Мельчук И. А. Памяти Александра Александровича Реформатского // Russ. linguistics. —
Dordrecht., 1980. — Vol. 4. — № 4. — P. 341-361. Семиотика. Лингвистика. Поэтика: К 100-летию А.А.Реформатского. — М., 2002 (Раздел
"Вокруг Реформатского. Воспоминания. Архив"). (В печати). Фрумкина Р.М. Мой учитель — А.А.Реформатский // Знание — сила. — М., 1987. — № 7. — С. 78-82.
Л.Д.Захарова АФАНАСИЙ МАТВЕЕВИЧ СЕЛИЩЕВ
Афанасий Матвеевич Селищев (11.1.1886-6.12.1942), известный русский языковед, специалист в области изучения славянских языков, русского языка и русской диалектологии, педагог; автор множества работ, научных статей, учебников высшей школы.
А.М.Селищев родился в селе Волосово Ливенского уезда Орловской области. Учился в Ливенском реальном училище, затем в гимназии г. Курска. После окончания гимназии получил образование на историко-филологическом факультете Казанского университета (1906-1911), где в это время преподавали такие известные ученые, как В.А.Богородицкий (1857-1941), Е.Ф.Будде (1859-1929), Н.М.Петровский, А.И. Александров (1864-1917). Особенно многим ученый был обязан Н.М.Петровскому и А.И.Александрову. Именно под их влиянием формировались лингвистические взгляды ученого, лингвистику он называл «наукой конкретных данных» (Никитин, 2002: 101). В 1911 г. он вступил в Педагогическое общество при Казанском университете, на заседаниях которого он не раз выступал с аналитическими обзорами учебников и учебных пособий по русскому языку, и начал преподавать на Высших женских курсах в Казани. По окончании университета Селищев был оставлен на факультете для подготовки к профессорскому званию по сла-
вистике. В 1913 г. он блестяще выдержал экзамен на степень магистра по кафедре славянской филологии и стал приват-доцентом. Совершенствуя свои знания на кафедре, ученый начал с 1914 г. вести практические занятия по сравнительной грамматике славянских языков, старославянскому языку в Казанском университете, одновременно преподавал болгарский язык на Высших женских курсах, где число слушателей в этот период достигало 300 человек. Его первые научные работы были посвящены деятелям чешской культуры — К.Гавличку и А.Ираку. В 1914 г. он был командирован в балканские страны (Болгарию, Македонию, Албанию) для изучения живых южнославянских языков и литератур. Начавшаяся Первая мировая война воспрепятствовала его долгому пребыванию на Балканах: прибыв туда в мае, в августе 1914 г. ученый возвращается в Россию. Однако его недолгая командировка в Болгарию оказалась очень плодотворной. А.М.Селищев не только обзавелся значительными связями среди болгарских славистов, он собрал большое количество ценного диалектологического и этнографического материала, анализ и публикации которого сразу же превратили его в одного из ведущих специалистов в области изучения южнославянских языков.
В 1918 г. он опубликовал свою диссертацию «Очерки по македонской диалектологии». С 1918 по 1920 г. работал в университете г. Иркутска, где занял должность заведующего кафедрой. Ученый участвует в создании и организации Иркутского университета. В этот период он занимается сбором диалектологического материала, изучает говоры и уклад жизни забайкальских семейских, а также связи и взаимодействие русского языка и его говоров с тунгусским и бурятским языками.
В 1920 г. ученый вернулся в Казань, где проработал до 1922 г. С 1922 г. Афанасий Матвеевич стал заведующим кафедрой славяноведения Московского университета, которой ранее заведовал В.Н.Щепкин (1863-1920). Именно ему принадлежала идея создания первого славянского отделения, которое было сформировано на историко-этнологическом факультете Московского университета. Однако просуществовало оно недолго. А.М.Селищев читал студентам лекции по введению в славяноведение, старославянскому языку, сравнительной грамматике славянских языков, сравнительной фонетике. Одновременно в 20—30-е годы преподавал в Ярославском педагогическом институте, МГПИ им. В.И.Ленина, МГПИ им. В.П.Потемкина, МИФЛИ, Институте славянства АН СССР, в который он был назначен старшим научным специалистом в 1933 г. С 1921 г. он принимает активное участие в работе Московской диалектологической комиссии, где в это время тру-
дятся А.А.Шахматов (1864-1920), Н.Н.Дурново (1876-1937), Д.Н.Ушаков (1873-1942) и многие другие известные слависты.
В годы революции, гражданской войны и восстановительного периода, несмотря на эмиграцию ряда известных славистов, исследования в области славянской филологии продолжались. Активно работали П.А.Лавров (1856-1929), А.И.Соболевский (1856/57-1929), А.А.Шахматов. Однако в середине 20-х годов ситуация начинает резко меняться. А.Я.Вышинский (ректор МГУ с 1925 г.) выражает недовольство тем, что на занятиях по старославянскому языку читаются евангельские тексты, по его распоряжению закрывается кафедра славяноведения историко-этнологического факультета. Именно этим отчасти объясняется работа Селищева в столь многих учебных заведениях. С 20-х годов имя А.М.Селищева становится в высшей степени авторитетным среди ученых-славистов как в России, так и за рубежом. В 1921 г. ученый избирается действительным членом РАНИОН; в 1926 г. — чл.-корр. Академического финно-угорского общества в Гельсингфорсе; с 1929 г. — чл.-корр. АН СССР, с 1930 г. — чл.-корр. Болгарской АН и почетный член Македонского научного общества. В 1929 г. ученый избран членом-корреспон-дентом АН СССР, одновременно он стал членом Государственного ученого совета и Комиссии по просвещению национальностей.
Сразу же после «чистки» Академии Наук в 1929 г. начались репрессии российской научной элиты: было сфабриковано дело академика С.Ф.Платонова, по которому пострадал целый ряд известных ученых-историков. В конце 1933 г. начались аресты и среди филологов. По «делу славистов» пострадали такие известные языковеды, как М.Н.Сперанский, Г.А.Ильинский, Н.Н.Дурново, В.В.Виноградов, М.С.Грушевский, В.Н.Сидоров и ряд других авторитетных исследователей в области русского и славянского языкознания. А.М.Селищев был арестован в 1934 г., он, как и другие, обвинялся в связях с «венским центром» во главе с Н.С.Трубецким. Однако через некоторое время дело против него было прекращено. Ученый продолжает свою деятельность, он постоянно отстаивает необходимость славистических исследований. Так, в годы войны он пишет ректору Московского государственного педагогического института им. В.И.Ленина, где он в это время возглавлял кафедру русского языка, записку следующего содержания: «В связи с значением и положением славистики необходимо принять организационные меры к усилению занятий по славянской филологии, так как в наше время Академия наук не выполняет в действительности своей задачи быть центром славистических изучений. Такой центр нужно создать при
Московском университете или при Государственном педагогическом институте им. В.И.Ленина. В одном из этих вузов должна быть открыта кафедра славянской филологии, около которой будут сосредоточены занятия по славистике... Работа по этой кафедре будет заключаться в преподавательской и исследовательской деятельности... Кафедре необходимо располагать возможностью иметь свой журнал, в котором отражалась бы ее научная деятельность. Вместе с тем он объединит вокруг себя и других работников по славянской филологии» (Архив Селищева, 56-58). В последние годы своей жизни Афанасий Матвеевич продолжает свои научные изыскания, много времени уделяет созданию университетских курсов по славянскому языкознанию. Академик С.П.Обнорский (1888-1962) следующим образом охарактеризовал научный вклад ученого в славянское языкознание: «А.М.Селищев как славист, можно сказать, не был лингвистом, — он был филологом в широком смысле слова, при этом у него, как филолога, в первую очередь проступали интересы лингвистического изучения славистического материала, не заслоняя вместе с тем интереса к изучению прочих сторон славянской культуры, — к этнографии, истории, литературе. А.М.Селищев прекрасно изучил все основные славянские языки. Он в первой линии был знатоком южнославянских языков, в том числе болгарского языка, основного предмета его специальности. Но весьма глубокими были его знания и прочих славянских языков, в частности западнославянских языков» (Обнорский, 1947: 7).
Главным направлением научной деятельности А.М. Селищева была славистика. Его научное наследие отличает то, что в нем в равной степени глубоко и основательно рассмотрен ряд проблем, относящихся как к южнославянским, так и к западнославянским языкам. Среди общих работ, посвященных славянскому языкознанию, следует выделить « Введение в сравнительную грамматику славянских языков», вып.1 (Казань, 1914), Славянское языкознание, т.1. Западнославянские языки. Учебное пособие для студентов гос. ун-тов и пед. вузов (М., 1941), а также вышедшие после смерти ученого издания, которые сегодня являются классическими учебниками: Старославянский язык, ч. 1. Введение. Фонетика. Учебное пособие для студентов и аспирантов филол. ф-тов ун-тов и ф-тов рус. яз. и лит-ры пед. ин-тов (М., 1951), ч. 2. Тексты. Словарь. Очерки морфологии (М., 1952), (изд. 2-е (в 2-х ч.). — М., 2001). Названные учебные пособия отличаются не только теоретической научной значимостью, но и богатством фактического материала. Так, во «Введении в сравнительную грамматику славянских языков» ученый
обосновывает важность сравнительно-исторического изучения славянских языков, указывая на особую важность диахронического подхода к исследованию. В частности, он пишет: «...каждый язык в известный период своего существования представляет собой результат тех изменений, которые были пережиты им в предшествующий период. Это постоянное видоизменение языка заключается в том, что он переживает постепенные изменения и в области звуков, и в формах слов и предложений, и в реальных и формальных значениях...» (Селищев, 1968: 489). Серьезное внимание ученый уделяет анализу источников изучения истории и современного состояния славянских языков: письменных памятников, говоров, указывает на необходимость вовлечения в традиционный круг источников более поздних, чем тексты IX-XII вв., текстов, а также и на основные принципы привлечения диалектологического и этнографического материала. Также ученый останавливается на проблемах периодизации праславянского языка; определяет основные принципы группировки славянских языков.
В работе «Славянское языкознание» впервые в истории советского языкознания систематически излагались вопросы прародины славян, периодизации их истории и расселения. Авторская трактовка указанных проблем опиралась на тщательное изучение и классификацию общих работ, вышедших во второй половине XX в. и не учтенных в исследованиях Ф.Ф.Фортунатова (1848-1914), А.А.Шахматова и др. Так, в частности, при определении границ первоначального расселения славян, времени и направления их расселения А.М.Селищев во многом соглашается с Л.Нидерле, синтезируя его точку зрения с взглядами А.А.Шахматова. Ученый утверждает, что «область, где жили славяне в VI в. н.э. находилась к северу от Карпат, в бассейнах Вислы, Днепра и Днестра и подходила на юго-востоке к нижнему Дунаю. Сюда, к нижнему Дунаю, славяне подошли в У-У вв.» (Селищев, 1941: 5). Ученый подробно описывает основные направления и этапы расселения славян в VI—VIII вв. н.э. Давая характеристику основным периодам истории славян, Селищев представляет не только языковые процессы, их он рассматривает во взаимодействии с материальной и духовной культурой, социальной организацией славянского континуума. Он не считал, что лингвистические характеристики общеславянского языка резко отличались по своему общему характеру и структурным особенностям от диалектов позднего периода (У-УШ вв.), он подчеркивал преемственность и устойчивость характерных черт славянской речи: «Языковая система, сложившаяся у славян в доисторическое время, при одинаковости их общественно-
экономической жизни и близости взаимоотношений, сохраняла свое актуальное значение в жизни славян и в период исторический — в VI-IX вв.» (Селищев, 1941: 15).
Первый том учебника «Славянское языкознание» целиком посвящен истории и современному состоянию западнославянских языков; в нем последовательно рассмотрены принципы дифференциации чешского, словацкого, лужицких, польского, кашубского и полабского языков; типологические сходства и различия между ними. Во втором томе предполагалось детальное описание южнославянских языков. При изложении лингвистического материала исследователь выступает против сопоставлений вне исторической перспективы, отмечает, что сходные черты двух диалектных групп могут представлять явления параллельные, не зависимые друг от друга.
Вышедшее после смерти ученого пособие «Старославянский язык» находится в научно-педагогическом обороте уже более полувека. Книга состоит из двух томов. Первоначально предполагалось трехтомное издание: первый том должен был представить общие вопросы предыстории старославянского языка и его фонетику; во втором томе предполагалось подробное изложение морфологии; третий том должен был включать хрестоматию, комментарии к текстам и словарь. К сожалению, ученому не удалось осуществить свои намерения, книга осталась незаконченной. В первом томе содержатся предисловие, краткий очерк истории славян, описание условий создания кириллицы и глаголицы, множество интересных сведений об источниках, повлиявших на графический облик букв первых славянских азбук; детальное изложение фонетики старославянского языка. Второй том включает в себя тексты для чтения и анализа, словарь к текстам, краткий очерк морфологии. Характеризуя лексику старославянских памятников, А.М.Селищев обращает внимание на два момента: большое количество греческих слов и группа романских заимствований, которые ясно указывают на Балканы, а также пытается дать социальную квалификацию старославянскому языку: «Язык старославянских переводов нельзя отождествлять во всех отношениях с живой народной речью славянской массы Солунского района. В основу языка письменности положены были элементы языка городского и пригородного славянского населения, с которым имели общение греки города Солуня. Речь этих славян отличалась от языка широкой народной массы главным образом в отношении лексики. В городских слоях славянского населения было больше греческих заимствований, чем в среде
сельского населения. Употреблялись там и некоторые церковные и бытовые термины греческого происхождения, чуждые деревне...
Лица славянской городской среды не принадлежали к социальным верхам греческого города: лица из этой среды имели дело с греками, пользовавшимися народной греческой речью; некоторые греческие заимствования свидетельствуют об этом» (Селищев, 2001: 25). В работе также приводятся интересные данные о происхождении глаголицы. В основном соглашаясь с Д.Ф.Беляевым и И.В.Ягичем (1838-1923) о влиянии греческого минускульного письма на начертание основных знаков глаголицы, ученый утверждал, что источником начертания части славянских букв послужило древнееврейское письмо в его самаритянской и коптской разновидностях. Также в учебнике дается характеристика основным памятникам старославянского языка, приводятся их основные издания. Обзор фонетических процессов старославянского языка отличается глубиной изложения, большим фактическим материалом, который основывается на обобщении данных, представленных в других пособиях по данной тематике, а также на обширных примерах из болгарских и македонских говоров, принадлежащих ученому.
Второй том «Старославянского языка» представляет собой фрагменты хрестоматии: отрывки из Зографского и Мариинского евангелия, Супрасльской рукописи, Ассеманиева евангелия, Синайского требника, Киевских листков и листков Ундольского, а также небольшого фрагмента Остромирова евангелия. Тексты содержат комментарии сопоставительного плана: указание на то, что в сходном фрагменте в другом памятнике используется иная грамматическая форма или иное слово. Помимо этого приводятся параллельные тексты для сравнения на греческом и старославянском языках, на старославянском и современных славянских языках. К текстам составлен словарь. Очерки по морфологии позволяют представить, какое капитальное исследование в области старо -славянского языка было задумано автором и как автор представлял себе место и задачи данного курса в системе подготовки специалистов по славянским языкам. В «Очерках...» автор приводит не только таблицы словоизменения основных частей речи, но и пытается классифицировать основные продуктивные модели именного и глагольного словообразования; все это сопровождается большим количеством примеров и соответствий из других индоевропейских языков.
В работах А.М.Селищева в области южнославянского языкознания следует выделить, прежде всего, большую группу работ, посвященных этнографии и диалектологии Македонии, Болгарии, славянского
населения Албании: «Очерки по македонской диалектологии», т.1 (Казань, 1918); «Запись горнореканца. Из заметок по этнографии и диалектологии Македонии» (Одесса, 1922); «Заметки по этнографии и диалектологии Македонии. Памятник монастыря Трескавца» (Л., 1928.); «Фольклорные и диалектологические материалы по Македонии 19241927» (Прага, 1928); «Полог и его болгарское население. Исторические, этнографические и диалектологические очерки северо-западной Македонии. (С этнографической картой Полога)» (София, 1929); «Днешната югозападна граница на българската говорна област» (София, 1930); «Македонские кодики ХУ1-ХУШ веков. Очерки по исторической этнографии и диалектологии Македонии» (София, 1933); «Диалектологическое значение македонской топонимики» (София, 1933); серия статей под общим названием «Македонская диалектология и сербские лингвисты», вышедшие потом отдельным изданием (София, 1935). Указанные работы ученого легли в основу македоноведения как особой отрасли славяноведения. Научная значимость этих работ подробно освещена в рецензиях таких лингвистов, как А.Вайан (1890-1977), А.Мейе (18661936), Л.Милетич (1867-1937), С.Романски, Е.Ф.Карский (1860/611937), Б.М.Ляпунов (1862-1943), В.Н.Перетц, П.А.Лавров и многих других.
Уже в первой своей большой работе «Очерках по македонской диалектологии» Селищев сформулировал основные задачи данной лингвистической дисциплины — всестороннее и детальное изучение современных народных говоров в связи с данными древних памятников, хорошо отражающих черты местной речи. Одним из лингвистических источников исследования явился тетраглоссарий хаджи Даниила, включающий не только словарь, но и небольшие рассказы на новогреческом, болгарском, албанском и влашском языках. Болгарская параллель словаря дала ему возможность описать македонские говоры в историческом аспекте. Изучение славянских говоров Македонии проводится в связи с соседними неславянскими языками, в связи с произношением отдельных звуков в румынском, албанском и новогреческом языках. Уже в данной работе А.М.Селищев выступает как последовательный сторонник теории балканского субстрата. Для него очевидно, что балканизмы в болгарском языке являются новообразованиями и что их появление связано с появлением аналогичных образований в других балканских языках; они, по его мнению, могли возникнуть в связи с общими условиями формирования балканских языков на общей этнической основе — фракийской. В следующих своих работах он так формулирует свои выводы:
«Славянские группы в Македонии, в южном Поморавье, в Мизии и Фракии одинаково реагировали на иноязычное воздействие, одинаково пользовались иноязычными элементами, одинаково изменили свой традиционный языковой фонд, одинаково приспособили его в новых сдвигах системы, в отношениях семантических, морфологических и синтаксических. А эта одинаковость в процессе реагирования на иноязычное воздействие, одинаковость процесса изменения и приспособления своего прежнего, традиционного языкового материала к новым языковым потребностям, которая была тоже одинакова, — все это ярко демонстрирует общность языковой системы, общность языковых тенденций и культурно-языковых центров и социальных отношений славянских групп в Македонии, Поморавье, в Мизии, в Фракии» (Селищев, 1935: 77). Его следующая работа «Полог и его болгарское население. Исторические, этнографические и диалектологические очерки северо-западной Македонии» выполнена в том же плане: сравнение данных современных народных говоров Полога и анализ текстов иеромонаха Арсения и Кирилла Пейчиновича. Сам исследователь так обосновывает свой выбор: «Главное значение писаний Кирилла Пейчиновича диалектологическое. Его писания представляют богатые данные для характеристики говоров Дольнего Полога в начале прошлого века. Имея в виду диалектологическую пестроту Македонии, разнообразие и сложность процессов, пережитых говорами ее, различное скрещивание процессов и их результатов, — процессов, свойственных различным группам, — приходится очень медленно продвигаться в глубь прошлого этих говоров. Изучение данных, извлекаемых из писаний о.Кирилла, а также его земляков-современников в связи с данными современных положских говоров (совсем не изученных) представит нам состояние говоров этой области в течение XIX и начале XX в. Такое изучение говоров следует применить ко всем областям, а к Дольнему Пологу в особенности: этот северозападный край Македонии является сопредельным с Старой и юго-восточной Сербией, говоры которой относятся к иной, не македонской группе» (Селищев, 1929: 164-165). Как отмечает С.Б.Бернштейн: «Описание современных говоров Дольнего Полога сделано на основе личных наблюдений. В этом описании нашли наглядное отражение все важнейшие методологические и методические приемы Селищева-диалектолога: тщательное изучение физиологии звуков, изучение звуков в различных позициях в слове и пристальное внимание к различным стилям речи — торжественной, книжной, бытовой, эмоционально-экспрессивной и т.п.» (Бернштейн, 1947: 20). В книге ученый обнаруживает определенные за-
кономерности об особой позиционной огласовке редуцированных звуков в македонских говорах, о судьбе носовых в северо-западной Македонии, проводит сопоставление с кайкавскими говорами сербского языка. Еще один важный факт, характеризующий А.М.Селищева как ученого: самое пристальное внимание ученый обращал на территориальное распространение того или иного языкового факта, а также на его социальную обусловленность.
Большое значение для славяноведения и балканистики имеет работа «Славянское население Албании» (1931), в котором рассматривается целый комплекс вопросов: славянские заимствования в албанском языке, славянская топонимия Албании, история славянской колонизации данного региона с IX в. — периода деятельности Климента Охрид-ского, царствования царя Самуила. Исследование неразрывно связано с историей македонских говоров, так как население Албании и Македонии находилось в постоянном темном общении. На основе анализа лексических заимствований А.М.Селищев пытается проследить контакты народов в области материальной культуры, в освоении территории. Классификация заимствованной лексики позволила ученому опровергнуть точку зрения о том, что албанцы являются потомками древних иллирийцев. Крайне интересными являются выводы ученого о причинах заимствования лексики. В частности, он утверждал, что значительная часть инноваций лексических не связана с инновациями в области предметной деятельности, а объясняется повышенной эмоциональной экспрессией заимствуемой группы слов. В этой же работе представлен подробный анализ славянской топонимики Албании.
В «Македонских кодиках Х1-Х^1 вв.» выдающийся славист обращает внимание на кодики-помянники, которые заключают в себе драгоценные факты народной речи. Он детально и всесторонне проанализировал три монастырских помянника — монастыря Матка в северной Македонии, Слепченского монастыря близ Битоля и Трескавецкого монастыря близ Прилепа. Особое внимание ученого привлекла топонимия и личные имена, в частности процесс изменения фамилий на -ов, -ев на -оЬиИ под сербским влиянием.
Помимо исследований македонской диалектологии следует выделить группу исследований, посвященных формированию литературных языков славян: «К изучению старопечатных болгарских книг (По поводу «Описа» проф. В.Погорелова. София, 1923)» (Прага, 1926), а также серию критических отзывов на различные произведения болгарской литературы. Изучение балканских связей ученого показало, что он живо ин-
тересовался историей болгарской литературы, неплохо ее знал, написал статью о болгарской литературе для Большой Советской Энциклопедии.
Значительное внимание в работах ученого уделено рассмотрению вопросов образования балканского языкового союза, проблемам фракийского субстрата: Destraits linguistiques communs aux langues balkaniques. Un balkanisme ancien en bulgare (Париж, 1925). В указанной статье, а также серии исследований под общим названием «Македонская диалектология и сербские лингвисты» Селищев много внимания уделяет изучению диахронических универсалий в развитии балканских языков.
В русистике выдающегося ученого интересовали две области: диалектология и история русского языка, но нельзя не отметить и его заслуг в области разработки содержания обучения русскому языку в школе. Основными работами Селищева-диалектолога являются следующие: «Забайкальские старообрядцы. Семейские» (Иркутск, 1918), «Диалектологический очерк Сибири, вып. 1» (Иркутск, 192), «К изучению русских говоров Сибири. (По поводу издания диалектологической программы)» (Казань, 1922); «Русский язык у инородцев Поволожья» (Прага, 1925), «Заметки по великорусской диалектологии. 1. К изучению типов аканья» (Прага, 1927), «Русские говоры Казанского края и русский язык у чуваш и черемис. К изучению культурно-языковых взаимоотношений в Среднем Поволжье» (М., 1927), «Критические замечания о реконструкции древнейшей судьбы русских диалектов» (Прага, 1928). Как следует из названий, ученый проявил себя и в изучении живых говоров, и в проблемах исторической диалектологии, и при исследовании языковых контактов. На одном из заседаний Московской диалектологической комиссии он говорил о том, что одна из важнейших задач современной диалектологии — изучение «взаимоотношений русских и нерусских говоров» (Никитин, 2002: 99). Так, в частности, в книге «Диалектологический очерк Сибири», посвященной А.А.Шахматову, — первом крупном исследовании фонетических и грамматических особенностей русской речи на территории Сибири, автор уделяет значительное внимание не только фонетическим, но и лексическим особенностям этих говоров и убедительно доказывает их близость к северновеликорусскому наречию. В этой работе ученый рассматривает и заимствования из финноугорских и тюркских языков, а также и пути их проникновения в речь русских поселенцев. По его мнению, финноугорские заимствования появляются в период переселения русских в Сибирь, а тюркские приобретаются уже на местах новых поселений. Изучая языковые процессы русского языка на широкой срав-
нительно-исторической основе, сопоставляя их со сходными явлениями в истории других славянских языков, языковед констатирует известную общность и последовательность в ходе изменений всех славянских языков. Он видит в этой соотносительной близости языковых процессов отражение былого единства общеславянской системы, однородность заложенных в ней тенденций развития. Важнейшее свойство Селищева-диалектолога — это диахронический подход к оценке фактов языка. Показательны те основания, которые он выдвигает на первое место, говоря о необходимости диалектологического изучения Сибири: «Русские говоры Сибири, оторвавшись от ближайших говоров Европейской России, начали свою жизнь с тем запасом звуков, форм и лексики, какой был свойственен говорам их метрополии в 16-м, 17-м вв. Сравнительное изучение говоров Сибири и Европейской России прольет свет на состояние тех или иных русских диалектов в 16-м и в 17-м столетиях. С другой стороны, такое изучение укажет, какие языковые процессы были пережиты русскими поселенцами Сибири в течение последних 300-200 лет»(Селищев, 1920: 5). Методы и приемы внутриязыковых сопоставлений часто использовались ученым для получения научных результатов, но можно также утверждать, что он явился одним из авторов данного метода. В статье «Критические замечания о реконструкции древнейшей судьбы русских диалектов» А.М.Селищев полемизирует с концепцией Н.С.Трубецкого (1890-1938), делавшего определенные предположения о системе русских диалектов, их происхождении и развитии, и говорит о необходимости детального анализа языковых фактов, об их недостаточности для реконструкции языковой системы русских славян в древнейший период их жизни. Его концепция изучения истории русского языка заключалась в сопоставительно-историческом изучении русских говоров. Свою работу «Русские говоры Казанского края и русский язык чуваш и черемис» ученый начинает словами: «Одну из главных задач языкознания составляет изучение языковых взаимодействий разных общественных и этнических групп. В частности, весьма важное значение имеет это изучение по отношению к славянским языкам. Славяне и в далеком прошлом, в период общей своей культурной и языковой жизни, и позднее, после расселения из области своей прародины, встречались с разными народами, вступали с ними в различные взаимоотношения. Следы этих взаимоотношений могли отражаться и на культурно-бытовой жизни, и на языке славян, а также и тех народов, с которыми вступали в сношение славяне. Результаты этих связей необходимо учитывать и историку культурно-общественной жизни славянских народов, и историку языков
этих народов. Воздействие одного языка на другой, вызванное теми или иными обстоятельствами культурно-общественной жизни носителей этих языков, отражается и в словаре, и в формах слов и словесных конструкций, и в звуковом составе... Сильное культурное воздействие, политическая и экономическая зависимость, переселение в другую этническую среду — вот главные обстоятельства, при которых происходит сильное воздействие одного языка на другой, вызывающее двуязычие у представителей той социальной группы, которая стала в подчиненное положение» (Селищев, 1927: 36). Ученый делает ряд тонких наблюдений над разными формами и стадиями смешения языков, отмечает различия в темпе, интенсивности и характере смешения в различных социальных условиях.
Нельзя пройти мимо работ А.М.Селищева об истории русского языка. Академик В.В.Виноградов следующим образом охарактеризовал научный вклад А.М.Селищева в отечественное языкознание: «Афанасий Матвеевич Селищев был одним из последних живущих в нашей стране русских представителей той плеяды славистов, которая примкнула к лингвистической школе акад. А.А.Шахматова и как бы срослась с нею. Славяноведы этого поколения, обладавшие широким общеславянским кругозором, принимали активное участие и в работе над историей русского языка» (Виноградов, 1947: 31). Для ученого история языка — это органическая часть истории культуры, поэтому и сам он часто выступал как лингвист, историк культуры и этнограф. Так, в статье «Образцы древнерусского письма XI-XVИ вв.» (М., 1939) содержатся 24 снимка памятников письменности, которые дают представление и о содержании памятников, и об искусстве древнерусских каллиграфов указанного периода, и о богатстве орнамента. В опубликованной посмертно работе «О языке «Русской Правды» в связи с вопросом о древнейшем типе русского литературного языка» (М., 1957) представлены ценные замечания о диалектной основе памятника и роли древнерусских говоров в становлении литературного языка.
Отдельно следует отметить работы ученого по ономастике, изучению которой он придавал особое значение: «Из старой и новой топонимики» (М., 1939), «Происхождение русских фамилий, личных имен и прозвищ» (М., 1948). В этой работе А.М.Селищев описывает один из обрядов мнимой подмены ребенка, указывая на то, что болезни ребенка часто связывались с неправильно выбранным именем, поэтому его выносили из избы, а затем снова вносили под видом другого (найденного, купленного, украденного), при этом ребенку давалось иное имя. Ученый
предполагает, что целый ряд имен-прозвищ, зафиксированных сегодня в наиболее распространенных русских фамилиях, связан именно с этим обрядом: Найден, Продан, Краден, Куплен, Ненаш, Прибыток, Синица, Дрозд, Воробей (так как птицы считались лучшими детскими оберегами от болезней). Топонимию ученый рассматривал как один из ценнейших источников по исторической этнографии, а также истории общественной и экономической жизни страны, и неоднократно доказывал это в своих работах по диалектологии и этнографии южных славян. А.М.Селищев собрал большую коллекцию названий населенных пунктов по памятникам деловой письменности XV-XVИ вв. и сделал целый ряд культурно -исторических обобщений о топонимии феодального времени. На одном из заседаний Московской диалектологической комиссии им была представлена программа подробных топонимических исследований.
Приступая к изучению русского языка революционной эпохи, А.М.Селищев стремится понять и оценить те изменения в культурно-политической и идейно-общественной атмосфере, которые определили основной тип и главные направления речетворчества, результаты этих исследований представлены в работах: «Революция и язык» (М., 1925), «Выразительность и образность языка революционной эпохи» (1927), «Язык революционной эпохи. Из наблюдений над русским языком последних лет (1917-1926)» (М., 1928), «О языке современной деревни» (М.,1932), «О языке современной деревни» (М., 1939).
Интерес к проблемам преподавания русского языка у Селищева возник в те времена, когда он принимал активное участие в работе Педагогического общества в Казани, в начале своего творческого пути. С этого времени его интересовало все, что делается в данной области. Этот интерес ученого представлен в его статьях: «Новая программа по истории русского языка в средней школе» (Пг., 1916), «История русского языка в средней школе. Указатель учебных пособий» (Пг., 1917), и рецензиях, отзывах и полемических заметках, среди которых можно выделить: Кульбакин С.М. Учебник по русскому языку для IV класса средних учебных заведений. (Применительно к программе, утвержденной 21 апр. 1912 г.), изд.2-е, измен. и испр. Харьков, 1914 (Казань, 1915), Миртов А.В. Учебник по истории русского языка. Пг., 1916 (Пг., 1916). Ученого не могли не интересовать проблемы образования, так как всю свою жизнь он был деятелем высшей школы, стоял у истоков формирования Иркутского университета, МИФЛИ, Института славяноведения и балканистики АН СССР, проводил огромную общественную работу по организации специального славистического образования, открытию соответ-
ствующего отделения и кафедры. В годы, когда славистика переживала серьезный кризис, находилась под неофициальным запретом, ученый стремился к тому, чтобы Россия превратилась в центр славистических исследований. Многие годы (с 1922 г.) он возглавлял кафедру славистики Московского университета, которую унаследовал после
B.Н.Щепкина. Вслед за своим великим предшественником ученый стремился к тому, чтобы исследовательская и преподавательская деятельность кафедры служила объединению всех, кому интересны научные разыскания в данной области. Как преподаватель, он разработал основы всех основных курсов, читаемых данной кафедрой, создал учебники по указанным дисциплинам, подготовил к научной деятельности целую плеяду известнейших славистов: Р.И.Аванесова (1902-1982),
C.Б.Бернштейна, П.С.Кузнецова (1899-1968) и др.
Литература
Архив А.М.Селищева. ЦГАЛИ, ф. 2331, оп. 1, ед. хр. 131, С. 56-58.
Бернштейн С. Б. Селищев-балкановед // Докл. и сообщ. филол.ф-та Моск. ун-та. — М.,
- 1947. — Вып. 4. — С. 11-30.
Виноградов В.В. Проф. A.M.Селищев как историк русского языка // Докл. и сообщ. фи-
лол. ф-та Моск. ун-та. — М., —1947. — Вып. 4. — С. 31-50. Никитин О.В. Московская диалектологическая комиссия в воспоминаниях Д.Н.Ушакова, Н.Н.Дурново и А.М.Селищева. (Неизвестные страницы истории московской лингвистической школы) // Вопр. языкознания. — М., 20 0 2. — № 1. — С. 91-102. Обнорский С.П. Памяти А.М.Селищева // Докл.и сообщ. филол.ф-та Моск. ун-та. — М.,
— 1947. — Вып. 4. — С. 7-10.
Селищев A.M. Диалектологический очерк Сибири. — Иркутск, 1920. — Вып. 1. — 297 с. Селищев A.M. Избранные труды. — М., 1968. — 560 с.
Селищев A.M. Македонская диалектология и сербские лингвисты. — София, 1935. — 101 с. Селищев A.M. Полог и его болгарское население. Исторические, этнографические и диалектологические очерки северо-западной Македонии. (С этнографической картой Полога). — София, 1929. — 439 с. Селищев A.M. Русские говоры Казанского края и русский язык у чуваш и черемис. К изучению культурно-языковых взаимоотношений в Среднем Поволжье // Ученые зап. РАНИОН. Ин-т языка и лит-ры. Лингв. Секция. — М., 1927. — Т. 1 — С. 36-72. Селищев A.M. Славянское языкознание: Учебное пособие для студентов гос. ун-тов и пед.
вузов. — М., 1941. — т. 1. Западнославянские языки. — 468 с. Селищев A.M. Старославянский язык. — М., 2001. — 206 с.
Основные работы
Селищев A.M. Введение в сравнительную грамматику славянских языков. — Казань, 1914.
— Вып. 1. — 123 с.
Селищев A.M. Очерки по македонской диалектологии. — Казань, 1918. — Т. 1. — 284 с.; 2-
е изд. фототип. — София, 1981. Селищев A.M. Забайкальские старообрядцы. Семейские. — Иркутск, 1918. — 81 с. Селищев А.М. Диалектологический очерк Сибири. — Иркутск, 1920. — Вып. 1. — 297 с. Селищев A.M. Русский язык у инородцев Поволожья // Slavia. — Praha. 1925, ч. 1. — Вып. 4. — С. 26-43.
Селищев A.M. Революция и язык // На путях к пед. самообразованию. — М., 1925. — С. 20-217.
Селищев A.M. Заметки по великорусской диалектологии. 1. К изучению типов аканья //
Slavia. — Praha, 1927. — Ч. 6. — Вып. 2-3. — С. 455-479. Селищев A.M. Русские говоры Казанского края и русский язык у чуваш и черемис. К изучению культурно-языковых взаимоотношений в Среднем Поволжье // Ученые зап. РАНИОН. Ин-т языка и лит-ры. Лингв. секция. — М., 1927. — Т. 1. - С. 36-72. Селищев A.M. Выразительность и образность языка революционной эпохи// Родной язык в
школе. — М., 1927. — кн. 3. — С. 72-84. Селищев A.M. Язык революционной эпохи. Из наблюдений над русским языком последних
лет (1917-1926). — М., 1928, 248 с.; — изд. 2-е. — М., 1928. — 248 с. Селищев A.M. Полог и его болгарское население. Исторические, этнографические и диалектологические очерки северо-западной Македонии. (С этнографической картой Полога). — София, 1929. — 439 с.; 2-е изд. фототип. — София, 1981. Селищев A.M. Славянское население Албании. — София, 1931. — 352 с.; 2-е изд. фототип.
— София, 1981. — 352 с.
Селищев A.M. О языке современной деревни // Земля советская. — М., 1932. — № 9. — С. 120-132.
Селищев A.M. Македонские кодики Xyi-XVIII веков. Очерки по исторической этнографии
и диалектологии Македонии. — София, 1933. — 262 с. Селищев A.M. Македонская диалектология и сербские лингвисты. — София, 1935. — 101 с. Селищев A.M. Образцы древнерусского письма XI-XVII вв. (Тр. МИФЛИ. Филол. ф-т.).
— М., 1939. — 24 с.
Селищев A.M. О языке современной деревни // Сборник статей по языковедению / Под ред. М.В.Сергиевского, Д.Н.Ушакова и Р.О.Шор. Тр. МИФЛИ. — М., 1939. — Т. 5. Филол. ф-т — C. 66-123. Селищев A.M. Славянское языкознание. т.1. Западнославянские языки: Учебное пособие для студентов гос. ун-тов и пед. вузов. — М., 1941. — 468 с.
Селищев A.M. Происхождение русских фамилий, личных имен и прозвищ // Ученые записки Моск. ун-та. Тр. кафедры рус. яз. — М., 1948. — Кн.1, Вып. 128. — С. 128-152.
Селищев A.M. Старославянский язык: Учебное пособие для студентов и аспирантов филол. ф-тов ун-тов и ф-тов рус. яз. и лит-ры пед. ин-тов. Ч. 1. Введение. Фонетика. — М., 1951. — 336 с.; Ч. 2. Тексты. Словарь. Очерки морфологии. — М., 1952. — 206 с. — 2-е изд. — М., 2001. — 206 с.
Селищев A.M. Избранные работы. — М., 1968. — 560 с.
Основные работы о А.М.Селищеве
Аванесов Р.И. Афанасий Матвеевич Селищев (1886—1 942) // Бюллетень диалектологического сектора (БДС) ИРЯ АН СССР, - 1947. - вып. 1., С. 126-134.
Аванесов Р.И. Селищев — диалектолог // Доклады и сообщения филол. ф-та Моск. Ун-та. - 1947. — Вып. 4. — С. 50-59.
Аванесов Р.И. Список работ М.А.Селищева по русской диалектологии// БДС ИРЯ АН CCCP. - М., 1947. — Вып.1. — С. 130-131.
Бернштейн С. Б. Селищев — балкановед // Доклады и сообщения филол. ф-та Моск. унта. — 1947. — Вып. 4. — С. 11-30.
Бернштейн С. Б. Список печатных работ проф. А.М.Селищева. — Там же, С. 85-90.
Виноградов В. В. Проф. А.М.Селищев как историк русского языка. — Там же, С. 31-50.
Дмитриев Н.К. А.М.Селищев и тюркская филология. — Там же, С. 66-82.
Обнорский С.П. Памяти А.М.Селищева. — Там же, С. 7-10.
Петерсон М.Н. А.М.Селищев — деятель высшей школы. — Там же, С. 83-84.
Петерсон М.Н. А.М.Селищев (Биографическая справка). — Там же, С. 3-6.
Василевская Е.А. Архив проф. А.М.Селищева // Изв. АН СССР, ОЛЯ. — 1959.— Т. 18. — Вып. 1. — С. 73-74.
Усикова Р.П. Памяти проф. А.М.Селищева // Вестник Моск. ун-та. Серия филол. — 1968. — № 3. — С. 94-95.
Василевская Е.А. А.М.Селищев (1886-1942) // Русская речь. — 1969. — № 2. — С. 36-40.
Булахов М.Г. Селищев Афанасий Матвеевич // Восточнославянские языковеды. Библиографический словарь. — Минск, 1977. — Т.3. — С. 187-193.
Бернштейн С.Б. А.М.Селищев — славист-балканист. — М., 1987. — 112 с.