Педагогика
УДК 376
кандидат педагогических наук Сальникова Олеся Дмитриевна
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Северо-Кавказский федеральный университет» (г. Ставрополь); кандидат педагогических наук Прядко Наталья Александровна Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Северо-Кавказский федеральный университет» (г. Ставрополь)
АНАЛИЗ СОСТОЯНИЯ СУБЪЕКТИВНОГО БЛАГОПОЛУЧИЯ СТУДЕНТОВ С ОВЗ В УСЛОВИЯХ
ВЫХОДА ИЗ ПАНДЕМИИ
Аннотация. В данной статье описаны компоненты и функции субъективного благополучия студентов с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ) и инвалидностью; критерии, показатели и уровни оценки состояния субъективного благополучия данной категории обучающихся; методы и методики экспериментальной работы; а также представлены результаты экспериментальной работы (в аналитико-интерпретационном ключе) по выявлению состояния субъективного благополучия студентов c ОВЗ и инвалидностью в предпандемийный, пандемийный и условный постпандемийный периоды. Полученные результаты позволили сделать выводы о неодинаковом характере субъективного благополучия в зависимости от выделенных периодов (максимальные показатель - в период пандемии; минимальные - в период условного выхода из пандемии).
Ключевые слова: субъективное благополучие, ограниченные возможности здоровья, психическое здоровье, предпандемийный период, пандемийный период, постпандемийный период.
Annotation. In this article describes the components and functions of the subjective well-being of students with HIA and disabilities; criteria, indicators and levels of assessment of the state of subjective well-being of this category of students; methods and techniques of experimental work; and also presents the results of experimental work (in an analytical and interpretative way) to identify the state of subjective well-being of students with HIA and disabilities in pre-pandemic, pandemic and conditional post-pandemic periods. The obtained results allowed us to draw conclusions about the unequal nature of subjective well - being depending on the selected periods (the maximum indicator is during the pandemic; the minimum is during the conditional exit from the pandemic).
Key words: subjective well-being, limited health opportunities (HIA), mental health, pre-pandemic period, pandemic period, post-pandemic period.
Введение. В настоящее время наблюдается неуклонный рост количества лиц с ограниченными возможностями здоровья. По данным РИА «Новости» со ссылкой на пресс-службу Министерства труда РФ в 2018 году выявлено 651 тыс. детей с различными нарушениями здоровья, а к началу 2019 года эта цифра увеличилась на 19 тыс., и составила 670 тыс. человек [12]. В этой связи, наиболее актуальным становятся вопросы, связанные с исследованиями потребностей лиц с ограниченными возможностями здоровья, а, соответственно, условий и ресурсов, которые способны их удовлетворить. Особенно важным этот процесс становится в нестабильных внешних социально-экономических условиях. В частности, в последние три года ключевые позиции занимает сложная эпидемиологическая ситуация как всероссийского, так и мирового масштаба.
Как известно, людям с ограниченными возможностями здоровья требуются вспомогательные и ассистивные средства и технологии, психолого-педагогическое сопровождение и архитектурная доступность для полноценной безбарьерной жизнедеятельности. Создание и реализация указанных условий позволяет решать вопросы доступности всех сфер жизни для данной категории населения, что повышает уровень и качество их жизни в обществе, чем улучшает психологическое состояние и положительно влияет на психическое здоровье лиц с нарушениями здоровья.
Таким образом, позитивная динамика в развитии прикладной инклюзии в нашей стране отобразила повышение показателей психического здоровья лиц с ограниченными возможностями здоровья и определила дальнейшие перспективы в этом направлении. Однако резко изменившиеся условия, обусловленные вспышкой пандемии COVID-19, оказали специфическое влияние, как на физическое, так и на психическое состояние народонаселения, в том числе и лиц с ограниченными возможностями здоровья. В связи с чем, можно предположить, что уровень позитивного состояния субъективного благополучия обучающихся с ОВЗ будет высоким, если будут выявлены удовлетворенность в социальном взаимодействии и коммуникации, качество жизни и здоровья, самоактуализация и самореализация, счастье; активизация мотивации; организация и планирование деятельности, рефлексию и прогнозирование.
Изложение основного материала статьи На основании представленного предположения было организовано и проведено экспериментальное исследование. Контингентом испытуемых выступили студенты образовательных организаций высшего образования ФГАОУ ВО «Северо-Кавказского федерального университета» и ГБОУ ВО «Ставропольского государственного педагогического института» в возрасте 17-23 лет в количестве 103 человек. Экспериментальное исследование было проведено посредством следующих методик: «Шкала психологического благополучия К. Рифф» в адаптации Н.Н. Лепешинского [5]; «Шкала субъективного благополучия» [14]. Методы исследования: анкетирование, эксперимент, количественный и качественный анализ, методы математической статистики (коэффициент Пирсона, критерий t-Стьюдента).
Проведенное исследование показывает, что состояние психического здоровья лиц с ограниченными возможностями здоровья и инвалидностью варьировалось в зависимости от условно выделенных предпандемийного, пандемийного и постпандемийного периодов. При этом одним из ключевых показателей психического здоровья в ракурсе указанного исследования явилось состояние их субъективного благополучия.
Такой подход обусловлен исследованиями западных психологов, которые рассматривают данный термин через противопоставление психологическому нездоровью и неблагополучию, определяя его как важнейшее условие гармоничного развития личности. На современном этапе ученые рассматривают субъективное благополучие как одно из интегральных психических образований, определяющих различные аспекты отношения человека с миром и успешность его взаимодействия с предметным и социальным окружением. Анализ современной литературы позволяет интерпретировать дефиницию субъективного благополучия как интегральное социально-психологическое образование, включающее оценку и отношение человека к своей жизни и самому себе [8; 10].
Не смотря на разноаспектность в исследованиях проблемы субъективного благополучия различными учеными, на сегодняшний день не существует единой концепции, как в понимании самой дефиниции, так и ее структурно-содержательного наполнения. В этой связи видится целесообразным выделение основных ее компонентов [1; 2; 9]:
- когнитивно-рефлексивный компонент (предполагает наличие удовлетворенности/неудовлетворенности в социальном взаимодействии и коммуникации, качестве жизни и здоровья, самоактуализации и самореализации, счастье (эмоциональном комфорте));
- мотивационно-поведенческий компонент (предполагает активизацию мотивации, включает процесс целеполагания, выстраивания дальнейшей деятельностно-поведенческой стратегии);
- деятельностно-результативный компонент (аккумулирует организацию и планирование деятельности, рефлексию и результатов таковой, прогнозирование).
На основе выделенных компонентов можно выделить следующие функции субъективного благополучия [3; 4; 6; 13]:
1) аналитико-рефлексивная функция - заключается в отражении и чувственной реакции на процессы социального взаимодействия и коммуникации (взаимоотношения с внешним миром), качество жизни и здоровья, самоактуализации и самореализации, состояние эмоционального комфорта, самоотношения, самочувствия;
2) коннотативно-управленческая функция - предполагает управление когнитивными процессами, реализующимися в их консолидации и организации в соотнесении с актуальными и имеющимися в знаниями и чувственным опытом в ракурсе целеполагания и стратегического планирования;
3) организационно-прогностическая функция - включает в себя организацию, планирование и управление собственной деятельностью, ее анализ (рефлексию) результатов и продуктов деятельности, а также прогнозирование дальнейших перспектив, обеспечивающих творческое движение, как в сторону саморазвития, так и в сторону обеспечения внешних условий, для удовлетворения личностных потребностей.
Таким образом, выделенные структурные компоненты позволили детально изучить состояние субъективного благополучия у студентов с ОВЗ и выявить его зависимость от условий внешней нестабильной эпидемиологической ситуации (COVID-19) посредством проведения сравнительного анализа состояния субъективного благополучия в предпандемийный (I этап экспериментального исследования), пандемийный (II этап экспериментального исследования) и постпандемийный (III этап экспериментального исследования) периоды.
С целью детализации исследования были выделены критерии, показатели и уровни. Критерии оценки состояния субъективного благополучия: когнитивно-оценочный, коннотативно-стратегический,
деятельностно-прогностический [2; 14].
На основании проведенного исследования были выделены уровни состояния субъективного благополучия [11; 15]:
Высокий уровень состояния субъективного благополучия - включает в себя высокую степень удовлетворенности в социальном взаимодействии и коммуникации, качестве жизни и здоровья, самоактуализации и самореализации, счастье (эмоциональном комфорте); высокий уровень мотивации, позитивный опыт целеполагания, а также выстраивания дальнейшей деятельностно-поведенческой стратегии; способность к организации и реализации процесса планирования собственной деятельности, рефлексии и прогнозирования.
Средний уровень состояния субъективного благополучия - подразумевает недостаточный уровень удовлетворенности в социальном взаимодействии и коммуникации, качестве жизни и здоровья, самоактуализации и самореализации, счастье (эмоциональном комфорте); низкую мотивированность, отсутствие или негативный опыт целеполагания, а также выстраивания дальнейшей деятельностно-поведенческой стратегии; низкая степень сформированности организационной и планирующей функции собственной деятельности, рефлексии и прогнозирования.
Низкий уровень состояния субъективного благополучия - подразумевает неудовлетворенность в социальном взаимодействии и коммуникации, качестве жизни и здоровья, самоактуализации и самореализации, счастье (эмоциональном комфорте); отсутствие мотивации и опыта целеполагания, а также выстраивания дальнейшей деятельностно-поведенческой стратегии; низкая степень сформированности организационной и планирующей функции собственной деятельности, рефлексии и прогнозирования.
Опишем полученные результаты экспериментального исследования по выявлению состояния субъективного благополучия в предпандемийный, пандемийный и постпандемийный этап экспериментального исследования) периоды (Таблица 1).
Таблица 1
Результаты экспериментального исследования по выявлению состояния субъективного благополучия
^^^^Критерии Уровни^^^^^ Когнитивно-оценочный Коннотативно-стратегический Деятельностно-прогностический
I этап II этап III этап I этап II этап III этап I этап II этап III этап
Высокий 26 % 25 % 27 % 45 % 51 % 40 % 45 % 47 % 41 %
Средний 51 % 30% 31 % 31 % 31 % 27 % 35 % 37 % 35 %
Низкий 23 % 45 % 42 % 24 % 18 % 33 % 20 % 16 % 24 %
Анализ полученных результатов свидетельствует о том, что состояние субъективного благополучия по когнитивно-оценочному критерию варьировалось в зависимости от этапа исследования: большинство испытуемых в предпандемийный период демонстрировали средний уровень (51%), а низкий уровень был выявлен у наименьшего количества респондентов (23%). В период пандемии СОУИБ - 19 большинство испытуемых уже демонстрировали низкий уровень (45%), а самую малочисленную категорию составил высокий уровень (25%). В постпандемийный период по-прежнему преобладает низкий уровень (42%), а самый меньший процент принадлежит испытуемым, демонстрирующем высокий уровень (27%).
Качественный анализ результатов исследования позволяет сделать вывод о том, что состояние субъективного благополучия по когнитивно-оценочному критерию в предпандемийный период характеризуется высоким уровнем мотивации, достаточным уровнем коммуникации в процессе социального взаимодействия, удовлетворенности качеством жизни и здоровья. Однако отмечаются трудности в состоянии эмоционального комфорта, связанного с процессами самоактуализации и самореализации, самоотношения. В постпандемийный период также отмечаются трудности самоактуализации и самореализации. Это связано с нестабильностью формата обучения и адаптации к нему.
Полученные результаты по коннотативно-стратегическому критерию свидетельствуют о том, что на каждом из этапов (предпандемийный, пандемийный и постпандемийный) большинство испытуемых демонстрировали высокий уровень (40-51%). Наименьшее количество испытуемых в предпандемийный и пандемийный периоды демонстрировали низкий уровень (18-24%), а в постпандемийный период - средний уровень (27%).
Качественный анализ результатов исследования позволяет сделать вывод о том, что состояние субъективного благополучия по коннотативно-стратегическому критерию в предпандемийный период характеризуется высоким уровнем управления когнитивными процессами, а также целеполагания и стратегического планирования. В период пандемии полученные показатели соотносимы с предпандемийным периодом. В постпандемийный период отмечаются трудности реализации целеполагания и стратегического планирования, что также связано с трансформацией формата обучения из дистанционного в традиционный.
Полученные результаты по деятельностно-прогностическому критерию свидетельствуют о том, что на каждом из этапов (предпандемийный, пандемийный и постпандемийный) большинство испытуемых демонстрировали высокий уровень (41-45%). Наименьшее количество испытуемых показали низкий уровень (16-24%).
Качественный анализ результатов исследования позволяет сделать вывод о том, что состояние субъективного благополучия по деятельностно-прогностическому критерию во всех периодах характеризуется высоким уровнем в организации и управлении собственной деятельностью, рефлексии результатов и продуктов деятельности. Трудности отмечаются в прогнозировании дальнейших перспектив саморазвития и самореализации.
Представим результаты экспериментального исследования по выявлению состояния субъективного благополучия (Рисунок 1).
Рисунок 1. Результаты диагностики состояния субъективного благополучия у студентов с ограниченными
возможностями здоровья
Выводы Полученные данные свидетельствуют о том, что уровень состояния субъективного благополучия у студентов с ограниченными возможностями здоровья варьировалось в зависимости от выделенных этапов. В предпандемийный период примерно равное количество испытуемых демонстрируют как высокий, так средний и низкий уровни состояния субъективного благополучия, так как степень их адаптации к аудиторной работе имеет неодинаковый характер, однако стабильные формы работы позволяют выстроить положительный вектор. Наиболее высокие показатели субъективного благополучия выявлены в пандемийный период, так как испытуемые попали в комфортные для себя условия, не требующие дополнительной мобильности и коммуникации. Помимо прочего, следует отметить здесь довольно высокий уровень цифровой и сетевой грамотности испытуемых, который зачастую даже преобладает над уровнем сверстников без ОВЗ. В постпандемий период у студентов с ограниченными возможностями здоровья в большинстве наблюдался низкий уровень состояния субъективного благополучия, что обусловлено рядом затруднений, связанных с необходимостью повторной адаптации к традиционному формату обучения. Таким образом, статистическая обработка количественных данных (коэффициент Пирсона, критерий t-Стьюдента) позволила сопоставить состояние субъективного благополучия в предпандемийный, пандемийный и постпандемийный периоды, что свидетельствует о высокой степени достоверности полученных данных.
Настоящее исследование не претендует на исчерпывающее решение всех связанных с обозначенной проблемой задач: необходимы дальнейшие теоретические и экспериментальные исследования, направленные на поиск инновационных подходов к изучению состояния субъективного благополучия как одного из критериев психического здоровья студентов с ограниченными возможностями здоровья в условиях выхода из пандемии.
Литература:
1. Александрова, Л.А. Равные возможности в контексте развития личностного потенциала и субъективного благополучия студентов с ОВЗ / Л.А. Александрова // Психологическая помощь социально незащищенным лицам с использованием дистанционных технологий (интернет-консультирование и дистанционное обучение): Материалы Всероссийской научно-практической конференции, Москва, 16-17 апреля 2018 года / под ред. Б.Б. Айсмонтаса. - Москва: Московский государственный психолого-педагогический университет, 2018. - С. 69-75
2. Бугаева, Е.А. Субъективное благополучие лиц с ограниченными возможностями здоровья в контексте инклюзивного образовани / Е.А. Бугаева // Психологическое здоровье личности: теория и практика: Сборник научных трудов по материалам V Всероссийской научно-практической конференции, Ставрополь, 24-25 октября 2018 г. / Отв. ред. И.В. Белашева. - Ставрополь: Северо-Кавказский федеральный университет, 2018. - С. 151-153
3. Бугаева, Е.А. Особенности субъективного благополучия школьников с ограниченными возможностями здоровья / Е.А. Бугаева, Ю.В. Аникеева // Инклюзивные процессы в международном образовательном пространстве: материалы VI Международного интернет-симпозиума, Ставрополь, 20-25 ноября 2020 г. - Ставрополь: Северо-Кавказский федеральный университет, 2020. - С. 97-100
4. Лебедева, К.С. Специфика субъективного благополучия школьников с ОВЗ, обучающихся в условиях инклюзии / К.С. Лебедева // Студенческий форум. - 2019. - № 3 (54). - С. 41-49
5. Лепешинский, Н.Н. Адаптация опросника «Шкалы психологического благополучия» К. Рифф / Н.Н. Лепешинский // Психологический журнал. - 2007. - № 3. - С. 24-32
6. Маленова, А.Ю. Субъективное благополучие студенческой молодежи с разным уровнем дохода / А.Ю. Маленова, Е.Е. Федотова // Вестник Омского университета. Серия: Экономика. - 2021. - Т. 19. - № 2. - С. 107-116
7. Орлова, Д.Г. Оценка психометрического качества и модификация опросника «Шкалы психологического благополучия» К. Рифф / Д.Г. Орлова // Вестник Удмуртского университета. Серия «Философия. Психология. Педагогика». - 2016. - №3. - 53-62
8. Полозова, И.А. Понятие субъективного благополучия и подходы к его исследованию / И.А. Полозова // Международный научный студенческий журнал. - 2020. - № 10. - С. 334-338
9. Пучкова, Г.Л. Субъективное благополучие как фактор самоактуализации личности: дис. ... канд. психол. наук: 19.00.01 / Пучкова Галина Леонидовна. - Хабаровск, 2003. - 148 с.
10. Рикель, А.М. Понятие субъективного благополучия в гедонистическом и эвдемонистическом подходах / А.М. Рикель, А.А. Туниянц, Н. Батырова // Вестник Московского университета. Серия 14: Психология. - 2017. - № 2. -С. 64-82
11. Самохвалова, А.Г. Субъективное благополучие студентов, поступивших в вуз на разные направления подготовки / А.Г. Самохвалова, Е.В. Тихомирова, О.Н. Вишневская // Вестник Костромского государственного университета. Серия: Педагогика. Психология. Социокинетика. - 2021. - Т. 27. - № 2. - С. 32-38
12. Статистические показатели. Общая численность детей с инвалидностью в РФ. ТАСС: информационное агентство России [Электронный ресурс]. - URL: https://tass.ru/obschestvo/6606985 (дата обращения: 22.09.2022).
13. Федотова, Е.Е. Субъективное благополучие студентов и его факторы: теоретический анализ / Е.Е. Федотова // Вестник Омского университета. Серия: Психология. - 2020. - № 3. - С. 63-69
14. Фетискин, Н.П. Социально-психологическая диагностика развития личности и малых групп: учебное пособие / Н.П. Фетискин, В.В. Козлов, Г.М. Мануйлов. - М., Изд-во Института Психотерапии. - 2002. - 488 с.
15. Шамионов, Р.М. Соотношение социальной активности и удовлетворенности базовых психологических потребностей, субъективного благополучия и социальной фрустрированности молодежи / Р.М. Шамионов // Сибирский психологический журнал. - 2020. - № 77. - С. 176-195
Педагогика
УДК 378.147
доктор педагогических наук, доцент Самойленко Наталия Борисовна
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Севастопольский государственный университет» (г. Севастополь); ассистент кафедры «Лингводидактика и зарубежная филология» Фетисова Валерия Владимировна
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Севастопольский государственный университет» (г. Севастополь)
ТЬЮТОР В СИСТЕМЕ ЦИФРОВОЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ СРЕДЫ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
Аннотация. В статье раскрывается роль спецкурса «Тьюторское сопровождение в процессе преподавания английского языка в дистанционном формате» в формировании готовности к тьюторской деятельности будущих педагогов для работы в цифровой образовательной среде. Рассмотрено количество часов, отводимое на изучение спецкурса, описана его структура и раскрыто практико-ориентированное содержание. В статье проанализирована взаимосвязь компонентов педагога с ФГОС ВО 3++ по направлению 44.03.01 «Педагогическое образование», 44.03.05 «Педагогическое образование (с двумя профилями подготовки)» и 45.03.01 «Филология». Авторами аргументировано, что спецкурс носит профессионально-ориентированный характер и позволяет сформировать у будущих педагогов способности, востребованные для осуществления будущими педагогами тьюторского сопровождения в процессе обучения и преподавания. В статье описаны разработанные методические рекомендации для организации тьюторского сопровождения самостоятельной работы студентов в цифровой образовательной среде, которые включают в себя: этапы перехода на дистанционное обучение, процесс разработки онлайн- курса, особенности создания промовидео, разработка онлайн-курса, самоанализ педагогической деятельности педагогов, формы и требования к дистанционным занятиям, психологический комфорт в процессе обучения, этапы разработки дистанционного занятия, недостатки дистанционного занятия и конструктор сайтов TILDA.
Ключевые слова: тьютор, профессиональная подготовка, тьюторская деятельность, цифровая образовательная среда, спецкурс.
Annotation. The article reveals the role of the course «Tutor in the process of teaching English in remote education» in the formation of readiness for tutoring future teachers to work in a digital educational environment. The course structure is described and its practice-oriented content is disclosed. The article considers the teachers' components of FSES 3++ in the direction of 44.03.01 «Pedagogical education», 44.03.05 «Pedagogical education (two training programs)» and 45.03.01 «Philology». The authors argue that the special course is professionally oriented and allows future teachers to form abilities that are in demand for future teachers to provide tutor support in the process of learning and teaching. The article describes the methodological recommendations for the organization of tutor support of students' autonomous work in the digital educational environment, which include: the stages of transition to remote learning, the process of developing the online course, the features of creating a promo video, the development of the online course, self-analysis of teachers' pedagogical activity, forms and requirements for remote learning, psychological comfort in the learning process, the stages of developing remote learning, the disadvantages of remote learning and the TILDA website builder.
Key words: tutor, professional training, tutor activity, digital educational environment, special course.
Введение. Использование технологий тьюторского сопровождения студентов в вузе актуализировалось в связи с индивидуализацией образования в высшей школе, особенно в период пандемии. На сегодняшний день профессия «тьютор» становится ведущим трендом современного образования. Это инициировано государством, обществом, обучающимися, представителями педагогического сообщества [1-3].
Реализация федеральных государственных образовательных стандартов высшего образования (ФГОС ВО), в основу которых положены принципы индивидуализации образования, возможна при содействии тьюторов либо педагогов, готовых к тьюторской деятельности. Благодаря этому становится возможным персональное сопровождение обучающегося в ходе процесса обучения [12; 13].
В настоящее время подготовка педагогов для работы в цифровой образовательной среде (ЦОС) реализуется благодаря федеральному проекту «Кадры для цифровой экономики РФ» и национальной программе «Цифровая экономика Российской Федерации».
Среди требований, предъявляемых к современной профессиональной деятельности педагога, выделяют формирование тьюторской деятельности педагогов для работы в ЦОС [6; 7].