Анализ развития водородной энергетики в мире
Юдин Денис Андреевич,
инженер, РГУ нефти и газа yudin2406@gmail.com
(НИУ) имени И.М. Губкина,
сч сч о сч
<0
О Ш
m
X
<
m О X X
Продолжающийся энергетический переход является беспрецедентным по своим масштабам и глубокому влиянию на сложившиеся социально-экономические, технологические и геополитические тенденции во всем мире. Возобновляемые источники энергии в сочетании с энергоэффективностью в настоящее время формируют передний край далеко идущего глобального энергетического перехода. Этот переход не является заменой топлива; это переход к другой системе с соответствующими политическими, техническими, экологическими и экономическими сбоями.
Автор анализирует мировой опыт развития водородной энергетики. Показана специфика водородного топлива, его виды, а также способы его создания. Анализируются перспективы развития производства и использования водородного топлива во всем мире. В статье показаны основные способы использования водорода в нефтепереработке и в промышленности в целом. Автором предлагается повсеместно использовать водородное топливо в энергетике.
Ключевые слова: водородное топливо, зеленый водород, водородная энергетика, технологии производства водорода, Россия, Китай, США, Германия, инновационные подходы, пандемия.
Продолжающийся энергетический переход является беспрецедентным по своим масштабам и глубокому влиянию на сложившиеся социально-экономические, технологические и геополитические тенденции во всем мире. Возобновляемые источники энергии в сочетании с энергоэффективностью в настоящее время формируют передний край далеко идущего глобального энергетического перехода. Этот переход не является заменой топлива; это переход к другой системе с соответствующими политическими, техническими, экологическими и экономическими сбоями. Водород, до сих пор являвшийся недостающим элементом головоломки чистой энергии, вероятно, в ближайшие годы еще больше нарушит цепочки создания добавленной стоимости в энергетике.
Водородные торговые и инвестиционные потоки породят новые модели взаимозависимости и приведут к изменениям в двусторонних отношениях. Быстро растущее число двусторонних сделок указывает на то, что они будут отличаться от энергетических отношений 20-го века, основанных на углеводородах. Более чем в 30 странах и регионах существуют водородные стратегии, включающие планы импорта или экспорта, что указывает на значительный рост трансграничной торговли водородом. Страны, которые традиционно не торговали энергией, налаживают двусторонние отношения, ориентированные на технологии и молекулы, связанные с водородом. По мере изменения экономических связей между странами меняется и их политическая динамика.
Водородная дипломатия становится стандартным элементом экономической дипломатии в нескольких странах. Доступ к водороду часто рассматривается как элемент энергетической безопасности и общей устойчивости страны, особенно для отраслей, где другие решения неосуществимы или неэкономичны. Некоторые страны, которые рассчитывают стать импортерами, уже занимаются целенаправленной водородной дипломатией. Германия и Япония были первопроходцами, но другие страны следуют за ними по пятам. Потенциальные экспортеры применяют аналогичные стратегии, причем многие из них включают водород - в частности, зеленый водород - на самых высоких уровнях своей дипломатии. Экспортеры считают чистый водород привлекательным способом диверсификации своей экономики. Многие нынешние экспортеры предполагают переход на чистый водород для развития новых экспортных отраслей. Они смогут использовать созданную энергетическую инфраструктуру, квалифицированную рабочую силу и существующие торговые отношения в области энергетики.
Согласно новому анализу Международного агентства по возобновляемым источникам энергии (IRENA), быстрый рост глобальной водородной экономики может привести к значительным геоэкономическим и геополитическим сдвигам, что приведет к волне новых
взаимозависимостей. Водородный фактор предполагает, что водород меняет географию торговли энергоносителями и регионализирует энергетические отношения, намекая на появление новых центров геополитического влияния, построенных на производстве и использовании водорода, поскольку традиционная торговля нефтью и газом сокращается.
По оценке обусловленным актуальностью проблемы изменения климата и обязательствами стран по нулевому потреблению энергии, к 2050 году водород будет покрывать до 12 процентов глобального энергопотребления. Растущая торговля и целевые инвестиции на рынке, где доминируют ископаемые виды топлива и который в настоящее время оценивается в 174 миллиарда долларов США, вероятно, повысят экономическую конкурентоспособность и повлияют на внешнеполитический ландшафт, поскольку двусторонние сделки значительно отличаются от отношений с углеводородами 20-го века.
Водород может оказаться недостающим звеном в создании экологически безопасного энергетического будущего. Водород явно участвует в революции в области возобновляемых источников энергии, и зеленый водород становится фактором, меняющим правила игры для достижения климатической нейтральности без ущерба для промышленного роста и социального развития. Но водород - это не новая нефть. И переход - это не замена топлива, а переход к новой системе с политическими, техническими, экологическими и экономическими сбоями.
Следует отметить, что к 2050 году более 30 процентов водорода может продаваться через границы, что выше, чем сегодня, по сравнению с природным газом. Страны, которые традиционно не торговали энергией, налаживают двусторонние энергетические отношения вокруг водорода.
Ожидается значительный рост трансграничной торговли водородом, и уже сегодня более 30 стран и регионов планируют начать активную торговлю. Некоторые страны, которые рассчитывают стать импортерами, уже внедряют специальную водородную дипломатию, такую как Япония и Германия. Экспортеры ископаемого топлива все чаще рассматривают чистый водород как привлекательный способ диверсификации своей экономики, например, Австралия, Оман, Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты. Однако требуются более широкие стратегии экономического перехода, поскольку водород не компенсирует потери доходов от нефти и газа.
В 2020 году был достигнут значительный прогресс в демонстрации международной торговли водородом. Ассоциация передовых водородных энергетических цепочек по развитию технологий успешно продемонстрировала первую партию жидкого органического водорода-носителя из Брунея в Японию для его использования в качестве топлива для производства электроэнергии. Тем временем Saudi Aramco и Институт энергетики и экономики Японии совместно импортировали в Японию 40 тонн аммиака, полученного из ископаемого топлива с помощью CCU, также для производства электроэнергии. Первая поставка сжиженного водорода из Австралии в Японию, первоначально запланированная на 2021 год, была отложена из-за пандемии Covid-19, и ожидается, что она состоится в 2022 году.
Было объявлено около 60 международных проектов по торговле водородом, причем большинство анонсов
состоится в 2020 году и первой половине 2021 года. Если все эти проекты будут реализованы, объем энергии, продаваемой в виде топлива на основе водорода, составит ~0,3 ЭДЖ к 2030 году, что на порядок ниже, чем более 2 ЭДЖ, продаваемых в сценарии чистых нулевых выбросов к 2050 году.
Формирование правил, стандартов и управления водородом может привести к геополитической конкуренции или открыть новую эру расширенного международного сотрудничества. Оказание помощи, особенно развивающимся странам, в внедрении экологически чистых водородных технологий и развитии водородной промышленности может предотвратить расширение глобального разрыва в декарбонизации и способствовать равенству и интеграции, создавая местные производственно-сбытовые цепочки, экологически чистые отрасли и рабочие места в странах, богатых возобновляемыми источниками энергии.
Водородная энергетика рассматривается как один из наиболее важных секторов в контексте инициатив по декарбонизации и углеродной нейтральности. На на данный момент десять правительств по всему миру приняли стратегии производства и использования водорода. Однако этот прогресс значительно отстает от того, что необходимо в сценарии чистых нулевых выбросов к 2050 году. Водородные технологии оказались удивительно устойчивыми во время пандемии Covid-19 и их использование расширилось. 2021 год остается рекордным в производстве низкоуглеродного водорода.
Мировой же спрос на водород в 2020 году составлял ~90 млн тонн, при этом более 70 млн тонн использовалось в качестве чистого водорода и менее 20 млн тонн смешивалось с углеродсодержащими газами при производстве метанола и производстве стали. Почти весь этот спрос был направлен на переработку и промышленное использование. В настоящее время водород производится в основном из ископаемого топлива, что приводит к выбросам ^2 около 900 млн тонн в год.
Использование водорода в качестве топлива для различных видов транспорта, создание «зеленых» углеводородных видов топлива и газификация существующего жилищного фонда - все это основные инициативы, реализуемые по всему миру. Это обусловлено тем, что водород может быть получен из низкоуглеродистых источников, и его использование в качестве энергоносителя не приводит к выбросам парниковых газов. Вместе с тем, использование низкоуглеродного водорода ограничивается только автомобильным транспортом.
Потребители водорода
Нефтепереработка сегодня является крупнейшим потребителем водорода (около 40 млн тонн в 2020 году) и останется таковой в краткосрочной и среднесрочной перспективе. Водород, используемый в этом секторе, обычно производится на месте путем риформинга метана с водяным паром, отделяется от побочных газов нефтехимических процессов или поступает извне в виде товарного водорода (обычно производится на специализированных установках для производства водорода с использованием риформинга метана с водяным паром).
Использование низкоуглеродистого водорода в нефтепереработке сталкивается с экономическим барьером из-за его более высокой стоимости по сравнению с неослабевающим водородом на основе ископаемого топлива. Однако замена этих мощностей по производ-
X X
о го А с.
X
го m
о
2 О
м м
сч сч о сч
оэ
о ш Ш X
3
<
m о х
X
ству водорода низкоуглеродными технологиями не будет сложной технической задачей. Таким образом, это идеальная возможность легко увеличить спрос на низкоуглеродистый водород при одновременном снижении выбросов CO2 в результате процессов переработки.
Что касается использования ископаемого топлива с CCU для производства водорода, Shell была первым инициатором своего проекта 2005 года на нефтеперерабатывающем заводе Pernis (в Нидерландах) по улавливанию CO2 из установок газификации тяжелых остатков. С тех пор последовали другие, и уже есть шесть установок, производящих водород из ископаемого топлива в сочетании с CCU, последняя из которых вводится в эксплуатацию в 2020 году на НПЗ North West Sturgeon (Канада). Производственная мощность этих установок составляет 320 тыс. тонн низкоуглеродистого водорода (на 25% больше, чем в 2019 году), но производство может вырасти до 380 тонн в 2021 году, если два проекта, которые в настоящее время разрабатываются в Китае, вступят в строй.
Кроме того, два проекта (оба в Германии) в настоящее время используют электролитический водород при переработке: электролизер с полимерной электролитной мембраной (PEM) мощностью 5 МВт (~ 0,7 тыс. тонн) на нефтеперерабатывающем заводе H &R Ölwerke Schindler в Гамбурге (с 2018 года) и проект Refhyne на нефтеперерабатывающем заводе Shell в Рейнланде, электролизер PEM мощностью 10 МВт (~1,5 тыс. тонн производственной мощности), который был введен в эксплуатацию в июле 2021 года. Кроме того, ожидается, что первая фаза проекта HySynergy на нефтеперерабатывающем заводе Shell Fredericia (20 МВт, ~ 3 тыс. тонн производственной мощности) вступит в строй в 2022 году, а недавно началось строительство проекта Multiphly в Нидерландах, который продемонстрирует установку твердого оксида мощностью 2,4 МВт (~0,5 тыс. тонн производственной мощности). электролизер-ная ячейка электролизер на нефтеперерабатывающих заводах.
Европа особенно активна в этом направлении: на нефтеперерабатывающих заводах разрабатывается более 1,3 ГВт электролизных мощностей (~ 230 тыс. тонн производственных мощностей), большинство из которых все еще находятся на ранних стадиях, планируя развертывание к 2025 году. Еще около 700 МВт (более 110 тыс. тонн производственной мощности) проектов направлены на производство коммерческого водорода, связанного с операциями по переработке, наряду с другими приложениями.
По оценкам МЭА, количество низкоуглеродистого водорода, используемого при переработке, выросло с 250 тыс. тонн в 2019 году до более чем 300 тыс. тонн в 2020 году, и, исходя из текущего цикла проектов, в 2030 году может быть использовано 1,2-1,4 млн тонн низкоуглеродистого водорода. Тем не менее, это значительно ниже расширения, необходимого для того, чтобы оставаться на пути к Сценарию чистых нулевых выбросов к 2050 году, который предписывает 5 млн тонн к 2030 году.
Спрос промышленного сектора на водород в 2020 году составил 51 млн тонн, при этом химическое производство потребляло ~46 млн тонн. Примерно три четверти было использовано для производства аммиака и одна четверть - для метанола. Оставшиеся 5 тонн были израсходованы в процессе прямого восстановления железа для выплавки стали. Только 0,3 млн тонн спроса на
2020 год было удовлетворено низкоуглеродистым водородом (почти на 20% больше, чем в 2019 году), в основном за счет нескольких крупных установок ССи, небольших электролизных установок в химическом подсекторе и одного проекта сСи в подсекторе черной металлургии.
Рисунок 1 -Глобальная потребность в водороде, % Источник: МЭА. Hydrogen Электронный ресурс]. - URL: https://www.iea.org/reports/hydrogen(дата обращения: 21.04.2022)
Крупномасштабное внедрение водорода должно быть подкреплено эффективной и экономичной системой хранения и транспортировки, стратегически разработанной для подключения источников поставок к центрам спроса и, таким образом, создания обширного, высоколиквидного рынка.
Развитие водородной инфраструктуры
Тем не менее, достижение целей водородной стратегии потребует гораздо более быстрого развития водородной передачи. Анализ сценариев мЭа с нулевыми выбросами к 2050 году показывает, что к 2030 году общая протяженность водородных трубопроводов во всем мире должна увеличиться в четыре раза и составить более 20 000 км.
Из 5 000 км действующих в настоящее время водо-родопроводов более 90% расположены в Европе и Соединенных Штатах. Большинство из них представляют собой закрытые системы, принадлежащие крупным коммерческим производителям водорода, сосредоточенным вблизи промышленных потребителей (в основном нефтеперерабатывающих и химических заводов). Первые шаги по расширению этой специфичной для водорода инфраструктуры для доставки конечным пользователям (в дополнение к промышленным пользователям) уже предприняты. Большинство разработок связаны с перепрофилированием трубопроводов природного газа, что может значительно снизить затраты на создание национальных и региональных водородных сетей.
Первый газопровод был переоборудован и введен в коммерческую эксплуатацию компанией Gasunie в Нидерландах в ноябре 2018 года протяженностью 12 км и пропускной способностью 4 тыс. тонн в год. Это побудило консорциум операторов газовых сетей в Европе предложить европейскую инициативу по водородной магистрали (EHB) в 2020 году (обновленную в 2021 году), которая предусматривает 39 700 км трубопроводов в 21 стране к 2040 году, из которых 69% будут перепрофилированы на сети природного газа и 31% - новые водородные трубопроводы.
Использование всего потенциала водорода в качестве источника чистой энергии также потребует создания инфраструктуры хранения водорода. Трудно оценить будущие потребности в хранении водорода, но текущее использование и хранение природного газа могут быть хорошим показателем. В 2020 году объем глобальных хранилищ газа составил более 400 млрд куб. м (10% от общего потребления), поэтому при аналогичном соотношении объема хранения к потреблению потребности в хранении водорода в сценарии чистого нулевого уровня выбросов к 2050 году могут составить ~50 млн тонн к 2050 году.
Хранение водорода в подземных соляных пещерах -это проверенная технология, которая используется нефтехимической промышленностью с начала 1970-х годов. На сегодняшний день функционируют четыре водородных соляных пещеры: три в Соединенных Штатах и одна в Соединенном Королевстве. В Европе разрабатывается несколько пилотных проектов, которые, как ожидается, начнут функционировать в ближайшие два-три года, в то время как предлагаемый крупномасштабный усовершенствованный комплекс хранения чистой энергии в Соединенных Штатах (штат Юта) планируется запустить в середине 2020-х годов.
Водородные стратегии
Политический импульс в пользу использования водорода продолжал набирать силу в 2020 и 2021 годах. Это имеет основополагающее значение для развития водородных технологий и рынков, поскольку амбиции в области изменения климата остаются основным стимулом для широкого использования низкоуглеродистого водорода.
В 2020 году десять правительств приняли водородные стратегии: Канада, Чили, Франция, Германия, Нидерланды, Норвегия, Португалия, Россия, Испания и Европейский союз (Франция уже приняла План внедрения водорода для перехода к энергетике в 2018 году). По состоянию на сентябрь 2021 года были приняты еще четыре стратегии (Чешской Республикой, Колумбией, Венгрией и Соединенным Королевством), а Норвегия опубликовала дорожную карту для завершения своей стратегии, принятой в 2020 году. Кроме того, Польша и Италия опубликовали стратегии для консультаций с общественностью, и более 20 других стран объявили, что они активно разрабатывают свои стратегии.
Рисунок 2 - Ежегодные объявления о правительственных стратегиях в области водорода, 2018 - сентябрь 2021 Источник: МЭА. Hydrogen Электронный ресурс]. - URL: https://www.iea.org/reports/hydrogen(дата обращения: 21.04.2022)
Многие стратегии включают цели по внедрению водородных технологий, при этом большинство из них сосредоточено на развертывании производства низкоуглеродистого водорода, и лишь в некоторых делается
упор на конечное использование водорода для стимулирования спроса (в основном на транспорте). Поэтому необходимы стратегические действия, чтобы избежать узких мест при внедрении водорода, которые могут привести к неэффективной политической поддержке.
Если использование водорода (и топлива, полученного из водорода) не поощряется для новых применений (таких как перевозки на большие расстояния, морские перевозки, авиация и новые промышленные применения), развертывание мощностей по производству низкоуглеродистого водорода может быть не реализовано, что может сделать проекты экономически нежизнеспособными, в этой ситуации разработчики проектов будут бороться за привлечение покупателей.
Сегодня использование низкоуглеродистого водорода обходится дороже, чем использование водорода, получаемого из неослабевающего ископаемого топлива, в традиционных применениях или использование ископаемого топлива непосредственно для новых применений, в которых водород мог бы заменить его. В некоторых странах вводятся цены на углерод, чтобы сократить этот разрыв и облегчить переход на низкоуглеродистый водород, но этого недостаточно для достижения нулевого уровня выбросов к 2050 году.
Сегодня правительства начинают объявлять о таких мерах политики, как контракты на выбросы углерода за разницу, аукционы, мандаты, квоты и требования к водороду в государственных закупках с целью стимулирования спроса и снижения риска инвестиций, хотя большинство из этих заявлений еще не воплощены в жизнь.
Национальные водородные стратегии и дорожные карты с конкретными целями по развертыванию низкоуглеродного производства, и особенно для стимулирования спроса, имеют решающее значение для укрепления доверия заинтересованных сторон к потенциалу рынка низкоуглеродного водорода. Это жизненно важный первый шаг, поскольку он может придать импульс и стимулировать дополнительные инвестиции для расширения масштабов и ускорения развертывания.
Разработка стратегий и дорожных карт по роли водорода в энергетических системах.
Чтобы полностью использовать потенциал водорода в качестве источника чистой энергии, необходимы меры по содействию внедрению низкоуглеродистого водорода для замены неослабевающих альтернатив на основе ископаемых видов топлива.
Политика должна быть направлена на сокращение разрыва в ценах между стоимостью использования низкоуглеродистого водорода и использованием неослабевающего ископаемого водорода или использованием самих ископаемых видов топлива в областях, где водород может в конечном итоге заменить их. Некоторые страны уже используют ценообразование на выбросы углерода, чтобы сократить этот разрыв в затратах, но это не всегда эффективно. По нашему мнению, широкое внедрение в сочетании с другими инструментами политики, такими как аукционы, мандаты, квоты и требования к водороду при государственных закупках, может помочь снизить риски инвестиций и сделать низкоуглеродный водород более экономически целесообразным.
Создать стимулы для замены неослабевающего ископаемого топлива низкоуглеродистым водородом.
Политические рамки, стимулирующие спрос, могут, в свою очередь, стимулировать инвестиции в низкоугле-
X X
о го А с.
X
го m
о
2 О
м м
сч сч о сч
<о
о ш m
X
3
<
m о х
X
родные производственные предприятия, инфраструктуру и производственные мощности. Однако без более решительных политических действий этот процесс не будет происходить теми темпами, которые необходимы для достижения целей в области изменения климата. Предоставление индивидуальной поддержки отдельным готовым к реализации флагманским проектам может дать толчок к расширению производства низкоуглеродистого водорода и развитию инфраструктуры для подключения источников поставок к центрам спроса и производственным мощностям, от чего могут выиграть последующие проекты.
Производство, инфраструктуру и заводы.
Непрерывные инновации необходимы для снижения затрат и повышения конкурентоспособности водородных технологий. Полное удовлетворение потенциального спроса на водород потребует значительных демонстрационных усилий в течение следующего десятилетия. Срочно необходимы большие бюджеты на НИОКР и поддержка демонстрационных проектов, чтобы ключевые водородные технологии как можно скорее достигли стадии коммерциализации.
Поскольку внедрение водорода порождает новые цепочки создания стоимости, необходимо будет адаптировать существующую нормативно-правовую базу и определить новые стандарты и схемы сертификации, чтобы устранить оставшиеся барьеры. Думается, международное соглашение о методологии расчета углеродного следа производства водорода будет особенно важно для обеспечения того, чтобы производство водорода было действительно низкоуглеродным, а также будет иметь основополагающее значение для развития глобального рынка водорода.
Переход к действительно устойчивой отрасли заключается не просто в переключении источников энергии, но и в разработке эффективных способов справедливого использования энергии. Это включает в себя сокращение ненужного потребления энергии во многих конечных целях и изменение системы, основанной на постоянно растущем потреблении. Например, при переходе к безуглеродной энергетической системе страны вполне могут производить водород для повышения своей энергетической независимости, но по-прежнему зависят от ограниченного числа стран в отношении материалов. Инновации, эффективность, переработка отходов и экономика замкнутого цикла - все это может помочь снять опасения по поводу узких мест в добыче полезных ископаемых и металлов. Но сокращение спроса будет иметь важное значение для обеспечения материальной безопасности в долгосрочной перспективе.
Мы полагаем, что прогресс в области чистой энергетики для водорода можно отслеживать по трем основным показателям:
1. Степень, в которой производство низкоуглеродистого водорода заменяет обычный водород в существующих промышленных применениях и удовлетворяет спрос на новые области применения.
2. Рост спроса в новых секторах (например, для некоторых транспортных и промышленных применений, производства синтетического топлива и хранения электроэнергии), где это может помочь сократить выбросы С02, если производство основано на низкоуглеродных технологиях.
3. Расширение масштабов, снижение затрат и улучшение (в эффективности, сроке службы или интеграции процессов) сквозных технологий, таких как электролизеры, топливные элементы и производство водорода, оснащенное CCU.
Литература
1. Абдрахимов Ю. Р. Перспективные направления получения альтернативных видов топлива для России, Безопасность труда в промышленности. — 2015. — № 7. — С. 55-60.
2. Водород вместо газа из России: Германия готовит первый шаг. [Электронный ресурс]. - URL: https://www.dw.com/ru/водород-вместо-газа-из-россии-германия-готовит-первый-шаг/а-53570204 (дата обращения: 21.04.2022)
3. Водородная экономика - путь к низкоуглеродному развитию. [Электронный ресурс]. - URL: https://sk.skolkovo.ru/storage/file_storage/a48151ee-92c5-4a52-8cbb-19f41ce 16762/2022-04-21-SKOLKOVO_EneC_RU_LowCarbonH2_fromCH4_DFv3.p df (дата обращения: 24.04.2022)
4. Pymex. [Электронный ресурс]. - URL: https://pymex.com (дата обращения: 21.04.2022)
5.Hydrogen Электронный ресурс]. - URL: https://www.iea.org/reports/hydrogen(дата обращения: 21.04.2022)
Analysis of the development of hydrogen energy in the world Yudin D.A.
Russian State University oil and gas named by I. M. Gubkin
JEL classification: H87, F02, F15, F29, F40, F42, F49_
The ongoing energy transition is unprecedented in its scope and profound impact on established socio-economic, technological and geopolitical trends around the world. Renewable energy sources combined with energy efficiency are currently forming the leading edge of the far-reaching global energy transition. This transition is not a replacement for fuel; it is a transition to another system with corresponding political, technical, environmental and economic failures. The author analyzes the world experience in the development of hydrogen energy. The specifics of hydrogen fuel, its types, as well as methods of its creation are shown. The prospects for the development of production and use of hydrogen fuel around the world are analyzed. The article shows the main ways of using hydrogen in oil refining and in industry in general. The author proposes to use hydrogen fuel everywhere in the energy sector.
Keywords: hydrogen fuel, green hydrogen, hydrogen energy, hydrogen production technologies, Russia, China, USA, Germany, innovative approaches, pandemic. References
1. Abdrakhimov Yu. R. Promising directions for obtaining alternative fuels for
Russia, Occupational safety in industry. - 2015. — No. 7. — pp. 55-60.
2. Hydrogen instead of gas from Russia: Germany is preparing the first step.
[electronic resource]. - URL: https://www.dw.com/ru/водород-вместо-газа-из-россии-германия-готовит-первый-шаг/a-53570204 (ac-
cessed: 04/21/2022)
3. The hydrogen economy is the way to low-carbon development. [electronic
resource]. - URL: https://sk.skolkovo.ru/storage/file_storage/a48151ee-92c5-4a52-8cbb-19f41ce16762/2022-04-21-SK0L-K0V0_EneC_RU_LowCarbonH2_fromCH4_DFv3.pdf (accessed: 04/24/2022)
4. Pymex. [electronic resource]. - URL: https://pymex.com (accessed:
04/21/2022)
5.Hydrogen Electronic resource]. - URL: https://www.iea.org/reports/hydro-gen (accessed: 04/21/2022)