ИСТОРИЯ
iji- ¿J^ ¿t^ ¿]г. ¿j^ ¿тл ^ ¿rg. ^ ¿j^ »«J?. ^ v'T«. ¿у* ¿т«. дг. ¿т^ ^
М.М. Кульшарипов,
Р.О. Багаутдинов, DOI 10.24411/2223-0564-2020-10402
Р.Г. Юсупов УДК 94(470.57)
АНАЛИЗ БАШКИРСКОЙ ИСТОРИИ В КОНТЕКСТЕ СОВЕТСКОЙ ИДЕОЛОГИИ: ПОПЫТКА РЕАНИМАЦИИ
Аннотация
История башкир в конце XIX - начале XX в. была сложной и противоречивой. В исторической литературе того времени преобладали недостоверные взгляды на демографию, культурное состояние, хозяйственную жизнь башкирского народа. Эти взгляды в начале 80-х гг., особенно, в 90-х гг. XX в. были преодолены. Однако в последнее время стали появляться работы, искажающие истинное состояние быта и культуры, демографии башкирского народа в начале XX века в духе восхваления достижений Октябрьской революции.
В данной статье подвергается критике подобная трактовка переломного момента в истории башкирского народа.
Ключевые слова: демография, башкирский народ, революции, перепись населения, культура, экономика, национальное движение, Республика Башкортостан
MaratM. Kulsharipov, RadikO. Bagautdinov, Rokhimyan G. Yusupov
ANALYSIS OF BASHKIR HISTORY IN THE CONTEXT OF SOVIET IDEOLOGY: A RESUSCITATION ATTEMPT
Abstract
The history of Bashkirs in the late XIX - early XX centuries has been complicated and contradictory. The historical literature ofthat time was dominated by unreliable views on the demography, cultural condition, and economic life of the Bashkir people. These views were overcome in the early 80's, especially in the 90's of the XX century. However, recently there have been works that distort the life and culture, demographics of the Bashkir people at the beginning of the XX century in the spirit of praising the achievements of the October revolution. This article criticizes this interpretation of a turning point in the history of the Bashkir people.
Key words: demography, Bashkir people, revolutions, population census, culture, economy, national movement, Republic of Bashkortostan
Кульшарипов Марат Махмутович, доктор исторических наук, профессор, почетный академик АН РБ, главный научный сотрудник Научно-исследовательского сектора Башкирского государственного университета (Уфа), e-mail: marmach41@yandex.ru
Marat Mi. Kulsharipov, Dr. Sc. (History), Prof., Honorary Member of the Academy of Sciences of the Republic of Bashkortostan, Chief Researcher, Academic Research Sector, Bashkir State University (Ufa), e-mail: marmach41@ yandex.ru
Багаутдинов Радик Олегович, кандидат историческихнаук, доцент кафедры истории РЕ, археологии и этнологии Института истории и государственного управления Башкирского государственного университета (Уфа), e-mail: boradik@mail.ru
Radik O. Bagautdinov, Cand.Sc. (History), Assistant Professor, Department of the History of the Republic of Bashkortostan, Archaeology and Ethnology, Institute of History and Pub lie Management, Bashkir State University (Ufa), e-mail: boradik@mail.ru
Юсупов Рахимьян Галимьянович, доктор исторических наук, профессор кафедры государственного права Башкирского государственного университета (Уфа), e-mail: yusupovr.g@yandex.ru
Rakhimyan G. Yusupov, Dr.Sc. (History), Professor, Department of state law, Bashkir state University (Ufa), e-mail: yusupovr.g@yandex.ru
© М.М. Кульшарипов, Р.О. Багаутдинов, Р.Г. Юсупов, 2020
ПРОБЛЕМ/ТЫ ВОСТОКОВЕДЕНИЯ. 2020/4 (90)
Говоря о социально-экономическом и духовно-культурном развитии башкир в составе Российской империи во второй половине XIX - начале XX в. можно отметить, что этот период был нелегким, противоречивым для башкир. Так называемые буржуазно-демократические реформы, прежде всего, отмена крепостного права 1861 г, привели к усилению захвата башкирских земель, что, безусловно, ухудшало социально-экономическое положение башкир. Однако были и положительные результаты реформ. В пореформенный период (1861-1905 гг.) фактически завершился переход башкир к оседлому образу жизни, хотя в горнолесных районах практиковались выезды на летовки, что было своеобразной формой отгонного скотоводства, которая не забыта и сейчас в некоторых районах Башкортостана. Однако в начале ХХ в. башкиры не были кочевниками, отсталыми номадами, как это казалось многим российским и зарубежным историкам.
Безусловно, было бы неправильно закрывать глаза на довольно тяжелое положение башкир-скотоводов, возникшее из-за разграбления их земель, постепенной ломки образа жизни, что вело к разрушению традиционного образа жизни, культурного наследия, морально-этических и нравственных устоев.
Однако трудно согласиться с мнением, которое высказывают некоторые историки и публицисты, а также общественно-политические деятели, слабо знающие, а иногда и вовсе не имеющие представление об особенностях жизни и быта башкир. Так, в своих публикациях они писали о башкирах как о диких кочевниках, не умеющих читать и писать и вообще обреченных на вымирание и ассимиляцию. Данное положение довольно часто использовалось в трудах советских историков ХХ века, особенно в советской партийной публицистике. При этом авторы ссылались на труды писателей и историков, имеющих скромные представления о башкирах.
К сожалению, и у наших современных ученых есть склонность к возрождению этой концепции без глубокого изучения жизни и быта башкир в конце XIX - начале XX в. В частности, в статье «Великая Октябрьская революция в башкирской национальной традиции: историко-культурное, социально-политическое и духовно-нравственное измерения» имеются тезисы, касающиеся причин национально-освободительного движения башкирского народа 1917-1921 гг. «Как известно, массовой захват башкирских земель в ходе капитализации и индустриализации края, проведение радикальных буржуазно-демократических реформ, не учитывающих менталитет и специфику национальной души башкир, усиления эксплуатации ПРОБЛЕМЫ ВОСТОКОВЕДЕНИЯ. 2020/4 (90)
местной феодальной знати и др. стали основными причинами национально освободительного движения этноса» [1, с. 9-11].
Безусловно, в начале XX века продолжался процесс обезземеливания башкир и он был одной из причинбашкирскогонациональногодвижения.Однако и Февральская буржуазно-демократическая революция 1917 г. также явилась причиной роста самосознания башкирского народа.
Кроме того, нельзя забывать о том, что в основном башкирское национальное движение, и, в частности, башкирские войска первоначально поддерживали белое движение.
Также не выдерживает критики и тезис о том, что башкиры враждовали с местной феодальной знатью, поскольку в башкирском национальном движении участвовали практически все слои башкирского общества. Далее автор слишком увлекается упоминанием работ дореволюционных авторов, таких как Д.Н. Мамин-Сибиряк, Г.И. Успенский и другие, которые писали об ослаблении социальной энергии башкирского народа, разрушении жизненного потенциала и оптимизма, а также о вымирании башкир. Однако их выводы не были подкреплены глубоким изучением архивных, статистических и иных источников, а фактически были сделаны чисто визуально, по слухам и анекдотам [2, с. 267.]
С резкой критикой этого взгляда в дореволюционное время выступил доктор медицины Д.П. Никольский в своей фундаментальной монографии «Башкиры. Этнографические и санитар-но-антропологические исследования». Изучив статистические и архивные материалы, автор пришел к выводу, что никакого вымирания башкир не было. Так, по Всероссийской переписи 1897 г. башкиры в России составляли 1 млн. 113 тыс. человек, то есть, их численность за полстолетия увеличилось почти в два раза. Он также дал достоверный обзор хозяйственной жизни башкир. Д.П. Никольский был исследователем, глубоко знающим историю развития башкирского хозяйства, как по источникам, так и по своим записям, которые он сделал, путешествуя по территории Башкортостана. Вопреки убеждениям русских и зарубежных историков, считавших башкир номадами, он писал: «В настоящее время (конец XIX века) эти кочевки, в особенности у степных башкир, потеряли свое значение» [3, с. 169].
Возвращаясь к вопросу демографии башкир начала XX века следует отметить, что численность башкир в это время значительно выросла.
Если обратиться к материалам переписи, которую провело Временного правительство в 1917 г.,
то можно увидеть совершенно другую картину. Например, известные специалисты по этнодемографии мира и России С.И. Брук и В.М. Кабузан установили, что в 1917 г. башкир в России насчитывалось 1 млн. 732 тыс. 800 человек [4, с. 24].
Напротив, численность башкир сильно сократилась в силу разных причин после Октябрьской революции. За 1917-1926 гг. более миллиона башкир погибли на фронтах Гражданской войны, голода 19211922 гг. и болезней. К 1926 г. их насчитывалось всего 628 тыс. 845 человек [5, с. 64].
Недаром выдающийся писатель-публицист, участник Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. А.И. Солженицын писал: «В 1917-1926 гг. от войны, подавлений и голода погибло свыше миллиона башкир, или 58,7 процента исходного предреволюционного населения. Трагедия башкирского народа в революции большевиков - один из самых больших (и самых неизвестных) геноцидов в мировой истории» [6, с. 125-126].
Как видно, численность башкир резко сократилась после Октябрьской революции и Гражданской войны, а также в период сталинских репрессий. Поэтому широко бытующий и сейчас взгляд о полном исчезновении или вымирании башкир в XIX - начале XX в. является мифом, весьма угодным большевистским партийным деятелям для возвеличения достижений Октябрьской революции.
Фактически башкирский народ в 1919 - 1920 гг. подвергся геноциду со стороны красных, и, частично, белых. Если к началу века башкиры массово вымирали, как писали Успенский, Мамин-Сибиряк и др. и являлись отсталыми кочевниками, у которых даже не было письменности, то каким же образом возникло мощное, опирающееся на свою национальную армию, движение? Естественно, власти считали участников национального движения контрреволюционерами, националистами, писать и говорить о них правду было фактически запрещено. В 1937 г. все они были репрессированы и расстреляны.
Безусловно, после Октябрьской революции и Гражданской войны наметались и некоторые положительные сдвиги в общественно-культурной жизни, но с опорой на достижения в этой области еще до 1917 г. Однако некоторые большевистски настроенные представители башкирской интеллигенции не обращали внимания (вернее, власти не позволяли писать правду), что уже в 1919 г. появился башкирский драмте-атр, в 20-х гг. организовывались первые литературные кружки, а в 1934 г. возник Союз писателей БАССР. Интересно отметить, что наши партийные деятели, не учитывая эти моменты, говорили зарубежным гостям,
что до Октября башкиры были дикими кочевниками, а сейчас имеют свои вузы. Это достижение революции. Так, один французский журналист, который побывал в 70-х гг. в Башкортостане, осмотрев Башгос-университет, прокомментировал: «Когда мы выпускали «Ситроены» у них даже не было письменности, а теперь учатся в прекрасном вузе (БашГУ)». Этого француза любил цитировать в своих выступлениях Тагир Ахунзянов, секретарь по идеологии Башкирского обкома КПСС. Более менее правдивые исторические труды о башкирском народе стали появляться лишь в 80-х гг. XX века. Сами башкирские авторы продолжали повторять не совсем корректные оценки, преуменьшали уровень социально-экономического развития народа. Можно считать, что эта тенденция, к сожалению, не преодолена до сих пор.
Ясно, что вымирающий народ никак не мог обладать высоким культурным наследием. Исходя из этого построения ставились под сомнение наличие у «вымирающих башкир» достойного уровня для изучения культурного наследия. Вывод был однозначным: башкиры в культурном отношении отставали от других народов: у них якобы не было ни литературного языка, ни письменности. Более того, дело представлялось таким образом, что башкиры до революции вообще не умели ни читать, ни писать. Спрашивается, кто же собирал шежере, изучал древнюю историю башкир и в рукописном варианте и довел их до нас? Кстати, все башкирские старшины и их помощники были грамотными, поскольку писали обращения на языке тюрки арабским шрифтом и т.д. Кроме того, в XIX в. появились поэтические произведения поэтов-суфиев.
Не считаясь с этими фактами, вот как изображал башкир в советское время один из наших журналистов: «среднестатистический башкир был ловким охотником, мог объездить лошадь-дикарку.-.он не умел ни читать, ни писать. Он многого не умел...» [7, с. 150].
Историк Р.М. Раимов весьма своеобразно подошел к изучению истории башкирского народа в одном из разделов своей книги, посвященном культуре башкирского народа «1905 г. в Башкирии», где он пространно рассуждает о вымирании башкир, совершенно игнорируя их культуру. Напрасно искать в его монографии какие-либо сведения о башкирской литературе начала XX в. Нет ни слова о таких башкирских писателях, поэтах, просветителях, как М. Акмулла, М. Умутбаев, С. Якшигулов, Ф. Туйкин, Ш. Бабич и др. [8, с. 25].
Спрашивается, каковы же были причины подобных подходов к истории и культуре советских историков, писателей и публицистов?
Во-первых, подобные концепции о дореволюционной истории башкир возникли в нашей литературе в 20 - 30-х. гг. XX в., когда совершенно мало были изучены документальные источники (они фактически были недоступны). В этих условиях те или иные выводы по истории Башкортостана делались умозрительно, без подкрепления их конкретным фактическим материалом. Их заменяли партийные директивы, диктующие считать башкир кочевниками, не обладающими достойной изучения культуры. Иной подход к данной проблеме жестоко пресекался, поскольку авторы обвинялись в национализме и получали ярлык валидовца.
Во-вторых, советская идеология стремилась разоблачать дореволюционные недостатки через призму разоблачения царизма, который душил народы, особенно, нерусские. А сама Россия считалась «тюрьмой народов».
В-третьих, эти ошибочные тезисы об отсталости башкир использовались в пропагандистских целях: якобы у башкир ничего не было, советская власть дала все. На деле все обстояло по-другому. Например, еще в 1919 г. возник Башдрамтеатр. Откуда же, спрашивается, взялись башкирские актеры и режиссеры? Другой пример: в 1934 г. возник союз писателей БАССР. Большинство писателей и поэтов своё творчество начали еще до Октябрьской революции, окончив передовые джадидистские (новометодные) медресе, например, медресе «Расулия», «Хусаиния», «Галия» и другие.
Критикуя подобные подходы наших исследователей, следует признать, что, действительно, за годы советской власти Башкирия добилась определенных успехов. В частности, была ликвидирована неграмотность населения, появились вузы, новые театры, клубы, библиотеки и т.д. Безусловно, в сфере культуры была проделана большая работа.
Однако в тоталитарном государстве фактически не было свободы творчества. Более того, в трагическом 1937 г. был нанесен страшный удар по башкирской творческой интеллигенции. Были облыжно обвинены в национализме и связях с А.-З. Валиди и репрессированы ведущие башкирские писатели, поэты, ученые, общественные деятели, актеры и т.д. Фактически поголовно были уничтожены участники башкирского национального движения. А.-З. Валиди сделали врагом башкирского народа, а истинные враги, выступавшие в свое время против создания Башкирской республики, были возведены в ранг героев, истинных друзей башкир. Многие из них стали Всесоюзными пенсионерами, им пели дифирамбы. Например, большевик Г. Шамигулов, который был ярым
противником автономии и человеком, предлагавшим Сталину, расстрелять А.-З. Валиди в 1919 г. [9].
Башкирские педагоги, особенно в высшем образовании, названные валидовцами, были репрессированы.
Жертвой культа личности стали такие выдающиеся деятели культуры, как А. Тагиров, Д. Юлтый, Г. Давлетшин, И. Насыри, Т. Янаби, Х. Давлетшина и др. Фактически было запрещено изучать творчество Ш. Бабича, М. Акмуллы, М. Бурангулова, поэтов-суфиев Ф. Туйкина, Т. Ялсыгулова, Г. Сокроя и др.
После разоблачения культа личности, особенно в 70 - 80-х гг., положение изменилось в лучшую сторону, выросло новое поколение башкирской интеллигенции. Появились фундаментальные исследования А. Харисова, Б. Юлдашбаева, Р. Бикбаева, Г. Кунафи-на, Р. Шакурова, И. Акманова, Н. Мажитова, Г. Хуса-инова, З. Биишевой и других.
Вышла в двух томах «Башкирская литература начала XX в.», публиковались жемчужины башкирского фольклора в многотомном варианте. Появились исторические труды Б. Юлдашбаева, И. Акманова, Н. Мажитова, Д. Валеева, Н. Кулбахтина и других с критикой фальсификации истории башкир.
С другой стороны, говоря о трагических последствиях Октябрьской революции и Гражданской войны в истории Башкортостана после установления Советской власти, были времена экономических подъемов, впечатляющими были достижения в области культуры, науки и образования. Так, в дореволюционный период не было в обширном Уральском регионе ни одного вуза. В 30-х гг. появились первые вузы: педагогический, медицинский и т.д. Были ликвидированы в Башкортостане, как и по всей стране, неграмотность населения, в т.ч. у башкир. Однако, говоря об этих достижениях, не следует закрывать глаза на трагические последствия переломных годов начала ХХ в.
ЛИТЕРАТУРА
1. Рахматуллина З.Я. Великая Октябрьская революция в башкирской национальной традиции: историко-культурное, социально-политическое и духовно-нравственное измерения» // Единство, гражданство, патриотизм. Сборник научных трудов к 100-летию Башкортостана. Уфа, 2019. С. 9-11.
2. Башкирия в русской литературе. Т. 2. Уфа: Башкирское кн. изд-во, 1991. 431 с.
3. Никольский Д.П. Башкиры. Этнографические и санитарно-антропологические исследования. СПб., 1899. 377 с.
4. Брук С.И., Кабузан В.М. Этнический состав населения России (1719-1917) // Советская этнография. 1980. № 6. С. 18-34.
5. Кульшарипов М.М. Башкирское национальное движение. Уфа: Китап, 2000. 363 с.
6. Суворов Д.П. Все против всех: неизвестная Гражданская война на Южном Урале // Урал. 1998. № 5-7.
7. Гафуров М. Под солнцем Октября. Уфа: Башкирское книжное издательство, 1977. 263 с.
8. Раимов Р.М. Образование Башкирской АССР. М.: Изд-во Акад. наук СССР, 1952. 524 с.
9. Тайны национальной политики ЦК РКП. Стенографический отчет секретариата IV совещания ЦК РКП 1923. М., 1992.
REFERENCES
1. Ra^matulliM, Z.Ya. Velikaya Oktyabr'skaya revolyutsiya v bashkirskoy natsional'noy traditsii: istoriko-kul'turnoye, sotsial'no-politicheskoye i dukhovno nravstvennoye izmereniya» [The Great October revolution in the Bashkir national tradition: historical, cultural, socio-political, spiritual and moral dimensions»]. In: Yedinstvo, grazhdanstvo, patriotizm. Sbornik nauchnykh trudov k 100-letiyu Bashkortostana [Unity, citizenship, patriotism. Collection of scientific papers for the 100th anniversary of Bashkortostan]. Ufa, 2019. P. 9-11 (in Russ.).
2. Bashkiriya v russkoy literature [Bashkiria in
Н.М. Кулбахтин, С.Н. Кулбахтин
Russian literature]. Ufa: Bashkir publishing house, 1991. Vol. 2. 431 p. (in Russ.).
3. Nikol'skij, D.P. Bashkiry. Etnograficheskie i sanitarno-antropologicheskie issledovaniya [The Bashkirs. Ethnographic and sanitary-anthropological research]. St. Petersburg, 1899. 377 p. (in Russ.).
4. Bruk, S.I., Kabuzan, V.M. Etnicheskij sostav naseleniya Rossii (1719-1917) [Ethnic composition of the population of Russia (1719-1917)]. In: Sovetskaya etnografiya [Soviet Ethnography]. 1980. No. 6. P. 18-34. (in Russ.).
5. Kulsharipov, M.M. Bashkirskoe nacional'noe dvizhenie [Bashkir national movement]. Ufa: Kitap, 2000. 363 p. (in Russ.).
6. Suvorov, D.P. Vse protiv vsekh: neizvestnaya Grazhdanskaya vojna na Yuzhnom Urale [All against all: the unknown Civil war in the southern Urals]. In: Ural. 1998. No. 5-7. (in Russ.).
7. Gafurov, M. Pod solncem Oktyabrya [Under the October sun]. Ufa: Bashkir Book Publishing House, 1977. 263 p. (in Russ.).
8. Raimov, R.M. Obrazovanie Bashkirskoj ASSR [Formation of the Bashkir ASSR]. Moscow: Publishing house of the Acad. Sciences of the USSR, 1952. 524 p. (in Russ.).
9. Tajny nacional'noj politiki CK RKP. Stenograficheskij otchet sekretariata IV soveshchaniya CK RKP 1923 [Secrets of the national policy of the Central Committee of the RCP. Verbatim report of the Secretariat of the IV meeting of the Central Committee of the RCP 1923]. Moscow, 1992. (in Russ.).
DOI 10.24411/2223-0564-2020-10403
УДК 93/94
БАШКИРСКИЕ ПРЕДВОДИТЕЛИ ПУГАЧЕВСКОГО ВОССТАНИЯ
Аннотация
Во время Пугачевского восстания башкиры выдвинули целую плеяду крупных предводителей. А.С. Пушкин подчеркивал решающую роль вовлечения башкир в восстание [1]. Массовое участие башкир в восстании признавали дореволюционные историки Н.Ф. Дубровин [2], П.К. Щебальский [3], Д.А. Анучин [4], Д. Мордовцев [5]; историки-краеведы Р.Г. Игнатьев [6], Н.Ф. Нефедов [7], М.В. Лоссиевский [8]. Академик М.Н. Покровский первым из советских историков давал высокую оценку массовому участию «конных
Кулбахтин Назир Мурзабаевич, доктор исторических наук, профессор Башкирского государственного университета (Уфа), e-mail: nazirkulbakhtin@mail.ru
Nazir M. Kulbakhtin, Dr. Sc. (History), Professor of the Bashkir State University (Ufa), e-mail: nazirkulbakhtin@ mail.ru
Кулбахтин Салават Назирович, кандидат исторических наук, доцент Башкирского государственного университет (Уфа), e-mail: bbb81@mail.ru
Salavat N. Kulbakhtin, Cand.Sc. (History), Associate Professor of the Bashkir State University (Ufa), e-mail: bbb81@mail.ru
© Н.М. Кулбахтин, С.Н. Кулбахтин, 2020
ПРОБЛЕМЫ ВОСТОКОВЕДЕНИЯ. 2020/4 (90)