

54. Ширина носа 40 24.7 1.66

51. Ширина орбиты от т£ 43 41.9 1.87

52. Высота орбиты 45 32.6 2.39**

77. Назомалярный угол 40 140.9 4.91*

Zm. Зигомакиллярный угол 26 129.2 5.11

SS. Симотическая высота 41 3.9 1 37***

DS. Дакриальная высота 32 12.4 2 45***

Глубина клыковой ямки (мм) 36 4.8 1.47

32. Угол лба 30 83.1 5.69**

72. Общий лицевой угол 24 84.2 4.69**

74. Альвеолярный угол 24 76.9 6.62

75(1). Угол носа 26 26.4 7.29**

8 : 1. Черепной указатель 39 79.5 6.62***

17 : 1. Высотно-продольный указатель 25 75.1 4.38*

17 : 8. Высотно-поперечный указатель 25 94.3 3.83

9 : 8. Лобный указатель 41 67.9 4.02

48 45. Верхне-лицевой указатель 23 52.2 3.47*

54 : 55. Носовой указатель 38 48.9 6.28***

52 : 51. Орбитный указатель 42 78.1 7 43***

SS : SC. Симотический указатель 41 47.4 14 7**

DS : DC. Дакриальный указатель 32 55.9 10.3*

Надпереносье (1 - 6) 56 3.24 1.13

* - значения, превышающие стандартные

** - существенное превышение стандартной (Р < 0.05)

*** - существенное превышение стандартной (Р < 0.01)

меси (Акимова, 1973, с. 17). Вместе с тем, анализируя индивидуальные краниометрические данные и величины квадратических отклонений в объединенных сериях, можно отметить, что они морфологически не однородны. Визуально определяются черепа с разными комплексами признаков: европеоидные и смешанные -европеоидные с включением отдельных монголоидных черт. Последние в серии превалируют. Черепа, которые можно отнести к «чисто» монголо-

идным (центрально-азиатский или южно-сибирский типы) - единичны. Смешанный и сложный антропологический состав танкеевского населения также выявляется и при анализе эмпирических значений квадратического отклонения в серии по отношению их к стандартным. В мужской и женской группе они статистически завышены по многим признакам, но наиболее существенную вариабельность в обеих сериях демонстрирует черепной указатель. Учитывая это, а также невоз-

* - значения, превышающие стандартные

** - существенное превышение стандартной (Р < 0.05)

*** - существенное превышение стандартной (Р < 0.01)

Таблица 4

Краниометрические параметры некоторых признаков объединенной серии женских черепов из Танкеевского могильника.

Признаки N X S

1. Продольный диаметр 33 174.0 7.54*

8. Поперечный диаметр 29 138.2 7 17**

17. Высотный диаметр 19 129.6 6.24*

9. Наименьшая ширина лба 49 93.0 3.64

45. Скуловой диаметр 19 125.4 5.67*

48. Верхняя высота лица 34 66.7 3.99

55. Высота носа 34 49.4 3.01

54. Ширина носа 39 24.4 1.81

51. Ширина орбиты от т£ 35 40.7 1.91

52. Высота орбиты 37 32.9 2.20

77. Назомалярный угол 36 141.6 4.10

Zm. Зигомакиллярный угол 22 130.3 5.81

SS. Симотическая высота 34 3.9 1 23***

DS. Дакриальная высота 22 11.1 1.66*

Глубина клыковой ямки (мм) 33 4.4 1.60***

32. Угол лба 22 86.1 2.88

72. Общий лицевой угол 21 84.6 3.80*

74. Альвеолярный угол 18 75.4 6.04

75(1). Угол носа 22 24.3 4.23

8 : 1. Черепной указатель 27 79.4 5.66*

17 : 1. Высотно-продольный указатель 15 74.9 4.08*

17 : 8. Высотно-поперечный указатель 15 93.1 5.93*

9 : 8. Лобный указатель 27 68.1 3.07

48 45. Верхне-лицевой указатель 16 52.5 3.04

54 : 55. Носовой указатель 31 49.3 3.99

52 : 51. Орбитный указатель 35 81.1 5.37*

SS : SC. Симотический указатель 33 45.8 13.6*

DS : DC. Дакриальный указатель 22 53.4 11.2*

Надпереносье (1 - 6) 50 1.76 0.64

можность разделить анализируемую совокупность по археологическому и хронологическому принципам (из-за плохой сохранности черепов и большого количества разграбленных могил), сочли возможным разделить мужские черепа по этому признаку и сопоставить их. При этом выяснилось, что сопоставляемые части мужской серии количественно примерно равны (табл. 6).

Учитывая закономерные различия в признаках, напрямую свя-

занные корреляцией с черепным указателем (например, ширина и длина основания черепа и т.д.), отметим, что мужские брахикранные черепа по отношению к долихо-мезокран-ным выглядят относительно более высоколицыми и широколицыми. Небольшие различия также прослеживаются в профиле лба и по общему лицевому углу. По этим признакам брахикранные черепа имели более покатый лоб и более прогнатный лицевой скелет. По остальным параметрам

Таблица 5

Сравнение мужских и женских черепов из Танкеевского могильника при помощи коэффициентов полового диморфизма

Признаки К, Х(м) Х(ж) х К,

1. Продольный диаметр 1.049 178.1 182.5

8. Поперечный диаметр 1.037 141.0 143.3

17. Высотный диаметр 1.047 132.4 135.7

5. Длина основания черепа 1.054 102.0 101.3

9. Наим.ширина лба 1.032 95.4 95.9

11. Ширина основания черепа 1.048 125.9 127.7

45. Скуловой диаметр 1.072 132.8 134.4

40. Длина основания лица 1.042 95.4 99.1

48. Верхняя высота лица 1.076 69.9 71.8

55. Высота носа 1.061 51.6 52.4

54. Ширина носа 1.041 24.7 25.4

51. Ширина орбиты 1.041 41.9 42.4

52. Высота орбиты 1.005 32.6 33.1

20. Ушная высота 1.046 112.5 117.5

SS. Симотическая высота 1.207 3.9 4.7

DS. Дакриальная высота 1.113 12.4 12.4

77. Назомалярный угол 1 140.9 141.6

Zm. Зигомаксиллярный. угол 1 129.2 130.3

75(1). Угол носа +4о 26.4 28.3

Табл. 6.

Сравнение двух групп мужских черепов Танкеевского могильника, сформированных по черепному указателю

Признаки Х (К) < 80.0 X (К) > 80.0

1. Продольный диаметр 182.6 (21) 179.1 (18)

8. Поперечный диаметр 138.3 (21) 144.0 (18)

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

17. высотный диаметр 132.4 (13) 132.4 (11)

9. Наименьшая ширина лба 96.0 (21) 94.8 (18)

45. Скуловой диаметр 131.1 (15) 134.8 (13)

48. Верхняя высота лица 68.3 (14) 70.5 (14)

55. высота носа 50.9 (14) 51.8 (14)

54. Ширина носа 24.5 (14) 24.5 (14)

51. Ширина орбиты 41.8 (15) 41.7 (17)

52. Высота орбиты 31.7 (15) 32.7 (17)

77. Назомалярный угол 140.4 (14) 140.8 (16)

Zm. Зигомаксиллярный угол 128.2 (10) 128.1 (8)

SS. Симотическая высота 4.0 (13) 3.9 (16)

DS. Дакриальная высота 12.4 (11) 11.7 (13)

32. Угол лба 84.0 (14) 82.2 (13)

72. Общий лицевой угол 85.2 (12) 83.5 (11)

75 (1). Угол носа 26.6 (11) 27.8 (11)

8:1. Черепной указатель 75.8 (21) 83.8 (18)

48:45. Верхне-лицевой указатель 52.1 (14) 52.5 (9)

54:55. Носовой указатель 48.5 (14) 47.5 (14)

52:51. Орбитный указатель 76.5 (15) 78.6 (17)

Симотический указатель 47.4 (13) 47.1(16)

Дакриальный указатель 57.2 (11) 54.3 (13)

Табл. 7.

Результаты внутригруппового анализа главных компонент.

Признаки Главные компоненты

I II III

1. Продольный диаметр -0.222 -0.087 -0.369

8. Поперечный диаметр -0.028 0.672 0.242

17. Высотный диаметр -0.212 0.226 0.717

9. Наим. ширина лба -0.286 -0.011 0.288

45. Скуловой диаметр -0.139 0.777 0.368

48. Верхняя высота лица 0.715 -0.028 0.220

55. Высота носа 0.907* 0.048 0.023

54. Ширина носа -0.349 0.169 -0.018

51. Ширина орбиты (от т1} -0.133 -0.009 0.404

52. Высота орбиты 0.722 0.094 0.166

32. Угол профиля лба -0.470 -0.563 0.146

77. Назомалярный угол -0.574 0.028 0.010

Zm'. Зигомаксиллярный угол -0.242 -0.393 0.414

SS:SC. Симотический указатель 0.462 -0.447 0.221

75(1). Угол носа 0.044 -0.422 0.712

Общая дисперсия (%) 20.1 13.4 12.8

* - выделены значения, указывающие на сильную коррелятивную связь

эти группы существенно не отличаются.

Таким образом, морфологическая неоднородность танкеевской краниологической серии проявляется лишь в форме черепной коробки и не связана со строением лицевого отдела, обнаруживая, на наш взгляд, лишь небольшую тенденцию к увеличению некоторых линейных параметров лица в брахикранной ее части. Вероятно, мужчины, погребенные у села Тан-кеевка, характеризовались в целом европеоидным антропологическим типом, в рамках которого выделяются несколько морфокомплексов, различающихся, прежде всего, формой головы и степенью проявления монголоидных черт.

Представление о характере вну-тригрупповых связей в танкеевской серии дает метод главных компонент. Для анализа привлечено 26 мужских черепа хорошей сохранности (в ряде случаев, недостающие значения некоторых признаков заменялись сред-

ними групповыми параметрами с учетом черепного индекса) с набором признаков, имеющих повышенную таксономическую значимость, - 1, 8, 17, 9, 45, 48, 55, 54,51,52, 32, 77, Zm', 88:8С, 75(1). Наиболее полную информацию несут первые три главных компоненты, отражающие в общей совокупности более 46% от всей вну-тригрупповой изменчивости (табл. 7).

Первая главная компонента (20,1% от всей дисперсии) выявляет следующую внутригрупповую закономерность: с увеличением высоты носа, увеличивается высота орбит и верхняя высота лица. В то же время уменьшается угол горизонтальной профилировки на уровне орбит. Вероятно, данная взаимосвязь признаков статистически подтверждает наличие в мужской серии черепов со следующими морфологическими характеристиками: более высокому лицу соответствует более резкая его профилировка на уровне орбит и, наоборот, уменьшение высоты лица сопровождается

некоторой его уплощенностью в горизонтальной плоскости.

Во второй главной компоненте (13,6%) основные нагрузки падают на скуловую ширину, поперечный диаметр и угол наклона лба. Эти признаки образуют следующую взаимосвязь: с увеличением ширины лица на уровне скул увеличивается ширина черепной коробки, но при этом уменьшается угол наклона лба, то есть он становится более покатым. Возможно, данная компонента выделяет в анализируемой совокупности брахикранные черепа с относительно широким лицом и слабонаклонным лбом, а также черепа с узким лицом, с удлиненной черепной коробкой и с более выпуклым лбом.

Третья компонента, отражающая более 12% от всей внутригрупповой дисперсии, демонстрирует положительную взаимосвязь между высотой свода и углом выступания носовых костей, т.е. с увеличением высотного диаметра увеличивается угол высту-пания носа. Возможно, данная корреляция определяет наличие в серии черепов европеоидного облика (высокий свод и большой угол носа) и индивидов с монголоидными чертами (низкая голова сочетается с небольшим углом носа).

Таким образом, характер внутри-групповых связей в танкеевской краниологической серии указывает на то, что она состоит в целом из европеоидных черепов (разных морфологических вариантов) и черепов европеоидного облика с нерезко выраженными признаками или монголоидными чертами.

Графическое расположение мужских черепов в пространстве первых двух главных компонент (33,4% от

всей изменчивости) показало их дисперсное распределение на корреляционном поле (рис. 1). Интерпретация такой ситуации, когда черепа Танке-евского некрополя не образуют каких-либо закономерных группировок, довольно затруднительна. Вероятнее всего, они представляют переходные или промежуточные типы как результат далеко зашедшей метисации между исходными компонентами, которые, в свою очередь, также были морфологически смешанными. Так, крайне левое положение по горизонтальной оси I ГК занимают черепа из погребений № 258 (18) и 1010 (22), которые характеризуются низким и несколько уплощенным лицом на уровне орбит. Крайне правое положение занимают черепа европеоидного типа, у которых высокое и узкое лицо сочетается с большим углом выступания носа (погр. № 282 (10) и 303 (17)). По вертикальной оси II ГК верхнее пространство занимают суббрахикран-ные черепа с относительно низким и широким лицом, с ослабленной горизонтальной профилировкой на уровне орбит и небольшим углом носа (погребения № 513, 457, 415, 1158 (6, 7, 8, 19)). Нижнею половину вертикали заняли черепа с низкой высотой и средней шириной лица, сопровождавшиеся высокими орбитами, хорошо профилированным и выступающим носом (погр. № 598, 309, 308, 937, 168 (5, 9, 16, 20, 26)).

Таким образом, морфологическое своеобразие танкеевской серии состоит в ее смешанном характере. Истоком этого своеобразия является, на наш взгляд, метисация каких-то групп населения, имеющих в целом европеоидные морфологические черты в строении лицевого скелета, но

7 ♦ 2

3 -

6

23

19

3

8

12

4

24

10

0

9

25 2

17 3

4

20

5

26

21

16

18

22

2

14

13

Рис. 1. Расположение мужских черепов Танкеевского могильника в пространстве первых двух главных компонент. 1 - (погр. ?); 2 - (погр. ?); 3 - (погр. ?); 4 - (погр. 673); 5 - (погр. 598); 6 - (погр. 513); 7 - (погр. 457); 8 - (погр. 415); 9 - (погр. 309); 10 - (погр. 282); 11 - (погр. ?); 12 - (погр. 735); 13 - (погр. 709); 14 - (погр. 582); 15 - (погр. 517); 16 - (погр. 308); 17 - (погр. 303); 18 - (погр. 258); 19 - (погр. 1158); 20 - (погр. 937); 21 - (погр. 1059); 22 - (погр. 1010); 23 - (погр. 542); 24 - (погр. 522);

25 - (погр. 1009); 26 - (погр. 168). Fig. 1. Spatial arrangement of male sculls from Tankeevka burial ground in the first two primary components. 1 - (burial ?); 2 - (burial ?); 3 - (burial ?); 4 - (burial 673); 5 - (burial 598); 6 - (burial 513); 7 - (burial 457); 8 - (burial 415); 9 - (burial 309); 10 - (burial 282); 11 - (burial?); 12 - (burial 735); 13 - (burial 709); 14 - (burial 582); 15 - (burial 517); 16 - (burial 308); 17 - (burial 303); 18 - (burial 258); 19 - (burial 1158); 20 - (burial 937); 21 - (burial 1059); 22 - (burial 1010); 23 -(burial 542); 24 - (burial 522); 25 - (burial 1009); 26 - (burial 168).

различающиеся по степени их выраженности, а также по форме черепной коробки. Наглядное представление о физическом облике древних танке-евских жителей в какой-то мере дает скульптурная реконструкция по мужскому черепу из погребения № 949, выполненная Н.Р. Рахматуллиным по методу М.М. Герасимова (рис. 4).

Для определения основных векторов этногенетических связей тан-кеевской группы с предшествующим и синхронным ему населением был проведен двухэтапный межгрупповой

анализ с привлечением мужских краниологических серий с территории Восточной Европы и Западной Сибири рубежа эр и эпохи раннего средневековья.

На первом этапе были использованы краниометрические данные по сериям, которые характеризуют антропологический тип «местного» прикамско-приуральского населения различных археологических культур рубежа эр: пьяноборская, гляде-новская, караабызская, азелинская, мазунинская, бахмутинская, ломова-

товская (харинский этап). Также для сравнительного анализа были использованы серийные данные по поволж-ско-приуральским группам сармат среднего этапа и сборные серии по населению саргатской культуры Западной Сибири.

Список мужских краниологических серий эпохи рубежа эр, привлеченных для межгруппового анализа.

1. Танкеевский могильник, 1Х-Х вв. (Акимова, 1973; Газимзянов, наст. работа).

Гляденовская культура

2. Сборная серия («Городок», «Заосиново I, IV», «В. Ирьяк»), III в. до н. э. - V-VI вв. н. э. (данные автора).

Пьяноборская культура

3. Кушелевский м-к, I в. до н. э. -III в. н. э. (Ефимова, 1991).

4. Чегандинский м-к, III в. до н. э. -II в. н. э. (Акимова, 1968; Фатта-хов, 1981).

5. Камышлы-Тамакский м-к, II в. до н. э. - II в. н. э. (Акимова, 1968).

6. Ст. Чекмакский м-к, II в. до н. э. -II в. н. э. (Фаттахов, 1981). Караабызская культура

7. Шиповский м-к, ГУ-Ш вв. до н. э. (Ефимова, 1981).

8. Охлебининский м-к, I в. до н. э. -

II в. н. э. (Ефимова, 1981). Азелинская культура

9. Мари-Луговской могильник, IV-V вв. н. э. (Алексеев, 1962).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

10. Азелинский, Суворовский могильники (объединенная серия),

III - сер. V в. н. э. (Акимова, 1961). Мазунинская культура

11. Ижевский м-к, III-V вв. н. э. (Фаттахов, 1978).

12. Покровский м-к, ^^ вв. н. э. (Фаттахов, 1978).

13. Боярский «Арай» м-к, III-IV-V вв. н. э. (Широбоков, Черных, 2016). Бахмутинская культура

14. Бирский м-к (ранний), III—

V вв. н. э. (Акимова, 1968). Харинская культура

15. Митинский м-к, IV—V вв. н. э. (Акимова, 1968).

Сарматы (средний этап)

16. Ст. Киишкинский м-к, III-II в. до н. э. (Акимова, 1968).

17. Заволжская группа (сборная серия), II в. до н. э. — II в. н. э. (Балабанова, 2000).

18. Калмыцкая группа (сборная серия), II в. до н. э. — II в. н. э. (Балабанова, 2000).

19. Донская (сборная), II в. до н. э. — II в. н. э. (Балабанова, 2000). Саргатская культура

20. Исето-Тобольская группа (сборная), IV в. до н. э. — V в. н. э. (Бага-шев, 2000).

21. Приишимская группа (сборная),

V в. до н. э. — III—IV вв. н. э. (Бага-шев, 2000).

22. Прииртышская группа (сборная), VI—V вв. до н. э. — III—IV вв. н. э. (Багашев, 2000).

23. Барабинская группа (сборная), VI—V вв. до н. э. — I в. н. э. (Бага-шев, 2000).

Выяснение характера межгрупповой изменчивости и этногенетических связей населения рубежа эр определялось методом канонического анализа. В анализе использовались краниометрические параметры, имеющие повышенную таксономическую значимость: 1, 8, 17,9 , 45, 48, 55, 54, 51, 52, 77, Zm', SS:SC, 75(1).

Каноническим методом найдены три первых вектора, отражающих в сумме около 100% всей межгрупповой изменчивости (табл. 8).

*- выделены значения, указывающие на сильную коррелятивную связь

Табл. 8.

Элементы первых трех канонических векторов (ЫП) для 23 мужских краниологических серий эпохи рубежа эр.

Признаки I II III

1. Продольный диаметр -0.402 0.284 0.346

8. Поперечный диаметр 0.754* -0.505 -0.176

17. Высотный диаметр -0.125 0.187 0.296

9. Наименьшая ширина лба -0.173 -0.035 -0.101

45. Скуловой диаметр -0.126 0.314 -0.148

48. Верхняя высота лица -0.277 -0.041 0.410

51. Ширина орбиты 0.763 0.525 0.328

52. Высота орбиты -0.113 -0.352 0.109

54. Ширина носа -0.056 -0.028 0.174

55. Высота носа 0.128 -0.015 -0.443

77. Назомалярный угол 0.096 0.135 0.120

Zm'. Зигомаксиллярный угол 0.122 0.002 0.241

SS:SC. Симотический указ-ль 0.289 0.273 -0.300

75(1). Угол носа -0.093 -0.596 0.840

Собственные числа 39.2 10.5 7.5

Доля в общей дисперсии (в %) 68.5 18.4 13.1

В первом каноническом векторе, отражающем более 68% всей изменчивости, наибольшая нагрузка падает на поперечный диаметр и ширину орбит. Положительная коррелятивная связь между этими признаками позволяет выделить в анализируемой совокупности серии, для которых в среднем характерна более широкая черепная коробка и более широкие орбиты, а также серии с противоположными характеристиками - более длинной черепной коробке соответствуют более узкие орбиты.

Второй канонический вектор, описывающий более 18% всей межгрупповой дисперсии, демонстрирует следующую взаимосвязь признаков: с уменьшением угла носа увеличивается ширина орбит, но уменьшается ширина черепной коробки. Вероятно, данный вектор выделяет среди анали-

зируемых групп серии с небольшим углом выступания носа, с более длинной головой и в тоже время более широкими орбитами и, наоборот, серии, для которых присуще более выступающий нос, более широкая черепная коробка и более узкие орбиты.

Третий вектор (более 13% в общей доле всей изменчивости) разделяет нашу выборку мужских краниологических серий рубежа эр на европеоидные группы и серии с монголоидным компонентом в зависимости от степени выступания носа над линией профиля лица.

Таким образом, канонический анализ выявил неоднородный антропологический состав мужских серий Поволжья, Западного Приуралья и Западной Сибири первой половины I тыс. н. э. Основу этой неоднородности составили группы населения,

2

-0,5 1

15 -1

2,5

9

2

1,5

5

6

10

21

0,5

13

22

4

20

23

11

14

2

3

12

3

19

17

7

16

18

8

-1,5

Рис. 2. Мужские краниологические серии эпохи раннего железа в пространстве первых двух канонических векторов. 1 - Танкеевский могильник; 2 - гляденовская культура (сборная серия); 3 - Куше-левский могильник; 4 - Чегандинский могильник; 5 - Камышлы-Тамакский могильник; 6 - Ст.Чекмакский могильник; 7 - Шиповский могильник; 8 -Охлебининский могильник; 9 - Мари-Луговской могильник; 10 - Азелинский, Суворовский могильники (объединенная серия); 11 -Ижевский могильник; 12 - Покровский могильник; 13 - могильник Боярский «Арай»; 14 - Бирский могильник (ранний); 15 - Митинский могильник; 16 - Ст.Киишкинский могильник; 17 - сарматы среднего этапа, заволжская группа (сборная серия); 18 - сарматы среднего этапа, калмыцкая группа (сборная серия); 19 - сарматы среднего этапа, донская группа (сборная серия); 20 - саргатская культура, Исето-Тобольская группа (сборная серия); 21 - саргатская культура, При-ишимская группа (сборная серия); 22 -саргатская культура, Прииртышская группа (сборная серия); 23 - саргатская культура, Барабинская группа (сборная серия). Fig. 2. Spatial arrangement of male craniological series of the Early Iron Period in the first two

canonic vectors.

1, 3-16 - burial grounds: 1 - Tankeevka; 3 - Kushelevo; 4 - Cheganda; 5 - Kamyshly-Tamak; 6 - Stary Chekmak; 7 - Shipovo; 8 - Okhlebinino; 9 - Mari-Lugovoe; 10 - Azelino, Suvorovo (united series); 11 - Izhevsk; 12 - Pokrovskoe, 13 - Boyarskii "Aray"; 14 - Birsk (earlier); 15 - Mitino; 16 - Staro-Kiishkino; 2 - Gliadenovo culture (collective series); 17 - Sarmatians of the middle stage, Trans-Volga group (collective series); 18 - Sarmatians of the middle stage, Kalmyk group (collective series); 19 - Sarmatians of the middle stage, Don group (collective series); 20 - Sargatka culture, Iset-Tobol group (collective series); 21 - Sargatka culture, Ishim River group (collective series); 22 - Sargatka culture, Irtysh River group (collective series); 23 - Sargatka culture,

Baraba group (collective series).

морфологически различающиеся в основном по форме черепной коробки, по ширине орбит и углу носа. В расово-типологическом отношении они интерпретируются как европео-

идные, но с разной долей в их составе монголоидной примеси.

Наглядно это представлено на графике, построенном в пространстве первых двух канонических векторов, от-

ражающих в сумме более 86% от всей межгрупповой изменчивости (рис. 2).

Так, крайне правые позиции по горизонтали первого канонического вектора занимают сборные серии по населению саргатской культуры разных территориальных групп Западной Сибири. В целом для них характерны брахикранная черепная коробка, относительно широкое со средней высотой уплощенное лицо, а также широкие и низкие орбиты и небольшой угол выступания носа, то есть они являлись носителями одного из вариантов уральской расы, для которой характерно сочетание монголоидных и европеоидных черт. Крайне левую позицию по горизонтали заняла серия черепов из Кушулевского могильника пьяноборской культуры. Черепа доли-хокранные, лицо мезоморфного строения с умеренной профилировкой на уровне орбит и сильной на уровне скул, переносье средней высоты, угол выступания носа небольшой. Представленный морфокомплекс также можно охарактеризовать как вариант уральской расы, а именно - субуральский.

В верхнем полюсе второго канонического вектора расположилась серия черепов Мари-Луговского могильника азелинской культуры с длинной черепной коробкой, с низким сводом, с относительно узким и низким лицом, умеренно профилированным на уровне орбит и скул, со средним углом выступания носа. Данный краниоком-плекс в различных вариантах - европеоидный, но с нерезко выраженными признаками - был распространен, по мнению М.С. Акимовой, у местного прикамско-приуральского населения с рубежа эр. В более позднее время, на его основе формировался антрополо-

гический облик современных народов Среднего Поволжья и Волго-Камья, в частности марийцев и удмуртов (Акимова, 1973, с. 28). Действительно, на графике к черепам Мари-Луговского могильника примыкают практически все краниологические серии, характеризующие краниотип прикамско-при-уральского населения: пьяноборское, мазунинское, азелинское, бахму-тинское и гляденовское. Несколько иным в целом морфокомплексом обладали нижневолжские и южноприуральские сарматы среднего этапа: мезо-брахикранная черепная коробка сочеталась с относительно узким и относительно низким, умеренно профилированным лицом, высоким переносьем и выступающим носом. К этой европеоидной группе средних сармат, особенно донской и калмыцкой, примыкает объединенная серия Танкеев-ского могильника, а также мужские черепа Шиповского могильника (ка-раабызская культура) и черепа Митинского могильника (ранний этап харинской культуры). Их объединяет мезо-брахикранная форма черепной коробки, мезоморфное лицо с умеренной профилировкой на всех уровнях и высокое переносье с сильным или средним углом выступания носа. Типологическую близость танкеев-ской серии с черепами Шиповского и Митинского могильника можно интерпретировать как генетическую, но эти серии малочисленны и их морфологическое сходство может носить случайный характер, поэтому вопрос об их возможных генетических связях остается пока открытым. Вместе с тем нельзя не отметить близость тан-кеевской серии по морфотипу с черепами сармат среднего этапа Нижнего Поволжья, что может свидетельство-

вать об их каком-то участии (пусть и опосредованном, учитывая большой хронологический и территориальный разрыв между ними) в формировании физических особенностей населения, оставившего раннесредневековый языческий могильник у д. Танкеевка.

Таким образом, исходя из результатов межгруппового анализа можем отметить, что в сложение морфологического облика танкеевской группы могли принять участие как предшествующее население прикамско-при-уральского генезиса (европеоидное с включением монголоидных особенностей), так и отдельные европеоидные группы южного (степного) населения.

На втором этапе межгруппового сравнительного анализа были использованы краниометрические данные по мужским сериям, характеризующие антропологический облик раннес-редневекового населения отдельных регионов Восточной Европы: Среднее и Нижнее Поволжье, Приуралье, Придонье и Карпатская котловина. Их выбор был обусловлен тем, что по археологическим данным группы населения указанных регионов могли принять участие в сложении не только культурных, но и физических особенностей волжских булгар в целом и танкеевской популяции в частности.

Список мужских краниологических серий с территории Восточной Европы раннесредневекового времени, использованных в каноническом анализе.

Среднее Поволжье

1. Танкеевский, IX-XI вв. (Акимова, 1973).

2. Население Самарского Поволжья (сборная), VII-X вв. (Газимзянов, 2014).

3. Кайбельский (ранний), VIII-IX вв. (Герасимова, 1956).

4. Больше-Тарханский, VIII-IX вв. (Акимова, 1964).

5. Больше-Тиганский, VIII-IX вв. (Фаттахов, 1981).

6. IV Билярский, X-XII вв. (Фаттахов, 1979).

7. I—III Билярские (сборная, брахи-кранная группа), X-XIII вв. (Ефимова, 1991).

8. I—III Билярские (сборная, долихо-мезокранная группа), X-XIII вв. (Ефимова, 1991).

Прикамье

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

9. Ломоватовская культура (сборная), IV-VIII вв. (Алексеев, 1969, Акимова, 1968).

10. Поломская культура (сборная), V-IX вв. (Алексеев, 1969, Акимова, 1968).

Приуралье

11. Северная Башкирия (сборная),

вв. (Ефимова, 1991). Нижнее Поволжье

12. Саркел (кочевники), X-XI вв. (Вуич, 1963).

13. Саркел, Большой курган (насыпь 17/10), X-XI вв. (Гинзбург, 1951, 1963).

14. Саркел (могильник у север-восточной стены), X-XI вв. (Вуич, Гинзбург, Фирштейн, 1963).

15. Сборная серия хазарского времени (недеформированная группа), VIII-X вв. (Балабанова, 2005).

16. Саркел (правобережное городище), VIII-IX вв. (Гинзбург, 1963). Придонье

17. Зливкинский, VIII-IX вв. (Наджи-мов, 1955; Ефимова, Кондукторо-ва, 1993).

18. Верхнее-Салтовский, VIII-IX вв. (Алексеев, 1962).

Табл. 9.

Элементы первых трех канонически векторов (ЫП) для 23 мужских краниологических серий эпохи раннего средневековья.

Признаки I II III

1. Продольный диаметр -0.384 -0.006 -0.125

8. Поперечный диаметр 0.598* -0.168 0.198

17. Высотный диаметр -0.188 0.542 0.514

9. Наименьшая ширина лба -0.511 -0.271 0.280

45. Скуловой диаметр 0.425 -0.602 -0.239

48. Верхняя высота лица -0.025 -0.523 -0.042

51. Ширина орбиты 0.225 0.539 0.450

52. Высота орбиты -0.056 0.147 -0.300

54. Ширина носа 0.069 0.005 -0.344

55. Высота носа 0.058 0.704 -0.409

77. Назомалярный угол 0.153 0.234 0.117

Zm'. Зигомаксиллярный угол 0.332 0.009 0.024

SS:SC. Симотический указ-ль 0.106 -0.431 0.467

75(1). Угол носа -0.528 -0.207 -0.177

Собственные числа 44.3 19.4 8.9

Доля в общей дисперсии (в %) 62.2 26.7 12.2

* выделены значения, указывающие на сильную коррелятивную связь

19. Маяцкий, УШ-!Х вв. (Кондукто-рова, 1984).

20. Дмитровский, УШ-ГХ вв. (Кон-дукторова, Сегеда, 1990).

21. Сидоровский, К-Х вв. (Газимзя-нов, 2014).

Кочевники

22. Авары (сборная, Кецель), VIII в. (Тот, Фирштейн, 1970).

23. Венгры (сборная), X в. (средние по Г.Ф. Дебец; Рудь, 1987). Каноническим методом извлечено

три первых вектора, отражающих в совокупности около 100% всей межгрупповой изменчивости (табл. 9).

Максимальные нагрузки в I каноническом векторе (более 62% всей дисперсии) несут следующие признаки: поперечный диаметр, наименьшая ширина лба и угол носа, образуя комплексную корреляционную связь, -

с увеличением ширины черепной коробки уменьшается ширина лба и понижается угол выступания носа. Вероятно, данный вектор в антропологическом плане позволяет выделить среди исходных групп серии с монголоидными и европеоидными комплексами признаков. Для первых будет характерна широкая черепная коробка, узкий лоб и небольшой угол выступания носа, а для вторых - более узкий череп, более широкий лоб и более выступающий нос.

Второй канонический вектор (более 26% всей изменчивости) выявляет более сложную межгрупповую коррелятивную связь. Основные нагрузки падают на высоту носа, скуловой диаметр, высоту свода, ширину орбит и высоту лица, образуя следующую закономерность: с увеличением высоты

1 6 2

2

1,5

8

2

18

10

4

17

1 7

0,5

13

9

3

14

0

21

-2 20

3

4

5

15

16

-0,5

5

19

11 12

23

-1,5

Рис. 3. Мужские краниологические серии эпохи раннего средневековья Восточной

Европы в пространстве первых двух канонических векторов. 1 - Танкеевский могильник; 2 - население Самарского Поволжья, новинковский тип памятников (сборная серия); 3 - Кайбельский могильник (ранний); 4 - Больше-Тар-ханский могильник; 5 - Больше-Тиганский могильник; 6 - IV Билярский некрополь; 7 - I-III Билярские некрополи (сборная серия, брахикранная группа); 8 - I-III Билярские некрополи (сборная серия, долихо-мезокранная группа); 9 - население ломо-ватовской культуры (сборная серия); 10 - население поломской культуры (сборная серия); 11 - кочевники, Северная Башкирия (сборная серия); 12 - Саркел (кочевники);

13 - Саркел, Большой курган (насыпь 17/10); 14 - Саркел (могильник у север-восточной стены); 15 - сборная серия хазарского времени (недеформированная группа); 16 - Саркел (правобережное городище); 17 - Зливкинский могильник; 18 --Верхне-

Салтовский могильник; 19 - Маяцкий могильник; 20 - Дмитровский могильник; 21 - Сидоровский могильник; 22 - авары (сборная серия, Кецель); 23 - венгры эпохи «обретения Родины» (сборная серия). Fig. 3. Spatial arrangement of male craniological series of the Early Middle Ages in the first two canonic vectors. 1 - Tankeevka burial ground; 2 - Population of the Samara Volga region, Novinki type (collective series); 3 - Kaibely burial ground (earlier); 4 - Bolshie Tarkhany burial ground; 5 - Bolshie Tigany

burial ground; 6 - IV Biliar Necropolis; 7 - I-III Biliar Necropolis (collective series, Brachicran group); 8 - I-III Biliar Necropolis (collective series, Dolicho-mezocran group); 9 - Population of the

Lomovatovo culture (collective series); 10 - Population of the Polom culture (collective series); 12 - Sarkel (Nomads); 13 - Sarkel, Bol'shoi kurgan (mound 17/10); 14 - Sarkel (burial ground near the northeast wall); 15 - collective series of the Khazarian Time (undeformed group); 16 - Sarkel (right-bank hillfort); 17 - Zlivki burial ground; 18 - Verkhne-Saltovo burial ground; 19 - Mayaki burial ground; 20 - Dmitrovo burial ground; 21 - Sidorovo burial ground; 22 - Avars (collective series, Ketsel); 23 - Hungarians of the era of "Finding the Motherland" (collective series).

носа и ширины орбит, уменьшается ширина и высота лица, но увеличивается высота свода черепной коробки.

Данный вектор, вероятно, выделяет среди анализируемых групп раннес-редневекового населения Восточной

Рис. 4. Скульптурная реконструкция по мужскому черепу из погребения № 949, выполненная по методу М.М. Герасимова. Автор Н.Р. Рахматуллин. Fig. 4. Sculptural reconstruction on the basis of a male scull from burial No. 949 using M.M. Gerasimov's technique. Author - N.R. Rakhmatullin.

Европы краниологические серии смешанного морфотипа. Имея относительно общий по пропорциям тип лица, как правило, мезоморфного строения, они различаются по высоте носа и ширине орбит, в зависимости от высоты свода. Так, высокоголовые группы обладали более высоким носом и более широкими орбитами, чем низкоголовые группы.

Третий канонический вектор (более 12% всей межгрупповой дисперсии) дополняет предыдущий тем, что в нем главную нагрузку несет единственный признак - высотный диаметр, который еще раз подтверждает наш вывод о присутствии в мужских группах серий с высоким или низким сводом черепа.

Таким образом, межгрупповой анализ раннесредневековых групп населения Восточной Европы показал, что в антропологическом отношении они не однородны. Основу этой неоднородности составили группы населения, морфологически различаю-

щиеся в основном формой черепной коробки, углом выступания носа, а также строением лицевого скелета в целом, а также отдельными его элементами. В расово-типологическом отношении они характеризуются как европеоидные группы, но с разной степенью включения в их состав монголоидного компонента.

Иллюстративно это отражено на графике, построенном в пространстве первых двух канонических векторов, в совокупности отражающем более 86% от всей межгрупповой изменчивости (рис. 3).

Наиболее монголоидные группы заняли положительное поле по горизонтали первого канонического вектора: серия кочевников Нижнего Поволжья хазарского времени, серия из курганных захоронений у стен Саркела, серия правобережного Цимлянского городища, серия черепов из курганных захоронений северного Башкортостана и серия Зливкинско-го могильника. Для них характерна

брахикранная форма черепа, узкий лоб, широкое со средней или низкой высотой лицо, уплощенное на уровне орбит и скул, а также ослабленное выступание носа, то есть прослеживается в целом комплекс признаков южно-сибирского антропологического типа. Долихокранные узколицые группы с резкой профилировкой и с большим углом выступания носа расположились в левой половине горизонтальной оси I КВ: серии черепов из Верхне-Салтовского, Маяцкого и Дмитровского могильников салтово-маяцкой культуры. Они маркируют долихокранные европеоидные популяции алано-сарматского генезиса в составе населения Хазарского каганата.

По вертикали второго канонического вектора верхнюю половину занимают сборная серии черепов (до-лихо-мезокранная группа) из I—III Билярских мусульманских некрополей домонгольского времени и сборная серия черепов из захоронений поломской культуры (Верхнее Прикамье). Кроме удлиненной формы черепа их объединяет высокая высота свода, узкое мезоморфное лицо с умеренной уплощенностью на всех уровнях и средний угол выступания носа. В антропологическом отношении эти серии, несомненно, европеоидные, но с небольшой долей монголоидной примеси местного прикамско-при-уральского генезиса. Нижнюю половину II КВ заняли серия черепов из аварских захоронений с территории Прикарпатья и сборная серия по венграм «эпохи обретения Родины». Обе серии характеризуются округлой формой черепа, высоким сводом, умеренно профилированным и мезоморфным лицом, высоким переносьем и хорошо

выступающим носом, то есть европеоидным в целом типом, но с небольшой долей монголоидных элементов.

Центральную группу на графике составили мужские краниологические серии, представляющие мезо-брахикранный европеоидный в целом антропологический тип населения Хазарского каганата, Среднего Поволжья и Прикамья: серии из городских могильников Саркела и серия черепов из Сидоровского раннемусульман-ского некрополя; серии из ранне-булгарских языческих могильников (Больше-Тарханский и Кайбельский), сборная серия из захоронений «но-винковского» типа с Самарской Луки и сборная серия (брахикранная группа) из мусульманских I—III Билярских некрополей; сборная серия из могильников ломоватовской культуры. В эту группу вошла и объединенная серия из Танкевского могильника, в которой обнаруживается наибольшая морфологическая связь с сериями черепов из Саркела (Большой курган, насыпь 17/10), ломоватовской культуры и мусульманских некрополей Биляра I—III (брахикранная группа). Исходя из результатов межгруппового антропологического анализа в совокупности с археологическими данными, можно предположить, что в сложении физических и культурных особенностей волжских булгар принимали участие группы населения различных этнокультурных и этногенетических истоков. В связи с этим следует вспомнить один из тезисов М.С. Акимовой, высказанный по итогам антропологического исследования материалов Танкеевского могильника. По ее мнению, имеющийся (на тот момент) па-леоантропологический материал не дает данных для выявления в танкеев-

ской серии угорского или тюркского компонента. Она считала, что основу расового облика танкеевского населения составляли морфологические типы - европеоидные с нерезко выраженными признаками, - характерные для местных (по Акимовой - фин-ноязычных) племен Волго-Камья на протяжении всего I тысячелетия н. э. (Акимова, 1973, с. 28). Не вдаваясь в дискуссию о связи носителей определенного языка с отдельными археологическими культурами, можем констатировать, что внутригрупповой анализ всех антропологических материалов Танкеевского могильника выявил в его составе европеоидные в целом морфологические комплексы, которые в той или иной степени могут быть генетически связаны как с местным населением в широком плане поволжско-приуральских истоков (носителем поломо-ломоватовских и кушнаренково-караякуповских археологических традиций), так и с группами населения южных и юго-западных истоков (носителей в основном сал-тово-маяцких культурных традиций). Этому предположению не противоречат и археологические материалы Танкеевского могильника (Генинг, Ха-ликов, 1964; Казаков, 1992; Khalikova, Kazakov, 1977).

Подводя итоги краниологического исследования антропологических материалов Танкеевского могильника, накопленных к сегодняшнему дню, можно сделать следующие выводы:

Увеличение численности танкеев-ской краниологической серии не привело к кардинальным изменениям ее основных краниометрических параметров, приведенных в исследованиях М.С. Акимовой.

Мужские и женские черепа из Танкеевского могильника суммарно характеризуются средними размерами по основным признакам лица и черепной коробки. По пропорциям они относятся к мезоморфным типам. Антропологический тип танкеевской группы в целом европеоидный, но с нерезко выраженными особенностями. Не исключена небольшая монголоидная примесь, которая проявляется на отдельных черепах в некоторой уплощенности лица и ослабленном выступании носа.

Внутригрупповой анализ объединенной серии показал, что она не однородна по антропологическому составу. В основе этой неоднородности лежат европеоидные в целом морфо-комплексы, различающиеся формой черепа и степенью выраженности европеоидных черт.

Сравнительный межгрупповой анализ танкеевской группы с мужскими краниологическими сериями эпохи рубежа эр с территории Среднего и Нижнего Поволжья, Приуралья и Западной Сибири выявил ее некоторое морфологическое сходство по комплексу признаков с отдельными сериями караабызской (Шиповский могильник) и харинской (Митинский могильник, ранний этап) культур При-уралья, а также с отдельными группами нижневолжских сармат среднего этапа. Говорить о генетической преемственности и участии этих групп в расогенезе танкеевского населения пока преждевременно. Это связано как с малочисленностью приуральских серий, так и с большим территориальным и хронологическим разрывом между среднесарматскими памятниками и Танкеевским могильником.

Сравнение танкеевских черепов с синхронными краниологическими сериями (группами) с территории Восточной Европы показало, что в формировании физических особенностей танкеевской группировки могли участвовать в основном как

население салтово-маяцкой культуры (мезо-брахикранный компонент), так и верхнекамское, поломо-ломо-ватовское население (долихо-мезо-кранный компонент), этнокультурная атрибуция которых пока не совсем ясна.

ЛИТЕРАТУРА

1. Акимова М.С. Антропологические материалы из Танкеевского могильника // ВА. 1973. С. 15—29.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

2. Акимова М.С. Антропологический состав населения пьяноборской культуры // ВА. 1961. С. 29—39.

3. Акимова М. С. Антропология древнего населения Приуралья. М.: Наука, 1968. 120 с.

4. Акимова М.С. Материалы к антропологии ранних болгар // Геннинг В.Ф., Ха-ликов А.Х. Ранние болгары на Волге. М.: Наука, 1964. С. 177—197.

5. Алексеев В.П. Антрополопя Салпвского могильника // Матер1али з антропологи Украши. Вип. 2. Кшв: Наукова думка, 1962. С. 49—87.

6. Алексеев В.П. Палеоантропологический материал из Мари-Луговского могильника // Железный век Марийского края / Труды МАЭ. Т. II / Отв. ред. Г.А. Архипов. Йошкар-Ола: Мар. кн. изд-во, 1962. С. 241—258.

7. Алексеев В.П. Происхождение народов Восточной Европы. М.: Наука, 1969. 324 с.

8. Археологическая карта Татарской АССР. Западное Закамье. Ч. I / Отв. ред. П.Н. Старостин. Казань: ИЯЛИ КФАН СССР, 1985. 112 с.

9. Багашев А.Н. Палеоантропология Западной Сибири: лесостепь в эпоху раннего железа. Новосибирск: Наука, 2000. 374 с.

10. Балабанова М.А. Антропология населения Нижнего Поволжья (кон. V — 1- я пол. IX в.) // Степи Европы в эпоху средневековья. Т. 4 / Отв. ред. А.В. Евглевский. Донецк: Изд-во ДонНУ 2005. С. 55—72.

11. Балабанова М.А. Антропология древнего населения Южного Приуралья и Нижнего Поволжья. М.: Наука, 2000. 133 с.

12. Вуич Л.Г. Антропологическая характеристика черепов из ранних погребений Саркела // Труды Волго-Донской археологической экспедиции. Т. III. / МИА. № 109 / Отв. ред. М.И. Артамонов. М.: Изд-во Академии наук СССР, 1963. С. 282—294.

13. Вуич Л.Г. Черепа из кочевнического могильника возле Саркела — Белой Вежи // Труды Волго-Донской археологической экспедиции. Т. III. / МИА. № 109 / Отв. ред. М.И. Артамонов. М.: Изд-во Академии наук СССР, 1963. С. 420—449.

14. Вуич Л.Г., Гинзбург В.В., Фирштейн Б.В. Черепа из погребений у оборонительных стен Саркела-Белой Вежи // Труды Волго-Донской археологической экспедиции. Т. III. / МИА. № 109 / Отв. ред. М.И. Артамонов. М.: Изд-во Академии наук СССР, 1963. С. 354—410.

15. Газимзянов И.Р. Об антропологическом единстве ранних болгар Восточной Европы // Трети международен конгресс по българистика. Материалы научной конференции (София, 23—26 мая 2013 г.) / Отв. ред. Тодор Попнеделев. София: Университет-ско издательство «Св. Климент Охридски», 2014. С. 102—133.

16. Генинг В.Ф., Халиков А.Х. Ранние болгары на Волге. М.: Наука, 1964. 201 с.

17. Герасимова М.М. Скелеты древних булгар из раскопок у села Кайбелы // Антропологический сборник. Т. 1 / Труды Института этнографии им. Н.Н. Миклухо-Маклая АН СССР. Т. 33. М.: Изд-во АН СССР, 1956. С. 146—165.

18. Гинзбург В.В. Антропологический состав населения Саркела - Белой Вежи и его происхождение // Труды Волго-Донской археологической экспедиции. Т. III. / МИА. № 109 / Отв. ред. М.И. Артамонов. М.: Изд-во АН СССР, 1963. С. 260-281.

19. Гинзбург В.В. Краниологические материалы из Правобережного Цимлянского городища // Труды Волго-Донской археологической экспедиции. Т. III. / МИА. № 109 / Отв. ред. М.И. Артамонов. М.: Изд-во АН СССР, 1963. С. 295-307.

20. Ефимова С.Г. К краниологии Волго-Камья эпохи раннего железа // ВА. 1981. С. 64-73 .

21. Ефимова С.Г. Палеоантропология Поволжья и Приуралья. М.: Изд-во МГУ 1991. 95 с.

22. Ефимова С.Г., Кондукторова Т.С. Болгарский компонент в антропологическом составе населения салтово-маяцкой культуры // ВА. 1993. С. 66-79.

23. КазаковЕ.П. Волжские болгары, угры и финны в IX-XIV вв.: проблемы взаимодействия. Казань: ИИ АН РТ 2007. 208 с.

24. Казаков Е.П. Культура ранней Волжской Болгарии. М.: Наука, 1992. 335 с.

25. Казаков Е.П. Погребальный инвентарь Танкеевского могильника // Вопросы этногенеза тюркоязычных народов Среднего Поволжья. Археология и этнография Татарии. Вып. 1 / Отв. ред. А.Х. Халиков. Казань: Татполиграф, 1971. С. 94-155.

26. Кондукторова Т. С. Палеоантропологические материалы из Маяцкого могильника // Плетнева С.А. Маяцкое городище. М.: Наука, 1984. С. 200-236.

27. Кондукторова Т.С., Сегеда П.С. Краниологическая и одонтологическая характеристика людей салтово-маяцкой культуры из села Дмитровское // ВА. 1992. С. 94-105.

28. Наджимов К.Е. О черепах Зливкинского могильника // Краткие сообщения Института этнографии. Т. XXIV. М.: Изд-во АН СССР, 1955. С. 66-74.

29. Рудь Н.М. Антропологические данные к вопросу об этнических взаимоотношениях на Средней Волге в X-XIV вв. // Герасимова М.М., Рудь Н.М., Яблонский Л.Т. Антропология античного и средневекового населения Восточной Европы. М.: Наука, 1987. С. 83-141.

30. Тот Т.А, Фирштейн Б.В. Антропологические данные к вопросу о великом переселении народов. Авары и сарматы. Л.: Наука, 1970. 204 с.

31. Фаттахов Р.М. Антропологическая характеристика материалов из IV Биляр-ского могильника (по раскопам 1972-1973 гг.) // Новое в археологии Поволжья / Отв. ред. А.Х. Халиков. Казань: ИЯЛИ КФАН СССР, 1979. С. 119-123.

32. Фаттахов Р.М. Антропологическая характеристика населения Удмуртского Прикамья середины I тыс. н. э. // Проблемы этнографии и этнической антропологии / Отв. ред. А.А. Воронов, И.И. Крупник. М.: Наука, 1978. С. 206-215.

33. Фаттахов Р.М. Краниологическая характеристика материалов могильника Старый Чекмак // Об исторических памятниках по долинам Камы и Белой / Отв. ред. А.Х. Халиков. Казань: Изд-во ИЯЛИ КФАН СССР, 1981. С. 94-109.

34. Фаттахов Р.М. Новые антропологические материалы со Средней и Нижней Камы // Сборник музея по антропологии и этнографии. Вып. XXXVI. Л.: Наука, 1980. С. 130-138.

35. Халиков А.Х. Исследования казанских археологов на территории Татарии в 1961-1967 гг. // Очерки истории Поволжья и Приуралья / Отв. ред. А.Л. Литвин. Казань: Изд-во Казан. ун-та, 1969. С. 3-15.

36. Халикова Е.А. Погребальный обряд Танкеевского могильника (К вопросу об истоках населения Волжской Булгарии IX - X вв.) // Вопросы этногенеза тюрко-язычных народов Среднего Поволжья / Отв. ред. А.Х. Халиков. Казань: ИЯЛИ КФАН СССР, 1971. С. 64-93.

37. ХаликоваЕ.А. Погребальный обряд Танкеевского могильника и его венгерские параллели // Проблемы археологии и древней истории угров / Отв. ред. А.П. Смирнов,

B.Н. Чернецов, И.Ф. Эрдели. М.: Наука, 1972. С. 145-160.

38. Широбоков И.Г. Черных Е.М. Данные физической антропологии и проблема формирования населения Прикамья середины I тысячелетия н.э. (по материалам Боярского «Арай» могильника) // Вестник Удмуртского университета. 2016. Т. 26. Вып. 1.

C. 25-34.

39. Akimova M.S. Materiaux anthropologiques dans le cimetiere de Tankeevka // Kha-likova E.A., Kazakov E.P. Le cimetiere de Tankeevka. Les anciens Hongrois et ethnies voisines a l'Est. Budapest, 1977. P. 223-236.

40. Khalikova E.A., Kazakov E.P. Le cimetiere de Tankeevka. Les anciens Hongrois et ethnies voisines a l'Est. Budapest, 1977. P. 236.

Информация об авторе:

Газимзянов Ильгизар Равильевич, кандидат исторических наук, заведующий археобиологической лабораторией, Институт археологии им. А.Х. Халикова АН РТ (г. Казань, Россия); G-Ilgizar@yandex.ru

ANTHROPOLOGY OF TANKEEVKA BURIAL GROUND: CRANIOLOGICAL ANALYSIS OF NEW AND PREVIOUS MATERIALS ЩИ

I.R. Gazimzyanov

The paper analyzes the anthropological materials of Tankeevka burial ground (9th-10th centuries A.D.) obtained throughout the entire study period. A total of 61 male and 56 female skulls were studied on the basis of the craniological program. In terms of craniometry, the male and female skulls are generally characterized by the meso-brachicranal shape of the head, the mesomorphic type of the face with moderate profiling at all levels, and by the average nose protrusion angle. In terms of anthropology, the series is Caucasian, but features an inclusion of a minor fraction of the Mongoloid component. An intragroup analysis of the series revealed several craniocomplexes in its composition mainly varying by the shape of the cranium and the manifestation degree of Caucasian features. A comparative intergroup analysis of the male series dating back to the turn of epochs and the early Middle Ages demonstrated that the formation of anthropological features of the Tankeevka population could have been established with the involvement of the "local" groups of the Volga-Ural genesis, as well as the "alien" groups of the Southern and South-Western origin.

Keywords: archaeology, craniology, anthropological composition, Caucasian type, principal component analysis, canonical analysis, Tankeevka burial ground, Volga Bolgaria.

REFERENCES

1. Akimova, M. S. 1973. In Voprosy antropologii (Issues of Anthropology) 45. 15-29 (in Russian).

2. Akimova, M. S. 1961. In Voprosy antropologii (Issues of Anthropology) 7. 29-39 (in Russian).

3. Akimova, M. S. 1968. Antropologiia drevnego naseleniia Priural'ia (Anthropology of the Ancient Population of the Cis-Urals) (in Russian).

4. Akimova, M. S. 1964. In Genning, V. F., Khalikov, A. Kh. Rannie bolgary na Volge (V.F. Genning, A.Kh. Khalikov. Early Bolgars on the Volga). Moscow: "Nauka" Publ., 177-179 (in Russian).

The work was conducted with the financial supported of the Russian Foundation for Basic Research: project No. 16-06-00284a.

5. Alekseev, V. P. 1962. Materiali z antropologii Ukraini (Ukrainian Anthropology Materials). Kiiv, 1962. Vip.2. S. 49-87.

6. Alekseev, V. P. 1962. In Arkhipov, G. A. (ed.). Zheleznyi vek Mariiskogo kraia (Iron Age of the Mari Region). Series: Proceedings of the Mari Archaeological Expedition II. Yoshkar-Ola: "Mariiskoe knizhnoe izdatel'stvo" Publ., 241-258 (in Russian).

7. Alekseev, V. P. 1969. Proiskhozhdenie narodov Vostochnoi Evropy (Origins of the Peoples of Eastern Europe). Moscow: "Nauka" Publ. (in Russian).

8. Starostin, P. N. (ed.). 1985. Arkheologicheskaia karta Tatarskoi ASSR. Zapadnoe Zakam'e (Archaeological Map of the Tatar ASSR. Western Trans-Kama Region) I. Kazan: Institute of Language, Literature and History, Kazan Branch of the USSR Academy of Sciences (in Russian).

9. Bagashev, A. N. 2000. Paleoantropologiia Zapadnoi Sibiri: lesostep' v epokhu rannego zheleza (Paleoanthropology of Western Siberia: Forest Steppe in Early Iron Period). Novosibirsk: "Nauka" Publ. (in Russian).

10. Balabanova, M. A. 2005. In Evglevskii, A. V. (ed.-in-chief). Stepi Evropy v epokhu srednevekov'ia (Steppes of Europe in the Middle Ages). Donetsk: Donetsk National University, 55-72 (in Russian).

11. Balabanova, M. A. 2000. Antropologiia drevnego naseleniia Iuzhnogo Priural'ia i Nizhnego Povolzh'ia (Paleoanthropology of Western Siberia: Forest Steppe in Early Iron Period). Moscow: "Nauka" Publ. (in Russian).

12. Vuich, L. G. 1963. In Artamonov, M. I. (ed.). Trudy Volgo-Donskoi arkheologicheskoi ekspeditsii (Proceedings of the Volga-Don expedition) 3. Materialy i issledovaniia po arkheologii (Materials and Research in Archaeology) 109. Moscow: Academy of Sciences of the USSR, 282-294 (in Russian).

13. Vuich, L. G. 1963. In Artamonov, M. I. (ed.). Trudy Volgo-Donskoi arkheologicheskoi ekspeditsii (Proceedings of the Volga-Don expedition) 3. Materialy i issledovaniia po arkheologii (Materials and Research in Archaeology) 109. Moscow: Academy of Sciences of the USSR, 420-449 (in Russian).

14. Vuich, L. G., Ginzburg, V. V., Firshtein, B. V. 1963. In Artamonov, M. I. (ed.). Trudy Volgo-Donskoi arkheologicheskoi ekspeditsii (Proceedings of the Volga-Don expedition) 3. Materialy i issledovaniia po arkheologii (Materials and Research in Archaeology) 109. Moscow: Academy of Sciences of the USSR, 354-410 (in Russian).

15. Gazimzyanov, I. R. 2014. In Popnedelev, T. (ed.). Treti mezhdunaroden kongress po b"lgaristika. Materialy nauchnoi konferentsii (Sofiia, 23-26 maia 2013 g.) (Third International Congress on Bolgar Studies. Materials of the Scientific Conference (Sofia, May 23-26, 2013). Sofiia: "Sv. Kliment Okhridski" Publ., 102-133 (in Russian).

16. Gening, V. F., Khalikov, A. Kh. 1964. Rannie bolgary na Volge (Early Bolgars on the Volga). Moscow: "Nauka" Publ. (in Russian).

17. Gerasimova, M. M. 1956. In Antropologicheskii sbornik (Anthropological Collection) 1. Series: Trudy Instituta etnografii im. N.N. Miklukho-Maklaia (Proceedings of the N.N. Miklukho-Mak-lai Institute. of Ethnography, USSR Academy of Sciences) 33. Moscow: Academy of Sciences of the USSR, 146-165 (in Russian).

18. Ginzburg, V. V. 1963. In Artamonov, M. I. (ed.). Trudy Volgo-Donskoi arkheologicheskoi ekspeditsii (Proceedings of the Volga-Don expedition) 3. Materialy i issledovaniia po arkheologii (Materials and Research in Archaeology) 109. Moscow: Academy of Sciences of the USSR, 260-281 (in Russian).

19. Ginzburg, V. V. 1963. In Artamonov, M. I. (ed.). Trudy Volgo-Donskoi arkheologicheskoi ekspeditsii (Proceedings of the Volga-Don expedition) 3. Materialy i issledovaniia po arkheologii (Materials and Research in Archaeology) 109. Moscow: Academy of Sciences of the USSR, 295-307 (in Russian).

20. Efimova, S. G. 1981. In Voprosy antropologii (Issues of Anthropology) 67. 64-73 (in Russian).

21. Efimova, S. G. 1991. Paleoantropologiia Povolzh'ia i Priural'ia (Paleoanthropology of the Volga Region and the Urals). Moscow: Moscow State University Publ. (in Russian).

22. Efimova, S. G., Konduktorova, T. S. 1993. In Voprosy antropologii (Issues of Anthropology) 87. 66-79 (in Russian).

23. Kazakov, E. P. 2007. Volzhskie bolgary, ugry ifinny v IX—XIVvv.:problemy vzaimodeistviia (The Volga Bulgarians, the Ugrians and the Finns in 9th - 14th Centuries: Issues of Interaction). Kazan: Institute for History named after Shigabuddin Mardzhani, Tatarstan Academy of Sciences of the Republic of Tatarstan (in Russian).

24. Kazakov, E. P. 1992. Kul'tura rannei Volzhskoi Bolgarii (etapy etnokul'turnoi istorii) (Culture of the Early Volga Bulgaria: Stages of the Ethnic-Cultural History). Moscow: "Nauka" Publ. (in Russian).

25. Kazakov, E. P. 1971. In Khalikov, A. Kh. (ed.). Voprosy etnogeneza tiurkoiazychnykh narodov Srednego Povolzh'ia (The Issues on Ethnogenesis of the Turkic-speaking People of the Middle Volga Region). Series: Arkheologiia i etnografiia Tatarii (Archaeology and Ethnography of Tataria) 1. Kazan: "Tatpoligraf" Publ., 94-155 (in Russian).

26. Konduktorova, T. S. 1984. In Pletneva, S. A. Maiatskoe gorodishche (Mayaki Settlement). Moscow: "Nauka" Publ., 200-236 (in Russian).

27. Konduktorova, T. S., Segeda, P. S. 1992. In Voprosy antropologii (Issues of Anthropology) 84. 94-105 (in Russian).

28. Nadzhimov, K. E. 1955. In Kratkie soobshcheniia Instituta etnografii (Concise Bulletins of the Institute of Ethnography) 24. Moscow: Academy of Sciences of the USSR, 66-74 (in Russian).

29. Rud', N. M. 1987. In Gerasimova, M. M., Rud', N. M., Iablonskii, L. T. Antropologiia an-tichnogo i srednevekovogo naseleniia Vostochnoi Evropy (Anthropology of the Ancient and Medieval Population of Eastern Europe). Moscow: "Nauka" Publ., 83-141 (in Russian).

30. Tot, T. A., Firshtein, B. V. 1970. Antropologicheskie dannye k voprosu o velikom pereselenii narodov. Avary i sarmaty (Anthropological Information on the Migration Period. Avars and Sarmatians). Leningrad: "Nauka" Publ. (in Russian).

31. Fattakhov, R. M. 1979. In Khalikov, A. Kh. (ed.). Novoe v arkheologiiPovolzh'ia (Arkheo-logicheskoe izuchenie tsentra Biliarskogo gorodishcha) (New Developments in Archaeology of the Volga Area (Archaeological Study of the Center of Bilyar Fortified Settlement)). Kazan: G. Ibragimov Language, Literature and History Institute, Kazan Branch of the USSR Academy of Sciences, 119-123 (in Russian).

32. Fattakhov, R. M. 1978. In Voronov, A. A., Krupnik, I. I. (eds.). Problemy etnografii i etniches-koi antropologii (Issues of Ethnography and Ethnic Anthropology). Moscow: "Nauka" Publ., 206-215 (in Russian).

33. Fattakhov, R. M. 1981. In Khalikov, A. Kh. (ed.). Ob istoricheskikhpamiatnikakhpo dolinam Kamy i Beloi (On the Historical Sites in Kama and Belaya River Valleys). Kazan: Kazan Branch of the Academy of Sciences of the USSR, Language, Literature and History Institute, 94-109 (in Russian).

34. Fattakhov, R. M. 1980. In Sbornik muzeia po antropologii i etnografii (Collected Papers of the Museum for Anthropology and Ethnography) 36. Leningrad: "Nauka" Publ., 130-138 (in Russian).

35. Khalikov, A. Kh. 1969. In Litvin, A. L. (ed.). Ocherki istorii Povolzh'ia i Priural'ia (Essays on the History of the Volga and Ural Regions). Kazan: Kazan State University, 3-15 (in Russian).

36. Khalikova, E. A. 1971. In Khalikov, A. Kh. (ed.). Voprosy etnogeneza tiurkoiazychnykh narodov Srednego Povolzh'ia (The Issues on Ethnogenesis of the Turkic-speaking People of the Middle Volga Region). Kazan: G. Ibragimov Language, Literature and History Institute, Kazan Branch of the USSR Academy of Sciences, 64-93 (in Russian).

37. Khalikova, E. A. 1972. In Smirnov, A. P., Chernetsov, V. N., Erdelyi, I. F. (eds.). Problemy arkheologii i drevnei istorii ugrov (Issues of the Archaeology and Ancient History of the Ugric Peoples). Moscow: "Nauka" Publ., 145-160 (in Russian).

38. Shirobokov, I. G. 2016. In Vestnik Udmurtskogo universiteta (Bulletin of the Udmurt University) 26(1), 25-34 (in Russian).

39. Akimova, M. S. 1977. In Khalikova E.A., Kazakov E.P. Le cimetiere de Tankeevka. Les anciens Hongrois et ethnies voisines a l'Est. Budapest, 223-236.

40. Khalikova, E. A., Kazakov, E. P. 1977. Le cimetiere de Tankeevka. Les anciens Hongrois et ethnies voisines a l'Est. Budapest.

About the author:

Gazimzyanov Ilgizar R. Candidate of Historical Sciences. Institute of Archaeology named after A.Kh. Khalikov, Tatarstan Academy of Sciences. Butlerov St., 30, Kazan, 420012, Republic of Tatarstan, Russian Federation; G-Ilgizar@yandex.ru

Статья поступила в номер 08.02.2018 г.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.