Научная статья на тему 'Антисоветские органы разведки и контрразведки на Дону в 1918-1919 годы'

Антисоветские органы разведки и контрразведки на Дону в 1918-1919 годы Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
1176
205
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
РАЗВЕДКА / КОНТРРАЗВЕДКА / ПОДПОЛЬЕ / СПЕЦСЛУЖБЫ / ДОНСКАЯ АРМИЯ / ДОБРОВОЛЬЧЕСКАЯ АРМИЯ / КАДРЫ / АГЕНТУРА / INTELLIGENCE / COUNTER-INTELLIGENCE / UNDERGROUND INTELLIGENCE AGENCY / THE DON ARMY / THE VOLUNTEER ARMY / PERSONNEL / AGENTS

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Венков Андрей Вадимович

Раскрывается деятельность антисоветских спецслужб на донской территории. Показана организация разведки и контрразведки Добровольческой армии, ее успехи и провалы в борьбе с большевиками, а также формирование спецслужб в Донской армии и трудности данного формирования, отражены проблемы подбора кадров из-за отсутствия опыта у донских казаков и идейных соображений командования Добровольческой армии. Констатируется, что органы разведки и контрразведки, организованные антибольшевистскими структурами на юге России, не справились с поставленными задачами, так как, с одной стороны, не имели соответствующего опыта, а с другой по идейным соображениям отказа от услуг кадров, наиболее профессионально подготовленных своей прежней службой.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

ANTI-SOVIET INTELLIGENCE AND COUNTERINTELLIGENCE AGENCIES ON THE DON IN 1918-1919

The article reveals the activities of anti-Soviet intelligence on the Don territory. It shows the organization of intelligence and counterintelligence of the Volunteer army, its successes and failures in the fight against the Bolsheviks, it also shows the formation of intelligence services in the Don army, and the difficulty of this formation.The article describes the difficulties of recruitment due to the lack of experience of the Don Cossacks and ideological reasons of the command of the Volunteer army. It is established that intelligence and counterintelligence agencies organized by anti-Bolshevik structures in the south of Russia did not cope with the tasks set, because, on the one hand, they did not have the relevant experience, and on the other hand, on ideological grounds for abandoning the services of the personnel most professionally trained by their former service.

Текст научной работы на тему «Антисоветские органы разведки и контрразведки на Дону в 1918-1919 годы»

ISSN 0321-3056 ИЗВЕСТИЯ ВУЗОВ. СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ РЕГИОН. ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАУКИ._2018. № 1

ISSN 0321-3056 IZVESTIYA VUZOV. SEVERO-KAVKAZSKII REGION. SOCIAL SCIENCES. 2018. No. 1

УДК 94 (47).084.3 DOI 10.23683/0321-3056-2018-1-75-85

АНТИСОВЕТСКИЕ ОРГАНЫ РАЗВЕДКИ И КОНТРРАЗВЕДКИ НА ДОНУ В 1918-1919 ГОДЫ1

© 2018 г. А.В. Венков а

а Южный научный центр РАН, Ростов-на-Дону, Россия

ANTI-SOVIET INTELLIGENCE AND COUNTERINTELLIGENCE AGENCIES ON THE DON IN 1918-1919

A. V. Venkov а

а Southern Scientific Centre, RAS, Rostov-on-Don, Russia

Венков Андрей Вадимович - Andrey V. Venkov -

доктор исторических наук, профессор, Doctor of History, Professor,

заведующий лабораторией казачества, Head of Cossacks Laboratory,

Южный научный центр РАН, Southern Scientific Centre RAS,

пр. Чехова, 41, г. Ростов-на-Дону, 344006, Россия. Chekhova Ave., 41, Rostov-on-Don, 344006, Russia.

Е-mail: andrey_venk@rambler.ru Е-mail: andrey_venk@rambler.ru

Раскрывается деятельность антисоветских спецслужб на донской территории. Показана организация разведки и контрразведки Добровольческой армии, ее успехи и провалы в борьбе с большевиками, а также формирование спецслужб в Донской армии и трудности данного формирования, отражены проблемы подбора кадров из-за отсутствия опытау донских казаков и идейных соображений командования Добровольческой армии. Констатируется, что органы разведки и контрразведки, организованные антибольшевистскими структурами на юге России, не справились с поставленными задачами, так как, с одной стороны, не имели соответствующего опыта, а с другой - по идейным соображениям отказа от услуг кадров, наиболее профессионально подготовленных своей прежней службой.

Ключевые слова: разведка, контрразведка, подполье, спецслужбы, Донская армия, Добровольческая армия, кадры, агентура.

The article reveals the activities of anti-Soviet intelligence on the Don territory. It shows the organization of intelligence and counterintelligence of the Volunteer army, its successes andfailures in the fight against the Bolsheviks, it also shows the formation of intelligence services in the Don army, and the difficulty of this formation.The article describes the difficulties of recruitment due to the lack of experience of the Don Cossacks and ideological reasons of the command of the Volunteer army. It is established that intelligence and counterintelligence agencies organized by anti-Bolshevik structures in the south of Russia did not cope with the tasks set, because, on the one hand, they did not have the relevant experience, and on the other hand, on ideological grounds for abandoning the services of the personnel most professionally trained by their former service.

Keywords: intelligence, counter-intelligence, underground intelligence Agency, the Don army, the Volunteer army, personnel, agents.

Историография спецслужб на Дону в интересующий нас период крайне бедна. Пока она либо на любительском уровне, либо на уровне накопления материалов. Первая книга очерков «Чекисты Дона» вышла в 1983 г. [1] и была явно апологетического характера. Затем, уже в постсоветский период, в 1998 г. вышел сборник «На страже Отечества. Документы, воспоминания, очерки» [2]. Он отличался обилием фактов и носил несколько

«покаянный» характер. Особого «позитива» в деятельности органов госбезопасности на Дону (за исключением периода Великой Отечественной войны) в его материалах не просматривалось. Оба издания были дополнены и переизданы [3, 4]. В качестве «донских спецслужб» подразумевались лишь советские органы безопасности.

Необходимо отметить нынешнюю тенденцию рассматривать спецслужбы в преемственности -

1 Работа выполнена в рамках реализации государственного задания ЮНЦ РАН на 2018 г., тема 00-17-09 (проект № 0256-2014-0012, № госрегистрации 01211354248).

ISSN 0321-3056 IZVESTIYA VUZOV. SEVERO-KAVKAZSKII REGION. SOCIAL SCIENCES. 2018. No. 1

от борьбы с терроризмом в Российской империи до борьбы с террористическими вызовами в современной России [5-7]. Поскольку Дон в дореволюционное время отличался составом населения, которое довольно часто в массовом порядке привлекалось к охранной и карательной службе, особые правоохранительные структуры на Дону возникли очень поздно, и их фундаментальное исследование появилось недавно [8].

С началом Гражданской войны Дон стал местом прибежища антибольшевистских сил, здесь стали формироваться разведывательные, контрразведывательные и карательные органы местных квазигосударств и общероссийского белого движения [9-11].

Спецслужбы Всевеликого войска Донского исследованы не так подробно. Систему организации контрразведки, правоохранительных органов и их борьбу с подпольными большевистскими организациями раскрыл Ю. Селезнев [12]. Опубликован и поименный список сотрудников донской военной разведки и контрразведки [13].

Настоящая статья посвящена становлению и взаимодействию спецслужб различных направлений и структур белого антибольшевистского движения, некоторым конкретным результатам их деятельности.

Источниковая база проблемы достаточно представительна. Во-первых, это сборники документов и материалов, раскрывающих социальную, экономическую и политическую ситуацию в регионе и в стране в рассматриваемый период [14-17]. Во-вторых - мемуары высшего политического руководства, самих деятелей спецслужб и их родственников [18-20]. В-третьих - материалы донской периодической печати (Приазовский край. 1918-1920; Известия Ростово-Нахичеванского ВРК. 1918; Известия Ростово-Нахичеванского Совета рабочих депутатов. 1918; Молот, Комсомолец и др.). В -четвертых - материалы Архива УФСБ по Ростовской области, ЦДНИРО и ГАРО.

В ходе революции и Гражданской войны многочисленные и разнообразные антибольшевистские силы на Дону были представлены «добровольческим» движением, возглавляемым генералами Л.Г. Корниловым, М.А. Алексеевым, а затем А.И. Деникиным и П.Н. Врангелем, и казачьим антибольшевистским движением. В конце 1918 - начале 1919 г. «добровольцы» объединили под своим руководством антибольшевистские казачьи войска. Образовавшаяся структура

называлась Вооруженные силы Юга России (ВСЮР). После разгрома белого движения на Юге в начале 1920 г. эта структура, обосновавшись в Крыму, стала называться Русской армией.

Средства, на которые создавались и содержались белые правительства и белые войска, были разного происхождения. 2 января 1918 г. Франция выделила Верховному руководителю Добровольческой армии, располагавшейся в то время в Ростове и Новочеркасске, 100 млн франков [21, с. 77]. В реальности Добровольческая армия с момента своего возникновения влачила нищенское существование, занималась самоснабжением. И в дальнейшем поиски финансирования были острой проблемой белого движения.

Поддерживая его лидеров в борьбе с большевиками, страны Антанты поощряли стремление элиты национальных окраин Российской империи создать свои государственные образования, т. е. способствовали расчленению России.

Разведывательные органы стран Антанты и США оказывали помощь спецслужбам Белого движения и одновременно сами вели разведку политического и экономического характера. В 1919 г. военные миссии США под руководством адмирала М. Келли находились при штабе генерала Деникина (в Таганроге и в Одессе) и собирали разведданные.

«Старое правительство было разнесено, разбито, учреждения все переформировывались, перемещались, старый аппарат пропал. Как советскому, так и белому правительству пришлось на скорую руку сколачивать свои аппараты. Так же на скорую руку они строили свой шпионаж, а систематической организации у них не было», - писал С.С. Турло [20, с. 215], сам служивший в органах ВЧК и знавший проблему изнутри.

Свои спецслужбы белые правительства сформировали по образцу дореволюционных структур. В царской России существовало организационное и функциональное разграничение между разведкой и контрразведкой, с одной стороны, и политическим сыском - с другой. Разведывательные и контрразведывательные подразделения находились в подчинении военного ведомства, а органы внутренней безопасности - МВД. И белые подчинили разведку и контрразведку своим военным ведомствам, а параллельно с ними борьбу с государственными преступлениями вели органы внутренних дел. Объединение оперативно-розыскных служб под общим руководством произошло лишь в 1920 г. в Крыму [9, с. 5].

ISSN 0321-3056 IZVESTIYA VUZOV. SEVERO-KAVKAZSKII REGION. SOCIAL SCIENCES.

Разведка и контрразведка белого движения в ходе своего становления воспользовались кадрами, опытом строительства и нормативно-правовой базой спецслужб Российской империи [9, с. 12]. Базой послужило «Положение о полевом управлении войск в военное время», принятое 16 июля 1914 г. Согласно ему, обязанности по разведке и контрразведке возлагались на генерал-квартирмейстера фронта.

Штаб Добровольческой армии состоял из двух отделов - строевого и снабжения. В составе строевого были учреждены разведывательное и контрразведывательное отделения. Последнее находилось в подчиненном положении по отношению к разведотделению [9, с. 110].

Кроме того, «разграничение между разведкой и контрразведкой, как видами деятельности в тот исторический период, можно провести лишь теоретически. В условиях Гражданской войны разведка иногда добывала сведения, находившиеся в компетенции контрразведывательных структур, и наоборот, контрразведывательные органы периодически поставляли информацию разведывательного характера» [9, с. 5].

С апреля 1918 г. разведывательным отделением руководил полковник С.Н. Ряснянский.

Ряснянский Сергей Николаевич (1886 -26.10.1976, Нью-Йорк) - из дворян. Кадровый военный. Закончил академию Генштаба (1914). Офицер 10-го Ингерманландского гусарского полка. Во время Первой мировой войны в распоряжении начальника штаба Румынского фронта, капитан, Георгиевский кавалер. В Добровольческой армии с ноября 1917 года. Участник 1-го Кубанского («Ледяного») похода в разведывательном отделе штаба армии. В апреле 1918 - подполковник, начальник разведывательного (контрразведывательного) отделения штаба армии. С конца 1918 г. в Донской армии, полковник, начальник штаба конной группы. В 1920 году в Русской армии Врангеля командир Гвардейского кавалерийского полка. В эмиграции в Югославии, служил в пограничной страже [22, с. 482-483].

Разведывательный отдел делился на три части: агентурную (полковник Г.И. Шлидт), отчетную (подполковник Э.Б. Болецкий) и общую.

«В тот период времени агентурная разведка штаба Добровольческой армии действовала с низкой эффективностью. Для ее организации не хватало денежных средств, профессионально подготовленных кадров и надежных агентов...

2018. No. 1

Система получения информации разведорганами Добровольческой армии с театра военных действий... начала складываться осенью 1918 года» [9, с. 344-345].

В ноябре 1918 г. контрразведывательное отделение было выделено в самостоятельную структуру. В обоих отделениях (разведка и контрразведка) было по 16 человек во главе со штаб-офицером. Начальником контрразведки штаба Деникина в 1919 г. являлся полковник Б.И. Бучинский.

Бучинский Борис Иванович (1883 -14.04.1971, Сен-Женевьев-де-Буа) - из дворян. Кадровый военный. Закончил академию Генштаба (1911). Полковник, начальник штаба 12-й кавалерийской дивизии. В Добровольческой армии с мая 1918 года, с июня 1918 начальник службы связи армии, с июля 1918 начальник разведывательного отделения в управлении генерал-квартирмейстера штаба Главнокомандующего, с октября 1918 начальник контрразведывательного отделения, с 11 ноября 1919 начальник контрразведывательной части; начальник особого отдела штаба главнокомандующего ВСЮР, в феврале - марте 1920 начальник разведывательного отделения. Весной 1920 эвакуирован из Севастополя. В эмиграции в Болгарии, затем во Франции [22, с. 66].

Помимо этого 3 июня 1918 г. в армии учрежден военно-политический отдел с функциями политической канцелярии. Главной задачей была координация деятельности антибольшевистских политических центров на Юге России [9, с. 111].

Когда было создано «правительство Юга России» под названием «Особое совещание», в него вошло Военное управление ВСЮР, имевшее отдел Генерального штаба, который тоже создал разведывательную и контрразведывательную службу - контрразведывательную часть особого отделения отдела Генштаба. Эту структуру сначала возглавлял капитан А.С. Дмитриев, затем полковник Р.Д. Мергин. В декабре 1919 г. его сменил действительный статский советник В.Г. Орлов. Контрразведка Военного управления осуществляла контроль за организацией контрразведывательных органов, их штатами и кадровым составом.

Разведка штаба Главнокомандующего собирала сведения военного и политического характера (изучение настроений населения) на театре военных действий. Отдел Генерального штаба Военного управления вел военно-политическую

ISSN 0321-3056 IZVESTIYA VUZOV. SEVERO-KAVKAZSKII REGION. SOCIAL SCIENCES. 2018. No. 1

и экономическую разведку в глубоком тылу большевистской России и в других странах.

В июне 1919 г. отделу Генштаба Военного управления были подчинены военные агенты (атташе) еще царского правительства в странах Европы. Ранее они находились под руководством адмирала А.В. Колчака, объявившим себя Верховным правителем России. Военные агенты подчинялись военному представителю Колчака в Париже. Ежемесячно предполагалось выделять на содержание этой сети зарубежной разведки 100 000 франков. На ее базе белые планировали создать международную разведывательную службу в случае поражения и эвакуации из России.

Фронтовая (тактическая) разведка осуществлялась армейскими штабами до штаба полка включительно. В штабах корпусов - старшими адъютантами (офицерами Генерального штаба), в штабах дивизий - помощниками старших адъютантов, в полках - особыми офицерами, имевшими в помощниках по одному унтер-офицеру от каждого батальона.

Контрразведывательные органы на Юге России создавались на основе «Временного положения о контрразведывательной службе на театре военных действий» от 17 июля 1917 г. Данное положение разрабатывалось во времена Временного правительства. Тогда к контрразведке допускали офицеров Генштаба или офицеров, имеющих юридическое образование. Офицеры корпуса жандармов или лица, служившие в охранном отделении, к такой службе демонстративно не привлекались.

Генерал А.И. Деникин, в правительство которого входили либералы-кадеты, придерживался такой же политики. Он считал, что «система сыска создавала нездоровую атмосферу в армии» [18, т. 1, с. 81]. «Единичные случаи зачисления в Добровольческую армию жандармов, конечно, были, но они в основном служили не по своей специальности» [23, с. 134]. Профессионалов Деникин считал нужным набирать из числа чинов судебного ведомства [9, с. 188].

Лишь к 1920 г. к организации службы стали привлекаться старые царские полицейские чиновники, генералы К.И. Глобачев и Е.К. Климович.

Глобачев Константин Иванович (24 апреля (6 мая) 1870 — 1 декабря 1941, Нью-Йорк, США) — русский полицейский администратор, начальник Петроградского охранного отделения, генерал-майор. В начале 1920 г. начальник

информационного бюро контрразведки Русской армии в Константинополе. 1930-1934 начальник контрразведки РОВСа.

Климович Евгений Константинович (1871-8.06.1930, Панчево, Югославия) - московский градоначальник, директор Департамента полиции, сенатор, генерал-лейтенант. В ВСЮР по ведомству МВД, в Русской армии начальник особого отдела штаба Главнокомандующего (начальник контрразведки).

Командующий белыми войсками в Крыму генерал П.Н. Врангель принципиально изменил подбор кадров. Генерал Климович возглавил контрразведку и государственную стражу. Заместителем его стал бывший начальник московского уголовного розыска А. Кошко. Севастопольский контрразведывательный пункт возглавил жандармский полковник А.И. Будогоский. Над деятельностью контрразведки был установлен прокурорский надзор.

Органы контрразведки Добровольческой армии к октябрю 1918 г. были развернуты в 11 пунктах. Киевский, Харьковский, Одесский, Крымский и Тифлисский считались пунктами 1 -го разряда. На территории современной Ростовской области был открыт один пункт 2-го разряда в Таганроге.

Весной 1919 г. в Ростове разместилось контрразведывательное отделение Кавказской добровольческой армии (официальное название -«Контрразведывательное отделение при Отделе генерал-квартирмейстера Кавказской добровольческой армии»). «Одни утверждают, что контрразведка помещалась в здании гостиницы "Мавритания", другие, что рядом с гостиницей, в здании окружного суда на Никольской (в настоящее время ул. Социалистическая), № 152» [12, с. 134]. Руководил отделением ротмистр Маньковский. В Ростове это отделение имело 5 пунктов. Известны адреса трех - на станции Заречной на левом берегу Дона, на улице Дмитриевской, № 77 и по Таганрогскому проспекту, № 43. Кроме того, один пункт находился в Таганроге. Их задачи заключались в проведении первичного дознания и сбора сведений об арестованных. Штат отделения включал: 7 офицеров, 3 писарей, 1 унтер-офицера, 5 рядовых [12, с. 193].

Арестованных «добровольческая» контрразведка передавала в Судебно-следственную комиссию Кавказской добровольческой армии в Ростове (председатель - корнет Портанский, члены - подпоручик Ольхин, прапорщик Дмитриев).

ISSN 0321-3056 IZVESTIYA VUZOV. SEVERO-KAVKAZSKII REGION. SOCIAL SCIENCES.

На Дону в казачьих частях в XIX - начале XX в. опыта войсковой разведывательной и контрразведывательной работы не имелось. В казачьих войсках в годы Первой мировой войны не было ни шпионов, ни дезертиров, и нужды в контрразведывательной службе не ощущалось.

Начав борьбу против Советской власти, восставшие донские казаки создали свои вооруженные силы - Донскую армию. Управление ею велось посредством штаба, который включал в себя различные управления и отделы. В Управление 1 -го генерал-квартирмейстера наряду с оперативным отделом входил и разведывательный отдел.

Штат отдела был определен приказом по Донскому Войску № 75 от 15.05.1918: начальник отдела - 1, помощники начальника (штаб-офицеры) - 3, помощники начальника (обер-офицеры) - 4, переводчики - 3, писари - 6.

Начальник разведывательного отдела подбирался долго. Сначала несколько недель им был есаул И. Сулацкий; с 01.06.1918 (приказ по Войску Донскому № 206 от 06.06.1918) - подполковник, затем полковник В.А. Зимин (31 августа 1918 г. назначен начальником штаба Цимлянского отряда). Некоторое время временно исполняли обязанности штабс-капитан Ф.Я. Шорников и Генерального штаба полковник Шику-лин; наконец, с 31 августа 1918 г. отдел возглавил выпускник из Николаевской академии 1913 г., капитан В.В. Добрынин, прибывший 22 июля из плена. На должности он пробыл до 28.06.1919 и был произведен в полковники. Сменил его и возглавлял разведывательный отдел до ликвидации Донской армии подполковник Ф.Я. Шорников [13, с. 134].

В штаб Донской армии входило контрразведывательное отделение. На посту его начальника тоже сменилось много офицеров: подполковник Севастьянов (в 1918 г.), полковник Н.В. Кунаков и полковник Г.А. Гривин (оба отчислены в резерв 09.03.1919; с 02.03.1919 отдел временно возглавлял подполковник В.П. Кады-кин, ему на смену пришел полковник Щучин-ский (на май 1919 г.) и, наконец, полковник Ф.К. Богнар, который затем служил в контрразведке в Русской армии у Врангеля в 1920 г.

На должности помощника начальника контрразведывательного отделения побывали 6 офицеров, обер-офицерами для поручений числились 4, кроме того, по приказам «в контрразведывательном отделении» числились еще 15 офицеров, из них ротмистр Н.И. Симановский и

2018. N0. 1

полковник И.М. Петров значатся как «офицеры для секретных командировок».

При отделе контрразведки были переводчик (подпоручик фон Г.Н. Шуттенбах), регистратор и 2 писаря.

В 1918 г. созданы контрразведывательные пункты в Ростове-на-Дону, Новочеркасске, Александровске-Грушевском, Азове, Таганроге.

Штат пункта: заведующий - 1; офицер для поручений - 2 (в Азове и Александровске-Гру-шевском - 1).

Ростовский пункт отличался расширенным штатом: начальник - 1; помощники - 2; офицеры для поручений - 4; офицеры для производства дознания - 4; делопроизводитель - 1; регистратор - 2; писари - 4; рассыльные - 2; сторожа -2; заведующий наружным наблюдением - 1; старшие агенты наружного наблюдения - 16; младшие агенты наружного наблюдения - 14. Начальник - полковник В.В. Сорохтин. Ростовский пункт Донской контрразведки находился по адресу: Таганрогский проспект, № 59, в помещении бывшего ресторана «Слон».

В 1919 г. были дополнительно созданы Саль-ский и Верхне-Донской контрразведывательные пункты [13, с. 144-146].

Как видим, судя по чинам (ротмистр, подпоручик, подполковник), в разведывательные и контрразведывательные органы казаки привлекли много офицеров, не принадлежавших к казачеству.

Взявшие на Дону власть казаки объявили, что не признают власти большевиков и будут считать себя независимым государством, пока в России не установится власть, признанная всем российским населением. Выстраивая свое государство на принципах сословной диктатуры, казаки наряду с другими органами власти создавали судебную систему. Война велась жестокая, беспощадная. Зачастую семьи раскалывались на «красных» и «белых». Сразу после занятия казаками был сфомирован «Суд защиты Дона» с чрезвычайными полномочиями, который действовал до 14 (27) мая 1918 г. При станицах были свои «Суды защиты Дона». Однако приказом по Войску Донскому № 38 от 14 (27).05.1918 эта структура прекратила свою деятельность, а дела были переданы в судебно-следственную комиссию. Такие же комиссии стали создаваться в округах. Положение гласило: «Ведению судебно-следственных комиссий подлежат дела подсудные военно-полевым

ISSN 0321-3056 IZVESTIYA VUZOV. SEVERO-KAVKAZSKII REGION. SOCIAL SCIENCES. 2018. No. 1

судам для суждения преступлений, учиненных лицами гражданского ведомства, если они не требуют по своей несложности и очевидной виновности заподозренных лиц производства предварительного следствия» [12, с. 140]. Приказом № 673 от 4 августа 1918 г. судебно-след-ственные комиссии были отданы под надзор военного прокурора восстановленного областного Военного суда.

Судя по показаниям свидетелей, вакханалия расстрелов длилась первые несколько месяцев после прихода казаков к власти. Один из офицеров, служивших в Новочеркасской тюрьме, впоследствии показал: «Вся работа следственной комиссии была задачей больше расстрелять и прекратить разговоры населения о том, чтобы не говорили, "где большевики"... Военно-следственной комиссии подчинялись все, как контрразведка, жандармерия, полиция, а также и следователи уголовные. Суд "Защиты Дона" сам мог расстреливать беспощадно, но однако должен был утверждать приговор в военно-полевом суде, но они этого не дожидались. Из рапортов я лично видел, что всегда в тюрьме сидит 6-7 тысяч человек, и расстреливали от 50 до 120 ч. в сутки. Из этих рапортов можно было понять, что расстреляли не менее 7000 человек и сама следственная комиссия, и полевой суд, и суд "Защиты Дона". Что же касается станичных судов, то они сами расстреливали без всяких дистанций, а после отчитывались» [24].

Для борьбы с большевистским подпольем и увеличивающейся преступностью приказом № 1567 от 19 ноября 1918 г. военно-полевые суды были учреждены в Ростовском-на-Дону и Таганрогском градоначальствах.

В марте 1919 г. Донской атаман А.П. Богаев-ский объявил, что в связи с усилившимся хищением электрических проводов и уличных электрических лампочек, он изымает это преступление из общей подсудности и передает его на рассмотрение полевых судов [25].

Донскому атаману до 1919 г. подчинялись, кроме Донской армии, Южная, Астраханская и Русская народная армии. Численно они были очень небольшими, но создавали свои контрразведывательные структуры. С контрразведкой Южной армии связана следующая история. 22 ноября (5 декабря) 1918 г. в Ростове в Анатомическом театре Николаевской больницы была арестована курсистка 2-го курса женского медицинского института Ревекка Ильяшевна Альбам,

которая призывала к забастовке протеста против расстрелов студентов в Киеве [26, л. 19].

Там в это время студентов расстреливали петлюровцы, которые считались врагами и Деникина, и Краснова. Объявлять забастовку на территории, враждебной петлюровцам, было бессмысленно. Да и забастовка против петлюровских расстрелов не носила антикрасновского или антиденикинского характера. Тем не менее студентку арестовали. Альбам, отсидев три недели в участке Ростово-Нахичеванской городской стражи, обратилась в Ростовское градоначальство с прошением разобраться в ее деле. На беду Альбам при ее аресте была обнаружена большевистская листовка с призывом «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Градоначальник полковник Греков издал приказ, в котором иронически удивлялся, зачем пролетариям всех стран соединяться именно в Ростове, где и так тесно, и распорядился выслать студентку из пределов Всеве-ликого войска Донского. Негласно, видимо, было приказано отправить ее в Кантемировку, в распоряжение контрразведки Южной армии. 22 декабря (4 января) Альбам была отправлена в Кан-темировку «под конвоем чинов отряда войскового старшины Икаева», а 24 декабря (6 января) ее труп обнаружили в поле в полуверсте от кан-темировского вокзала [26, л. 20].

Донские и «деникинские» спецслужбы не были объединены, что создавало параллелизм и временами конкуренцию. Контрразведывательные пункты «добровольцев», находящиеся на донской территории, руководствовались в своих отношениях с местным населением законами Всевеликого войска Донского.

По характеру добываемой информации разведка делилась на «чисто военную, военно-статистическую (и военно-географическую), экономическую и политическую (дипломатическую и внутреннюю) [9, с. 239]. По способу получения сведений - на агентурную, войсковую, авиационную, радиотелеграфную, документальную (изучение трофейных документов, прессы, литературы). Больше всего надежд возлагалось на агентурную разведку.

Агенты засылались в тыл противника, прилагали усилия для выявления стратегических планов высшего военного командования, численности РККА и других вооруженных формирований, следили за перебросками воинских соединений и частей красных с одного фронта на другой) [9, с. 63]. Однако значительная

ISSN 0321-3056 IZVESTIYA VUZOV. SEVERO-KAVKAZSKII REGION. SOCIAL SCIENCES. 2018. No. 1

часть агентов была малоподготовлена и проваливалась из-за своей неопытности [9, с. 176].

Одним из первых засланных к большевикам агентов был подпоручик В.Т. Татаринов. Вместе с офицером Гольевым его направили в 1918 г. в Астрахань, где они оба встретили ранее посланного туда полковника Леуса. «В течение целых трех месяцев, устроившись на службе в Красной армии, подпоручик Татаринов пересылал из Красной Астрахани в Ростов через женщину полковнику Басову добываемую им информацию о состоянии Красной армии» [12, с. 502].

Создавались школы разведчиков. Одна из них - в Евпатории. На обучение агентов, в частности, в Кавказской армии белых отводилось всего 84 часа [9, с. 177].

Лучше всего была налажена разведывательная работа радиотелеграфа. «С 1918 по 1920 год белогвардейцы читали почти все шифрованные военные и дипломатические сообщения Советской России. По данным некоторых исследователей, в штабе армии П.Н. Врангеля в 1920 году буквально через час после перехвата читали все телеграммы М.В. Фрунзе (командующий войсками Южного фронта. - А.В.)» [9, с. 244]. Видимо, благодаря этому, Врангелю удалось вовремя вывести Русскую армию из Таврии в Крым, спасти ее от окружения.

Проявили себя в работе и профессионалы -военные агенты старой школы за рубежом, что помогло Деникину отсрочить развал белого фронта в 1919 г. В октябре того же года казачьи представители за границей идут на контакт с Советской властью. 26 октября Политбюро рассмотрело «предложение северокавказских казацких (Дон, Кубань, Терек) республик, переданное через Ф. Лорио» [27]. Пока большевики проводили консультации по поводу этого сообщения, А.И. Деникин нанес удар по кубанским самостийникам.

Поводом к обострению конфликта послужил договор, подписанный кубанской делегацией с Меджлисом горских народов в Париже в июле 1919 г., о котором Деникин якобы узнал из тифлисской газеты [28]. На самом деле договор появился в екатеринодарской печати в середине октября [29], затем последовал запрос Деникина кубанскому атаману по поводу этого договора [30]. В итоге конфликта Кубанская рада была разогнана, и большевикам не с кем было вести переговоры и заключать перемирие.

Оценка настроений населения очень часто давала сбои. Агенты постоянно сообщали, что

население в Центральной России недовольно Советской властью, что настрой на Северном Кавказе антибольшевистский. «Наша разведка уяснила себе положение в стане противника с большим опозданием», - признавал А.И. Деникин [18, т. 3, с. 368]. «Прогнозы оказались неверными - мы убедились в этом скоро, ведя тяжелые, кровопролитные бои на Северном Кавказе», - писал он впоследствии [18, т. 3, с. 349].

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Не оправдались в 1920 г. надежды П.Н. Врангеля на массовую поддержку казаками его десантов из Крыма на Дон и Кубань. «Сведения нашей разведки с Кубани и Дона были благоприятны. В целом ряде станиц казаки восставали против Советской власти», -писал П.Н. Врангель [31, ч. 2, с. 214]. Но Дон оказался пуст (боеспособные казаки были мобилизованы в Красную Армию и отправлены на Польский фронт), а на Кубани сработали последствия самостийнической пропаганды.

Крупные успехи разведки белых правительств Юга России имели место, когда удавалось установить связь с подпольными организациями в крупных городах или штабах Красной Армии. Так, полковник А.Л. Носович, командир лейб-гвардии Уланского Его Величества полка в мае 1918 г. с одобрения Московской подпольной организации Добровольческой армии вступил в Красную Армию, получил назначение на должность начальника штаба Северо-Кавказского военного округа, помощника командующего Южным фронтом. 11 октября 1918 г. он, имея точные данные о предстоящем наступлении войск фронта, а также коды и шифры, бежал к белым. В результате наступление красных было сорвано рядом ударов на стыках фронтов 8-й, 9-й и 10-й армий.

«Действовавшие в советских штабах белогвардейские разведчики не имели постоянной связи со своим руководством, что значительно осложняло передачу секретных сведений о силах и средствах противника, планах его командования, поэтому они в основном сосредоточили усилия на дезорганизации работы органов управления красных войск» [9, с. 353].

В Царицыне действовала тайная офицерская организация во главе с полковником Адамсом, которая передавала собранные разведывательные данные особому отделению отдела Генштаба Военного управления ВСЮР [9, с. 348]. Выходя к Царицыну летом 1919 г., командующий Кавказской добровольческой армией П.Н. Врангель имел подробную информацию о

ISSN 0321-3056 IZVESTIYA VUZOV. SEVERO-KAVKAZSKII REGION. SOCIAL SCIENCES.

силах противостоящего ему противника [31, ч. 1, с. 256, 266].

Планируемое на 15 августа 1919 г. наступление войск советского Южного фронта в двух направлениях - на Нижний Дон и на Харьков -сорвалось отчасти потому, что белой разведке стал известен приказ председателя РВСР Л.Д. Троцкого об этом наступлении.

10 августа белое командование бросило в тыл противника 4-й Донской конный корпус генерала К.К. Мамонтова, который захватил г. Козлов, где находился штаб Южного фронта красных, что сильно повлияло на ход событий.

Примерно в то же время начальник штаба Донской армии генерал Кельчевский послал агентов в формирующийся в Саранске корпус красных казаков Миронова (корпус формировался из мобилизованных красными хоперских казаков - около 5 тыс. чел.), поскольку получил сведения об антибольшевистских настроениях в нем. Кроме того, агенты были посланы в Пензенские леса, где скрывались от мобилизации тысячи крестьян. Агенты должны были связать и «мироновцев» и дезертиров с Мамонтовым «для совместных действий». Мамонтов обещал вооружить дезертиров и не вмешиваться в их «внутренний распорядок» [32].

Во время рейда к Мамонтову из Саранска, из формируемого красного казачьего корпуса Миронова прибыла группа офицеров - есаул Попов, сотники Орлов и Низельщиков. Они сообщили, что Миронов решил бороться с большевиками. Кроме того, к Мамонтову с тем же сообщением «проездом из Орла», где он получал седла для корпуса Миронова, прибыл сотник Марков [33]. Как известно, корпус Миронова восстал и самовольно двинулся на фронт. Коннице Буденного пришлось его разоружать.

Подготовка очередного наступления большевиков на Юге тоже не была тайной для белых, «разведка смогла предупредить белогвардейское командование о концентрации сил красных и вероятном направлении удара их армий» [9, с. 358]. Белая разведка знала о заключенном между большевиками и поляками соглашении, на основании которого большевики снимали войска с Польского фронта и перебрасывали их против Деникина [9, с. 363].

Контрразведывательная служба тоже приносила плоды. Таганрогский центр в декабре 1918 - январе 1919 г. дал информацию о скрытой борьбе между большевистскими и петлюровскими организациями на соседней Украине.

2018. т. 1

В апреле 1919 г., когда большевики подходили к Ростову, силами двух контрразведок (донской и добровольческой) по распоряжению генерала Врангеля в городе был произведен ряд арестов и сорвано выступление большевиков. «Имелись сведения о прибытии в город целого ряда большевистских агентов и намерении. вызвать ряд выступлений в городе. В распоряжении обеих контрразведок имелся ряд сведений об отдельных агентах большевиков.

Я приказал в ту же ночь арестовать всех намеченных контрразведкой лиц. В ту же ночь было арестовано до 70 человек. Среди них занимавший довольно видное положение в городе присяжный поверенный Ломатидзе. Последнего в числе шести наиболее видных большевистских деятелей я немедленно придал военно-полевому суду, приговорившему их к смертной казни. Через день после ареста приговор был приведен в исполнение. Решительность, проявленная властью, несомненно возымела действие. Ни в эти дни, ни после, никаких выступлений не было» [31, ч. 1, с. 210-211].

Итак, генерал Врангель на донской территории приказал провести аресты и придал арестованных суду без производства дознания и следственного акта, что было нарушением законов Всевеликого войска Донского. Прокуратуру тоже проигнорировали. Но Врангель уехал на фронт и работа вновь пошла в законном русле.

В мае 1919 г. контрразведка Кавказской добровольческой армии захватила в Ростове подпольную типографию газеты «Донская беднота» и подпольный комитет на конспиративной квартире по адресу 6-я улица, № 153.

Выявленные и арестованные подпольщики после дознания были переданы в судебно-след-ственную комиссию Кавказской добровольческой армии, та передала дело в Ростовскую окружную судебно-следственную комиссию, а та - в военно-полевой суд Ростова и Нахичевани-на-Дону.

8 человек были приговорены к расстрелу, 5 получили 10 лет каторги, 1 - 6 лет каторги, 9 человек оправданы [12, с. 154]. Приговоренным к расстрелу смертную казнь заменили каторжными работами [12, с. 209].

И все же «отсутствие системы подбора кадров, коррупция во всех эшелонах власти способствовали проникновению в белогвардейские органы безопасности авантюристов, мошенников, жуликов, промышлявших шпионажем личностей, зачастую являвшихся агентами

ISSN 0321-3056 IZVESTIYA VUZOV. SEVERO-KAVKAZSKII REGION. SOCIAL SCIENCES. 2018. No. 1

нескольких спецслужб» [9, с. 191-192]. «Много большевиков, т.н. подпольщиков, нанимались в контрразведку в качестве агентов наружного наблюдения, имея возможность предупреждать свою брашку о предстоящем аресте и давать неправильные сведения. Еще за это получать жалование» [12, с. 186].

В итоге донская контрразведка допустила ряд крупных просчетов. Агентурная разведка красных, работавшая в штабе Донской армии в Мил-лерово, предупредила командование Красной Армии о втором рейде Мамонтова [34], имевшее, как явствует из документов, план наступления Донской армии. 22 сентября (5 октября) главком телеграфировал командованию Юго-Восточного фронта красных: «Я не успел выяснить, какие меры вами приняты после вашего ознакомления с директивой противника. Со своей стороны нахожу необходимым.» [17, с. 512].

Во время операции в Задонье в феврале 1920 г., согласно воспоминаниям одного из участников боев, красное командование знало пароль и отзыв белых донских казаков. В темноте красные столкнулись с обходной колонной белых. «Глухо звучат слова пропуска и отзыва. При гробовом молчании мы начинаем проходить у головы неприятельской колонны» [35, с. 218].

Тяжелое материальное положение на разоренном Гражданской войной Юге, инфляция, невыплата жалования по два-три месяца - вот условия, в которых приходилось работать белым контрразведчикам.

Сам Деникин в «Очерках русской смуты» признавал: «Я не хотел бы обидеть многих праведников, изнывавших морально в тяжелой атмосфере контрразведывательных учреждений, но должен сказать, что эти органы, покрыв густой сетью территорию Юга, были иногда очагами провокации и организованного грабежа. Особенно прославились в этом отношении контрразведки Киева, Харькова, Одессы, Ростова (донская)» [18, т. 4, с. 173].

В частности, в октябре 1919 г. все чины Одесской портовой контрразведки были арестованы за взяточничество.

Особенно тяжелой ситуация стала, когда белые были выдавлены в Крым. Перебежчик от белых давал такие показания: «При разведывательном отделе собралась публика, которая только получает деньги, кутит, занимается казнокрадством. Люди, посылаемые в Россию, ненадежны, ибо мало офицеров, которые верили бы в дело Врангеля. Организаторы труд

агентов не оплачивают, а деньги присваивают себе на случай отплытия» [15, т. 1, кн. 1, с. 115].

После разгрома армии Врангеля в Крыму осталось более 300 лиц, так или иначе связанных с контрразведкой [36, с. 105].

Однако значительная часть сотрудников белых спецслужб продолжили борьбу и в эмиграции, используя для этого структуры Русского общевоинского союза (РОВС).

В целом органы разведки и контрразведки, организованные антибольшевистскими структурами на Юге России, не смогли эффективно решать ставящиеся перед ними задачи, поскольку донские военные структуры не имели соответствующего опыта и опирались на привлеченные со стороны элементы, на «русских» (неказачьих) офицеров, а командование Добровольческой армии по идейным соображениям отказалось привлекать к указанной деятельности кадры, наиболее подготовленные к ней своей прежней службой.

Литература

1. Чекисты Дона : очерки / сост. М.Н. Ровенский, К.Н. Хохульников. Ростов н/Д. : Рост. книжное изд-во, 1983. 144 с.

2. На страже Отечества : документы, воспоминания, очерки. Ростов н/Д. : Юг, 1998. 248 с.

3. Чекисты Дона : очерки, интервью. Ростов н/Д. : Изд-во Рост. ун-та, 2003. 164 с.

4. На страже Отечества : очерки, статьи, интервью, документы. Ростов н/Д. : Омега-принт, 2008. 496 с.

5. Зданович А.А. Отечественная контрразведка (1914-1920): организационное строительство. М. : Крафт+, 2004. 240 с.

6. Иванов А.А. Рожденная контрреволюцией. Борьба с агентами врага. М. : ЭКСМО, 2009. 44 с.

7. Государственная безопасность России: история и современность. М. : РОССПЭН, 2004. 814 с.

8. Кудряков А.Ю., Нетесов А.В. История Донского жандармского управления : в 3 т. Ростов н/Д. : Изд-во ЮНЦ РАН, 2017. Т. 1. 176 с.

9. Кирмель Н.С. Спецслужбы белого движения. 1918-1922. М. : Вече, 2013. 400 с.

10. Бортневский В.Г. Белая разведка и контрразведка на Юге России во время Гражданской войны // Отечественная история. 1995. № 5.

11. Цветков В.Ж. Спецслужбы (разведка и контрразведка) белого движения в 1917-1922 годах // Вопросы истории. 2001. № 10.

12. Селезнев Ю.В. Кракелюр парсун (компаратив) к истории Всевеликого войска Донского. Ростов н/Д., 2007. 553 с.

ISSN 0321-3056 IZVESTIYA VUZOV. SEVERO-KAVKAZSKII REGION. SOCIAL SCIENCES. 2018. No. 1

13. Венков А.В. Донская армия. Организационная структура и командный состав 1917-1920 гг. Вып. 1. Ростов н/Д. : Изд-во ЮНЦ РАН, 2014. 422 с.

14. Сидоров В.С. Крестная ноша. Трагедия казачества. Ростов н/Д. : Гефест, 1994. 512 с.

15. Русская военная эмиграция 20-40-х годов : документы и материалы. Т. 1-5. М. : Гея, 1998-2010.

16. Документы героических лет. 1917-1920 гг. Ростов н/Д. : Ростиздат, 1987. 334 с.

17. Директивы главного командования Красной Армии. М. : Воениздат, 1969. 884 с.

18. Деникин А.И. Очерки русской смуты. Т. 1-5. Минск : Харвест, 2002.

19. Врангель П.Н. Воспоминания генерала барона П.Н. Врангеля. Т. 1-2. М. : Терра, 1992.

20. Турло С.С., Залдат И.П. Шпионаж // Антология истории спецслужб. Россия. 1905-1924. М. : Куч-ково поле, 2007. 640 с.

21. Галин В.В. Запретная политэкономия. Красное и белое. М. : Алгоритм, 2006. 608 с.

22. Волков С.В. Белое движение. Энциклопедия Гражданской войны. СПб. : Нева, ОЛМА-ПРЕСС, 2003. 672 с.

23. Зданович А.А. Свои и чужие - интриги разведки. М. : ОЛМА-ПРЕСС, 2002. 317 с.

24. Архив УФСБ РО. Д. П-63162. Т. 1. Л. 135.

25. Вечернее время. 1919. № 215. 9 марта.

26. Архив УФСБ РО. Д. П-53378. Т. 1.

27. Ленин В.И. Биографическая хроника. Т. 7. С. 602.

28. Приазовский край. 1919. 26 окт. (11 нояб.).

29. . Приазовский край. 1919. 1 (14) нояб.; 20 окт. (2 нояб.).

30. Архив русской революции : в 22 т. Т. 5. Берлин : Слово, 1922. С. 358.

31. Врангель П.Н. Южный фронт. Ч. 1-2. М. : Терра, 1992.

32. Падалкин А. Дополнение к труду Е. Ковалева // Родимый край. 1960. № 31. С. 5.

33. Родимый край. 1955. № 37. С. 24.

34. ЦДНИРО. Ф. 12. Оп. 3. Д. 31. Л. 5.

35. Боевой путь блиновцев: история боев и походов 5-й Ставропольской им. тов. Блинова кавалерийской дивизии. 1919-1929. Ставрополь : Северный Кавказ, 1930. 235 с.

36. Литвин А. Красный и белый террор в России. 1918-1922 гг. М. : ЭКСМО, 2004. 505 с.

References

1. Chekisty Dona [Don Chekists]. Essays. Com. by M.N. Rovenskii, K.N. Khokhul'nikov. Rostov-on-Don: Rost. knizhnoe izd-vo, 1983, 144 p.

2. Na strazhe Otechestva [On the Watch of the Fatherland]. Documents, Memoirs, Essays. Rostov-on-Don: Yug, 1998, 248 p.

3. Chekisty Dona [Don Chekists]. Essays, Interviews. Rostov-on-Don: Izd-vo Rost. un-ta, 2003, 164 p.

4. Na strazhe Otechestva [On the Watch of the Fatherland]. Articles, Intervews, Documents. Rostov-on-Don: Omega-print, 2008, 496 p.

5. Zdanovich A.A. Otechestvennaya kontrrazvedka (1914-1920): organizatsionnoe stroitel'stvo [Domestic Counterintelligence (1914-1920): Organizational Construction]. Moscow: Kraft+, 2004, 240 p.

6. Ivanov A.A. Rozhdennayakontrrevolyutsiei. Bor'ba s agentami vraga [Born by Counterrevolution. Fighting of Enemy Agents]. Moscow: EKSMO, 2009, 44 p.

7. Gosudarstvennaya bezopasnost' Rossii: istoriya i sovremennost' [State Security of Russia: History and Modernity]. Moscow: ROSSPEN, 2004, 814 p.

8. Kudryakov A.Yu., Netesov A.V. Istoriya Donskogo zhandarmskogo upravleniya [History of the Don Gendarmerie]: in 3 vol. Rostov-on-Don: Izd-vo YuNTs RAN, 2017, vol. 1, 176 p.

9. Kirmel' N.S. Spetssluzhby belogo dvizheniya. 1918-1922 [Special Services of White Movement. 19181922]. Moscow: Veche, 2013, 400 p.

10. Bortnevskii V.G. Belaya razvedka i kontrrazvedka na Yuge Rossii vo vremya Grazhdanskoi voiny [White Intelligence and Counterintelligence in the South of Russia during the Civil War]. Otechestvennaya istoriya. 1995, No. 5.

11. Tsvetkov V.Zh. Spetssluzhby (razvedka i kontrrazvedka) belogo dvizheniya v 1917-1922 godakh [Special Services (Intelligence and Counterintelligence) of the White Movement in 1917-1922]. Voprosy istorii. 2001, No. 10.

12. Seleznev Yu.V. Krakelyur parsun (komparativ) k istorii Vsevelikogo voiska Donskogo [Craquelure Parsun (Comparative) to the History of the All-Great Don Army]. Rostov-on-Don, 2007, 553 p.

13. Venkov A.V. Donskaya armiya. Organizatsion-naya struktura i komandnyi sostav 1917-1920 gg. [The Don Army. Organizational Structure and Command Structure 1917-1920]. Iss. 1. Rostov-on-Don: Izd-vo YuNTs RAN, 2014, 422 p.

14. Sidorov V.S. Krestnaya nosha. Tragediya ka-zachestva [The Burden of the Cross. The Tragedy of the Cossacks]. Rostov-on-Don: Gefest, 1994, 512 p.

15. Russkaya voennaya emigratsiya 20-40-kh godov [Russian Military Emigration of the 20-40s]. Documents and Materials. Vol. 1-5. Moscow: Geya, 1998-2010.

16. Dokumenty geroicheskikh let. 1917-1920 gg. [Documents of Heroic Years. 1917-1920]. Rostov-on-Don: Rostizdat, 1987, 334 p.

ISSN 0321-3056 IZVESTIYA VUZOV. SEVERO-KAVKAZSKII REGION. SOCIAL SCIENCES.

17. Direktivy glavnogo komandovaniya Krasnoi Armii [Directives of the Red Army Main Command]. Moscow: Voenizdat, 1969, 884 p.

18. Denikin A.I. Ocherki russkoi smuty [Essays on the Russian Troubles]. Vol. 1-5. Minsk: Kharvest, 2002.

19. Vrangel' P.N. Vospominaniya generala barona P.N. Vrangelya [Memories of General Baron P.N. Wran-gel]. Vol. 1-2. Moscow: Terra, 1992.

20. Turlo S.S., Zaldat I.P. [Espionage]. Antologiya is-torii spetssluzhb. Rossiya. 1905-1924 [Anthology of the History of Special Services. Russia. 1905-1924]. Moscow: Kuchkovo pole, 2007, 640 p.

21. Galin V.V. Zapretnaya politekonomiya. Krasnoe i beloe [Forbidden Political Economy. Red and White]. Moscow: Algoritm, 2006, 608 p.

22. Volkov S.V. Beloe dvizhenie. Entsiklopediya Grazhdanskoi voiny [White Movement. Encyclopedia of the Civil War]. Saint Petersburg: Neva, OLMA-PRESS, 2003, 672 p.

23. Zdanovich A.A. Svoi i chuzhie - intrigi razvedki [Own and Others' - Intelligence Intrigue]. Moscow: OLMA-PRESS, 2002, 317 p.

24. Arkhiv UFSB RO [Archive UFSB PO]. D. P-63162. Vol. 1. L. 135.

25. Vechernee vremya. 1919, No. 215, March 9.

Поступила в редакцию / Received

2018. No. 1

26. Arkhiv UFSB RO [Archive UFSB PO]. D. P-53378. Vol. 1.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

27. Lenin V.I. Biograficheskaya khronika [Biographical Chronicle]. Vol. 7, p. 602.

28. Priazovskii krai. 1919, Oct. 26 (Nov. 11).

29. Priazovskii krai. 1919, Nov. 1 (14); Oct. 20 (Nov. 2).

30. Arkhiv russkoi revolyutsii [Archive of the Russian Revolution]: in 22 vol. Vol. 5. Berlin: Slovo, 1922, p. 358.

31. Vrangel' P.N. Yuzhnyi front [Southern Front]. Ch. 1-2. M Moscow: Terra, 1992.

32. Padalkin A. Dopolnenie k trudu E. Kovaleva [Supplement to the Work of E. Kovalev]. Rodimyi krai. 1960, No. 31, pp. 5.

33. Rodimyi krai. 1955, No. 37, p. 24.

34. TsDNIRO. Fund 12. In. 3. File 31. L. 5.

35. Boevoi put' blinovtsev: istoriya boev i pokhodov 5-i Stavropol'skoi im. tov. Blinova kavaleriiskoi divizii. 1919-1929 [Combat Way Pannevtsy: the History of Battles and Campaigns of the 5th Stavropol named after Comrade Blinov Cavalry Division. 1919-1929]. Stavropol: Severnyi Kavkaz, 1930, 235 p.

36. Litvin A. Krasnyi i belyi terror v Rossii. 1918-1922gg. [Red and White Terror in Russia. 1918-1922]. M Moscow: EKSMO, 2004, 505 p.

30 января 2018 г. / January 30, 2018

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.