изведения, рассказывающий или надиктовывающий, и литературный работник, записывающий и перерабатывающий. При этом последний за вознаграждение отказывается от указания своего имени в качестве автора произведения (публикуется анонимно), поскольку российским законодательством автором произведения признается гражданин, творческим трудом которого создан результат [с. 108].
Правовая природа понятия «плагиат» включает следующие элементы:
1) «присвоение» результатов чужой мыслительной деятельности - экономическую сущность плагиата;
2) изложение мыслей в объективной форме, созданной другим автором; отсутствие указания имени автора.
Такие признаки, как «присвоение авторства»; «обнародование»; «незаконное использование»; «противоправное»; «умышленное», по мнению автора, не должны присутствовать в определении понятия «плагиат», так как каждый из них характеризует особенность определенной формы плагиата либо вообще не отражает сущности явления.
Суммируя данные признаки, автор предлагает следующее определение понятия «плагиат» - «это изложение лицом мыслей в объективной форме, созданной другим автором (авторами), без указания имени автора (соавтора)» [с. 128]. Такое определение плагиата, по его мнению, отражает все его возможные формы.
Н.В. Крысанова
2018.01.026. ПАРКЕР М.У. СТАРАЯ ДОБРАЯ НАКОЛКА: ТАТУИРОВКИ. ПУБЛИЧНОСТЬ И АВТОРСКОЕ ПРАВО PARKER M.W. That old familiar sting: Тайоо8, publicity and copyright // John Marshall review of intellectual property law. - L., 2016. -Vol. 15, N 4. - P. 762-779. - Mode of access: http://repository.jmls. edu/cgi/viewcontent.cgi?article=1396&context=ripl
Ключевые слова: татуировки; боди-арт; авторское право США; право на публичность; архитектурные произведения.
Обращаясь к вопросу о специфике авторско-правовой охраны татуировок, Мэтью Паркер останавливает внимание на конфликтах авторского права и права на публичность (publicity) носителя та-
туировки. Столкновение этих прав уже неоднократно приводило к предъявлению исков, однако каждый раз в результате оппоненты урегулировали конфликт частным образом, судебные решения по искам не выносились, и действующих прецедентов в этой области нет.
В соответствии с Законом о продлении охраны авторского права (The Copyright term extension act - CTEA), он же «Закон о защите Микки Мауса», авторское право стало действовать 50 лет после смерти автора (а впоследствии и 70) и 120 лет в случае «корпоративного авторства». Таким образом, если, например, татуировщик наносит татуировку на тело 18-летнего подростка и после этого умирает, его авторское право вполне может пережить носителя татуировки.
Автор кратко излагает сведения об истории и значении татуировки у разных народов и о том, как на протяжении времени изменялось отношение к ней в западном обществе; приводит данные за 2010 год, согласно которым татуировки есть у каждого пятого взрослого британца, а в возрастной категории от 16 до 44 лет -у 29%; в 2012 г. - 21% американцев имеет татуировки [с. 765]. Та-ту-индустрия в США приносит 2,3 млрд долл. ежегодно [с. 770771]. Татуировки распространены в самых разных слоях общества, в том числе и у знаменитостей, и именно по поводу татуировок знаменитостей возникают конфликты авторского права и права на публичность.
Итак, авторское право признается за художником, рисунок которого воспроизводится в виде татуировки. Вместе с тем у носителя татуировки есть право на распоряжение своим телом и право на публичность. В отличие от авторского права право на публичность в США развивалось на уровне штатов. Его суть заключается в защите права человека определять, как используется его образ, получать доходы от его разрешенного использования и препятствовать неразрешенному. Наибольшее развитие институт получил в Нью-Йорке и в Калифорнии, в которой § 3344(a) Гражданского кодекса устанавливает, что любой, кто каким-нибудь образом заведомо использует чужие имя, голос, подпись, фотографию, облик, отвечает за ущерб, причиненный в результате такого использования. Безусловно, в составе этого права есть и позитивное правомочие использования собственного облика любыми правомерными способами.
В случаях с боди-артом интересно, что авторское право на изображение на теле человека может принадлежать иному лицу, и тогда оно тоже получает определенные правомочия в отношении облика человека. Теоретически правообладатели могут требовать удаления объекта своего авторского права если не с тела, то с изображения носителя или настаивать на вознаграждении за использование. Соглашаясь на нанесение авторской татуировки на свое тело, знаменитость отказывается от части своего права на публичность, передавая ее другому лицу [с. 767]. Однако до какой степени такая передача возможна?
Художнику принадлежит авторское право в отношении как эскиза изображения, так и самого изображения, нанесенного на тело человека. В составе авторского права имеются правомочия репродуцирования, создания производных произведений и даже теоретические изменения и уничтожения. И этому праву противопоставляется право на публичность носителя, который может пожелать появиться со своей татуировкой на телевидении, в качестве персонажа мультфильма, видеоигры, в рекламе. С подобными проблемами столкнутся и другие области боди-арта, которые могут получить распространение в будущем (скарификация, имплантирование под кожу светодиодов) [с. 770-771].
Следовательно, разрешение конфликта авторского права и права на публичность применительно к татуировкам и боди-арту в целом имеет значение и для спортивной индустрии, и для индустрии компьютерных игр. Тут требуется решение, основанное не только на традиционном понимании интеллектуальной собственности, но и на началах справедливости.
Чтобы найти принципы для разрешения таких конфликтов, автор предлагает довольно неожиданную аналогию - с Законом об охране авторских прав на произведения архитектуры 1990 г. (Architectural works copyright protection act - AWCPA). Этим законом авторско-правовая охрана была распространена на определенные произведения архитектуры, включая здания, которые ранее в США авторским правом не охранялись по причине своей утилитарности. И только присоединение США к Бернской конвенции изменило ситуацию. AWCPA предусмотрел разделение прав между архитектором, автором проекта и собственником здания (права на изменение и снос). Таким образом, хотя авторские права на здание
и получили признание, они значительно ограничены за счет предоставления собственнику здания правомочий изменения и сноса без согласия правообладателя, а также за счет серьезных ограничений возможностей правообладателя запрещать воспроизведение (например, фото- и видеосъемку) и создание производных произведений. У правообладателя отсутствует право запрещать изготовление, распространение и публичную демонстрацию изображений здания, если оно находится в публичном месте или может быть видно оттуда без специальных приспособлений (§ 120(а)). Причем это ограничение распространяется и на случаи коммерческого использования изображения.
По предложенной М. Паркером схеме разграничения за автором сохраняются права самостоятельно использовать свой рисунок, но он не может запрещать носителю татуировки появляться где бы то ни было и демонстрировать свою татуировку, а также не вправе претендовать на какую-либо денежную компенсацию или долю от прибыли, получаемой от коммерческой деятельности, в ходе которой демонстрируется татуировка. Не вправе он и воспрепятствовать изменению или удалению татуировки, равно как требовать ее изменения или удаления. И эти правила не могут быть изменены никаким лицензионным договором. Единственное, что можно требовать от носителя татуировки, - это не лгать о том, кто является ее автором.
Носитель татуировки имеет все права в отношении демонстрации, изображения и использования, в том числе коммерческого, татуировки на своем теле (с учетом ограничений, предусмотренных нормами о пристойности), вправе заключать договоры об использовании своего изображения, в том числе и с татуировкой. Носитель татуировки не вправе: разрешать использовать татуировку в отрыве от своего тела; запрещать автору использовать рисунок, по которому была сделана татуировка, претендовать на какие-либо выплаты в связи с таким использованием; запрещать другим лицам делать такие же татуировки, требовать их удаления или выплат в свою пользу [с. 775-776].
Есть и другие варианты разрешения конфликта: вообще не признавать авторские права на татуировку, ввести нормы об их автоматической передаче носителю или об их признании за художником и носителем вместе. Все они неудовлетворительны: первый
вариант предположительно нарушает международные обязательства США, вытекающие из Бернской конвенции, и лишает художников, занятых в сфере боди-арта, стимулов к самостоятельному творчеству; второй вариант не соответствует началам справедливости; третий не дает ответа на вопрос, как быть при разногласиях между автором и носителем татуировки по условиям ее использования, а также не учитывает различий между носителем и художникам.
Е.А. Афанасьева