| (CC)]BY-NC-SA 4.оД ОБЗОР
Аденоидит у детей: современный взгляд на этиологию и профилактическое лечение
Е.П. Карпова*1, Д.А. Тулупов12, О.Г. Наумов1-3, Л.И. Усеня1, В.А. Белов14
'ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Минздрава России, Москва, Россия; 2ГБУЗ «Детская городская клиническая больница им. Н.Ф. Филатова» Департамента здравоохранения г. Москвы, Москва, Россия; 3ГБУЗ «Детская городская клиническая больница им. З.А. Башляевой» Департамента здравоохранения г. Москвы, Москва, Россия; 4ФГАОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, Москва, Россия
Аннотация
Глоточная миндалина (ГМ) у ребенка - неотъемлемая часть NALT (Nasopharynx-Associated Lymphoid Tissue) - лимфоидной ткани, ассоциированной со слизистой носоглотки, которая входит в структуру лимфоглоточного кольца Пирогова-Вальдейера. Терминология патологических процессов со стороны ГМ у детей до сих пор является поводом для дискуссии. В последней версии российского согласительного документа под термином «аденоидит» подразумевались реактивные воспалительные изменения ГМ как органа регионарного мукозального иммунитета, которые возникают при воздействии антигенов на слизистую оболочку полости носа и глотки. В настоящее время нет однозначного консенсуса в отношении объективных маркеров аденоидита, а также четких критериев, обусловливающих постановку такого диагноза, кроме того, достаточно многочисленны причины, вызывающие проявления аденоидита в детском возрасте. В статье рассматриваются эти и другие дискуссионные вопросы, а также практические шаги по профилактике и лечению аденоидита.
Ключевые слова: аденоидит у детей, глоточная миндалина, хронический аденоидит, хронический риносинусит, острый аденоидит, хронический назофарин-гит, аллергический ринит, рефлюкс-индуцированный аденоидит, фитотерапия, экстракт BNO1030/BN(D1035, Тонзилгон Н
Для цитирования: Карпова Е.П., Тулупов Д.А., Наумов О.Г., Усеня Л.И., Белов В.А. Аденоидит у детей: современный взгляд на этиологию и профилактическое лечение. Педиатрия. Consilium Medicum. 2024;4:349-357. DOI: 10.26442/26586630.2024.4.203087
© ООО «КОНСИЛИУМ МЕДИКУМ», 2024 г.
REVIEW
Adenoiditis in children: A modern view of the etiology and preventive treatment. A review
Elena P. Karpova*1, Denis A. Tulupov1,2, Oleg G. Naumov1-3, Larisa I. Usenia1, Vladimir A. Belov1,4
'Russian Medical Academy of Continuous Professional Education, Moscow, Russia;
2Filatov Children's City Clinical Hospital, Moscow, Russia;
3Bashlyaeva Children's City Clinical Hospital, Moscow, Russia;
4Pirogov Russian National Research Medical University, Moscow, Russia
Abstract
The pharyngeal tonsil (PT) in a child is an integral part of the NALT (Nasopharynx-Associated Lymphoid Tissue), lymphoid tissue associated with the nasopharyngeal mucosa, which is part of the structure of the Waldeyer's tonsillar ring. The terminology of PT disorders in children is still debatable. In the current edition of the Russian consensus paper, "adenoiditis" means reactive inflammatory changes in the PT, as an organ of regional mucosal immunity, occurring when the nasal and pharyngeal mucosa are exposed to antigens. Currently, there is no definitive consensus on the objective markers of adenoiditis, as well as clear diagnostic criteria. In addition, the causes of adenoiditis in children are quite numerous. The article discusses these and other controversial issues, as well as practical approaches to prevent and treat adenoiditis.
Keywords: childhood adenoiditis, pharyngeal tonsil, chronic adenoiditis, chronic rhinosinusitis, acute adenoiditis, chronic nasopharyngitis, allergic rhinitis, reflux-induced adenoiditis, phytotherapy, BNO1030/BNCI1035 extract, Tonsilgon N
For citation: Karpova EP, Tulupov DA, Naumov OG, Usenia LI, Belov VA. Adenoiditis in children: A modern view of the etiology and preventive treatment. A review. Pediatrics. Consilium Medicum. 2024;4:349-357. DOI: 10.26442/26586630.2024.4.203087
Информация об авторах / Information about the authors
*Карпова Елена Петровна - д-р мед. наук, проф., зав. каф. детской оториноларингологии им. проф. Б.В. Шеврыгина ФГБОУ ДПО РМАНПО. E-mail: [email protected]
Тулупов Денис Андреевич - канд. мед. наук, доц., доц. каф. детской оториноларингологии им. проф. Б.В. Шеврыгина ФГБОУ ДПО РМАНПО, врач-оториноларинголог отд-ния оториноларингологии ГБУЗ «ДГКБ им. Н.Ф. Филатова»
Наумов Олег Геннадьевич - канд. мед. наук, доц. каф. детской оториноларингологии им. проф. Б.В. Шеврыгина ФГБОУ ДПО РМАНПО, врач-оториноларинголог отд-ния оториноларингологии ГБУЗ «ДГКБ им. Н.Ф. Филатова», рук. Центра компетенции по детской отологии ГБУЗ «ДГКБ им. З.А. Башляевой»
Усеня Лариса Ивановна - канд. мед. наук, ассистент каф. детской оториноларингологии им. проф. Б.В. Шеврыгина ФГБОУ ДПО РМАНПО
Белов Владимир Алексеевич - канд. мед. наук, ассистент каф. детской оториноларингологии им. проф. Б.В. Шеврыгина ФГБОУ ДПО РМАНПО, зав. отд-нием оториноларингологии Научно-исследовательского клинического института педиатрии и детской хирургии им. акад. Ю.Е. Вельтищева ФГАОУ ВО «РНИМУ им. Н.И. Пирогова»
*Elena P. Karpova - D. Sci. (Med.), Prof., Russian Medical Academy of Continuous Professional Education. E-mail: [email protected]; ORCID: 0000-0002-8292-9635
Denis A. Tulupov - Cand. Sci. (Med.), Assoc. Prof., Russian Medical Academy of Continuous Professional Education, Filatov Children's City Clinical Hospital. ORCID: 0000-0001-6096-2082
Oleg G. Naumov - Cand. Sci. (Med.), Russian Medical Academy of Continuous Professional Education, Filatov Children's City Clinical Hospital, Bashlyaeva Children's City Clinical Hospital. ORCID: 0000-0002-8243-8385
Larisa I. Usenia - Cand. Sci. (Med.), Russian Medical Academy of Continuous Professional Education. ORCID: 0009-0003-2779-5931
Vladimir A. Belov - Cand. Sci. (Med.), Russian Medical Academy of Continuous Professional Education, Pirogov Russian National Research Medical University. ORCID: 0000-0002-2955-2015
Введение
«Мой ребенок часто болеет и не дышит носом. Наверное, у него аденоиды. Что делать?» - одно из наиболее частых обращений родителей пациентов на приеме детского врача-оториноларинголога. В настоящее время нет точных данных по эпидемиологии патологии глоточной миндалины (ГМ) у детей. Отдельные исследования структуры ЛОР-заболеваний по обращаемости свидетельствуют о преобладании пациентов с патологией ГМ среди детей дошкольного и младшего школьного возраста [1, 2].
У ребенка ГМ является неотъемлемой частью NALT (Nasopharynx-Associated Lymphoid Tissue) - лимфоидной ткани, ассоциированной со слизистой носоглотки, которая входит в структуру лимфоглоточного кольца (ЛГК) Пирогова-Вальдейера. У детей дошкольного и младшего школьного возраста ГМ выполняет важнейшую функцию органа регионарного иммунитета. В ответ на антигенную стимуляцию слизистой оболочки (СО) верхних дыхательных путей в ГМ происходят размножение и созревание В-клеток, что определяет эффективное функционирование мукозального и адаптивного иммунитета [3-5].
Патологические изменения со стороны ГМ у детей эксперты называют различными терминами. Так, одни из них предлагают использовать такие обобщающие понятия, как «аденотонзиллярная болезнь», «аденоиды» или «аденоидная болезнь», под которыми подразумеваются все клинически значимые патологические изменения со стороны ГМ [4-7]. Большинство оториноларингологов выделяют 2 ключевых патологических изменения со стороны ГМ: увеличение размеров миндалины и воспалительные изменения. Приведенные изменения часто одномоментно представлены у отдельно взятого пациента, но могут отмечаться и изолированно. Стойкое увеличение размера аденоидов определяется как «гипертрофия аденоидов» (именно данный термин принят в Международной классификации болезней 10-го пересмотра - МКБ-10) либо «гипертрофия аденоидных вегетаций». Поскольку среди экспертов Российского оториноларингологиче-ского сообщества нет единого мнения о том, какой размер аденоидов должен быть у ребенка в норме, а какой следует расценивать как патологическое состояние, в качестве ключевых диагностических критериев приняты симптомы и жалобы пациента на наличие стойкой назальной обструкции и ассоциированных с ней комор-бидных заболеваний (синдрома обструктивного апноэ во время сна, рецидивирующих и хронических заболеваний среднего уха и околоносовых пазух, приобретенных диспропорций лицевого скелета) при наличии гипертрофии аденоидов 2 и 3-й степени [2]. В зарубежных странах патологическим считается увеличение размера ГМ, при котором соотношение линейного размера ГМ к размеру просвета носоглотки на боковой цефалограмме составляет более 0,8 см [8, 9].
Воспалительные изменения со стороны ГМ, называемые термином «аденоидит», являются более сложным и спорным вопросом с точки зрения номенклатуры. До недавнего времени в большинстве зарубежных стран аде-ноидит не выделяли в отдельную нозологическую форму, а рассматривали исключительно в контексте либо проблемы хронического риносинусита у детей, либо гипертрофии аденоидов [10]. Однако в последних согласительных документах, затрагивающих проблему хрониче-
ского риносинусита у детей, уже на протяжении более чем 10 лет декларируется необходимость разделения понятий «хронический риносинусит» и «хронический аденоидит» (ХА) [11-13]. Необходимо отметить, что до 2016 г. диагноз ХА присутствовал в МКБ-10 под шифром 135.02 и по необъяснимым причинам был удален при обновлениях МКБ-10 [14]. В российской оториноларингологии термин «аденоидит» уже давно вошел в профессиональный лексикон отечественных клиницистов. В последней версии российского согласительного документа под понятием «аденоидит» подразумевались реактивные воспалительные изменения ГМ как органа регионарного мукозального иммунитета, возникающие при воздействии антигенов на СО полости носа и глотки. Однако авторы отечественных клинических рекомендаций уточняют, что при отсутствии значимого влияния на качество жизни ребенка и других сопряженных осложнений (средних отитов) у детей младше 7-9 лет данное состояние не расценивается как патология [2]. Ввиду своей физиологической роли ГМ детей дошкольного и младшего школьного возраста если не перманентно, то достаточно часто находится в состоянии реактивных изменений, таких как отек ткани, скопление секрета в полости носоглотки, что при современной доступности эндоскопической оптики визуально фиксируется оториноларингологами в своей повседневной практике и характеризуется как воспалительная реакция [3, 15]. Однако далеко не каждый ребенок с выявленными при эндоскопическом исследовании или задней риноскопии признаками воспаления аденоидов имеет соответствующие клинические проявления [16].
Помимо сложностей с объективными маркерами для выявления аденоидита отсутствует единое мнение относительно критериев постановки острого аденоидита или ХА. Несмотря на то что в отечественной и зарубежной литературе периодически фигурирует термин «острый аде-ноидит», мы не нашли ни в одной публикации каких-либо четких критериев, обусловливающих постановку данного диагноза [17-20]. В повседневной клинической практике острый аденоидит чаще всего является одним из проявлений острой респираторной вирусной инфекции (ОРВИ) и обозначается практикующими врачами шифром острого назофарингита - 100. Термин «хронический аденоидит» практикующие детские врачи используют значительно чаще, при этом для кодировки диагноза в системе МКБ-10 обычно применяют шифры 131.1 («Хронический назофа-рингит») либо 135.8 («Другие хронические болезни миндалин и аденоидов»). В экспертном сообществе детских оториноларингологов нет единой точки зрения на хронометрические критерии верификации данного состояния. Логично предположить, что минимальный период перси-стенции симптомов при ХА должен соответствовать таковому при хроническом риносинусите (не менее 12 нед), но на текущий момент данная позиция не зафиксирована ни в одном согласительном документе.
Этиология и патогенез
В настоящее время ключевую роль в этиологии патологических состояний ГМ отводят респираторным вирусам. В достаточно большом количестве научных публикаций указывается на ключевую роль частых повторяющихся эпизодов ОРВИ и факта высокой частоты определения ряда ДНК-вирусов, в частности в группе
детей с патологией ГМ [2, 21-24]. Патогенез воздействия вирусов на ГМ отчасти тот же, что и в полости носа: вирус повреждает реснитчатый эпителий на поверхности ГМ, формируя участки «облысения», более уязвимые для последующего воздействия факторов адгезии вирусов и планктонных форм условно-патогенных бактерий. При единичных воздействиях данные изменения являются обратимыми. Постепенно полностью восстанавливается структура реснитчатого эпителия на поверхности ГМ. При частом воздействии вирусных агентов происходит нарушение регенеративных процессов СО с формированием переходного типа эпителия, увеличивается инфильтрация СО фагоцитами и лимфоцитами [25]. Увеличивая антигенную нагрузку на ГМ, респираторные вирусы, соответственно, способствуют физиологическим реакциям адаптивного иммунитета и через пролиферацию лимфоцитов в иммунном ответе приводят, в том числе, к увеличению размеров аденоидов [4]. Однако в настоящее время нет полного понимания всех механизмов влияния респираторных вирусов на организм человека и органы ЛГК в частности.
В каком-то количестве респираторные вирусы постоянно присутствуют на слизистой человека и составляют один из элементов естественной микробиоты. По данным ряда исследований, вирусы определяются в носоглотке более чем у 90% людей, не имеющих каких-либо симптомов заболевания [26-28]. Накопление информации о взаимосвязи уровня патогенности вирусов с микробиологическим окружением в контексте изучения вирусных коинфекций и вирус-вирусных ассоциаций усложняет понимание роли отдельных вирусных патогенов в этиологии и патогенезе аденоидита и гипертрофии аденоидов [29].
Учитывая современные знания о сложной структуре микробиоты носоглотки, крайне затруднительно судить о роли того или иного бактериального патогена в развитии аденоидита [2, 30, 31]. Однако принимая во внимание достаточно большое количество работ, демонстрирующих эффект от применения топических препаратов с антибактериальными свойствами, можно предположить, что в отдельно взятых случаях бактериальная природа аденоидита возможна [2, 17, 19, 20, 32]. Данные о роли грибковой микрофлоры в этиологии аденоидита единичны, и требуются дальнейшие исследования данного вопроса [25]. При этом, по данным В.Я. Кунельской и соавт. (2013 г.), в 33,3% случаев у детей причиной ХА является грибково-бактериальная ассоциация [33]. Отсутствуют какие-либо убедительные данные о роли атипичных бактерий в этиологии аденоидита у детей. Однако полностью исключать роль Chlamidophila pneumoniae и Mycoplasma pneumoniae в этиологии аденоидита у отдельно взятых пациентов тоже не стоит. В случае клинических проявлений, характерных для инфекций, вызванных атипичными патогенами, не исключено и появление клиники аде-ноидита [25].
Явления аденоидита могут быть и проявлением аллергического ринита у детей. Респираторные аллергены у сенсибилизированных пациентов дошкольного и младшего школьного возраста не только вызывают реакцию СО полости носа, но и приводят к развитию воспалительных изменений со стороны ГМ. По данным Н.Л. Кругов-ской (2007 г.), аллергические аденоидиты составляют до
21% в структуре ХА у детей [34]. Аллергический ринит и ХА имеют схожие клинические проявления, чем и обусловлена сложность дифференциальной диагностики данных состояний. По причине более четкой стандартизации диагностических критериев в практической деятельности чаще ставится диагноз «аллергический ринит» [12, 13, 35], хотя данный термин неоднозначен.
В современной научной литературе есть упоминания о рефлюкс-индуцированных аденоидитах у детей. В основе патогенеза рефлюкс-индуцированного аденоидита лежит агрессивное химическое воздействие соляной кислоты и пищеварительных ферментов рефлюктанта на СО поверхности ГМ, что приводит к нарушению мукозально-го иммунитета [25]. По нашим данным, вероятность выявления ХА в группе пациентов с клиническими проявлениями гастроэзофагеальной рефлюксной болезни (ГЭРБ) достаточно высока [36]. При этом в повседневной клинической практике существуют большие сложности с подтверждением или исключением роли гастроэзофаге-ального рефлюкса в этиологии хронической респираторной патологии. Лишь небольшое число пациентов детского возраста имеют выраженные клинические проявления рефлюкс-эзофагита, для которого характерны такие пато-гномоничные симптомы, как изжога и отрыжка кислым. Методы инструментальной диагностики ГЭРБ (эзофаго-гастродуоденоскопия с биопсией или в узкоспектральном режиме, суточный рН-мониторинг) не так просты с точки зрения организации проведения у детей дошкольного возраста в амбулаторно-поликлинической практике. Следовательно, консультация гастроэнтеролога для исключения рефлюкс-индуцированной патологии у детей, не имеющих патогномоничных симптомов ГЭРБ, целесообразна лишь при исключении более частых этиологических факторов аденоидита (инфекции и аллергии) в случае одномоментного наличия нескольких признаков внепищеводных проявлений гастроэзофагеального рефлюкса: хронического кашля, рецидивирующей осиплости, частых жалоб на боль/дискомфорт в горле, экс-судативного среднего отита [2, 36, 37]. В обозримой перспективе в рутинной практике стоит ожидать появления экспресс-тестов для выявления пепсина в секрете дыхательных путей или слюне, которые можно будет рассматривать в качестве скрининга у пациентов с подозрением на рефлюкс-индуцированную ЛОР-патологию [38].
Несмотря на кажущуюся очевидность роли генетического фактора в развитии патологии ГМ, в настоящее время есть лишь единичные данные, в которых продемонстрирована значимость полиморфизма отдельных нуклеотидов генов SCGB1D4 (IIS), Ugrp2 и DEFB1. Данные изменения не являются специфичными и определяют незначительные нарушения в функциях врожденной системы иммунитета, что определяет более высокий уровень восприимчивости организма ребенка к воздействию инфекционных факторов [2, 39-41].
О роли триггерных факторов при ХА известно немного. Есть данные о значимости воздействия табачного дыма на детей как фактора, ухудшающего состояние мукозального иммунитета полости носа и носоглотки, что в свою очередь повышает риски развития инфекци-онно-воспалительной патологии [42, 43]. Экстраполируя данные по влиянию техногенных факторов окружающей среды на респираторный тракт человека, можно предпо-
ложить их влияние на состояние ГМ, однако убедительных доказательств нет.
В зависимости от доминирования того или иного причинного фактора аденоидита российские оториноларингологи из ФГБОУ ВО РостГМУ (г. Ростов-на-Дону) предложили выделить 4 эндотипа ХА с соответствующими клиническими проявлениями.
1. ^17-эндотип с «бактериальным» фенотипом.
2. Thl-эндотип с «вирусным» фенотипом.
3. Тгев-эндотип, ассоциированный с гипертрофией аденоидов.
4. гШ2-эндотип с «аллергическим» фенотипом.
По мнению авторов, оптимизированный алгоритм диагностики ХА с использованием молекулярных маркеров для выявления эндотипов позволит разработать персонифицированный подход к лечению данных пациентов [44]. Однако, как и в отношении любой хронической респираторной патологии, нельзя исключить одномоментного наличия у конкретного пациента нескольких этиологических факторов, обусловливающих развитие ХА, что нередко осложняет выбор тактики лечения [2].
Профилактика аденоидита
Трудности в профилактическом лечении аденоидита во многом обусловлены наличием разногласий в профессиональном сообществе по номенклатуре состояний ГМ и отсутствием четких диагностических критериев. Отсутствие общепринятых критериев в понимании того, что есть норма, а что необходимо расценивать как заболевание, делает невозможным определение цели лечения. Вследствие непрерывного процесса становления иммунной системы у детей первых 5-6 лет жизни состояние ГМ не является константой. Как уже сказано ранее, та или иная степень выраженности реактивных изменений ГМ в ответ на антигенную стимуляцию СО верхних дыхательных путей по сути является перманентным процессом у ребенка дошкольного возраста. Особенности иммунной системы, определяющие выраженность и продолжительность воспалительных реакций, у каждого человека индивидуальны и зависят от целого ряда факторов. Клиническая оценка выраженности симптомов аденоидита является субъективным маркером, т.к. во многом связана с оценкой родителями пациента степени влияния симптома (кашля, заложенности носа) на сон и повседневную активность ребенка. Несоответствие между мнением детей и родителей в определении значимости влияния симптома, когда ребенок говорит о приемлемом самочувствии, а родители считают ситуацию ненормальной, нередко отмечается в работе уже с детьми младшего школьного возраста. Все это приводит к существенному разночтению как между врачами, так и между врачом и пациентом в оценке результатов и целесообразности лечения.
По нашему мнению, основными задачами профилактического лечения аденоидита являются:
1) увеличение промежутка времени, при котором ребенок не будет испытывать дискомфорт от симптомов аде-ноидита (кашля, заложенности носа), что для родителей пациента должно проявляться как отсутствие жалоб самого ребенка, проблем с его сном и повседневной деятельностью;
2) полное отсутствие или хотя бы снижение риска развития заболеваний, связанных с состоянием носоглотки
ребенка (острого среднего отита, экссудативного среднего отита, синдрома обструктивного апноэ во время сна).
С учетом современного понимания этиологии аденои-дита главной целью профилактического лечения является снижение заболеваемости ребенка ОРВИ. Прошедшая пандемия новой коронавирусной инфекции, вызванной вирусом SARS-CoV-2, продемонстрировала роль изоляционных мероприятий, направленных на снижение рисков контакта с источниками респираторной инфекции, что привело к существенному снижению числа эпизодов ОРВИ и их осложнений [45]. Врачи педиатрической практики ежегодно видят значительное снижение уровня заболеваемости ОРВИ и их осложнений в периоды летних каникул [46]. Однако в современных условиях длительная социальная изоляция ребенка практически невозможна и может нести иные издержки для здоровья [47]. В какой-то мере снизить риск заболевания ОРВИ помогают использование средств индивидуальной защиты и соблюдение гигиенических процедур при возвращении домой из общественных мест [45].
Одним из направлений гигиенических процедур, рекомендуемых для снижения антигенной нагрузки на слизистую полости носа, является регулярное использование средств ирригационно-элиминационной терапии (ИЭТ). В согласительных документах отмечается польза от регулярного использования изотонических растворов для орошения полости носа в период эпидемиологического подъема заболеваемости ОРВИ [48, 49]. Соответственно, проведение ИЭТ у детей с аденоидитом можно рассматривать не только как элемент лечения уже имеющихся воспалительных изменений, которое проводят с целью оптимизации туалета полости носа для повышения эффективности используемых после этого топических лекарственных средств, но и как средство профилактики, что прописано в действующих российских клинических рекомендациях [2]. В данном случае ИЭТ будет также несколько снижать риски повторных эпизодов ОРВИ и вероятность активации условно-патогенных бактерий, что нередко происходит в условиях мукостаза. Многие эксперты рассматривают ИЭТ и как способ снижения влияния экзогенных триггеров на СО верхних дыхательных путей [49].
Определенный профилактический эффект можно ожидать в случае использования препаратов карбоцистеи-на, которые рекомендуются курсами на 2-3 мес детям с клиническими проявлениями аденоидита, осложненным экссудативным средним отитом, с целью достижения противовоспалительного и мукорегулирующего действия [2]. Уже достаточно давно доказано положительное влияние приема карбоцистеина на состояние мукозаль-ного иммунитета, обусловленное увеличением продукции секреторных иммуноглобулинов A [50]. В последующих исследованиях доказано снижение адгезии основных респираторных бактериальных патогенов (Moraxella ca-tarrhalis, Haemophilusinfluenzae, Streptococcus pneumoniae) к СО дыхательных путей у пациентов, получающих лечение препаратами карбоцистеина [51-53]. Помимо уменьшения риска развития бактериальной инфекции пациенты в период применения карбоцистеина имеют дополнительные шансы не заразиться ОРВИ, что обусловлено подавлением функции молекул адгезии ICAM-1 некоторых РНК-вирусов (риновируса, вируса гриппа
типа А) [54, 55]. Однако описанные свойства карбоцистеи-на не делают его средством этиотропной антимикробной терапии. Практикующим врачам необходимо помнить о том, что карбоцистеин не обладает прямым противовирусным или антибактериальным действием и не является равноценной заменой антибиотикам или противовирусным препаратам.
Основным нововведением в актуализированных в 2024 г. клинических рекомендациях по проблеме патологии ГМ у детей стал перечень медикаментозных средств для плановой и экстренной профилактики аденоидита [2].
К средствам плановой профилактики аденоидита можно отнести рекомендации к сезонному применению иммуномодуляторов из группы бактериальных лизатов. Доказано, что повторные профилактические курсы бактериальных лизатов, проводимые в преддверии и в начале эпидемического периода подъема заболеваемости ОРВИ, позволяют уменьшить не только число бактериальных осложнений, но и вероятность возникновения ОРВИ [2, 56-58].
В качестве еще одной опции в плановой профилактике аденоидита может рассматриваться использование топических пробиотиков, адаптированных к использованию на слизистой верхних дыхательных путей. В основе существующих в России подобных препаратов находится Streptococcus salivarius штамм К12 - хорошо изученная бактерия-симбионт слизистой глотки, являющаяся естественным антагонистом для условно-патогенных грамположи-тельных бактерий данного микробиологического локуса (Streptococcus pneumoniae, Streptococcus pyogenes, Staphylococcus aureus). Помимо прямой конкуренции за питательные вещества и жизненное пространство на поверхности СО подавление активности условно-патогенных бактерий осуществляется за счет продукции S. salivarius бактерио-цинов, называемых также бактериоцино-подобными ин-гибиторными субстанциями (Bacteriocin-Like Inhibitory Substance - BLIS). Еще одним патогенетическим обоснованием использования пробиотиков в профилактике ОРВИ является модулирующий эффект на состояние врожденного и адаптивного иммунитета, который оказывается опосредованно мягким стимулирующим воздействием компонентов пробиотиков на лимфоидную ткань, ассоциированную с СО. Результаты нашего наблюдения, а также клинические исследования по данной группе препаратов показали, что пролонгированные курсы (не менее 1 мес, оптимально - 3-6 мес) топических пробиотиков, адаптированных к использованию на слизистой верхних дыхательных путей, являются эффективным и безопасным способом профилактики аденоидита у детей дошкольного возраста, позволяющим уменьшить нагрузку антимикробными препаратами, которые используются для купирования обострений заболевания [2, 59-61].
Помимо медикаментозного лечения важнейшими элементами плановой профилактики обострения ХА являются своевременное выявление и лечение в коллаборации с профильным специалистом таких коморбидных заболеваний, как аллергический ринит, ГЭРБ, первичные имму-нодефициты [2].
В основе экстренной профилактики аденоидита лежит использование препаратов, обладающих мягким адаптогенным действием на врожденный иммунитет, которые должны использоваться в максимально сжатые
сроки от появления первых симптомов ОРВИ с целью сокращения продолжительности и уменьшения выраженности симптомов последующего эпизода аденоиди-та. Выполняемость подобных рекомендаций на практике в большинстве случаев возможна лишь в случае использования подобных лекарственных средств на этапе доврачебной помощи (самолечения). Главными условиями для возможности подобного лечения в педиатрической практике являются должный уровень организованности родителей ребенка, их информирование о принципах и схемах назначения лекарственных средств и доступность врачебной помощи для динамического наблюдения за состоянием пациента. Препараты, которые используются на этапе самолечения, обязательно должны иметь низкий риск развития нежелательных лекарственных реакций и, в идеале, обладать плейотропным действием [20]. В российских клинических рекомендациях в качестве средств для экстренной профилактики аденоидита рекомендовано использовать топические препараты на основе фиксированной комбинации лизоцима и пиридоксина, а также средства современной фитотерапии [2].
Большинство фитопрепаратов, используемых в лечении воспалительной патологии верхних дыхательных путей, обладают выраженным секретолитическим и се-кретомоторным действием, что хорошо способствует лечению острого риносинусита у детей школьного возраста, но не очень подходит в случае доминирования клиники аденоидита у детей дошкольного возраста. Использование препаратов с выраженным секретолити-ческим и секретомоторным действием у детей младших возрастных групп с клиническими проявлениями адено-идита, по нашим наблюдениям, нередко приводит к резкому усилению постназального затека, увеличению интенсивности кашля, особенно в положении лежа, что значительно ухудшает самочувствие ребенка, часто подталкивая родителей пациента к отмене препарата без согласования с лечащим врачом [2, 17]. По этой причине в настоящее время единственным современным комплексным стандартизированным фитопрепаратом, подходящим для решения задач экстренной профилактики аденоидита у детей дошкольного и младшего школьного возраста, является комбинированный растительный экстракт BNO1030/BNO1035, известный в России под торговым названием Тонзилгон® Н (производитель - Бионори-ка СЕ, Германия).
Тонзилгон® Н представляет собой комплексный растительный лекарственный препарат, произведенный по запатентованной технологической концепции Фитони-ринг, в основе которого находятся биологически активные экстракты, полученные из лекарственных растений: корня алтея лекарственного (Althaeae radix), цветков ромашки аптечной (Matricariae flos), травы тысячелистника обыкновенного (Millefolii herba), коры дуба (Quercus cortex), листьев грецкого ореха (Juglandis folium), травы хвоща обыкновенного (Equiseti herba), травы одуванчика лекарственного (Taraxaci herba). Препарат уже более 20 лет присутствует на фармацевтическом рынке России в 2 лекарственных формах: капли для приема внутрь (для детей старше 1 года); таблетки, покрытые оболочкой (для детей старше 6 лет). Благодаря комплексному составу данный препарат обладает доказанным комплексным противовоспалительным, иммуномодулирующим и ан-
тисептическим действием. Его компоненты способны уменьшать отек слизистой дыхательных путей. Доказано, что капли Тонзилгон® Н для приема внутрь оказывают местное обволакивающее действие, что имеет важное значение в лечении воспалительной патологии ротоглотки. Ключевое значение в качестве средства профилактического лечения Тонзилгон® Н играет мягкое плейотроп-ное адаптогенное действие данного препарата как на систему врожденного, так и приобретенного иммунитета. Иммунотропное действие препарата реализуется через ускорение фагоцитоза, активацию клеток-киллеров, увеличение цитолитической активности, усиление выработки интерферона органами ЛГК и активацию синтеза секреторных иммуноглобулинов A, лизоцима и лак-тоферрина, что доказано как в экспериментальных, так и в клинических исследованиях [62-65]. Благодаря быстро развивающемуся противовоспалительному эффекту растительный экстракт BN01030/BN01035 сдерживает нарастание симптоматики аденоидита, позволяя в большинстве случаев поддерживать самочувствие ребенка на удовлетворительном уровне, что показано в нескольких российских рандомизированных клинических исследованиях [65, 66]. Благодаря строжайшим требованиям к качеству сырья и использованию современных технологий в производстве препарата Тонзилгон® Н, обеспечивающих выделение из отборных лекарственных трав только требуемых для реализации лечебных свойств биологически активных субстанций с отделением фракции балластных веществ, многолетний клинический опыт применения в различных странах мира продемонстрировал отличную переносимость препарата [67].
Наш клинический опыт работы с детьми по вопросам профилактики аденоидита указывает на хорошую переносимость и эффективность одномоментного использования Тонзилгон® Н с топическим препаратом на основе фиксированной комбинации лизоцима и пиридоксина. Обладая несколько разными, но однонаправленными механизмами действия, данные препараты должны синерги-чески реализовывать свои фармакологические свойства, обеспечивая более быстрый и выраженный клинический эффект. Однако преимущества подобной комбинированной терапии в лечении аденоидита еще предстоит доказать в рамках сравнительных рандомизированных исследований.
Выводы
Очевидно, что в настоящее время наши знания и практические возможности в лечении патологии органов ЛГК требуют дальнейших исследований и обоснований применения. Существующие разногласия в экспертном сообществе оториноларингологов в определении номенклатуры заболеваний ЛГК и отсутствие четких диагностических критериев крайне затрудняют формирование единых согласованных позиций в отношении ведения детей с заболеваниями ГМ.
Применяемые методы консервативного лечения большей частью ориентированы на купирование уже имеющихся симптомов аденоидита с учетом зарегистрированных показаний и могут рассматриваться лишь с позиции симптоматического лечения.
Препараты, которые используются на этапе самолечения, обязательно должны иметь низкий риск развития
нежелательных лекарственных реакций и желательно обладать плейотропным действием. Клинический опыт работы с детьми по вопросам профилактики аденоидита указывает на хорошую переносимость и высокую эффективность использования растительного лекарственного препарата Тонзилгон® Н.
Доказательная база существующих подходов в профилактике аденоидита фрагментирована по отдельным клиническим исследованиям оценки эффективности только какого-то одного лекарственного препарата и не учитывает возможности и перспективы лекарственного взаимодействия в схемах комбинированной терапии.
При всем понимании физиологической роли органов ЛГК у детей и важности органосохраняющей тактики лечения аденотомия как была, так и остается одним из наиболее частых оперативных вмешательств в практике детского врача-оториноларинголога.
С учетом сложной этиологической структуры воспалительной патологии ГМ все предлагаемые алгоритмы диагностики и лечения пациентов с ХА должны учитывать необходимость междисциплинарного взаимодействия и носить персонифицированный характер.
Раскрытие интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с публикацией настоящей статьи.
Disclosure of interest. The authors declare that they have no competing interests.
Вклад авторов. Авторы декларируют соответствие своего авторства международным критериям ICMJE. Все авторы в равной степени участвовали в подготовке публикации: разработка концепции статьи, получение и анализ фактических данных, написание и редактирование текста статьи, проверка и утверждение текста статьи.
Authors' contribution. The authors declare the compliance of their authorship according to the international ICMJE criteria. All authors made a substantial contribution to the conception of the work, acquisition, analysis, interpretation of data for the work, drafting and revising the work, final approval of the version to be published and agree to be accountable for all aspects of the work.
Источник финансирования. Авторы декларируют отсутствие внешнего финансирования для проведения исследования и публикации статьи.
Funding source. The authors declare that there is no external funding for the exploration and analysis work.
Литература/References
1. Синёва Е.Л., Панкова В.Б., Саранча Е.О. Распространенность и структура заболеваний ЛОР-органов у детей промышленных регионов. Вестник оториноларингологии. 2015;80(2):48-52 [Sineva EL, Pankova VB, Sarancha EO. The prevalence and structure of ENT diseases in the children residing in the industrial regions. Russian Bulletin of Otorhinolaryngology. 2015;80(2):48-52 (in Russian)]. D0l:10.17116/otorino201580248-52
2. Гипертрофия аденоидов. Гипертрофия небных миндалин. Клинические рекомендации. 2024. Режим доступа: https://cr.minzdrav.gov.ru/recomend/662_2. Ссылка активна на 10.10.2024 [Gipertrofiia adenoidov. Gipertrofiia nebnykh mindalin. Klinicheskie rekomendatsii. 2024. Available at: https://cr.minzdrav. gov.ru/recomend/662_2. Accessed: 10.10.2024 (in Russian)].
3. Brandtzaeg P. Immunology of tonsils and adenoids: everything the ENT surgeon needs to know. IntJPediatrOtorhinolaryngol. 2003;67(Suppl. 1):S69-76. D0I:10.1016/j.ijporl.2003.08.018
4. Быкова В.П. Новые аргументы в поддержку органосохраняющего направления при лечении аденоидов у детей. Детская оториноларингология. 2013;2:18-22 [Bykova VP. New arguments in support of organpreserving directions in the treatment of adenoids in children. Detskaia otorinolaringologiia. 2013;2:18-22 (in Russian)].
5. Talks BJ, Mather MW, Chahal M, et al. Mapping Human Immunity and the Education of Waldeyer's Ring. Annu Rev Genomics Hum Genet. 2024;25(1):161-82. D0l:10.1146/annurev-genom-120522-012938
6. Kearns DB, Pransky SM, Seid AB. Current concepts in pediatric adenotonsillar disease. Ear Nose Throat J. 1991;70(1):15-9.
7. Антонив В.Ф. Новый взгляд на гипертрофию глоточной миндалины: аденоиды или аденоидная болезнь? Вестник оториноларингологии. 2004;4:23-4 [Antoniv VF. Novyi vzgliad na gipertrofiiu glotochnoi mindaliny: adenoidy ili adenoidnaia bolezn'? Vestnikotorinolaringologii. 2004;4:23-4 (in Russian)].
8. Fujioka M, Young LW, Girdany BR. Radiographic evaluation of adenoidal size in children: adenoidal-nasopharyngeal ratio. AJR Am J Roentgenol. 1979;133(3):401-4. DOI :10.2214/ajr.133.3.401
9. Duan H, Xia L, He W, et al. Accuracy of lateral cephalogram for diagnosis of adenoid hypertrophy and posterior upper airway obstruction: A meta-analysis. Int J Pediatr Otorhinolaryngol. 2019;119:1-9. D0I:10.1016/j.ijporl.2019.01.011
10. Hamilos DL. Pediatric chronic rhinosinusitis. Am J Rhinol Allergy. 2015;29(6):414-20. D0I:10.2500/ajra.2015.29.4238
11. Fokkens WJ, Lund VJ, Mullol J, et al. EPOS 2012: European position paper on rhinosinusitis and nasal polyps 2012. A summary for otorhinolaryngologists. Rhinology. 2012;50(1):1-2. D0I:10.4193/Rhino12.000
12. Fokkens WJ, Lund VJ, Hopkins C, et al. European Position Paper on Rhinosinusitis and Nasal Polyps 2020. Rhinology. 2020;58(Suppl. S29):1-464. D0I:10.4193/Rhin20.600
13. Ramadan HH. Pediatric chronic rhinosinusitis. Eur Arch Otorhinolaryngol. 2024;281(3):1131-7. D0I:10.1007/s00405-023-08307-z
14. Wang H. Chronic adenoiditis. J Int Med Res. 2020;48(11):300060520971458. D0I:10.1177/0300060520971458
15. Brambilla I, Pusateri A, Pagella F, et al. Adenoids in children: Advances in immunology, diagnosis, and surgery. Clin Anat. 2014;27(3):346-52. D0I:10.1002/ca.22373
16. McArdle E, Shetty S, Coutinho D, et al. Correlation of patient reported outcome measures with endoscopic findings in pediatric chronic adenoiditis and chronic rhinosinusitis. Int J Pediatr Otorhinolaryngol. 2024; 179:111936. D01:10.1016/j.ij porl.2024.111936
17. Карпова Е.П., Тулупов Д.А., Божатова М.П., Вагина Е.Е. Острый и обострение хронического аденоидита у детей. Педиатрия. Consilium Medicum. 2008;2:20-4 [Karpova EP, Tulupov DA, Bozhatova MP, Vagina EE. 0stryi i obostrenie khronicheskogo adenoidita u detei. Pediatrics. Consilium Medicum. 2008;2:20-4 (in Russian)].
18. Dai G, Li C, Xu D. Clinical diagnosis and treatment of 65 cases of acute adenoiditis. Lin Chuang Er Bi Yan Hou Tou Jing Wai Ke Za Zhi. 2012;26(6):280-1 (in Chinese).
19. Радциг Е.Ю., Злобина Н.В. Топические антибиотики в лечении острого аденоидита у детей. Педиатрия. Журнал им. Ш. Сперанского. 2015;94(5):96-100 [Radtsig EY, Zlobina NV. Topical antibiotics in acute adenoiditis treatment in children. Pediatrics. Journal named after G.N. Speransky. 2015;94(5):96-100 (in Russian)].
20. Кириченко И.М. Топическая терапия препаратами серебра в лечении острых аденоидитов и синуситов у детей. Медицинский совет. 2020;(1):101-5 [Kirichenko IM. Topical therapy drugs containing silver in acute adenoiditis sinusitis in children. Meditsinskiy sovet = Medical Council. 2020;(1):101-5 (in Russian)]. D0I:10.21518/2079-701X-2020-1-101-105
21. Proenca-Modena JL, Pereira Valera FC, Jacob MG, et al. High rates of detection of respiratory viruses in tonsillar tissues from children with chronic adenotonsillar disease. PLoS One. 2012;7(8):e42136. D0I:10.1371/journal.pone.0042136
22. Günel C, Kirdar S, Ömürlü iK, Agda§ F. Detection of the Epstein-Barr virus, Human Bocavirus and novel KI and KU polyomaviruses in adenotonsillar tissues. Int J Pediatr Otorhinolaryngol. 2015;79(3):423-7. D0I:10.1016/j.ijporl.2015.01.007
23. Ivaska LE, Silvoniemi A, Mikola E, et al. Herpesvirus infections in adenoids in patients with chronic adenotonsillar disease. J Med Virol. 2022;94(9):4470-47. D0l:10.1002/jmv.27818
24. Маннанова Э.Ф., Халиуллина С.В., Покровская Е.М., Павлова Т.Ю. Эпштейна-Барра вирус - ведущая причина гипертрофии глоточной миндалины у детей. Практическая медицина. 2023;21 (6):48-53 [Mannanova EF, Khaliullina SV, Pokrovskaya EM, Pavlova TYu. Epstein-Barr virus as the leading cause of pharyngeal tonsil hypertrophy in children. Practical Medicine. 2023;21(6):48-53 (in Russian)].
25. Карпова Е.П., Тулупов Д.А. О роли различных этиологических факторов в развитии хронической патологии носоглотки у детей. Лечащий врач. 2013; 1:26 [Karpova EP, Tulupov D.A. 0 roli razlichnykh etiologicheskikh faktorov v razvitii khronicheskoi patologii nosoglotki u detei. Lechashchii Vrach. 2013;1:26 (in Russian)].
26. Herberhold S, Eis-Hubinger AM, Panning M. Frequent detection of respiratory viruses by real-time PCR in adenoid samples from asymptomatic children. J Clin Microbiol. 2009;47(8):2682-3. D0I:10.1128/JCM.00899-09
27. Sato M, Li H, Ikizler MR, et al. Detection of viruses in human adenoid tissues by use of multiplex PCR. J Clin Microbiol. 2009;47(3):771-3. D0I:10.1128/JCM.02331-08
28. Faden H, Callanan V, Pizzuto M, et al. The ubiquity of asymptomatic respiratory viral infections in the tonsils and adenoids of children and their impact on airway obstruction. Int J Pediatr Otorhinolaryngol. 2016;90:128-32. DOI:10.1016/j ijporl.2016.09.006
29. Wishaupt JO, van der Ploeg T, de Groot R, et al. Single- and multiple viral respiratory infections in children: disease and management cannot be related to a specific pathogen. BMC Infect Dis. 2017;17(1):62. D0I:10.1186/s12879-016-2118-6
30. Андриянова И.В. Микроэкологическая характеристика микробио-ты носоглотки здоровых детей в различных возрастных группах. Мать и дитя в Кузбассе. 2023;93(2):10-6 [Andrianova IV. The study of the microbiota of the nasopharynx of healthy children in different age groups by gas chromatography. Mother and Baby in Kuzbass. 2023;93(2):10-6 (in Russian)]. D0I:10.24412/2686-7338-2023-2-10-16
31. Sokolovs-Karijs 0, BrJvJba M, Saksis R, et al. Identifying the Microbiome of the Adenoid Surface of Children Suffering from 0titis Media with Effusion and Children without Middle Ear Effusion Using 16S rRNA Genetic Sequencing. Microorganisms. 2023;11(8). D0I:10.3390/microorganisms11081955
32. Тулупов Д.А., Карпова Е.П. О роли бактериальной микрофлоры в этиологии хронического аденоидита у детей. Вопросы современной педиатрии. 2014;13(1):172-5 [Tulupov DA, Karpova EP. 0n the role of bacterial microflora in etiology of chronic adenoiditis in children. Current Pediatrics. 2014;13(1):172-5 (in Russian)]. D0I:10.15690/vsp.v13i1.930
33. Кунельская В.Я., Мачулин А.И. Особенности патогенеза и терапии грибковых аденоидитов в детском возрасте. Успехи медицинской микологии. 2013;11:236-8 [Kunel'skaia VIa, Machulin AI. 0sobennosti patogeneza i terapii gribkovykh adenoiditov v detskom vozraste. Uspekhi meditsinskoi mikologii. 2013;11:236-8 (in Russian)].
34. Круговская Н.Л. Аллергические аденоидиты у детей. Вестник оториноларингологии. 2007;5:212 [Krugovskaia NL. Allergicheskie adenoidity u detei. Vestnik otorinolaringologii. 2007;5:212 (in Russian)].
35. Вавилова В.П., Вавилов А.М., Царькова С.А., и др. Особенности течения хронического аденоидита, сочетающегося с аллергическим ринитом, у детей Кузбасса. Уральский медицинский журнал. 2019;6(174):94-9 [Vavilova VP, Vavilov AM, Tsarkova SA, et al. Peculiarities of chronic adenoititis complicated by allergic rhinitis in children of Kuzbass. Ural Medical Journal. 2019;6(174):94-9 (in Russian)].
36. Карпова Е.П., Тулупов Д.А. О роли гастроэзофагеального рефлюкса в развитии хронической патологии носоглотки у детей. Детская оториноларингология. 2012;2:45-7 [Karpova EP, Tulupov DA. 0 roli gastroezofageal'nogo refliuksa v razvitii khronicheskoi patologii nosoglotki u detei. Detskaia otorinolaringologiia. 2012;2:45-7 (in Russian)].
37. Lin F, Zhao J, Lu YX, et al. Analysis of clinical characteristics of children with adenoid hypertrophy and pharyngolaryngeal reflux. Zhonghua Er Bi Yan Hou Tou Jing Wai Ke Za Zhi. 2024;59(2):140-4 (in Chinese). D0I:10.3760/cma.j.cn115330-20231221-00318
38. Guo Z, Jiang J, Wu H, et al. Salivary peptest for laryngopharyngeal reflux and gastroesophageal reflux disease: A systemic review and meta-analysis. Medicine (Baltimore). 2021;100(32):e26756. D0l:10.1097/MD.0000000000026756
39. Qu XP, Huang ZX, Sun Y, et al. Expression of Innate Immunity Genes in Epithelial Cells of Hypertrophic Adenoids with and without Pediatric Chronic Rhinosinusitis: A Preliminary Report. Chin Med J (Engl). 2015;128(21):2913-8. D0I:10.4103/0366-6999.168056
40. Gankovskaya LV, Bykova VP, Namasova-Baranova LS, et al. Innate immunity gene expression by epithelial cells of upper respiratory tract in children with adenoid hypertrophy. Auris Nasus Larynx. 2018;45(4):753-5. D0I:10.1016/j.anl.2017.11.011
41. Atilla MH, Özda§ S, Özda§ T, et al. Association of Ugrp2 gene polymorphisms with adenoid hypertrophy in the pediatric population. Braz J Otorhinolaryngol. 2018;84(5):599-607. D0I:10.1016/j.bjorl.2017.07.004
42. Marseglia GL, Avanzini MA, Caimmi S, et al. Passive exposure to smoke results in defective interferon-gamma production by adenoids in children with recurrent respiratory infections. J Interferon Cytokine Res. 2009;29(8):427-32. D0I:10. 108 9/j ir.2008.0108
43. Tagliacarne SC, Valsecchi C, Castellazzi AM, et al. Impact of passive smoke and/or atopy on adenoid immunoglobulin production in children. Immunol Lett. 2015;165(2):70-7. D0I:10.1016/j.imlet.2015.04.002
44. Стагниева И.В., Затуливетрова Д.О., Стагниев С.Д. Эндотипы и фенотипы хронического аденоидита. Оториноларингология Восточная Европа. 2024;14(2):236-44 [Stagnieva IV, Zatulivetrova D0, Stagniev SD. Endotypes and Phenotypes of Chronic Adenoiditis. Otorhinolaryngology Eastern Europe. 2024;14(2):236-44 (in Russian)]. D0I:10.34883/PI.2024.14.2.036
45. Jefferson T, Dooley L, Ferroni E, et al. Physical interventions to interrupt or reduce the spread of respiratory viruses. Cochrane Database Syst Rev. 2023;1(1):CD006207. D0I:10.1002/14651858.CD006207.pub6
46. Yu H, Gu D, Yu F, Li Q. Social distancing cut down the prevalence of acute otitis media in children. Front Public Health. 2023;11:1079263. D01:10.3389/fpubh.2023.1079263
47. Nearchou F, Flinn C. The Impact of C0VID-19 on Children and Adolescents with Chronic Illness. Adv Exp Med Biol. 2024;1457:385-99. D0I:10.1007/978-3-031-61939-7_22
48. Cabaillot A, Vorilhon P, Roca M, et al. Saline nasal irrigation for acute upper respiratory tract infections in infants and children: A systematic review and meta-analysis. Paediatr Respir Rev. 2020;36:151-5. D0I:10.1016/j.prrv.2019.11.003
49. Лопатин А.С., Шиленкова В.В., Карпова Е.П., и др. Ирригационная терапия в ринологии и ринохирургии. Практические рекомендации для врачей. Фармакология и фармакотерия. 2024;1:70-85 [Lopatin AS, Shilenkova VV, Karpova EP, et al. Irrigatsionnaia terapiia v rinologii i rinokhirurgii. Prakticheskie rekomendatsii dlia vrachei. Farmakologiia i Farmakoteriia. 2024;1:70-85 (in Russian)]. D0I:10.46393/27132129_2022_S_54
50. Henocq A, Moreau C, Mallet E, et al. Changes in IgA levels in nasal mucus after upper respiratory tract diseases in infants treated with carbocysteine. Ann Otolaryngol Chir Cervicofac. 1985;102(5):373-5 (in French).
51. Zheng CH, Ahmed K, Rikitomi N, et al. The effects of S-carboxymethylcysteine and N-acetylcysteine on the adherence of Moraxella catarrhalis to human pharyngeal epithelial cells. Microbiol Immunol. 1999;43(2):107-3. D0I:10.1111/j.1348-0421.1999.tb02381.x
52. Ndour CT, Ahmed K, Nakagawa T, et al. Modulating effects of mucoregulating drugs on the attachment of Haemophilus influenzae. Microb Pathog. 2001 ;30(3):121-7. D0I:10.1006/mpat.2000.0417
53. Cakan G, Turkoz M, Turan T, et al. S-carboxymethylcysteine inhibits the attachment of Streptococcus pneumoniae to human pharyngeal epithelial cells. Microb Pathog. 2003;34(6):261-5. D0I:10.1016/s0882-4010(03)00048-2
54. Yasuda H, Yamaya M, Sasaki T, et al. Carbocisteine inhibits rhinovirus infection in human tracheal epithelial cells. Eur Respir J. 2006;28(1):51-8. D0I:10.1183/09031936.06.00058505
55. Yamaya M, Nishimura H, Shinya K, et al. Inhibitory effects of carbocisteine on type A seasonal influenza virus infection in human airway epithelial cells. Am J Physiol Lung Cell Mol Physiol. 2010;299(2):L160-8. D0I:10.1152/ajplung.00376.2009
56. Гаращенко Т.И. Бактериальные лизаты для местного применения в лечении и профилактике хронических аденоидитов у детей. Вопросы
современной педиатрии. 2007;6(1):92-6 [Garashchenko T. Bacterial lysates for local administration in prevention and treatment of chronic adenoiditis among children. Current Pediatrics. 2007;6(1):92-6 (in Russian)].
57. Schaad UB. 0M-85 BV, an immunostimulant in pediatric recurrent respiratory tract infections: a systematic review. World J Pediatr. 2010;6(1):5-12. D0I:10.1007/s12519-010-0001-x
58. Zhang W, Huang J, Liu H, et al. Whether Immunostimulants Are Effective in Susceptible Children Suffering From Recurrent Respiratory Tract Infections: A Modeling Analysis Based on Literature Aggregate Data. J Clin Pharmacol. 2022;62(2):245-53. D0I:10.1002/jcph.1969
59. Карпычева И.Е., Тулупов Д.А., Карпова Е.П. Возможности оральных пробио-тиков в профилактике хронического аденоидита у детей. Медицинский совет. 2015;6:94-100 [Karpycheva IE, Tulupov DA, Karpova EP. Vozmozhnosti oral'nykh probiotikov v profilaktike khronicheskogo adenoidita u detei. Meditsinskii sovet. 2015;6:94-100 (in Russian)]. D0I:10.21518/2079-701X-2015-6-94-100
60. La Mantia I, Varricchio A, Di Girolamo S, et al. The role of bacteriotherapy in the prevention of adenoidectomy. Eur Rev Med Pharmacol Sci. 2019;23(1 Suppl):44-7. D0I:10.26355/eurrev_201903_17348
61. Passali D, Passali GC, Vesperini E, et al. The efficacy and tolerability of Streptococcus salivarius 24SMB and Streptococcus oralis 89a administered as nasal spray in the treatment of recurrent upper respiratory tract infections in children. Eur Rev Med Pharmacol Sci. 2019;23(Suppl. 1):67-72. D0I:10.26355/eurrev_201903_17352
62. Смирнова Г.И. Опыт применения Синупрета и Тонзилгона Н для профилактики и лечения острых респираторных заболеваний у часто болеющих детей. Детский доктор. 2001;4:25-9 [Smirnova GI. Experience of use of Sinupret and Tonsilgon N in prophylaxis and treatment of frequent acute respiratory diseases in children. Detskiidoctor. 2001;4:25-9 (in Russian)].
63. Hostanska K, Melzer J, Amon A, Saller R. Suppression of interleukin (IL)-8 and human beta defensin-2 secretion in LPS-and/or IL-1 ß-stimulated airway epithelial A549 cells by a herbal formulation against respiratory infections (BN0 1030). JEthnopharmacol. 2011;134(2):228-33. D0I:10.1016/j.jep.2010.12.006
64. Дрынов Г.И., Иванюшина О.К., Дюякова Ф.Н. Препарат Тонзилгон® Н в лечении хронического тонзиллита у детей. Эффективная фармакотерапия. 2014;59:4-6 [Drynov GI, Ivanyushina 0K, Dyakova FN. Tonsilgon® N in Therapy of Chronic Tonsillitis in Children. Effective Pharmacotherapy. 2014;59:4-6 (in Russian)].
65. Вавилова В.П., Вавилов А.М., Черкаева А.Х., Нечаева И.А. Эффективность экстракта из корня алтея, цветков ромашки, травы хвоща, листьев грецкого ореха, травы тысячелистника, коры дуба и травы одуванчика у детей дошкольного возраста с патологией глоточной и/или небных миндалин и частыми рецидивирующими респираторными инфекциями. Педиатрия. Consilium Medicum. 2022;2:160-5 [Vavilova VP, Vavilov AM, Cherkaeva AKh, Nechaeva IA. Efficacy of the extract of marshmallow root, chamomile flowers, horsetail herb, walnut leaves, yarrow herb, oak bark, and dandelion herb in preschool children with pharyngeal and/or palatine tonsil disorders and frequent recurrent respiratory infections. Pediatrics. Consilium Medicum. 2022;2:160-5 (in Russian)]. D0I:10.26442/26586630.2022.2.201719
66. Климова И.И., Баженов Д.В. Эффективность препарата ^нзилгон Н в лечении детей с хроническим аденоидитом. Вестник оториноларингологии. 2014;(2):75-8 [Klimova II, Bazhenov DV. The effectiveness of a herbal preparation Tonsilgon N for the treatment of the children presenting with chronic adenoiditis. Russian Bulletin of Otorhinolaryngology. 2014;(2):75-8 (in Russian)].
67. Büttner R, Schwermer M, 0stermann T, et al. Complementary and alternative medicine in the (symptomatic) treatment of acute tonsillitis in children: A systematic review. Complement Ther Med. 2023;73:102940. D0I:10.1016/j.ctim.2023.102940
Статья поступила в редакцию / The article received: 15.11.2024 Статья принята к печати / The article approved for publication: 07.12.2024
omnidoctor.ru