МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ ПРАВО
2000.02.065. ДРОБНИГ Ю. ЧАСТНОЕ ПРАВО В ЕВРОПЕЙСКОМ СОЮЗЕ.
Drobnig U. Private law in the European Union. - The Hague: Kluver law intern., 1996. — 28 p.
Для того чтобы определить нынешний статус европейского частного права и предсказать, какую роль оно может сыграть в будущем, автор использует концепцию частного права в широком смысле слова, т. е. в содержание частного права он включает также и коммерческое право. Автор выделяет такие отрасли частного права, как индивидуальное трудовое право, гражданский процесс и международное частное право. Но, например, банковское и страховое регулирование, а также право социального обеспечения выходят за рамки данного исследования.
В книге коротко описывается развитие и сущность девяти институтов частного права: торгового права и права компаний, права интеллектуальной собственности, частной собственности, защиты прав потребителя и трудового права, деликтного права, гражданского процесса, а также международного частного права и процесса.
Право компаний заслуживает особого внимания, так как оно является той сферой частного права, которая наиболее сильно подвержена влиянию европейского права как на национальном уровне, так и на уровне Европейского сообщества. Совет Европы принял девять директив, которые регулируют порядок деятельности компаний, еще пять директив находятся на стадии разработки. Содружество рассматривает вопрос создания организаций европейского типа. Иначе говоря, предпринимаются попытки ввести на европейском уровне единые правила, регулирующие деятельность компаний. Основная идея заключается в том, чтобы для деятельности, реализующейся на территории нескольких государств, создать всемирную и денационализированную форму организации.
Все три Европейских Сообщества (Европейское Сообщество Угля и Стали, Европейское Атомное Сообщество и Европейское Экономическое Сообщество) преследуют экономические цели. Основной целью деятельности ЕЭС является отмена непосредственного государственного контроля за экономикой. Европейский Договор не предусматривает никаких действий, совершающихся с целью унифицировать или согласовать коммерческое право (за исключением права компаний). Комиссия очень редко использует одно из основных полномочий по согласованию, содержащееся в ст. 100, 100а, 101 и 235 Европейского Договора. Существует единственное исключение, заслуживающее внимания: Директива о коммерческих агентах 1986 г., которая преследует защитные цели. Агент защищается посредством регулирования порядка выдвижения им исковых требований.
В целом, вопреки ожиданиям, законодательная активность в сфере коммерческого права весьма скромна.
Институт интеллектуальной собственности долгое время игнорировался европейским законодателем. Тем не менее прецедентное право Европейского Суда демонстрирует необходимость единого регулирования с целью преодолеть возможные злоупотребления существующими территориальными ограничениями соответствующих прав.
Некоторые положения института права частной собственности урегулированы Директивой 1993 г. о возврате культурных ценностей, незаконно вывезенных из другого государства. Государство, с территории которого объект был незаконно вывезен, может требовать его возвращения в течение разумного срока с момента вывоза. Добросовестность приобретателя вещи не является защитой от возможности ее возврата, но предполагает выплату ему денежной компенсации.
Европейский договор в Маастрихтской редакции значительно повысил роль института защиты прав потребителя. Сейчас одной из целей Сообщества является “содействовать усилению защиты прав потребителей” (ст.З/s). Маастрихтский Договор устанавливает са-
мостоятельность этого института; он не является ни частью программы по облегчению функционирования внутреннего рынка, ни предпосылкой к согласованию европейского частного права. В период с 1985 по 1994 г. принято пять директив, затрагивающих отношения по защите прав потребителей.
Не существует общего законодательного акта ЕЭС, регулирующего индивидуальное трудовое право. Разногласия государств на почве индивидуальных трудовых договоров урегулированы ст. 100а §2 Европейского договора. Издано пять директив, регулирующих различные аспекты заключения индивидуальных трудовых договоров.
Примером самого важного законодательного акта ЕЭС о деликтах служит Директива об ответственности изготовителя продукции 1985 г. Она не предлагает единого правила, просто устанавливает основания для ответственности производителя за продукцию без недостатков. Установление странами иных оснований ответственности, особенно основанной на недостатках, могущих повлечь значительные далеко идущие последствия, не исключается.
Также в этой отрасли действуют две Директивы о страховании ответственности владельцев автомобилей 1972 г. и 1983 г., Директива об ответственности за причинение ущерба 1989-1991 гг. и Директива об ответственности по договору об оказании услуг 1990 г.
В 1990 г. Комиссия ЕЭС создала рабочую группу из специа-листов в области гражданского процесса из всех стран - членов ЕЭС. Эта группа должна была разработать модельный Европейский гражданско-процессуальный кодекс. После некоторых колебаний он был опубликован в форме проекта директивы. Комиссия преднамеренно разработала эти правила не только для регулирования международных судебных дел, но и для регулирования процесса на национальном уровне.
Ранее на европейском уровне не существовало единого договорного права. Такие правила были сформулированы Римской конвенцией о договорных спорах 1980 г., ныне действующей для 12 первоначальных членов ЕЭС. Защита потребителей и работников гарантируется специальными правилами о спорах также применительно к международным договорам. В отношении специфических страховых договоров коллизии права разрешаются некоторыми директивами. Директива о возврате культурных ценностей 1993 г. также затрагивает спорные отношения: она признает запреты на экспорт, которые государства вводят для защиты своего национального наследия.
Споры о юрисдикции, так же как и споры о признании и исполнении решений судов иностранных государств, регулируются Брюссельской конвенцией 1968 г., заключенной на основании ст. 220 Европейского договора. Эта конвенция является особенно удачной благодаря юрисдикции Европейского суда, который следит за ее единообразным толкованием.
М.Г. Орешкина