УДК 159.9
Т.Л. Чуракова
АГРЕССИЯ КАК ПРОЯВЛЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ДЕСТРУКТИВНОСТИ
В статье проводится анализ теоретического наследия Э. Фромма по его работе «Анатомия человеческой деструктивности». Э. Фромм один из ярких представителей плеяды учёных, глубоко исследовавших феномен агрессии. Работа Фромма вызывает интерес для полного осмысления сущности этого феномена и дальнейшее использование полученных теоретических знаний в практическом применении, при коррек-ционной работе с агрессивным поведением.
Ключевые слова: деструктивность, филогенетика, доброкачественная агрессия, злокачественная агрессия, садизм, мазохизм, некрофилия;
Сменяющие друг друга поколения становятся всё хуже и хуже. Наступит время, когда огни будут такими злыми, что начнут поклоняться силе и могуществу. Сила тогда станет самооправданием, а добро больше не будет в почёте. В конце концов, когда люди прекратят возмущаться бесчинствами или утратят чувство стыда при виде униженных и несчастных, Зевс уничтожит их всех. И всё же этого можно избежать, если простой народ способен подняться и сбросить тиранов, которые его угнетают.
Греческий миф о железном веке.
Человек уникален тем, что он составляет род массовых убийц;
это единственное существо, которое не годится для своего собственного общества. Почему же это
так?
Н. Тинберген
Из книги Э. Фромма «Анатомия человеческой деструктивности».
Двадцатый и начало двадцать первого веков явились олицетворением всё возрастающей агрессивности и деструктивности. Вызов, с которым столкнулось человечество в виде цивилизационного кризиса во всех аспектах человеческого существования приводит к всё больше возрастающей агрессии как среди отдельных индивидуумов, так и человеческих социумов.
Постоянно растущее во всём мире насилие и разрушение, исходящее от человека, направленное как вовне, на внешние объекты, так и внутрь, на самого себя привлекало внимание учёных к практическому и теоретическому исследованию сущности и причин агрессии.
Данной тематикой занимались выдающиеся учёные такие как: З. Фрейд (1912-1933гг), Д. Доллард, Н.Миллер, Леонард Дуб, О.Мауэр (1939г), Н. Миллер (1941г), Л. Берковиц (1964,1974,1993гг), А Басс и А Дарки (1957г), Э. Фромм (1973г), Бандура А., Уолтерс Р. (2000). В отечественной науке проблему агрессии рассматривают в своих работах Г. Э. Бреслав, С. Л. Колосова, Н. Д. Левитов, Л. М. Семенюк, Н. М. Платонова, А. А. Реан и много других.
На данный момент эта тема актуальна как никогда, и по-прежнему привлекает к исследованию и изучению психологов, педагогов, психотерапевтов, социологов с одним желанием понять природу агрессии человека и помочь её преодолеть.
В этой статье рассмотрим взгляды на проблему агрессии учёного психоаналитика, социолога, философа Э. Фромма (1900-1980) которую он исследовал в своей фундаментальной работе «Анатомия человеческой деструктивности». Она стала своеобразным итогом научного творчества выдающегося исследователя. Взяться за решение столь сложной проблемы автора заставила надежда на то, что подобное исследование будет иметь практическое применение. Об этом он написал в предисловии к своей работе: «Я занялся изучением агрессии и деструктивности не только потому, что они являются одними из наиболее важных теоретических проблем психоанализа, но и потому ещё, что волна деструктивности, захлестнувшая сегодня весь мир, даёт основание думать, что подобное исследование будет иметь серьёзную практическую значимость». [1с. 13]
Энциклопедический характер книги позволяет раскрыть широкую панораму биологических, социально-психологических, антропологических учений. Деструктивное и агрессивное в человеке философски переосмыслено Фроммом как проблема зла в индивиде, в социуме, в истории, в жизни человеческого рода.
© Чуракова Т.Л., 2021.
В своей работе, чтобы выяснить, как возникла у человека жажда мучить и убивать себе подобных, а также понять, от чего зависят характер и интенсивность этой страсти, Фромм проводит детальную классификацию типов агрессивного поведения. [3с. 116]
Фромм приводит все известные концепции агрессии и полемизирует с ними, опровергая идею врожденной деструктивности, прежде всего —этологов и бихевиористов, которые считают, что агрессивность человека ничем не отличается от агрессивности животного. Фромм считает, что «если бы человек был наделен только биологически приспособительной агрессией, которая роднит его с его животными предками, то он был бы сравнительно миролюбивым существом. «Но в том-то и дело, что человек отличается от животных именно тем, что он убийца. Это единственный представитель приматов, который без биологических и экономических причин мучит и убивает своих соплеменников и еще находит в этом удовлетворение. Это та самая биологически аномальная и филогенетически не запрограммированная «злокачественная» агрессия, которая представляет настоящую проблему и опасность для выживания человеческого рода», пишет Фромм в своей работе [с. 25]
Он различает у человека два совершенно разных вида агрессии: доброкачественную и злокачественную.
«Первый вид, общий и для человека, и для всех животных, - это филогенетически заложенный импульс к атаке (или к бегству) в ситуации, когда возникает угроза жизни. Это «доброкачественная» агрессия служит делу выживания индивида и рода. Она имеет биологические формы проявления и затухает, как только исчезает опасность факторов, реально провоцирующих ее. Под этим видом он понимал действия, в результате которых может быть нанесен ущерб, но которым не предшествовали злые намерения».
Под термином «доброкачественная агрессия» Фромм описывал следующие категории поведения:
1.Псевдо-агрессия. В неё входит непреднамеренная агрессия, игровая агрессия, агрессия как самоутверждение.
2.Оборонительная агрессия. Она является фактором биологической адаптации. При этом учёный писал писал, что чисто оборонительная агрессия очень легко смешивается с необоронительной деструк-тивностью и садистским желанием господствовать вместо того, чтобы подчиняться. В отношении оборонительной агрессии Э.Фромм констатирует, что поскольку она генетически запрограммирована, то изменить ее биологическую основу невозможно, даже если ее поставить под контроль и модифицировать. Поэтому главным условием снижения оборонительной агрессии является уменьшение числа факторов, реально провоцирующих ее.
Оборонительная агрессия включает в себя такие виды агрессии как: агрессивность, как приём вытеснения страха; агрессивность, как результат опасности лишения свободы; агрессивность, когда под угрозой оказывается нарциссизм; агрессивность, как реакция на попытку лишения иллюзий. К оборонительной агрессии также относится конформистская и инструментальная агрессии.
К конформистской агрессии относятся «различные агрессивные действия, которые обусловлены не разрушительными устремлениями нападающего, а тем, что ему пред-. писано действовать именно так. Он сам считает своим долгом подчиняться приказу. Во всех иерархических социальных системах подчинение и послушание является, возможно, самой укоренившейся чертой характера. Солдат, который убивает и калечит других людей, пилот-бомбардировщик, который уничтожает в один миг тысячи человеческих жизней, - вовсе не обязательно ими руководят деструктивность и жестокость; главным их мотивом (импульсом) является привычка подчиняться, не задавая вопросов.
Многие разрушительные действия совершаются исключительно из чувства послушания и нежелания оказаться трусом в глазах своего окружения. Таким образом, в основе этого типа агрессивности лежит отнюдь не страсть к разрушению, которую нередко ошибочно объясняют врожденными агрессивными импульсами. Но послушание, связанное с потребностью в приспособлении, нередко вызывает к жизни дополнительные агрессивные импульсы, которые при других обстоятельствах и вовсе бы не проявились. Кроме того, импульс к неподчинению или нежелание приспосабливаться для многих представляют внутреннюю опасность, от которой они защищаются тем, что совершают требуемые от них агрессивные действия.» [1 с. 271]
Инструментальная агрессия характеризуется тем, что «разрушение само по себе не является целью, оно лишь вспомогательное средство для достижения подлинной цели». Например, Фромм рассматривает жадность, как один из сильных стимулов инструментальной агрессии. «Жадность - самая сильная из всех не инстинктивных человеческих страстей. В этом случае явно идет речь о симптоме психической патологии, о дисфункции, связанной с постоянным ощущением пустоты и отсутствием внутреннего стержня в структуре личности. Жадность - это патологическое проявление неудачного развития личности и одновременно один из главных грехов как с точки зрения буддизма, так и с позиций иудейской и христианской
этики». В историческом аспекте жадность была одной из наиболее частых причин агрессии, и, по -видимому, это был всегда существенный мотив для инструментальной агрессии, понимаемой как потребность в том, что объективно необходимо». [с. 271]
Фрейд пишет: «Еще в XVIII в. нас поражает наличие законов, которые запрещают торговцу отбивать клиентов у конкурирующего хозяина (например, украшать свой магазин, давать более яркую рекламу своему товару или сбивать цену). Только бурное развитие капитализма привело к тому, что жажда наживы стала мотивом жизни все большего числа людей. Однако алчность - это такая страсть, в которой редко кто отваживается открыто признаться (возможно, сдерживающим моментом является существующая религиозная традиция). И потому люди нашли выход из положения в том, чтобы оправдать алчность (по Фрейду, это рационализация), назвав ее стремлением к удовлетворению личного интереса. Из этого выстраивается следующий силлогизм: удовлетворение личного интереса - это биологически обусловленное стремление, свойственное самой природе человека; - удовлетворение личного интереса равно алчности; следовательно, алчность коренится в самой природе человека, а не является некоторой страстью, обусловленной характером.» [с.271,272].
Как это ни покажется странным, но с точки зрения Фромма, важнейшим проявлением инструментальной агрессии является война.
В защиту своей теории Фромм выдвинул тезис о том, что войны не возникают вследствие деструктивных побуждений. Источник войн -- сложный комплекс мотиваций, берущий начало в широком спектре интересов людей, человеческом поведении и эмоциях. Фромм пишет: «Утверждение, что причины войн следует искать в человеческой агрессивности не только не соответствует действительности, но и является вредным». Фромм считает абсурдным видеть причину войны в человеческом инстинкте разрушения, во врожденной склонности к ведению войн. Но с точки зрения Фромма, сама история опровергает этот тезис. «Первобытные охотники и собиратели вовсе не отличались воинственностью, кровожадностью или разрушительностью, как таковой... по мере развития цивилизации возросло не только число захватнических войн, но и их жестокость. Если бы причина войн коренилась во врожденных деструктивных импульсах, то все было бы как раз наоборот».
Фромм утверждает, что к доброкачественно-оборонительной агрессии относятся инстинкты, а злокачественно-деструктивная агрессия коренится в характере человека специфически человеческими страстями. «Инстинкты - это ответ на физиологические потребности человека, а страсти, произрастающие из характера (потребность в любви, нежности, свободе, разрушении, садизм, мазохизм, жажда власти), - все это ответ на экзистенциальные потребности, и они являются специфически человеческими. Хотя экзистенциальные потребности одинаковы для всех людей, индивиды и группы отличаются с точки зрения преобладающих страстей. К примеру, человек может быть движим любовью или страстью к разрушению, но в каждом случае он удовлетворяет одну из своих экзистенциальных потребностей - потребность в «воздействии» на кого-либо. А что возьмет верх в человеке: любовь или жажда разрушения? В значительной мере зависит от социальных условий. Эти условия влияют на биологически заданную экзистенциальную ситуацию и возникающие в связи с этим потребности». [26]
Изучая агрессию животных и человека, Фромм делает вывод, что человеческая психология оказалась значительно более деструктивной в связи с тем, что человек не только сам создал себе условия жизни, способствующие агрессивности (перенаселение и прочее), но и сделал эти условия не исключением а нормой жизни. Поэтому гиперагрессивность человека следует объяснять не более высоким потенциалом агрессии, а тем, что условия, вызывающие агрессию в человеческом обществе, встречаются значительно чаще, чем у животных в естественной среде их обитания.
Нейрофизиологический механизм агрессии сходен у человека и животного. Однако Э. Фромм вскрывает весьма важную особенность: одно и то же нейрофизиологическое устройство у человека вызывает более сильную агрессию, чем у животного. Причин на это несколько.
Во-первых, "Животное воспринимает как угрозу только явную опасность... Механизм оборонительной агрессии у человека мобилизуется не только тогда, когда он чувствует непосредственную угрозу, но и тогда, когда явной угрозы нет. То есть чаще всего человек выдает агрессивную реакцию на свой собственный прогноз.
Во - вторых Человек обладает не только способностью предвидеть реальную опасность в будущем, но еще позволяет себя уговорить, допускает, чтобы им манипулировали, руководили, убеждали. Он готов увидеть опасность там, где ее в действительности нет. Только у человека можно вызвать оборонительную агрессию методом "промывания мозгов"
В-третьих, человек, как и зверь, защищается, когда что-либо угрожает его витальным интересам. Однако сфера витальных интересов у человека значительно шире, чем у зверя. Человеку для выживания необходимы не только физические, но и психические условия. Он должен поддерживать некоторое пси-
хическое равновесие, чтобы сохранить способность выполнять свои функции. Для человека все, что способствует психическому комфорту, столь же важно в жизненном смысле, как и то, что служит телесному комфорту".
Отсюда такие дополнительные поводы к агрессии, как унижение или оскорбление, противоречия во взглядах, покушение на объект духовного почитания. Человек ограничивает возможность использования механизма бегства от угрозы из-за желания сохранить свое лицо. Социальные условия способствуют подавлению у людей уверенности в себе. Угнетенное психическое состояние может продуцировать беспричинное чувство страха. Страх, как и боль, очень неприятное чувство, и человек пытается любой ценой от него избавиться. Одним из самых действенных приемов вытеснения страха является агрессивность.
Согласно утверждениям Фромма, в человеческом существе присутствует внутренний запрет на насилие и убийство, чему имеется множество свидетельств и доказательств. Так, люди способны привязываться к животным, в результате чего между человеком и животным возникает некое подобие личной связи, так что впоследствии этот человек зачастую не может убить и употребить в пищу домашнее животное, к которому успел привязаться. У людей нередко возникает чувство вины из-за того, что они приняли участие в разрушении, уничтожении чьей-либо жизни. Это происходит из-за того, что любое убийство нарушает целостность мирового единства всего живого. Неслучайно в индуизме издревле главной заповедью считается запрет на убийство живых существ. Внутренний запрет на убийство восходит, во-первых, к чувству общности человека со всем живым, а во-вторых, к его ощущению глубинных связей с другими людьми, к способности испытывать сочувствие к ним. Прямым доказательством существования такого запрета являются угрызения совести.
Второй вид агрессии, которую рассматривает Фромм, «злокачественная» агрессия» - это деструк-тивность и жестокость, которые свойственны только человеку и практически отсутствуют у других млекопитающих; она не имеет филогенетической программы, не служит биологическому приспособлению и не имеет никакой цели». [стр.24-25]. Злокачественная агрессивность (деструктивность) не является защитной реакцией на нападение или угрозу нападения. Она не заложена в филогенезе и является специфической формой человеческого поведения. Главные ее проявления —убийство и жестокие истязания, не имеют иной цели, как получение удовольствия. К злокачественной агрессивности относятся садизм и некрофилия.
Сущностью садизма по Фромму является «жажда власти, абсолютной и неограниченной над живым существом. Заставить кого-либо испытать боль или унижение, когда этот кто-то не имеет возможности защищаться, - это проявление абсолютного господства». Поскольку садизм является злокачественным образованием, он не даёт человеку нормально развиваться, делает из него духовного калеку и душит его личность. По сути садизм — это ответ на вопрос как стать человеком для личности не находящей выхода в творчестве, лишённой радости жизни и самореализации. «Ощущение абсолютной власти над другим, чувство своего всемогущества по отношению к этому существу создаёт иллюзию преодоления любых экзистенциальных преград. Садизм есть превращение немощи в иллюзию могущества. Превращение в Бога самого себя. «Для садистского характера есть только одна «пламенная страсть» и одно качество достойное восхищения- власть. Он боготворит могущественного и подчиняется ему, и в тоже время он презирает слабого, не умеющего защищаться, и требует от него абсолютного подчинения». Ученый приходит к выводу, что садизм и мазохизм, как сексуальные извращения представляют собой только малую долю той огромной сферы, где эти явления никак не связаны с сексом. Садизм и мазохизм- это различных два аспекта одной и той же основной ситуации: ощущение экзистенциальной и витальной импотенции. Садист и мазохист нуждаются в другом существе, которое может их «дополнить». Садист дополняет сам себя при помощи другого существа, мазохист сам себя делает дополнением другого существа. Оба ищут символических связей, так как каждый из них не имеет стержня внутри себя.» [с. 381-383] Фромм обозначил условия, вызывающие садизм. По его мнению, садистские эксцессы чаще встречаются в социальных слоях, представители которых имеют мало истинных радостей жизни. В первую очередь они характерны для угнетенных общественных групп, жаждущих мести и перераспределения власти. Не найдя возможностей для развития высших способностей, они с готовностью отдаются во власть деструктивных аффектов, выказывают предрасположенность к преступлениям. Он считал, что устранение садизма за исключением особых случаев, когда будет устранена возможность господства одного класса над другим, одной группы над другой, относящейся к расовому, религиозному или сексуальному меньшинству. Пока же таких условий в истории человечества не было, по мнению Фромма, за некоторым малозначимым исключением. И нет даже предпосылок к искоренению этого явления. Кроме того, на садизм влияют «индивидуальные факторы, которые способствуют его развитию -это все те обстоятельства, которые дают ребёнку или взрослому ощущение пустоты и беспомощности (не садистский ребёнок может стать садистским подростком или взрослым, если появятся новые обстоятельства). К таким обстоятельствам относятся всё, что вызывает
страх, например, «авторитарное» наказание. В зависимости от темперамента ребёнка страх перед наказанием может стать доминирующим мотивом в его жизни, его чувство целостности может надломиться, а чувство собственного достоинства рухнуть, если ребёнок чувствует себя обманутым, то он теряет чувство самодостаточности и перестаёт быть самим собой». [1с.390] К утрате жизненных сил приводит также ситуация душевного обнищания. Если ребёнок живёт в безрадостной атмосфере чёрствости и душевной глухоты, то он внутренне «замерзает». И тогда появляется чувство отчаяния и полного бессилия, которое в конечном итоге и приводит к формированию садистического характера. Станет характер таким или нет, зависит от многих факторов. Однако Фромм считал, что это одна из главных причин, которая способствует развитию садизма как на индивидуальном, так и на общественном уровне.
Особое внимание Фромм уделил такому проявлению деструктивных наклонностей как некрофилия. Под ней он понимал влечение человека к мертвой материи, жажду разрушения ради разрушения, страстное желание превращать живое в неживое, насильственно прерывая живые связи. Отличительная особенность некрофильского характера - убежденность в том, что насилие - самый подходящий случай для разрешения абсолютного большинства проблем и конфликтов. Сила некрофильских устремлений и их реальное проявление в жизни людей различны. Некрофильское ориентирование в чистой форме - явление редкое, свидетельствующее о крайней патологии. Как замечал Э. Фромм, «рафинированный некрофил - душевнобольной». У большинства людей в смешанном виде присутствуют некрофильская и биофильская тенденции. У кого преобладает некрофильское ориентирование, тот будет постепенно уничтожать в себе био-фильскую тенденцию. Обычно такие люди не осознают своей склонности к мертвому и ведут себя таким образом, что их любовь к неживому и стремление к деструктивности рационализируются, становятся как бы разумной, логически оправданной реакцией на их собственные переживания. Основываясь на опыте практикующего аналитика и исходя из анализа группового поведения, Э. Фромм предположил, что развитию некрофилии способствуют следующие предпосылки: совместное проживание ребенка с людьми, которые любят мертвое; постоянно ощущаемый страх; авторитарное давление, оборачивающееся недостатком инициативы; условия, делающие жизнь рутинной, неинтересной, бесцельной и бессмысленной; механический порядок, не имеющий ничего общего с разумным устройством жизни; отчужденные отношения между людьми, способствующие возникновению враждебности, равнодушия, бесчеловечности. Развитию некрофилии способствуют также социальные условия жизни, порождающие у человека, ориентированного на потребление, механистическое восприятие жизни. Такой человек все еще наслаждается сексом, выпивкой, едой, но он ищет эти радости в рамках неживого. По словам Э. Фромма, мужчина смотрит на женщину теми же глазами, что и на автомобиль, он «знает кнопку, на которую нужно нажать», наслаждается своей властью, но при этом остается «холодным зрителем и наблюдателем». Механическое приводит человека в восторг и в конечном счете он «чувствует влечение к мертвому и тотальному разрушению». Люди, живущие в условиях интеллектуализации, бюрократизации и овеществления, становятся равнодушными к жизни и чувствуют влечение к мертвому. «Правда, сами они этого не замечают. Они принимают возбуждающие соблазны за радость жизни и пребывают в иллюзии, что ведут очень живую жизнь, если обладают и пользуются многими вещами». У таких людей наблюдается склонность к стереотипным моделям поведения, что находит свое отражение в шизофренической навязчивости. Обращая внимание на этот аспект, Э. Фромм показал, что у многих людей с некрофильской ориентацией довольно сильны элементы детского аутизма, сходного с чертами инфантильного аутистского синдрома, изученного М. Малер на примере детской шизофрении, - утрата первоначальной способности отличать живую материю от неживой, привязанность к неживым объектам наряду с неспособностью испытывать теплые чувства к людям, особенно к матери. Указав на связь шизоидных и аутистических элементов с некрофилией, Э. Фромм констатировал, что «социальный климат, способствующий развитию некрофилии в обществе, по очень многим критериям напоминает атмосферу в семьях, которые оказались «шизогенным» фактором для кого-то из своих членов».
Исследование феномена агрессии позволило ученому доказать, что биологически запрограммированной у человека является лишь оборонительная (доброкачественная) агрессия. Наиболее крайние проявления жестокости, деструктивность - это социальный продукт. Этот вывод имеет огромное методологическое значение: если злокачественная доля агрессии не является врожденной, значит, она может быть искоренена и поддаётся коррекции.
Опираясь на свои выводы, Фромм выдвигает проект создания гармоничного "здорового общества", метод "социальной терапии", предлагал проект "перевоспитания" американской нации. Для этого он призывал к разработке целей, которые смогут обеспечить развитие и благосостояние общества и его членов. Но он понимал, что просто мыслительной деятельности для этого мало: «Для формирования таких целей нужен разум, а разум — это значительно больше, чем управляемый интеллект. Разум — это объединение усилий мозга и сердца, труд души; такое происходит тогда, когда и чувства, и мышление объединены и работают разумно(рационально), синхронно». Выводы Фромма приводят нас к пониманию того, что при
коррекции агрессивного поведения человека очень важно выявить в какой семье он воспитывался, какие люди его окружают и что немаловажно, какая социально экономическая система господствует в данный момент в обществе. Возможно мечты Фромма смогут воплотиться в жизнь. И человечеству когда-нибудь удастся выстроить благое общество для каждого». Во всяком случае Фромм на это очень надеялся. Он писал: «Любовь к жизни настолько сильная, биологически обусловленная способность человека, что можно предположить, что за минимальным исключением будет вновь пробиваться и давать о себе знать по-разному в зависимости от личных и исторических нюансов». [1 c.465,466].
Увы, с позиций современного времени эта надежда Фромма нам кажется утопической, что «великий эксперимент под названием Homo sapiens» терпит провал. Но мы не теряем надежду на то что в человеческой истории «любовь к жизни» поможет человечеству преодолеть все деструктивные черты и построить на благо всем «здоровое общество».
Библиографический список
1. «Анатомия человеческой деструктивности»/ Эрих Фромм издательство «Астрель» Москва 2010
2. Западная философская антропология: от Фейербаха к Фромму. / Любутин К.Н., Грибакин А.В. - Екатеринбург, 1994.
3. Старовойтов В.В. Жизнь и творчество Эриха Фромма. // Журнал практической психологии и психоанализа. 2007. №1.
4. Телятникова Э.М. Радикальный гуманизм Эриха Фромма и его подход к проблеме деструктивности. // Социологические исследования. 1992. №6.
5. https://psychoanalysis.by/2018/01/07/fromme/
6. ttps://studwood.ru/1838082/psihologiya/vrozhdennyy_refleks_begstva
7. https://www.psyoffice.ru/
ЧУРАКОВА ТАТЬЯНА ЛЬВОВНА - магистрант, Челябинский государственный университета, Россия.